Глава 1
Проснувшись с необычайно сильной головной болью, Барни Майерсон обнаружил, что находится в незнакомой спальне в незнакомом доме. Рядом, натянув одеяло на обнаженные плечи, тихо посапывала незнакомая девушка с белыми как хлопок волосами.
«На работу я наверняка опоздаю», – подумал Барни. Он выбрался из постели и, поша-тываясь, встал, не открывая глаз и с трудом сдерживая тошноту. Наверняка до работы ему добираться несколько часов, а может, он вообще не в Соединенных Штатах. Однако сила тяжести, из-за которой он с трудом держался на ногах, была привычной и нормальной. Зна-чит, он на Земле.
А в соседней комнате возле дивана стоял знакомый чемоданчик его психиатра, доктора Смайла.
Барни босиком прошлепал в гостиную и, сев рядом с чемоданчиком, открыл его, щелкнул переключателями. Датчики ожили, послышалось тихое жужжание.
– Где я? – спросил Барни. – Как далеко отсюда до Нью-Йорка?
Это было важнее всего. Он взглянул на часы, висевшие на стене кухни: 7.30. Не так уж и поздно.
Устройство – переносной терминал доктора Смайла, связанный по радио с компьюте-ром в подвале нью-йоркского дома Барни, Реноун, 33, – металлическим голосом произнесло:
– А, это вы, мистер Байерсон.
– Майерсон, – поправил Барни, дрожащими пальцами приглаживая волосы. – Что ты помнишь о прошлой ночи?
С чувством глубокого отвращения он заметил на буфете в кухне полупустые бутылки с бурбоном и содовой, лимоны, тоник и формочки для льда.
– Кто эта девушка?
– Эта девушка в постели – мисс Рондинелла Фьюгейт, – сообщило устройство. – Она просила называть ее Рони.
Эти слова пробудили в нем смутные воспоминания, каким-то непонятным образом связанные с работой.
– Послушай, – сказал он чемоданчику, но тут девушка в спальне зашевелилась. Барни быстро закрыл его и поднялся, чувствуя себя смешно и неловко в одних трусах.
– Ты уже встал? – сонно спросила девушка. Она выбралась из-под одеяла и села, глядя на него. – Который час? Ты поставил воду для кофе?
«Довольно красивая, – отметил про себя Барни, – глаза большие, привлекательные».
Он прошел на кухню и включил плиту. Послышался шум воды из ванной. Рони при-нимала душ.
Вернувшись в гостиную, он снова включил терминал.
– Какое она имеет отношение к «Наборам П. П.»? – спросил Барни.
– Мисс Фьюгейт – ваша новая помощница. Она приехала вчера из Народного Китая, где работала в «Наборах П. П.» в качестве консультанта-прогностика по этому региону. Од-нако мисс Фьюгейт хотя и талантлива, но очень неопытна, и мистер Булеро решил, что не-большая практика в качестве вашей ассистентки… Я бы сказал, в качестве вашей подопеч-ной, но это могло бы быть не правильно понято, учитывая…
– Великолепно, – сказал Барни.
Пройдя в спальню и подняв с пола разбросанную одежду, он стал медленно одеваться, с трудом сдерживая подступавшую тошноту.
– Все правильно, – сказал он устройству, возвращаясь в гостиную и застегивая рубаш-ку. – Я помню, мне в пятницу говорили о мисс Фьюгейт. Несмотря на свой талант, она до-пускает серьезные ошибки -: например, с тем экспонатом с выставки о Гражданской войне в США… Представь себе, она думала, что он будет иметь оглушительный успех в Народном Китае, – он рассмеялся.
Дверь в ванную чуть приоткрылась, и сквозь щель он увидел посвежевшую Рони, вы-тирающуюся полотенцем.
– Ты меня звал, дорогой?
– Нет, – ответил Барни. – Я разговаривал со своим доктором.
– У каждого бывают ошибки, – неуверенно сказал чемоданчик.
– Как это получилось, что мы с ней… – сказал Барни, показывая рукой в сторону спальни.
– Вот так, сразу?, – Химия, – сказал чемоданчик.
