Стая Диких Чебурашек и Ейный Глюк
Глава 1
Осень… Никогда не понимала, что находят в ней поэты, так возвышенно описывая эти гадкие лужи, морось, капающую за воротник, сырость и грязь. Вот и сейчас аки горный козёл перепрыгивая через лужи и стараясь при этом поглядывать по сторонам, чтоб проезжающие по дороге машины не обрызгали с ног до головы, я зло ругала шефа, которому приспичило задержать на работе весь наш немногочисленный коллективчик. Понятно, сроки горят, договора не подготовлены, но в конце концов! Я-то каким боком тут? Понятно наша бухгалтерия и аналитический отдел, но при чем тут кадровики? Представив в сотый раз за день как подхожу к начальнику и гордо высказываю ему какой он всё-таки тиран, сволочь и засранец и как он покаянно соглашается со мной, а потом выписывает премию, я даже зажмурилась от этой приятной картинки. А вот это, оказалось, зря сделала. Тут же почувствовала, как нога по щиколотку проваливается в лужу. Млять! Вот за что мне это? Если б этот гадкий тип отпустил нас вовремя, то я бы успела на маршрутку, идущую рядышком с офисом, и не пришлось бы шуровать пару кварталов по этой грязи до автобусной остановки. Всё он! Сжав от злости кулаки, я уже разве что не пыхтела от сжигающей меня обиды на весь белый свет и одного индивида в частности. Тут мои мысли заглушил визг и скрежет, резко повернувшись, я впала в полный ступор… На меня юзом неслась здоровенная махина, то ли грузовик, то ли еще какой тяжеловоз. В мозгах что-то щелкнуло и, резко выскочив из ступора, я попыталась отскочить с линии предполагаемой встречи моей тушки и железного монстра, но явно переоценила свои силы, поскользнувшись на злополучной луже. Вот сейчас должна промелькнуть вся жизнь перед глазами? А фиг! Может жизнь и хотела бы устроить мне слайд шоу моих грехов, но грузовик оказался быстрее и, даже не почувствовав удара, я провалилась в темноту.
В себя я пришла рядом всё с той же лужей… Вернее её-то как раз уже видно не было под грудой покореженного металла. Медленно и заторможено пару минут прислушивалась к нависшей вокруг тишине. В поле зрения попала сиротливо валявшаяся в паре метров от меня сумочка, новенькая, только купленная на последние деньги и сейчас напоминающая больше кусок оборванной тряпки, а не стильную штучку, за которую заплатила кучу бабла. На меня снова накатила обида и на этот день, и на шефа, и на себя. Наверное, это и привело более-менее мои чувства в порядок, и я попыталась встать… Как выяснилось зря… Это оказалось невыполнимой задачей… Точнее встать-то я встала, но не совсем так, как рассчитывала… в полном обалдении я почувствовала, как взлетаю на метр над землей и зависаю в воздухе…
В себя меня привели крики и вой сирены. Посмотрев в сторону так раздражающих меня звуков, заметила уже собирающуюся толпу зевак и подъезжающие машины скорой помощи и милиции. Какая-то старушка, схватившись за голову, причитала и дергала за рукав рядом стоявшего детину, почему-то упорно смотревшего в одну точку на асфальте… Меня даже заинтересовало, что он там мог такого увидеть, ведь даже заунывные причитания бабульки не могли его отвлечь от той занимательной картинки…. Покореженный грузовик закрывал обзор и мне, к моей досаде, не было видно, что он там увидел такого увлекательного. Врожденное любопытство всё-таки не дало мне остаться на месте. Дернувшись в ту сторону, я снова глянула под ноги и почувствовала как сердце пропустило удар… Земля очутилась в полуметре внизу, а я каким-то макаром зависала в воздухе. Рвано выдохнув, постаралась себя успокоить тем, что с этим можно и позже разобраться, а сейчас самое важное всё-таки подойти, подобраться, подлететь или еще что сделать, но, тем не менее, добраться до людей. Там врачи и может это нормально, что после стресса люди взлетают, просто чтоб не смущать народ нам, простым смертным, этого не рассказывают… Мало ли… появится куча экстремалов-любителей, которым захочется на своей шкуре полет над землей почувствовать, а там — не рассчитали силёнок и вуаля: здравствуй Харон, Анубис, святой Петр или у кого там ещё сегодня дежурство по встрече свежих трупиков.
Из экскурса в историю богов мертвых и встречающих на воротах рая, меня снова вывели причитания уже поднадоевшей бабульки.
