Утреннее солнце просачивалось меж неплотно закрытых штор, щекоча глаза своим теплыми лучиками. Асами вольготно потянулся, привычно ища глазами тело любовника, мирно посапывающего рядом. Мужчина улыбнулся одними глазами, все же открытое проявление чувств было несвойственно для него, но глаза… Да, именно они могли выражать абсолютно любые эмоции и не выражать ничего. В последнем случае нужно было уматывать ноги от якудза подальше, в таком состоянии он был способен на что угодно, но не сейчас. Он был абсолютно спокоен и в меру подозрителен. С Аки вообще нужно всегда держать ухо востро.
- Мой, - коротко и ясно. Асами откинул прядь отросших волос с безмятежного личика, во сне Акихито, словно младенец, покусывал ее. Теперь же Такаба старательно изображал морскую звезду. Осторожно, чтобы не разбудить (этой ночью мужчина основательно вымотал фотографа), Асами вылез из кровати. Долю секунды он колебался, борясь с искушением разбудить мальчишку и продолжить ночной секс-марафон, но посмотрев на время, решил немного подождать. Никуда Такаба от него денется, ради своего же спокойствия.
Душ и сбалансированный завтрак – вот залог успешного начала дня каждого бизнесмена. Завтрак Асами сейчас нежился на мягкой постельке, а потому Рюичи отправился в ванную.
Выходя из душевой кабинки, Асами подскользнулся, прикладываясь виском о сушилку для полотенец.
- Черт, - прошипел мужчина, потирая ушибленное место. В глазах потемнело от боли. Мужчина прислонился к дверце душевой, стараясь унять сумасшедшую пляску цветов в глазах. Получить сотрясение мозга от удара сушилкой по голове – поистине достойная якудза боевая травма! – Старею…
Закончив, он вышел из ванной, обмотавшись полотенцем. Незнакомый паренек похрапывал в его постели, дрыгая ногой. Довольно привлекательный, вполне во вкусе Асами… но через-чур смазливый.
«Ему вообще есть восемнадцать?» - ухмыляясь, подумал мужчина, ища перекись. Ссадина на виске была не такой уж и большой, но кровоточила и щипала. Обрабатывая ранку, Асами пришел к выводу, что ночь у них была бурная, иначе разве он позволил бы какой-то шалаве остаться в его квартире на ночь?
- Хм… может, я тебя ещё позову к себе, уж очень ты хорош (настолько, что я с трудом помню предыдущую ночь). Такой милый и невинный, несмотря ни на что, - проговорил он, когда паренек открыл глаза. – Но не в моём стиле дважды трахать одних и тех же шлюх, - паренек озадаченно хлопал глазами, будто все происходящее казалось ему затянувшейся и несмешной шуткой.
- Асами… Какого хрена ты о себе возо…
- Заплати ему, и накинь сверху, за хорошее обслуживание, - кивнул Асами Киришиме, поджидающему его в холле. - Узнай всё про него, я, возможно, захочу воспользоваться его услугами ещё раз. Буду в офисе, а этого разбуди и выпроводи.
- А… Как скажете, босс, - озадаченно кивнул телохранитель. Он не понимал, что происходит, но спорить с Асами не привык. Узнать – так узнать, выпроводить - … ну, может эти двое опять поссорились или это продолжение их излюбленной игры «Отпустить щенка с поводка, чтобы он не чувствовал себя затравленным». Асами любил Акихито именно за его своевольный характер и нежелание жить в рамках. - Вы уверенны, что он должен уйти? Он Вам больше не нужен?
- Да, я его больше не хочу, если он ещё мне понадобиться – найдёте мальчишку, - с этими словами Рюичи направился к выходу из квартиры, но вдруг резко обернулся, словно вспомнив о чем-то важном. – И проследи, чтобы никаких следов его пребывания не было в этом доме.
- Хорошо, босс, - Асами знал, что к своему возвращению все следы юнца будут стерты из его квартиры и жизни. Ему не нужен балласт, чувства и привязанности в его работе создают ненужные проблемы.
Спал Акихито долго и даже успел выспаться, что случалось редко. Ему снился какой-то абсурд: Асами назвал его шлюхой и, кажется, попросил убраться… во сне Такаба зарылся с головой под одеяло, надеясь таким образом спровоцировать свое пробуждение в реальном мире.