– Давай яснее.
– Вы оба ясновидцы и предвидели, что в конце концов это произойдет, вы почувствуете друг к другу сексуальное влечение. И решили – после нескольких рюмок, – что ждать не имеет смысла. Жизнь коротка, искусство…
Чемоданчик замолчал, так как обнаженная Рони Фьюгейт прошла мимо Барни в спаль-ню. Барни засмотрелся на ее прекрасную стройную фигуру с маленькими острыми грудями, заканчивающимися сосками размером не больше розовых горошинок. «Скорее, розовых жемчужин», – мысленно поправил он себя.
– Ночью я хотела тебя спросить, – сказала Рони Фьюгейт, – почему ты консультиру-ешься с психиатром? Постоянно носишь этот чемоданчик с собой. И поставил его на пол, только когда… И включен он был вплоть до…
Она подняла брови и испытывающе посмотрела на него.
– Тогда я его выключил, – уверенно сказал Барни.
– Как ты считаешь, я красивая?
Стоя на цыпочках, она выпрямилась, вытянула руки над головой и, к его удивлению, начала делать упражнения, подпрыгивая на месте и покачивая грудью.
– Конечно, – ошеломленно пробормотал он.
– Я бы весила тонну, – выдохнула Рони Фьюгейт, – если бы не делала каждое утро гимнастику, разработанную Отделом Вооружений ООН. Иди и налей кофе, хорошо, доро-гой?
– Ты в самом деле моя новая ассистентка в «Наборах П. П.»? – спросил Барни.
– Да, конечно. Ты что, не помнишь? Я думаю, ты такой же, как большинство выдаю-щихся ясновидцев. Хорошо видишь будущее, но с трудом вспоминаешь прошлое. А собст-венно, что ты помнишь о прошлой ночи?
Тяжело дыша Рони сделала паузу в своих упражнениях.
– О, – сказал Барни, – наверно, все.
– Послушай. Ты таскаешь с собой психиатра только из-за того, что получил повестку. Правильно?
Поколебавшись, Барни кивнул. Это он помнил. Знакомый продолговатый конверт го-лубовато-зеленого оттенка пришел неделю назад. В следующую среду в военном госпитале ООН в Бронксе будут проверять, здоров ли он психически.
– Помогает? Он… – она показала на чемоданчик, – сделал тебя достаточно больным?
Повернувшись к чемоданчику, Барни спросил:
– Сделал?
Чемоданчик ответил:
– К сожалению, вы все еще вполне пригодны, мистер Майерсон. Можете выдержать стресс в десять Фрейдов. Мне очень жаль. Однако у нас в запасе еще есть несколько дней. Мы только начали.
Войдя в спальню и взяв белье, Рони Фьюгейт начала одеваться.
– Подумать только, – вздохнула она. – Если вас призовут, мистер Майерсон, и отпра-вят в колонию…, может статься, что я займу ваше место.
Она улыбнулась, приоткрыв великолепные, ровные зубы. Это была мрачная перспек-тива. И способность к ясновидению немногим ему помогла. Причина и следствие находи-лись в идеальном равновесии, и сказать что-либо об окончательном результате было невоз-можно.
– Ты не справишься, – сказал он. – Ты не справилась даже в Китае, а это было относи-тельно несложно с точки зрения анализа распределения вероятностей.
Однако когда-нибудь ей это удастся – Барни мог без труда это предвидеть. Она была молода и весьма талантлива. Единственное, что ей требовалось, чтобы с ним сравниться – а он был лучшим в своей профессии, – это несколько лет практики. По мере того, как он осоз-навал текущую ситуацию, он все яснее отдавал себе в этом отчет. Весьма вероятно, что его призовут, а если даже и нет, то со временем Рони Фьюгейт отберет у него престижное место, до которого он добирался ступенька за ступенькой долгие тринадцать лет.
Довольно специфическое решение проблемы: отправиться с ней в постель. Интересно, как он до этого додумался?
Наклонившись к чемоданчику, он тихо сказал:
– Объясни мне, с чего, черт возьми, я решил…
– Я могу ответить, – крикнула из спальни Рони Фьюгейт.