Поле боя - Арктика. - Георгий Савицкий 11 стр.


— Одиннадцать метров, девять метров, восемь, десять, так держать, командир. Цель на пеленге двести тридцать. Удаление триста.

— Понял.

Капитан Игорь Чайка, управляющий много­тонной крылатой машиной, до рези в глазах всматривался вперед, где черной точкой появи­лась цель. Турбулентные потоки у поверхности моря раскачивали тяжелую машину, летчику стои­ло больших усилий удерживать бомбардировщик на курсе. Малейшая неточность в пилотировании, и море с глухим всплеском навсегда примет эки­паж в свои стылые объятия.

Русские истребители-бомбардировщики не­слись на бреющем полете, плазмогенераторы скрывали их непроницаемой пеленой от лучей локаторов обнаружения. Но все же скрыть тепло­вой след работающих двигателей и инверсион­ные шлейфы было невозможно.

Над «Аргусом» и американским военным ле­доколом расцвели фейерверки ложных целей, воздух засеребрился от фольги дипольных отра­жателей.

— Цель ставит помехи, — доложил штурман. — Включаю режим селекции помех.

Радиолокатор бомбардировщика сканировал местность, а бортовая ЭВМ, обрабатывая данные РЛС, убирала ложные «засветки». На многофунк­циональном индикаторе лобового стекла сквозь «светлячки» ложных сигналов проступили зеле­новатые светящиеся метки целей. Информация от радиолокатора Су-34ПЛ и со спутников орби­тальной группировки ГЛОНАСС обрабатывалась мощным бортовым вычислительным комплексом.

Штурман склонился над тактическим монитором, внимательно следя за целью.

— Командир, боевой курс — двести тридцать градусов. Высота двести метров, скорость — во­семьсот.

— Понял, боевой — двести тридцать на двести, на восемьсот. Скорость выдерживаю.

Летчик потянул ручку управления, и бомбар­дировщик послушно поднял нос, набирая высоту.

Внезапно над кабиной пронеслись стремитель­ные тени — это вернувшиеся к кораблю «Лайтнинги II» пытались помешать русским выполнить облет «Аргуса».

— Командир, они заходят справа!

— Спокойно, Шурка, хрен им в душу, как гово­рит наш боцман. Держись, турбулентность!

Пара F-35B пронеслась в опасной близости от Су-34ПЛ и задела спутными струями тяжелые русские машины. Истребитель-бомбардировщик, словно норовистый скакун, рванулся в сторону, но Игорь, мгновенно сработав ручкой управления и педалями, удержал его в узде.

Новый заход, и снова ручка управления само­летом и педали исполняют пляску святого Витта!

— Шурик, помогай! — Игорь уже обеими ру­ками старался удержать трясущуюся в лихорадке ручку управления. — Все равно ведь по-нашему будет!

— Командир, минута до цели! — Штурман при­кипел взглядом к экрану прицельного комплекса, отслеживая обстановку вокруг кораблей.

— Понял, — эхом откликнулся летчик, весь сжав­шийся в комок нервов и ювелирно точными движе­ниями удерживающий самолет на боевом курсе.

Эта была чуть ли не самая долгая минута в жизни четверых русских летчиков. «Лайтнинги» хулиганистыми воробьями носились вокруг стре­мительных и мощных краснозвездных соколов.

Да к тому же англичане активировали при­цельные РЛС зенитной артиллерии и зенитно- ракетных комплексов малой дальности «Си Дарт», которыми в обязательном порядке довооружили все корабли после конфликта в Венесуэле.

В кабинах русских истребителей-бомбардировщиков, идущих на боевом курсе, взвыли сире­ны оповещения о радиолокационном облучении, замигали на панелях управления станций радио­электронной разведки оранжевые предупреди­тельные сигналы.

— Командир, нас облучают!

— Отстрелить ловушки!

За самолетами потянулись огненные шлейфы магниевых искр и серебристые облака фольги и специальных наночастиц.