- Утречка! – прошелестел он сам себе, почесывая бурлящий живот. Хотелось жрать и мыться. – Асами, гад, даже помыться нормально не дал… Ой, Киришима… - Такаба испуганно натянул одеяло обратно на себя, прикрывая наготу.
- Такаба-сан, вам нужно покинуть пентхаус со всеми вещами, - очкарик был озадачен до предела, хотя и старался этого не показывать. - Это приказ Асами-сама. Я помогу вам собраться, ваши остальные вещи отправлены на вашу старую квартиру.
- Что ты такое говоришь? Он что, меня выставляет? Здорово…. – Аки с трудом держал себя в руках. - Вот урод! Хорошо, я не создам проблем (хотя, очень хочется) и уйду. Передавай этому ублюдочному Асами, чтобы больше и носа на мой порог не показывал! Ненавижу…
Он не понимал, что произошло, но уточнять не собирался. Унижаться еще перед этим уродом… Аки даже знать не хотел, чем мог так разозлить Асами.
- Прощай, Киришима, было здорово и даже весело, когда вы гонялись за мной. Я не вернусь… надеюсь, вы тоже не будете меня искать.
Парень не стал дожидаться, пока его выведут из квартиры, и вышел сам, оставив ключ на столе.
Добравшись до своей квартиры, он медленно осел в прихожей, обняв колени руками. Теперь, когда он остался один на один со своими мыслями, стало немного страшно. Асами говорил, что никому его не отдаст и прикончит собственными руками, если изменит или надоест… Мужчина никогда не нарушал своих обещаний раньше.
- Лучше бы оставил меня в Гонконге… - грустно прошептал Акихито. Сердце болезненно ныло, но слез не было. Он – сильный, не из таких передряг выпутывался! А из каких?
Он твердо решил уехать из города и покончить с прошлым, затереть следы своего пребывания не только в квартире Асами, но и в его жизни. Здесь, в многомиллионном городе, они умудрялись сталкиваться непозволительно часто, а значит, кто-то из них должен был исчезнуть и изчезнуть раз и навсегда.
Когда Асами приехал в свой офис, то понял, что многое ему кажется совершенно незнакомым: персонал, любезно здоровающийся с ним, обстановка в кабинете (когда он успел переставить стол к окну?) и даже документы… он не помнил деталей многих сделок, да что деталей он и сделок то не помнил. Голова нещадно раскалывалась, и мужчина попросил секретаршу принести таблетку аспирина, а после велел не беспокоить его, погружаясь в изучение бумаг.
- Это, наверное, какая-то шутка… Найду шутника – шкуру сдеру.
Но по мере того, как отчеты и документы были прочитаны и изучены, Асами начал понимать, что произошло: из памяти выпало почти два года. Позвонив личному лечащему врачу, Рюичи продолжил изучать документы и попросил секретаршу принести из архива отчеты за последние три квартала, выпадать из работы ему совсем не улыбалось.
Дни были похожи один на другой, сливаясь в сплошную серую массу. С дотошностью офисного клерка Асами разбирался с делами, заново вникая в сущность сделок и умело скрывая свою амнезию. К концу второй недели он, наконец, позволил себе вздохнуть свободно и отрешиться от работы на день. В понедельник была назначена важная встреча, на которую нужно было прийти свежим и отдохнувшим, а вот вся документация была уже подготовлена.
И вот, настал день сделки.
- Нет, я не буду пересматривать условия, это вам их придётся менять, - в его голосе буквально звенели металлические нотки. – У вас три дня, а иначе…
- У нас есть то, ради чего вы измените свои условия на приемлемые для нас, - оскалился главарь. - Смотри Асами, твоя шлюшка….
В центр зала втолкнули избитого и связанного паренька. Черты его лица были смутно знакомы Асами, но он презрительно отвернулся от истерзанного тела.
- Я шлюх не считаю, у меня их много. Еще аргументы?
- Значит, мы можем делать с ним все, что захотим?
- Это ваши проблемы, моё слово остается неизменным. У вас три дня, - сказал он и вышел прочь из этой дыры.
