Стоит только расхотеть - Андреева Ольга Юрьевна 2 стр.


Похожая ситуация была и у Игоряна Орлова, с той лишь разницей, что он «мотал срок» в ГАСУ по специальности архитектора, был на год младше Димы, и, в общем-то, понимал, чему его учат. Так что практически все чертежи делала себе сам, за исключенем одной курсовой год назад. Он никак не мог понять, как правильно расположить проекции. Тогда-то Игорян и попросил помощи у местного вундеркинда — Вики Астаховой. Он давно обратил внимание на полненькую однокурсницу с умным и серьезным взглядом. Она ему нравилась. Да только Вика не смотрела ни на смешливого рыжего Игоря, ни на какого-либо другого парня. Видела только свои учебники и чертежи. И он решил подождать. У него были девушки. Много девушек: блондинки, брюнетки, рыжие… Они менялись с такой быстротой, что Игорь даже лиц их не запоминал, а в голове была все равно Вика. Он удивлялся, спрашивая себя, чем же его так зацепила простая девчонка далеко не модельной внешности. И пришел к выводу, что в ней был стержень, содержание. Да просто непохожесть на всех знакомых ему девушек. Его всегда тянуло на нестандарт, и, хотя он стыдился этой симпатии и даже старался ее скрыть, но поделать с собой ничего не мог. Окружающие парни смеялись над Викой, называя ее заучкой, Матрешкой, ватрушкой. Игоря это злило и радовало одновременно. Значит, она никому не интересна, и у него, пока, нет соперников.

Конечно, Игорь ее стеснялся. Но собираться с духом времени не было: до часа «х» оставалось три дня. На одной из перемен он подошел к ней, и, протараторя что-то про помощь бедному студенту, попросил сделать чертеж. Вика справилась на удивление быстро. Уже на следующий день он стал счастливым обладателем чертежа. Проекция, над которой Игорь неделю ломал голову, легла у нее на бумагу легко и естественно. Он даже рассмеялся, до чего все просто оказалось. Однако быстро стушевался под удивленным взглядом серых глаз, и общение заглохло без какого-либо продолжения.

Именно поэтому, когда лучший друг Игоряна Димка пожаловался ему, что никак не может начертить графическую часть диплома, и никто уже за это не возьмется, он посоветовал найти Вику Астахову. Сказал, что при всех своих бзиках и странностях, она-архитектор от Бога, и что если уж она не возьмется, то не возьмется никто.

Димка первым делом навел справки. Оказалось, что у этой Вики действительно руки из того места растут и голова варит по части чертежей. Оставалось только ее разыскать. Игорь посоветовал покрутиться у общаги, сказав, что на до сих пор там обитает, а домой уедет только после сессии. Однако задачка все равно оказалась не из простых. Дима уже десять раз успел позавидовать Виталику. Он-то учился на экономиста, где проблем с чертежами не могло возникнуть в принципе. Но сегодня Чекасов был очень доволен. Он-таки нашел Вику, о чем, поздоровавшись, и сообщил друзьям

— Ну что, пацаны, поймал я эту неуловимую мстительницу! Пришлось даже подрезать, так сказать, для пущего эффекта. Но зато она согласилась, даже денег не взяла.

— Что напугал деваху до мокрых штанишек? — гоготнул Виталик

— Да нет, ребят, тут такое дело… Она на меня запала. — сделал Димка круглые глаза.

— Ну, это не удивительно. Телки на тебя гроздьями вешаются! — пожал плечами Виталик.

— Нет, эта не такая — задумчиво протянул Игорян, и, поймав заинтересованный взгляд Димки, поспешно продолжил развязным тоном, — да будет тебе известно, Виталыч, что большей недавалки наш универ не знал аж со дня основания! Да она только от учебников возбуждается!

— Точно, — кивнул Димка, хитро поглядывая на Игоряна, — и вот эту недавалку я ровнехонько на свой выпускной собираюсь уложить в койку. Вроде как, «последнее прости» родному универу.

— Зачем она тебе? Она же круглая, как матрешка, не твой типаж? — Игорь чувствовал, что его уши отчаянно краснеют и радовался тому, что в полутемном павильоне этого не было видно.

— Нееет, друг, ты не понимаешь. Дело не в том, что она толстая, серая мышь, или одевается хуже, чем огородное пугало. Дело в том, что она- недавалка, а мне даст. Причем с радостью!

— А я говорю, не обломится тебе! — с каким то злобным ожесточением возразил Игорян.