— А девка какая краля была! Всё ироды эти! Ездют — не смотрют! Но я всё видела! Горемычная…
Осторожно сделав шаг, я провалилась в воздушную яму и зависла уже плашмя, всё так же в полуметре над землей. Такс… постаравшись принять вертикальное положение и, с третьей попытки, всё-таки добившись более-менее устойчивости, я всё же, то и дело проваливаясь в воздушные ямы, добралась до бабульки и остальных любителей поохать-поахать. Мельком глянув в сторону, куда тыкала сухонькая ручка старушки, я даже не сразу поняла, что так меня ужаснуло. На земле, рядом с покореженным грузовиком лежала… я. Широко распахнутые синие глаза, бессмысленно уставившиеся в небо, белоснежная кожа, на которой как-то не к месту выделялись разводы от грязи, русые длинные волосы, выбившиеся из косы, прядки которых трепал ветер, раскинутые в стороны руки…Почему-то промелькнула идиотская мыслишка, что даже в таком виде я очень даже ничего смотрюсь, прямо какая-то гордость за себя любимую блеснула. Сдавленно всхлипнув то ли от смеха, то ли от еле сдерживаемых рыданий, я постаралась переключиться на врачей, которые как раз осматривали моё тело.
— Зафиксируйте смерть, молодая девушка, возраст примерно 20 лет, удар пришелся в район груди, откинув её примерно на метр или полтора в сторону. Ну а остальное уже работа патологоанатома, нам тут больше делать нечего, — сухо произнес худощавый мужчина в белом халате и, на ходу снимая резиновые перчатки, направился к машине скорой помощи. Тут же из неё выскочили двое парней и стали споро запаковывать моё тело в какой-то черный мешок.
— Эй! А ну стоять! Лапы уберите! — от злости, что какие-то хамы так беспардонно ворочают мою тушку, я даже дар речи снова обрела. Но им как будто пофиг были мои возмущения и они, всё также молча, продолжали своё дело. Подскочив к одному из санитаров, я попыталась оттолкнуть нахала и сама обомлела, когда моя рука прошла сквозь его плечо. Не оставляя попыток отбить моё тельце у этих бесчувственных амбалов, я предприняла ещё пару попыток, но мои руки проходили просто сквозь них и, кажется, даже дискомфорта им никакого не приносили. Тогда я решила попытаться забрать у них своё тело, но тут меня ждал уже полный облом, к нему как будто что-то не подпускало, руки натыкались на какую-то стену буквально в десяти сантиметрах от кожи. Парни за время моих безуспешных попыток отвоевать свое тело, шустренько успели засунуть его в мешок и, поднявшись, понесли в машину скорой. Пока я, пыхтя от злости и обиды, пыталась снова принять вертикальное положение, двери скорой с громким хлопком закрылись. Благо машина никуда не уехала, и у меня оставалось время для борьбы с гравитацией и своей несовместимостью с ней. Санитары снова вышли из машины и направились уже к грузовику, вслед за врачом, который так сухо назвал меня трупом пару минут назад.
Пока я пялилась на эту делегацию, сквозь меня умудрился пройти один из милиционеров, зачем-то измеряющий тормозной путь и расстояние до места, где лежало раньше моё тело. Тут снова активировалась неугомонная старушка, отчего-то начала доказывать даме в милицейской форме, что я не сама бросалась под машину и это просто-напросто хилое поколение пошло, а вот она бы в моем возрасте точно бы успела и отскочить, и чуть ли не в грузовик запрыгнуть, и остановить его… И вообще… Дальше она на мгновение примолкла и, внезапно, снова заголосила, так, что у меня даже уши заложило.
— Вот! Я же говорила- убивца он! У него даже морда убивцы! Гляньте! И правильно, нече с ним цацкаться, туды его! Такую девку сгубил! Ирод! — она и дальше продолжала что-то голосить, но мне уже стало интересно глянуть на того, благодаря кому я тут сейчас вишу и не знаю то ли умерла, то ли нет. Подобравшись поближе к кабине, и заглянув за спины рослых санитаров, я даже отшатнулась. Как может столько крови натечь с одного человека? Я даже фильмы ужасов смотрю только при свете, а тут… Бывший водитель грузовика и по совместительству тот, благодаря кому я умудрилась попасть в эту непостижимую ситуацию, когда невозможно разобраться или я призрак или просто встречающие с рая-ада запаздывают. Может у них сегодня аврал и не всех успевают сразу встретить? Или у них сегодня приём закрыт? И кто не успел до определенного времени — тем нужно ждать следующей партии встречающих? На всякий случай, оглянувшись ещё раз и, так и не заметив никого крылатого и даже с рогами, я снова уделила всё внимание этому камикадзе на грузовике. Кто его вообще за руль пустил? Ему же место явно рядом с братками на стрелке, а не в кабине грузовика. Сбитые костяшки на руках, которые явно свидетельствовали, что парень не огород до этого копал, а применял кулаки для других, несомненно, более будничных и важных нужд, перекачанные мышцы, низкий лоб, приплюснутый и явно несколько раз сломанный нос, всё это сдобрено кровью, которая, казалось, по всему салону успела натечь. Меня даже передернуло от брезгливости. Дальше развить мысль о несправедливости судьбы, которая даже убийцу мне подсунула какого-то неприятного на вид, не получилось. Меня грубо оттолкнули, при этом больно заехав под ребра. Оглянувшись на этого хама, я уже не знала радоваться мне или плакать. За моей спиной стоял тот самый горе-убийца, который с выпученными глазами и каким то обиженным выражением на лице, уставился на своё тело. Ну вот, теперь хоть я не одна тут тусить буду, жаль что такой тип конечно попался в попутчики, но выбирать не приходится.
