СЕРГЕЙМОГИЛЕВЦЕВ
притчи
КОЛОДЕЦИБАШНЯ
Один человек всю жизнь просидел в колодце, куда стекала дождевая вода, падал снег, а частенько даже и разные нечистоты, проникавшие туда из ближайших селений. Человек, сидевший в колодце, считал такую жизнь вполне естественной, и весь остальной мир представлялся ему точно таким же узким, лишенным земных радостей и красок колодцем. Когда через много лет он все же вышел наружу, то не смог ужиться среди земного приволья, зеленых красок и земных трав, а также среди земных жителей, которые жалели его, и считали не то калекой, не то юродивым. Он построил себе дом в виде башни, который ничем не отличался от его былого колодца, только лишь был устремлен вверх, а не вниз. Впрочем, как и раньше, из него было видно лишь вечно темное небо (башня была очень высокой и узкой), усыпанное блестящими звездами, и точно так же через отверстие в потолке в башню его падал снег и стекала дождевая вода. И человек успокоился, поселившись в своем колодце наоборот, потому что такая жизнь была для него удобной, привычной и неприхотливой, и благополучно дожил так до своей смерти. Пока же он был жив, все называли его Человеком из Колодца, и сторонились, как прокаженного. А после его смерти опустевшей башней, в которой никто не захотел селиться, долго пугали малых детей.
Притча учит о том, что все возвращается на круги своя.
18.12.2006 г.
КРАСАВИЦАИЧУДОВИЩА
Одна красавица специализировалась на чудовищах, которых она целовала, и они после этого принимали облик прекрасных принцев (принцы были превращены в чудовища темными силами). Приняв утраченный некогда облик, принцы из благодарности предлагали красавице руку и сердце, и она охотно их принимала, а позже доводила своих мужей или до разорения, или до сумасшествия. Небеса какое-то время снисходительно взирали на похождения красавицы, поскольку сумма ее злых и добрых дел была примерно одинаковой: количество обласканных ею чудовищ строго равнялось количеству погубленных принцев. Потом кто-то на небе решил, что злодейку-красавицу, действующую исключительно по расчету, надо все же остановить. Однако ему тут же заметили, что тогда некому будет спасать несчастных чудовищ, которых последнее время на земле стало особенно много, а легкомысленные принцы могли бы семь раз подумать, прежде чем предлагать руку и сердце первой встречной, пускай и своей избавительнице. И на это нечего было возразить, поскольку все было настоящей правдой. Так и живет с тех пор красавица, освобождая одних и губя других, и что с ней делать, абсолютно никому неизвестно, поскольку в сумме она совершила столько же хорошего, сколь и дурного.
Мораль для этой притчи придумать сложно, но вкратце она заключается в том, что на нет и суда нет. Или что-нибудь в этом духе.
19.12.2006 г.
ПОЭТ И ЗОЛОТАРЬ - 1
Одного поэта упрекали за то, что он издал свою книгу, воспользовавшись деньгами спонсора, работавшего золотарем. На это поэт ответил так:
- Какая разница, на какие деньги издана моя книга, пусть даже они пахнут непотребными запахами людских испражнений? Главное, что я получил возможность издать свои сочинения, и они теперь не будут потеряны для людей!
Мораль: в горниле жизни все едино: и поэт, и золотарь, хоть один из них и кажется для людей небожителем, а другой занимается профессией, делающей его отверженным и гонимым.
Мораль вторая: иногда запах гальюна превращается в гекзаметры высочайшей пробы, намноговысшей, чем проба самого чистого золота.
29.12 2006 г.
ПОЭТИЗОЛОТАРЬ - 2
Один золотарь требовал от поэта вернуть те деньги, которые он когда-то подарил ему для издания своих стихов.
На это поэт так ответил золотарю:
- Ты подарил мне некогда деньги для издания моей первой книги стихов, за что честь и хвала тебе как от меня, так и от других моих собратьев - поэтов. А теперь же отойди подальше, и не порти воздух своих мерзким запахом, потому что в храм, где властвуют Музы, золотарей пускают только лишь по большим праздникам, да и то тогда, когда они приносят с собой что-нибудь ценное.
Мораль: каждый должен знать свое место.
Мораль вторая: требовать от поэта деньги все равно, что требовать от осени стать зимой, а от зимы - летом.
29.12.2006 г.
ПОЭТ И ЗОЛОТАРЬ - 3
Один золотарь грозил поэту судом, если тот не вернет ему деньги, подаренные на издание книги стихов. На это поэт так ответил золотарю:
— Я не могу отдать тебе деньги, ибо у меня их давно уже нет, но я могу написать или оду в твою честь, или эпиграмму, в которой высмею твой стойкий и вечный запах, связанный с твоим подлым ремеслом. Выбирай, что тебе более по душе?!
Притча учит относиться к каждому так, как он того заслуживает.
29.12.2006 г.
ПЕВЧАЯ ПТИЦА
Одна неказистая птаха подражала голосам разных певчих птиц, и очень сильно им этим надоедала. Она подражала то пению канарейки, то соловья, то токующего на окраине леса глухаря, то крику чайки, летящей над бездной штормящего моря, то клекоту орла, застывшего в зените над неподвижно лежащей внизу землею. Подражание это длилось довольно долго, и неказистой птахе постоянно на это пеняли с разных сторон, но в один прекрасный день все увидели перед собой не жалкую ощипанную подражалку, а великолепную райскую птицу, поющую собственную прекрасную песнь. И птицы поняли, что затянувшийся период ученичества для этой птички закончился, и она стала настоящим мастером, перед которым не зазорно согнуться в низком поклоне даже сладкозвучному соловью.
Соловей, кстати, и подвел итог этой истории, сказав следующее:
- Не важно, как долго длится период ученичества, важно, чтобы каждая певчая птица пела своим собственным голосом!
И мы в этом с ним совершенно согласны!
2 3.01.2007 г.
ПОЭТ И ТИРАН
Один Поэт всю жизнь обличал Тирана, на счету которого было множество злодеяний и множество загубленных жизней. Шло время, старел Тиран, продолжающий править в стране, залитой кровью и изнемогающей под его жестокой рукой. Старел и Поэт, не устающий обличать Тирана, и регулярно сочиняющий гневные оды, обличающие жестокость злодея. Одами этими зачитывались в душных кабачках на окраине столицы, где их, никого не боясь, под взглядами шпиков, декламировали длинноволосые студенты, попадающие за это в тот же вечер в мрачные застенки, и бесследно исчезающие там. Зачитывались одами Поэта и на широких площадях империи, управляемой Тираном, потому что регулярно, неизвестно кем, таинственным образом разбросанные, оды эти каждое утро лежали на камнях старинной брусчатки, которой эти площади были вымощены. Безумная жестокость Тирана, казалось, прибавляла еще больше безумия гениальным строчкам Поэта, и так они и шли по жизни рука об руку: два безумца, один ежедневно творивший зло, а другой ежедневно обличавший его. И когда наконец безумие Тирана больше терпеть было нельзя, и народ, выйдя на улицы, свергнул его, и повесил затем на главной площади империи под радостные крики освобожденной и опьяненной свободой толпы, - в тот же час умер от непонятной тоски и Поэт, который один в огромной империи проникся жалостью к повешенному палачу. Он так внутренне сросся с ним, что стал, по существу, единым целым с этим кровавым безумцем, качающимся сейчас на виселице среди моря цветов, проклятий почтенных матрон, скупых слез почтенных глав семейств и улюлюканья дворовых мальчишек. Он стал его второй половиной, внешне прекрасной и белой, которая не смогла жить без своей черной, только что умершей части.