— Держать курс! — прорычал уже штурман- оператор. От Сашкиной бесшабашности сейчас не осталось и следа, сейчас в кабине головного Су-34ПЛ на правой «чашке» сидел опытный воз­душный боец, чье главное оружие — холодный и расчетливый интеллект — было сейчас обо­стрено до предела. — Есть проход над палубой! Фотографирую!

— Понял, подтверждаю! — с таким же, если не большим напряжением отозвался Игорь.

Пара краснозвездных истребителей-бомбарди­ровщиков, победно ревя турбинами, пронеслась над «Аргусом» и эскортирующим его американ­ским военным ледоколом. А «Лайтнинги» ждали своей очереди на посадку в отдалении. Они так и не смогли защитить свои корабли. Совместная экспедиция кораблей НАТО потерпела фиаско, поражение было и военным, и моральным, так

как летчики палубных истребителей оказались бессильны перед ударными самолетами русских. Излишне говорить, что в боевых условиях вместо фотокинопулеметов по кораблям НАТО «работа­ли» бы противокорабельные «Москиты» или «Ураны» и с более чем достаточной дальности.

Конечно, «сумасшедшие русские» в такой ситуа­ции предпочли бы пойти на таран, нежели допу­стить подобный пролет над своими кораблями. Так что не только техника дает преимущество на поле боя. Как и сотни лет назад, главным является че­ловек, воин, его сила воли, духовность, готовность пожертвовать собой и этим победить врага.

Американцам и их «партнерам» с «ультралибе­ральными» и «ультрадемократическими» взгляда­ми было не понять русских. Как не поняли они в свое время самураев и камикадзе, которые ог­ненными кометами врезались в стальные туши авианосцев. «Цветы срезают, когда лепестки еще не осыпались... »

— Я «Чайка-1», задание выполнено! Уходим.

— Командир, нам «на пересечку» идет группа скоростных целей. Отметки на локаторе нечеткие, цели ставят помехи.

— Понял, приготовиться к бою. Огня не от­крывать.

* * *

Звено многоцелевых тактических истребите­лей F-15SE «Сайлент Игл» поднялось с авиабазы ВВС США Туле на северо-западе Гренландии. До­заправившись от летающего танкера КС-135, аме­риканские истребители взяли курс на перехват Наглых русских истребителей-бомбардировщиков. В заданной точке маршрута к ним присоедини­лись два палубных самолета радиоэлектронной борьбы E/A-18G «Гроулер», взлетевшие с борта атомного авианосца «Джон С. Стеннис».

Новейшая модификация известного американ­ского истребителя F-15SE представляла собой «мало­заметную» версию ударного самолета «Страйк Игл». Благодаря новым композитным материалам и из­мененной форме вертикального оперения с «раз­валом» наружу, как у «Хорнета», радиолокационная заметность новой модификации была снижена. Новые конформные баки с внутренними отсеками вооружения позволяли размещать ракеты и управ­ляемые бомбы не на внешней подвеске. А новый локатор с фазированной антенной решеткой — бо­лее эффективное использование вооружения.

Хотя во многом последняя модификация явилась вынужденной коммерческой мерой. Новый тактиче­ский истребитель F-35B «Лайтнинг II» оказался еще «сырым» и недоведенным. Кроме того, после кон­фликта в Венесуэле «Лайтнинги» понесли серьезные

потери от венесуэльских Су-27СМК и Су-30.

ния, забивая каналы связи и «давя» работу радио­локаторов русских самолетов.

Но русские не собирались уступать, и перехва­тить их оказалось непросто. Развернувшись, кры­латые «тридцатьчетверки» пошли прямо в лоб на сомкнутый строй «Тихих Орлов».

— Я вам, суки, устрою «последний дюйм»! — Игорь окаменел лицом, но в сторону не отвора­чивал. В глазах летчика плескалась ярость.

Вслед за головным истребителем-бомбарди­ровщиком шел и ведомый экипаж. Все они, чет­веро русских летчиков, были уже опытными, зака­ленными в жестоких воздушных боях ветеранами и управляли они самой совершенной в мире бое­вой техникой. Вперед! Языки форсажного пламе­ни турбин клокотали огнем в сердцах русских крылатых витязей.