Пока этот верзила чуть ли не с ужасом пялился на то, как его тело засовывают в мешок, я, на всякий случай, отодвинулась от него подальше. Раз его прикосновение я почувствовала, то не стоит находиться поблизости от него, мало ли, вдруг буйный. А с такими кулачищами и ростом… В общем, не хочу узнавать на себе можно ли умереть дважды. Есть смерть после смерти или как то так… Парень затравленно наблюдал, как мешок с его телом поволокли к машине, тут уже на помощь двум санитарам пришлось прийти и милиционерам, всё-таки тушка не из мелких, потом уставился в упор на меня.
— Чё это было?! — рявкнуло это недоразумение на меня. Честно попробовала ему высказать свои выводы, но, напоровшись на просто таки невменяемое выражение лица, я снова предприняла попытку отойти от него подальше. Тут у парня явно сработал охотничий инстинкт, раз отступаю — значит виновата, а в чем — можно и потом разобраться. Он рванулся за мной и… Вот тут меня уже накрыло смехом. Он, как и я в первый раз, при попытке передвигаться, провалился в воздушную яму и, растянувшись плашмя в полуметре над землей, почему-то обиженно уставился на меня.
— Сам дурак! — тут же огрызнулась я, и только потом поняла что он вроде не обзывал… Вот теперь точно быстро нужно смываться. Да и ещё один повод нашелся — вон машина скорой куда-то наши тела повезла. Стараясь не заваливаться и держать вертикальное положение, начала быстро набирать скорость, но как оказалось, после того, как умудрилась с разгону врезаться в стену дома и провалиться сквозь неё в комнату к какому то забулдыге, в горизонтальном положении передвигаться намного быстрей. Мужик, мимо которого промчалась на полном ходу, даже головы не повернул, хоть и газетка, на которой уютно умостилась таранька, колыхнулась, видимо от моего движения. Лететь получалось с трудом, то и дело врезаясь в какие то стенды, ларьки, стены и проваливаясь сквозь них. На очередном повороте, в который не вписалась, вдруг заметила знакомую бритую голову буквально в паре метров сзади от меня, даже вздрогнула от неожиданности. Оказалось, что мой камикадзе-убийца-водитель следует за мной чуть ли не по пятам, только непонятно — это он за мной продолжает охотиться или, как и я, догоняет своё тело. Не заморачиваясь на размышления, я всё так же мчалась за скорой и даже как-то растерялась, когда она притормозила возле городской больницы и, подъехав к заднему входу, остановилась. Резко затормозив рядом с ней, я оглянулась на своего уже чуть ли не родного братка. Так и есть, вот и он из-за очередного поворота вылетел, язык чуть ли не высунут от усердия. Заметив, что я уже никуда не удираю, он попытался притормозить и всё-таки влетел прямиком в машину. Послышался сдавленный мат и парень, возмущенно пыхтя, выбрался из салона, почему-то снова обвиняюще глядя на меня. Ну вот чего всегда виноватой остаюсь именно я? Можно подумать это я на всех парах мчалась на грузовике и прибила его, а не наоборот.
Потоптавшись на месте и видимо придя к какому-то выводу, он всё же не кинулся на меня, а нерешительно указав на машину, спросил:
— Слышь, а чё теперь? Нас ща спасать будут? Мож пацанам звякнуть?
— Каким пацанам? — я даже опешила от его логической цепочки. Никак не выходила у меня связь между 'пацанами' и нашими телами в машине.
— На врачей нажать, чтоб шуршали быстрей. Нехер моё тело по мешкам сувать!