Юноша сиротливо сжался, испуганно уставившись на своих пленителей. Дальше не было ничего, кроме боли и леденящего душу смеха. Иногда сознание фотографа прояснялось, но тут же схлопывалось, как сломанная игрушка. Его предал любимый и близкий человек, отдав на расправу каким-то уродам. Акихито вновь потерял сознание от боли, моля о том, чтобы все это было страшным сном.
***
Продав квартиру и все ненужные вещи, Акихито пошел в редакцию, написать заявление по собственному. Оставалось лишь отработать две недели неустойки, так как за Акихито были закреплены несколько фотосессий и репортажей, которых в этот загруженный период нельзя было перекинуть на кого-то другого.
Оставив всё в ящике стола: документы и карточку с деньгами, - Такаба поехал в центр, отрабатывать свою последнюю зарплату.
Не успел он перейти дорогу, как чьи-то руки схватили его и втянули в машину, на голову накинули какой-то мешок из плотной ткани.
- Асами, блядь! – взвизгнул Аки. – Отпусти меня, идиота кусок, мне похрен на твои оправдания… - удар по голове прервал поток брани.
Очнулся он в неизвестном месте. Ощущения боли были столь яркими, что слезы брызнули из глаз. Пока он был в отключке, его били и довольно сильно, но, кажется, руки-ноги были целы. Он лежал на полу связанный и с куском ветоши во рту вместо кляпа.
- Очнулся, гаденыш? – удар ногой под дых заставил паренька согнуться и застонать от боли. – Потерпи, сейчас твой хозяин придет.
Через какое-то время его подняли на ноги и поволокли в более просторное помещение, где было довольно много народа. И Асами, чьи глаза равнодушно и холодно смотрели на фотографа, словно он впервые видит Такабу.
- Смотри Асами, твоя шлюшка… - под эти слова его вытолкнули вперед, позволяя предстать во всей красе.
- Я шлюх не считаю, у меня их много. Еще аргументы? – прогрохотали жестокие слова как приговор. А, собственно, почему как? Они решили участь фотографа, оставив один на один с разъяренными бандитами, которым не удалось добиться желаемого. Акихито буквально кожей чувствовал ярость и слепую ненависть со стороны головорезов.
Только Киришима с жалостью посмотрел на Такабу и дернулся в его сторону, остановленный властной рукой Асами.
- Вот тварь, от тебя нет никакой пользы! - главарь посмотрел на него с презрением и с силой оттолкнул, наблюдая за тем, как истерзанное тело жалко распласталось на холодном и грязном полу. - Делайте с этой шлюхой, что хотите, а после вышвырните где-нибудь в переулке. Не убивайте, но можете покалечить. Сильно, - мужик усмехнулся. - Ненавижу шлюх-педиков.
Четверо парней тут же подхватили Такабу за руки и ноги и понесли отчаянно вырывающегося парня в центр склада. Пятый с мерзкой улыбкой достал нож и последовал за остальными. Снять одежду с блондина не составило труда, численный перевес был на их стороне. Вскоре крики боли затопили помещение склада.
POV Киришима
С боссом в последнее время твориться что-то невообразимое. Он выставил Такабу из дома, хотя у них были идеальные отношения. Ну… идеальные для главы якудза и фотографа. Потом он на две недели засел в офисе, изучая отчеты за последние несколько кварталов, отлучаясь лишь к врачу (с чего вдруг?). Я не задавал вопросов, справедливо полагая, что все образумится само собой. Босс вообще не любит, когда в его дела лезут посторонние… Но, когда он отдал Такабу на растерзание шайке третьесортных бандитов, я совсем растерялся.
Как только наша с Соу смена закончилась, мы поехали на место сделки, не смотря на отсутствие приказа, который следовал за такими событиями обычно. Мы думали, что он хочет проучить зарвавшегося фотографа, но Асами-сама даже не вспомнил о нем, словно вычеркнул из своей жизни.
На полу распласталось истерзанное тело Такабы, рядом никого не было. Мы едва успели вовремя, жизнь еще теплилась в его теле. Подняв юношу, мы отвезли его в больницу, оплатив лечение и доплатив врачам за молчание. В себя он не приходил…
Мальчишка был буквально залит кровью (своей!), а кожа лохмотьями висела на спине. Я приходил его навестить пару раз, стараясь не показываться юноше на глаза. Глядя на несчастного и сломленного Акихито, я не мог понять, почему Асами поступил с ним так, за что? Это было совсем не в его духе. Но я продолжал молчать, не рискуя расспрашивать босса. Через месяц паренька выписали из больницы и больше я о нем ничего не слышал.