— Да ты никак запал, а Рыжий? — тоном змея-искусителя осведомился Димка. От него не укрылось, как Игорян отчаянно хотел отговорить его от этой идеи. И его изрядно забавляла перспектива еще и позлить лучшего друга. Просто так, для спортивного интереса.

— Нет, с чего ты решил? — открестился Игорь.

— Тогда предлагаю пари. Если в до своего выпускного я не уложу ее в постель причем, — тут он посмотрел на Игоря-добровольно, то я покупаю тебе ящик вискаря «Талмор Дью». Если нет- проставляешься ты. Слабо?

— Ну ничего ж себе! — присвистнул Пашка, взъерошив белобрысую челку, — денадцать бутылок, по четыре косаря каждая… сорок штук. Она того стоит?

— Экономист ты, Виталик… — рассмеялся Димка — стоит! Так что, Игорян, принимаешь пари, или струсил? — он протянул другу руку.

— Черт с тобой, принимаю! — Игорь с раздражением пожал протянутую руку.

— Да, и еще одно. Ты, друг, лицо, заинтересованное. Поэтому можешь вставлять мне палки в колеса. А значит, я не хочу, чтобы ты до конца сессии ошивался рядом с Астаховой, понял? А то я ведь и рассказать Вике могу… про пари. И роль твою во всем этом уж точно скрывать не стану…

— Понял! — прошипел Игорь. На душе у него было препогано.

— Ну вот и ладушки. Витос, разбей. — улыбнулся Черкасов. Сегодня он был очень доволен собой.

4

Вика закончила Димины чертежи во вторник вечером и теперь ждала звонка, каждые полчаса проверяя мобильник. В этом, разумеется, не было никакой надобности, ведь она бы все равно его не пропустила. Вика могла и сама могла позвонить, но не догадалась тогда спросить Димин номер. Оставалось ждать. Не забудет же он, в самом деле, о собственном дипломе? Все эти дни Вика не переставала себе удивляться. И даже немного сердиться. В конце-концов с чего это она так расплылась от сладких улыбок? Мало того, что безвозмездно подрядилась чертить этому красавчику диплом, так еще и сидит у телефона, как пришитая. Будто влюбленная школьница. Влюбленная… «А что, если…? Да нет, быть не может!». Вика отмахнулась от глупой мысли, как от назойливой мухи. Просто обычная реакция на красивое лицо. Ей всегда было неуютно с парнями. Вот и в этот раз с непривычки растерялась под сладкими улыбками. А вообще, не надо было соглашаться на эту авантюру. Что ей стоило тогда отказать?

Невеселые размышления прервала трель мобильника. Вика подскочила, как ужаленная, и трясущимися руками взяла телефон. Это был Черкасов.

— Здравствуй, Виктория — прозвучал в трубке знакомый баритон, от которого у нее в груди разлилось приятное тепло — Я по поводу чертежей. Прости, что так поздно, ты наверное уже спишь?

— Н-ннет- Вика очень надеялась, что предательской дрожи в голосе он не услышал. Да что ж это такое в конце-концов?! — я не сплю. Да. Четежи готовы. Ты можешь забрать их завтра.

— Хорошо, договорились. Во сколько я могу к тебе за ними подъехать?

— Ммм, ну давай к 5 вечера. Сможешь?

— Хорошо. Буду у тебя в 5. Спасибо тебе, красавица. Спокойной ночи — последнюю фразу Дима произнес сладким полушепотом, отчего у нее перехватило дыхание.

— Спокойной ночи- растерянно прошептала она и услышала в трубке гудки. Еще минут пять Вика растерянно смотрела на телефон, а потом, придя в себя, со злостью швырнула его на стол. Подумать только, ее кадрят как наивную девочку, а она, дура, тает! Все, завтра она отдаст этому синеглазому выскочке его чертежи, и дело с концом. С этими мыслями Вика открыла учебник и попыталась читать, но знакомые буквы упорно не хотели складываться в слова. Поняв, что сегодня уже ничего не выучит, она пошла спать. «Надо будет все-таки спросить с Черкасова за чертежи»-подумала Вика перед тем, как заснуть.

На следующий день она взяла с собой учебник, пару бутербродов, яблоко и отправилась в ближайший парк. Подальше от ненужных мыслей и синеглазых красавчиков. Погода стояла на редкость чудесная. Такая может быть только в конце весны, когда яркое солнце заливает все вокруг светом, и глаза, привыкшие к постоянной питерской серости, радуются свежей зелени и голубому небу. Вика устроилась на скамеечке у пруда, открыла учебник и углубилась в чтение. То ли на свежем воздухе училось быстрее, то ли сказался полноценный (впервые за эти пять дней) сон, но училось удивительно легко. Она успела разобрать пятнадцать вопросов из пятидесяти, когда в сумке заиграл мобильник. Поморщившись, Вика достала его из сумки и охнула. Часы показывали половину пятого, а звонил, естественно, Черкасов. Чертыхнувшись, она ответила.