Не, ну вот какая наивность. Стараясь не ранить его 'детскую психику', я попыталась втолковать парню, что спасать то уже некого. Теперь нам только и остается, что ждать столп света с неба или еще какую-нибудь встречающую делегацию. Минут пять я пыталась до него донести эти мысли, а он согласно кивал почти на каждую мою фразу, стоял с глубокомысленным выражением лица, вроде бы даже проникся моментом…. Но первая же фраза доказала мне, что плохой с меня оратор и карьера демагога- это не моя стезя.
— Так пацанам не звонить?
— Звони! — рыкнула я и гордо отвернулась.
— Слышь, телк… женщ… девк… Ты! Как тя зовут?
Старательно делая вид, что я вообще его не вижу и понятия не имею к кому он там обращается, обошла машину и присела на оградку рядом с входом в больницу. Браток и не подумал отвязаться, такт ему явно был чужд. Не дал мне даже погоревать и подумать над своей короткой жизнью в одиночестве, устроился на корточках напротив меня. Выглядело это очень даже забавно- здоровая дылда парит в полуметре над землей на корточках и старательно щурясь, щелкает клавишами мобилки. Вот только телефон не подавал никаких признаков жизни, в отличие от пыхтящего и матюгающегося братка.
— Батарея чтоль села? — почему-то уставившись на меня, спросил он.
А я знаю? Я похожа на оператора мобильных сетей? Пытаясь не взорваться от закипающей злости, ибо боюсь, что любой мой вяк этот громила может расценить как-то неадекватно и просто-напросто тюкнуть меня по башке той же мобилкой, постаралась покрепче стиснуть зубы, чтоб не вырвалось ничего для меня фатального, просто пожала плечами.
Тут, наконец, из дверей вышли несколько санитаров, при этом каждый волок по каталке, и направились к машине скорой. Перекидываясь шуточками, они быстро вытащили черные мешки и, не особо церемонясь, чуть ли не волоком втащили их на каталки. Даже обидно, могли бы хоть какое уважение к мертвым проявить. Старательно сдерживая подступающую истерику, я не отводила глаз от каталок, пока они не скрылись в проеме двери.
— Так мы и вправду того? — донесся до меня шепот парня. Повернувшись, даже опешила, куда делся грозный браток? Передо мной сидел просто большой растерянный ребенок, в глазах которого плескался ужас и паника. Потянувшись к нему, прижалась и, не выдержав, разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. Парень как-то судорожно сжав мои плечи, уткнулся мне в макушку и молча начал укачивать.
На жалость к себе у меня ушло довольно много времени. Всхлипывая, умудрилась нажаловаться на свою такую короткую жизнь, и на брата, который, когда мне было пять лет, оторвал ноги моей любимой Барби, и на маму с папой, которые заставляли кашу манную перед школой есть, и на препода по философии, который вечно придирается, стоит ему меня увидеть, и даже на шефа! Потом вспомнилось отчего у меня такая короткая жизнь получилась, оттолкнул обалдевшего парня и начала высказывать ему все претензии за езду на грузовиках некоторых неадекватных типов, и на привычку покупать права, и на неумение вовремя нажать тормоз. Всё это время он сидел в той же позе и, явно не имея понятия как успокаивать истеричных девиц, только кивал. Но когда дошло до грузовика, парень попытался объяснить:
— Ну… стрелку назначили, не успевал я…. Вот во дворе увидел, сел и… Откуда я знал, что управлять им нужно не так, как жигулем?
— А настоящий водитель где?
— Так он как раз в дом заходил, вот я и решил… А нефиг открытые машины оставлять!
— Да он наверное и не подумал, что найдется придурок, который позарится на такую махину, тем более в своем же дворе! — гаркнула я, и только по зло сощуренным глазам этого верзилы, сообразила кого я только что придурком назвала. Медленно отодвигаясь от этого взрывоопасного типа, я уже прикидывала пути отступления, когда он миролюбиво поднял руки вверх и спросил:
— Так чё делать будем?
— А фиг знает, — в тон ему пожала плечами.
* * *
На меня снова накатила хандра.
Никогда не отличалась терпением, вот и сейчас, поразмыслив пару минут над дальнейшими действиями, я сперва едва снова не окунулась в жалость к себе, однако злость на эту несправедливость вытеснила все чувства. В конце-концов, что за ерунда! Мы тут видите ли сидим, ждем встречающих, а они и не думают спешить? Чем там наверху нужно заниматься таким важным, чтоб забыть нас внизу? Вскочив, я начала наворачивать круги вокруг меланхолично вертящего свой мобильный братка.
— Ну вот ты мне скажи! Да, ты! Если бы ты на стрелку опоздал, тебе бы сделали втык? — притормозила напротив парня я.
— Угу, — уныло клацая клавишами не подающего признаков жизни телефона, пробурчал мой горе-убийца.