POV Акихито
Очнулся я уже не на складе, а в больничной койке. Не знаю, какая боль была сильнее: душевная или физическая. Мне кажется, что моя душа сейчас очень сильно смахивала на то, что сделали с моей спиной… буквально пласт за пластом, снимая с нее кожу. Асами… будь ты проклят.
Пару раз в коридоре мелькал Киришима, не удивлюсь, если по собственной прихоти. Он всегда был добр ко мне… даже стыдно теперь за то, что причинил ему столько неприятностей. Но все в прошлом.
Мысль о том, что нужно уехать из этого города, стала спасительной. Приходил редактор, принёс мои документы и личные вещи, ничто больше здесь меня не держало.
Выписавшись, я покидал одежду в чемодан и поехал на вокзал, попутно обрубив свой телефон и все контакты. Начиналась новая жизнь в которой небыло место прошлому, в которой нет тебя Асами Рюичи.
***
Прошел год….
Память медленно возвращалась к Асами. Сначала нахлынули воспоминания, касающиеся бизнеса и заключенных контрактов (но, по большей части, Рюичи просто заново изучил документацию, которую не зря так кропотливо вел ранее). И, наконец, доктор уверил мужчину, что полностью память вернется к Асами в течение месяца.
О, самым неожиданным для Асами оказалось то, что с Фейлоном они больше не враги.
«И не друг, и не враг, а – так!» - крутилась в голове Асами цитата из какой-то песни, явно русского происхождения. В свое время мужчина просмотрел довольно много шедевров русского кинематографа, для того, чтобы понять эту непредсказуемую нацию. Фильмы понравились, но понимание не пришло.
Асами периодически отправлял поздравительные (как правило – саркастические) открытки Фейлону, тот отвечал Рюичи взаимностью, но почему лёд их отношений начал подтаивать, Асами не помнил. Рюичи был в замешательстве, ему казалось, что он упустил что-то крайне важное… Настолько важное, что бизнес отходил на второй план. Когда он пытался вспомнить, голова начинала раскалываться, а пульсацию в висках унимал лишь глоток холодного виски. Это раздражало Асами еще сильнее: спиться из-за потери памяти в его планы не входило.
Проснувшись однажды в своей большой и холодной постели, мужчина попытался нащупать кого-то рядом рукой, а после и взглядом. Никого. Мужчина с головой погрузился в работу и после того смазливого мальчишки у него никого не было.
- Возраст уже не тот, - говорил Рюичи своему отражению каждое утро, избавляясь от стояка с помощью собственной руки.
Теперь же Асами озадаченно скользил взглядом по простыне, и воображение услужливо дорисовывало лежащее на ней тело Акихито. Яркая вспышка перед глазами, словно кто-то включил свет, и Рюичи мог с уверенностью сказать, что память вернулась к нему. Накатившее облегчение перемешивалось с горечью, ведь желанного и любимого тела рядом не было.
- Черт возьми, где этот мальчишка опять… - как привычно и нежно прозвучала эта фраза, ставшая для него синонимом таких обыденных слов, как «Доброе утро» или «Я вернулся». Но она оборвалась еще до того, как Асами закончил ее. Мальчик не фигурировал в его воспоминаниях за последний год. Спустя какое-то время якудза так же обнаружил, что вещи юноши бесследно пропали, как и любое упоминание о нем. Словно и не было Такабы Акихито в его жизни никогда… если бы не шрам от пулевого ранения в плечо и куча ядовитых открыток на мейле от Фейлона.
«Если ты не разрешишь мальчику общаться со мной, то я заберу его у тебя силой, тиран и деспот!» - гласили слова одного из таких сообщений. Но это означало лишь то, что и Фейлон не имеет представления о том, где находится Такаба. Не мог же он сквозь землю провалиться? Как странно, но на фоне нахлынувших воспоминаний, тот случай с «незнакомым парнишкой» вылетел из головы.