— Привет, Вика. Я звоню сказать, что через полчаса буду у тебя. Ты в общаге? — удивительно, но она была настолько зла на Диму, что его голос в этот раз не возымел своего магического действия. А за что собственно зла? Он ей ничего плохого не сделал. Вот разве не высыпалась она почти неделю из-за того, что этот красавчик ничего не смыслит в черчении. Да, это все недосып.

— Уже почти. Подъезжай. — буркнула в трубку она, нисколько не заботясь о том, как это прозвучало. Недосуг ей политесы разводить с синеглазыми мажорами. Нажав «отбой», Вика закинула на плечо сумку и пошла по направлению к общежитию.

Когда она подошла к дверям общаги, знакомая белая «Тойота» уже стояла там. Завидя ее, Черкасов вышел из машины и направился прямо к Вике. Та хмуро глядела на приближающегося Диму, и едва пробубнив «Привет!» зашла внутрь. Черкасов шел за ней, не понимая, что происходит. Неужели он ошибся и совершенно ей не нравится? Но ведь сам же видел… Показалось? Если так, то он попадал в очень глупое положение с этим дурацким пари. Вот смеху-то будет! Неотразимый Черкасов сел в лужу… Они уже подошли к Викиной комнате, когда Дима, наконец, решился нарушить молчание:

— Вика, я тебя чем-то обидел? — спросил он смиренным тоном и попытался заглянуть в глаза, но она упорно отводила их в сторону.

— Абсолютно ничего плохого, просто я не выспалась… пять раз подряд — пробубнила Вика, все так же не глядя ему в лицо. Черкасов стоял слишком близко к ней, и от этого ноги становились ватными, а кровь приливала к лицу. Она воспользовалась тем, что нужно было открывать комнату. — Проходи- неопределенно махнула рукой в сторону стола — там лежат твои чертежи.

Дима подошел к столу и стал рассматривать графическую часть своей дипломной работы. Надо признаться, начерчено было виртуозно. Даже у их препода — великого и ужасного Госмана так не получались гайки и шурупы в «разных позах». Черкасов, забыв на миг обо всем, восхищенно рассматривал Викину работу. Наконец, оторвавшись, неожиданно наткнулся на пристальный взгляд серых глаз. В них было любопытство, напряженность и…восхищение? Так значит, ему не показалось? Сейчас проверим.

Он отошел от стола, вплотную приблизившись к Вике, и выдохнул с восторгом:

— Вика, это здорово! Я потрясен. — Черкасов наклонился к ее лицу, отмечая про себя, что то по цвету приблизилось к вишне. Неужели стесняется? В следующую минуту Вика подтвердила его догадку. Она сделала шаг назад и сказала резким хрипловатым голосом:

— А ну, брось эти свои штучки! Иди и окучивай моделей, красавчик!

Димка изобразил на лице вселенское раскаяние, хотя внутренне хохотал. У него камень с души свалился. Как все просто, однако, оказалось. Девочка стесняется, а значит, явно к нему неравнодушна.

— Ладно, прости, привычка… С тобой не буду, обещаю. Кстати, я услышал про твой недосып, и мне неловко, что заставил тебя столько работать. Обещание расплатиться с тобой в силе. Так что выбирай, что тебе по душе — я все исполню, ты меня спасла и я раб твой… — он молитвенно сложил руки на груди.

Вика задумалась. Чего бы она сейчас хотела больше всего? Пожалуй…

— Своди меня в театр. Я очень давно там не была.

Черкасов ожидал чего угодно, но только не этого! Видимо растерянность была написана у него на лице слишком явно, потому, что Вика прыснула со смеху. Похоже, ее «давно»- ничто, по сравнению с Димкиным. А бывал ли он там вообще?

— Вот, например, в театре Комиссаржевской идет очень хороший спектакль «Безымянная звезда». Пойдем в субботу? Только, чур, ты платишь!

— А пойдем! — неожиданно развеселился Димка.