Но американцы тоже решили не уступать. С душераздирающим воем, свистом и грохотом сверхзвуковые самолеты разминулись в считанных метрах один от другого.

Багровая пелена затмевает небо, на тело обру­шивается свинцовая тяжесть перегрузок, но Игорь все же заваливает свой истребитель-бомбардировщик на крыло в крутом вираже. И вот уже голов­ная пара F-15SE маячит в прицеле, перечеркнутая светящимся перекрестьем.

Русские самолеты, хоть и были тяжелее амери­канцев, благодаря своей уникальной аэродинами­ке, совершенной системе управления и мощным двигателям с управляемым вектором тяги выпи­сывали в небе такие траектории, которые были под силу разве что только «летающим тарелкам» пришельцев.

Сверху на него рушится в пике еще один аме­риканский истребитель, но на помощь капитану

Чайке приходит ведомый. Су-34ПЛ проносится перед самым носом модернизированного амери­канского истребителя, вынуждая того резко пога­сить скорость и отворотом уйти вниз.

Экипажи двух «Гроулеров» E/A-18G наблюдали за боевым маневрированием с безопасного рас­стояния, справедливо полагая, что их главный фронт борьбы — радиоэлектроника, тонкие из­лучения. А осквернять свои подошвы прахом бы­тия пилоты американских постановщиков помех не спешили.

Что касается еще одного, четвертого «Орла», то его экипаж попросту растерялся в круговер­ти боя и теперь, потеряв ориентирование, летел в совершенно другом направлении.

Безумный каскад взаимных фигур боевого пи­лотажа все же привел к тому, что американцы от­казались от перехвата русских ударных самолетов. Два Су-34 спикировали к самой воде, отстреливая ложные цели. Кроме этого, экипажи русских са­молетов запустили ракеты-ловушки.

Они были сделаны на базе серийных ракет класса «воздух—воздух» большой дальности Р-27ЭР. Но вместо взрывчатки и стержневых поражающих элементов несли генераторы и специальное обо­рудование, которое имитировало работу «большо­го» самолета. Такие ракеты могли «обманывать» системы слежения в течение восьмидесяти се­кунд, а за это время «настоящий», а не «ложный» самолет успевал оторваться от преследования.

Преодолев на малой высоте и на сверхзву­ке приличное расстояние, оба русских истреби­теля-бомбардировщика вышли в район рандеву с подводной лодкой и выполнили посадку. После чего «Северсталь» тут же ушла на глубину.

— Как слетали, ребята? — Вячеслав Славин, как всегда, сам встречал летчиков из боевого вылета.

— Баш на баш, товарищ капитан первого ран­га. — Игорь стащил с мокрой от пота головы гер­мошлем и подшлемник. — Америкосы убрались восвояси, но они вернутся.

— Сейчас всем отдыхать.

— Есть!

Шурик, замотанный простыней, как римский сенатор, развалился в корабельной сауне с бан­кой ледяного пива. После выматывающего нервы полета летчики были просто обязаны отвлечь­ся, чтобы восстановить душевные и физические силы, поэтому в приказном порядке им давались сутки на отдых. Сейчас четверо летчиков этим и занимались.

— Эх, люблю такую жизнь! Двадцать четыре часа расслабона после пяти часов полета! Можно и пострадать. Эй, Игореха! Хватит дельфина из себя изображать!

— Отстань!

Игорь Чайка самозабвенно плескался в бас­сейне.

— Ладно, братья-славяне, давайте по крайнему пиву, и пойду я спать.

Из бассейна наконец вылез отфыркивающийся Чайка. И тут же в него полетела банка пива, за­пущенная хитрым Шуриком. Но реакция у летчи­ка была не хуже, чем у штурмана, да и Игорь уже успел за несколько лет привыкнуть к приколам Друга. Он с хрустом потянул за колечко и сделал хороший глоток янтарного напитка.

Назад Дальше