– Вы представляете себе, что всех нас за это к стенке поставят? А вас уж точно, это я вам обещаю. Не дай Бог, если найдут хоть один труп! Не дай Бог!..
Потомственный военный, дослужившийся до генеральского чина уже в преклонном возрасте, генерал Нортон пуще всего на свете боялся ослушаться шефов из военного министерства и считал, что дисциплина в армии – превыше всего. Не обладая глубоким умом, он отличался исключительной исполнительностью, и сейчас, когда в его хозяйстве произошло столь вопиющее нарушение дисциплины, – а любое деяние, не санкционированное «сверху», генерал относил именно к разряду нарушения дисциплины, – он впал в ярость. Он шипел и плевался, вращая бесцветными глазами, обещал собственноручно вздёрнуть капитана на первом попавшемся суку и проклинал тот день, когда чёрт дёрнул его взяться за руководство этим полигоном.
– Оповестить всех! – крикнул он наконец, когда первая волна растерянности и гнева схлынула. – Вызвать ко мне…
Но вызывать никого не пришлось. Дверь внезапно отворилась, и в кабинет по очереди вошли все, кто прямо или косвенно отвечал за проведение экспериментов и обработку получаемой информации. Видимо, весть о происшедшем ЧП облетела уже весь полигон.
– Отлично, – произнёс генерал, останавливаясь у своего стола. – Значит, все уже в курсе событий. Что ж, проведём внеочередное совещание. Господин полковник, я вас слушаю.
Полковник, тот самый, который не был ни пацифистом, ни фашистом, вышел вперёд.
– Господин генерал, сегодня утром, в одиннадцать ноль‑ноль, – начал он, – был проведён очередной эксперимент. Установка «ТТТ» была выведена на рабочий режим и в течение тридцати секунд излучала Т‑лучи средней мощности. Строго следуя инструкции, дежурный офицер провёл цикл подготовительных работ в полном объёме, и в его добросовестности у меня нет причин сомневаться.
– Кто был сегодня дежурным офицером? – спросил генерал.
– Капитан Хамберг, – ответил полковник.
– Та‑ак, – протянул генерал и обжёг капитана гневным взглядом, – Продолжайте, господин полковник.
– Сержант, производивший пуск установки с Центрального Пульта, в точности выполнял команды дежурного офицера. И именно потому, что показания приборов на Центральном Пульте свидетельствовали о нормальном ходе подготовительного цикла, пуск был произведён вовремя и без каких‑либо осложнений. Все показания приборов зарегистрированы. Согласно записям регистрации защита была включена. Я проверял лично.
– Включена? – переспросил генерал. – Вот как? В чём же тогда проблема?
– Одну минуту, сэр, – продолжал полковник. – Весь ход эксперимента и его результаты обрабатываются в вычислительном центре. Так вот, при поверке дежурным оператором записей о ходе эксперимента он обнаружил, что защита включена не была.
– Так, – произнёс генерал, задумавшись. – Значит, есть всё‑таки надежда, что защита сработала? Чему верить? Показаниям приборов или компьютерам?
– Наша техника редко даёт сбои, – выступил вперёд начальник вычислительного центра, коренастый крепыш небольшого роста.
Главный оператор Центрального Пульта кивнул в знак согласия.
– Скорее всего, подвели приборы, – подтвердил он. – Они уже давно исчерпали свой ресурс, а в министерстве до сих пор не чешутся. Я ведь докладывал вам, господин генерал.
– Только давайте сейчас не будем выяснять отношения! – вскипел генерал Нортон. – Дело слишком серьёзное!.. Капитан, какова площадь поражённой местности?
– Если допустить, что защита действительно не сработала, – отчеканил капитан Хамберг, – то излучение поразило местность в радиусе десяти километров до отметки 2600 метров над уровнем моря.
. Капитан, какова площадь поражённой местности?
– Если допустить, что защита действительно не сработала, – отчеканил капитан Хамберг, – то излучение поразило местность в радиусе десяти километров до отметки 2600 метров над уровнем моря.
– Проклятие! – выкрикнул генерал, испепеляя взглядом капитана. – Не дай Бог, если хоть один труп… Населённые пункты есть в этом радиусе?
Капитан впервые смутился.
– Есть, – ответил он тихо. – На расстоянии семи километров от полигона расположена небольшая деревушка.
– Высота? – генерал затаил дыхание.
– 2595 метров над уровнем моря…
– А‑а‑а! – заорал генерал, сотрясая воздух огромными кулаками. – Всех под трибунал отдам! Всех!!
– Господин генерал, – осмелился перебить его полковник, – техника есть техника. Возможно, всё‑таки, показания приборов верны. Пошлите вертолёт в деревню, пусть удостоверятся.
– Да! Вертолёт! – генерал ухватился за тонкую нить надежды. – Лейтенант! – крикнул он адъютанту. – Вышлите вертолёт! Срочно!
Адъютант мгновенно исчез.
– Господа! – произнёс генерал. – Через полчаса всех жду у себя. А сейчас прошу покинуть мой кабинет.
Ответственные лица вышли в приёмную, но из приёмной никто расходиться не спешил. Сигары и сигареты появились в зубах большинства мужчин, и вскоре синий табачный дым окутал помещение.
Багроволицый майор, ведавший интендантской службой, сгорая от любопытства, подкатил к капитану Хамбергу и заискивающе спросил:
– Ну что шеф? Рвёт и мечет? А правда, что защита не была включена?
Капитан молча кивнул.
– Внешняя или внутренняя?
– Болван, – внезапно грубо и на всю приёмную произнёс капитан Хамберг. – Внутренняя включена денно и нощно. Если бы не она, мы бы все давно концы отдали. Внешняя не сработала, внешняя!
С этими словами капитан зло сплюнул, бросил недокуренную сигарету в пепельницу и быстро вышел в коридор.
Майор покраснел ещё больше и растерянно посмотрел по сторонам. Он был сильно обижен. Ответственные лица раскрыли рты от изумления.
– Что с ним? – спросил кто‑то.
– Нервы, – послышалось в ответ.
Полчаса спустя все прошли в кабинет генерала. Буквально следом за ними вошёл пилот вертолёта, только что вернувшийся из полёта в деревню.
– Ну? – нетерпеливо спросил генерал Нортон, вставая.
Пилот был бледен, а рука, отдававшая честь, дрожала.
– Все мертвы, сэр, – тихо произнёс он.
Генерал застонал и тяжело опустился в кресло.
– Это конец, – прошептал он и замолчал.
Тягостная тишина тянулась бесконечно долго.
– Расскажите, что вы видели, – устало произнёс генерал, обратившись, наконец, к пилоту.
Пилот никак не мог прийти в себя.
– Жуткая картина, сэр. Сотни полторы трупов, а кроме того мёртвые лошади, собаки, коровы… И куры… Даже куры, сэр!
– Эмоции оставьте при себе! – строго приказал генерал. – Продолжайте.
– Я всё рассказал, господин генерал. Остаётся добавить, что сегодня в деревне праздник… был праздник. Потому‑то все люди… погибшие… на улице. Вся деревня…
– Какой праздник?
– Праздник Святого Габриэля.
– Это что ещё за святой? Впервые слышу.
– Это местный святой. Жители близлежащих деревень каждый год отмечают этот день. Святой Габриэль приносит им счастье и удачу в делах.