5

В 6 часов вечера в субботу Дима заехал за Викой в общежитие. Ему это было в новинку — идти в театр. За все свои 23 года Черкасов там ни разу не был. Билеты они взяли еще в четверг, и то еле успели — Димке пришлось заплатить почти двойную цену. Он подумал, что «Безымянная звезда» — этакий театральный блокбастер, на который просто так не попасть. Надо признать, что его сильно позабавил такой поворот событий: Черкасов ведет девушку в театр! Да, узнай его друзья об этом, они бы сильно удивились. Но ничего не попишешь: сам обещал сделать все, что Вика попросит.

Он не стал подниматься к ней в комнату и остался в машине. Вика не заставила себя долго ждать. Уже через пять минут она вышла из общежития. И тут Черкасова ожидал сюрприз: оказалось, что Вика тоже может выглядеть хорошо. В черных свободных брюках и темно-синей блузке, застегнутой под горло, с распущенными волосами она совсем не походила на привычную матрешку в мешковатой толстовке и джинсах. Он даже подумал, что полненькие девушки тоже могут быть привлекательными.

— Ты чего так пристально смотришь? Что-то не так? — Вика уже успела сесть рядом с ним и пристегивала ремень безопасности.

— Нет, просто ты сегодня выглядишь замечательно- восхищение в его голосе было абсолютно искренним, но она не поверила:

— Черкасов, мы же договаривались, что все свои томные придыхания и пылкие взгляды ты оставляешь для красоток, а у нас- чисто деловые отношения. — это было сказано так категорично, что Дима едва сдержал улыбку.

— Я сказал чистую правду, и придыхания здесь не при чем. Ты настолько не похожа на обычную себя… — он поперхнулся словами, понимая, что сказал глупость.

— Вот и не забывай, что рядом с тобой ботан Вика Астахова, а не Синди Кроуфорд! — его окатил колючий взгляд.

— Злюка! Ладно, не обижайся. Мир? — Дима протянул руку. Вика строго посмотрела на него, но руку пожала.

— Ладно, что с тобой поделаешь… Мир. А теперь поехали, не то еще опоздаем.

— Как скажете, босс. — Дима шутливо склонил голову и включил зажигание.

В театре этим вечером было полно народу. Диме даже показалось, что не приедь они заблаговременно, мест бы им не досталось. Но вот прозвенел третий звонок, погас свет и поднялся занавес. Первые полчаса Дима с трудом улавливал смысл происходящего, но, постепенно, увлекся и даже испытал сожаление, когда спектакль окончился. Все-таки театр- штука волшебная!

— Ну как, понравилось тебе? — спросила Вика, когда они подошли к машине.

— Да- Дима рассмеялся — ты знаешь, проняло. Вроде и история банальная, и герой-лох, и героиня-вертихвостка, а есть в ней что-то такое… завораживающее.

— То есть ты хочешь сказать, что спектакль о том, как герою — неудачнику не подфартило встретить ветреную девицу? — Вика хитро улыбнулась.

— Да нет, если серьезно, по-моему основная мысль пьесы: не надо мечтать о несбыточном. Ибо как там сказано? «Звезды никогда не сходят со своих орбит».

— А мне кажется, наоборот. Основная мысль здесь о том, что в жизни обязательно нужно быть немного идеалистом: верить в мечты, в себя, в любовь, наконец… Ведь Мира и Марин были счастливы, пока были вместе.

— А ты, значит, идеалистка и веришь в любовь? — Вика смутилась под его пристальным взглядом. Что она могла ему ответить? Что любовь бывает только в книжках, которые ей читать не интересно, потому что Вику ее с «тараканами» в голове никто так не полюбит? Что в свои 22 года она ни разу не посмотрела в сторону парней, потому, что едва ли они могли заинтересоваться такой серой мышью, как она?

— Скажем так, я не исключаю ее существования. Просто кому-то везет найти свою любовь, кому-то нет. Да, общем, не важно, идеалистка я или нет… К пьесе это отношения не имеет. А знаешь, когда я училась в школе, мы часто выбирались всей семьей в театр на выходных. Мама, папа и мы с младшим братом. Ехали в Питер из Тихвина на машине, чтобы посмотреть спектакль, а по дороге домой обсуждали постановку… Вот как мы с тобой сейчас. — «Ну да, Астахова, зачетная попытка сменить тему разговора, и, главное, как непринужденно получилось!» — раздраженно подумала она, искренне надеясь, что Димка не станет докапываться до ее комплексов. К счастью, Черкасов сосредоточено смотрел на дорогу, погруженный в свои мысли. Повисло неловкое молчание, и, чтобы его нарушить, Вика спросила:

Назад Дальше