Забой разветвлялся; без колебаний Род двинулся по правому ответвлению. В его голове находилась точная трехмерная карта всех 176 миль туннелей, что составляют рабочее пространство «Сондер Дитч». Забой кончился соединением в форме Т, отростки уже и ниже. Здесь пыль так густа, что видимость всего десять футов. Пыль висела в воздухе, почти заметно на глазах опускаясь.
— Здесь вышла из строя вентиляция, — сказал он через плечо. — Ван дер Берг!
— Да, сэр. — К нему подошел начальник группы горноспасателей.
— Сюда нужно подвести воздух. Займитесь. Если понадобится, пусть протянут брезентовые шланги.
— Хорошо.
— Затем нужно подать воду и смочить пыль.
— Хорошо.
Род повернул в штрек. Здесь лежачий бок — пол — неровный, идти стало труднее. В центре штрека они увидели ряд тележек, наполненных золотоносной рудой.
— Пусть их уберут с дороги, — распорядился Род.
Через пятьдесят шагов он резко остановился. Волосы на руках встали дыбом. Он не мог привыкнуть к этому звуку, сколько бы раз ни слышал его.
В нарочито грубом жаргоне шахтеров это называется «крикуны». Это крик взрослого человека, чьи ноги придавлены сотнями тонн камня, возможно, спина сломана, пыль душит его, мозг расстроен из-за смертельного ужаса ситуации, в которой он оказался, он зовет на помощь, призывает своего бога, зовет жену, детей, мать.
Род снова пошел вперед, и звуки становились громче, ужасные звуки, почти нечеловеческие, рыдания и стоны сменялись тишиной, которая тут же прерывалась криком, от которого стыла кровь в жилах. Впереди в туннеле Род увидел людей, в пыли показались темные фигуры, фонари их шлемов отбрасывали в желтом свете искаженные гротескные тени.
— Кто здесь? — спросил Род. Его голос узнали.
— Слава Богу. Слава Богу, вы пришли, мистер Айронсайдз.
— Кто это?
— Барнард. — Сменный мастер 43 секции.
— Каков ущерб?
— Обвалился весь висячий бок в забое.
— Сколько человек в забое?
— Пятьдесят четыре.
— Сколько теперь?
— Пока шестнадцать невредимо, двенадцать слегка ранены, трое на носилках и двое мертвых.
Крикун начал снова, но голос его звучал гораздо слабее.
— А он? — спросил Род.
— У него таз придавлен двадцатью тоннами камня. Я дал ему два укола морфия, но он не стихает.
— Есть доступ в забой?
— Да, тут есть отверстие. — Барнард осветил груду осколков синего кварцита, которые стеной перегородили штрек. В груде виднелось отверстие, в которое мог бы пролезть фокстерьер. В отверстии виднелся отраженный свет, оттуда слабо доносились звуки передвижения и глухие голоса людей.
— Сколько человек у вас там работает, Барнард?
— Я… — Барнард колебался. — Мне кажется, десять-двенадцать.
Род схватил его за отворот комбинезона и чуть не сбил с ног.
— Вам кажется! — Лицо Рода исказилось яростью. — Вы отправили туда людей, не записав их число? Вы отправили двенадцать моих парней разбирать стену и спасать девятерых? — Род рывком приподнял мастера и прижал его к стене.
— Вы ублюдок, вы знаете, что из этих девяти большинство уже изрублено. Вы знаете, что там смертельно опасно, и посылаете еще двенадцать гибнуть, и даже не записываете их число. Как мы узнаем, сколько нужно искать, если висячий бок снова обрушится? — Он отпустил мастера и отступил. — Уберите их оттуда, очистьте забой.
— Но, мистер Айронсайдз, гам генеральный управляющий, мистер Леммер. Он как раз инспектировал забой.
На мгновение Род смешался, потом рявкнул. «Даже если там сам президент, очистьте забой! Начнем сначала и на этот раз будем действовать правильно».
Спасителей отозвали, они протискивались сквозь отверстие, белые от пыли, как черви, вылезающие из гнилого сыра.
— Хорошо, — сказал Род, — за раз будем рисковать четырьмя.
Он быстро отобрал четыре запыленных фигуры, среди них гиганта, на правом плече которого был значок старшего.
— Большой Король, ты здесь? — Род говорил на фаникало, общем языке шахт, который позволял общаться представителям десятков этнических групп.
— Я здесь, — ответил Большой Король.
— Хочешь новых наград? — Два месяца назад Большого Короля спустили на веревке на двести футов в вертикальный рудоспуск, чтобы извлечь тело белого шахтера. Компания наградила его за храбрость ста рандами.
— Кто говорит о наградах, когда земля поедает тела людей? — негромко возразил Большой Король. — Но сегодня детская забава. Нкози тоже пойдет в забой? — Это был вызов.
Место Рода не в забое. Он организатор, координатор. Он мог не обратить внимания на вызов, но банту будет считать, что он испугался и послал на смерть других людей.
— Да, — ответил Род, — я пойду в забой.
Он повел их. Отверстие едва вмещало корпус Рода. Он оказался в помещении размером с обычную комнату, но с потолком высотой всего в три с половиной фута. Он быстро осветил висячий бок: ужасно. Потолок весь потрескался, провис. На жаргоне — «гроздья ягод».
— Прекрасно, — сказал Род и осветил пол.
Крикун находился от него на расстоянии вытянутой руки. Тело его от пояса выступало из-под обломка размером с кадиллак. Кто-то обернул верхнюю часть тела красным одеялом. Человек затих, лежал неподвижно. Но когда на него упал луч фонаря Рода, он поднял голову. Глаза у него слепые, безумные, лицо покрыто потом ужаса и сумасшествия. Он раскрыл рот, широкий и розовый на блестящем черном лице. Закричал, но вдруг звук прервался, изо рта хлынул поток крови.
Род смотрел в ужасе, а банту лежал, откинув голову, широко раскрыв рот, как горгулья, и из него выходила кровь жизни. Голова его медленно опустилась, упала лицом вниз. Род подполз к нему, приподнял голову и положил на одеяло.
Руки его покрылись кровью, он вытер их о комбинезон.
— Трое, — сказал он, — пока. — И, оставив умирающего, пополз к стене обвала.
Рядом с двумя ломами полз Большой Король. Один лом он протянул Роду.
В течение часа шло соревнование, испытание силы двух мужчин. Остальные трое сзади подпирали потолок, передавали обломки, высвобожденные Родом и Большим Королем. Род понимал, что ведет себя по-детски, он должен находиться в главном забое, не только руководить спасательными работами, но принимать все необходимые решения и решать спорные вопросы. Компания платит ему за мозг и опыт, а не за мышцы.
— К дьяволу, — подумал он. — Даже если не состоится вечерний взрыв, я останусь тут. — Он посмотрел на Большого Короля и протянул руки к большому камню. Напрягся, сначала включил мышцы рук, затем всего тела, камень не двинулся. Большой Король положил на камень свои огромные черные руки, и они потянули вдвоем. В потоке меньших камней большой подался, она передали его назад, улыбаясь друг другу.
В семь часов Род и Большой Король вышли из забоя — передохнуть, поесть сэндвичей с кофе из термоса, и Род поговорил по проведенному сюда полевому телефону с Дмитрием.
— Мы вывели рабочих двух смен, Род, работы прекращены в ожидании взрыва. Кроме вашей группы, в 43 секции еще пятьдесят восемь человек. — Голос Дмитрия громко звучал в полевом телефоне.
— Подожди. — Род начал обдумывать ситуацию. Думал он медленнее, чем обычно, потому что устал, эмоционально и физически был истощен. Если он запретит взрыв в обоих стволах из опасения, что произойдет дальнейший обвал в 43 секции, это будет стоить компании дневной продукции — десяти тысяч тонн золотоносной руды по цене 16 рандов за тонну: огромная сумма в 160 000 рандов, или 80 000 фунтов, или 200 000 долларов.