Ксения (MidnightLady) Кононова
Глава 1
I wish I'd never seen your face
Better done wonder phase
I need an echo, not your praise
Straying from the god you nailed
Sex and love is not a game
A game is something you can win
Maybe something kind of fun
Cause love is just a bloodsport, son[1]
Sneaker Pimps "Bloodsport"
— Соблазн — это искушение, непреодолимое влечение, предвкушение чего-то запретного, приманка на краю ловушки, в которую, не смотря ни на что, хочется попасть. Даже не задумываясь о последствиях…
— А секс — это самый большой соблазн в жизни человека, суть я уловил, — элегантно одетый мужчина снисходительно улыбнулся сидящему напротив собеседнику и его спутнице. — Чего именно вы хотите от меня?
— Поддержки. Нам кажется, это идеально перекликается с тем, чем вы и ваша команда занимаетесь. Было бы замечательно, если бы мы смогли…
— Вы предлагаете нанять мне одного из ваших хастлеров для просвещения необразованного в этих вопросах народа и провести у себя мастер-класс? — левая бровь удивленно изогнулась, но в светло-голубых глазах застыла насмешка.
Его собеседник явно нервничал. Это было заметно даже в слабо освещенном помещении, заполненном бесчисленным количеством людей. Стакан в его руках был уже практически пуст, но он продолжал время от времени прикладывать его к губам.
— У нас нет, как вы выразились «хастлеров», наше заведение не предоставляет такого рода услуги, мы не занимаемся проституцией. Наша концепция несколько в ином ключе. И было бы замечательно, если бы вы смогли привлечь к нему как можно больше внимания. А появление отдельной колонки, посвященной еженедельным шоу, проводимым в нашем клубе, как нельзя лучше этому поспособствует. Поверьте, это будет выгодное сотрудничество, тем более мы платим не малые деньги… Иначе нам придется искать другие издания…
Он опять умолк, немного нервно поднеся пустой стакан к губам.
— Хорошо, мы обдумаем как это лучше сделать, — мужчина поднялся с дивана и холодно попрощавшись, направился к выходу, чувствуя, как его загнали в глухой угол, и особого выбора у него не было с самого начала этого разговора.
Алексей Ветров вышел на улицу и с облегчением вдохнул колючий морозный воздух. Редкие снежинки били в лицо, покалывая кожу десятками острых иголочек. Сложно поверить в то, что до весны осталась всего одна календарная неделя. За его спиной захлопнулась дверь в одно из тех ночных заведений, гостеприимно принимающих всех желающих развлечься или расслабиться в любое время и в любой день недели. Выпустив изо рта облачко пара, мужчина задумчиво взглянул на небо, на котором не было видно ничего кроме отражающихся огней мегаполиса, ибо видеть звезды, живя в многомиллионном городе — это редкая удача. Натянув перчатки, поднял повыше ворот черного пальто и уверенным шагом направился в сторону своего автомобиля. Несмотря на то, что последние несколько часов его жизни прошли в развлекательном заведении, он был трезв как стекло. Да, иногда приходится и в таких местах решать деловые вопросы. Исход сегодняшней встречи был весьма двояким, и надо признать, что его все-таки прижали к стенке. Один из главных источников их финансовой поддержки может себе позволить манипулировать им, но это не значит, что ему должно это нравиться. Праздновать, по сути, было нечего. И вряд ли предшествующий встрече скандал с его очередной пассией делал этот вечер лучше. За несколько их отнюдь не платонических встреч она умудрилась вбить в голову, что имеет хоть какое-нибудь право, чтобы вести себя как собственническая сучка.
Достав брелок, Алексей отключил сигнализацию у своего Ауди и уже открыл дверцу, чтобы забраться внутрь, как с противоположной стороны улицы что-то зацепило его взгляд. Огромный плакатный щит с изображением нового выпуска журнала «Твой Лайф Стайл» не мог не привлекать к себе внимания, рекламщики знают свое дело. Слоган «Хватит размышлять. Просто действуй» заставил уголки его губ скривиться в подобии иронической усмешки. Главный девиз его детища, который он сам и придумал, как нельзя лучше характеризовал его личный стиль жизни — минимум слов, максимум дела. Оказалось, что многим пришлись по душе пропагандируемые им взгляды и идеи, которыми он и его команда так щедро делились на страницах мужского периодического издания уже на протяжении нескольких лет. После секундного изучения подсвеченного лампами бигборда он забрался в салон и, повернув ключ в зажигании, вырулил с припаркованного места.
Проносящиеся мимо яркие огни сливались в нечто бесформенное и размытое, обтекая корпус его автомобиля и растворяясь где-то позади во мраке зимней ночи. Часы на приборной панели показывали одиннадцать вечера, когда в салоне раздался звонок его мобильного. Алексей включил блютус гарнитуру.
— Да.
— Где, твою мать, тебя носит?
— И тебе привет, — он затормозил на светофоре, нетерпеливо барабаня большими пальцами по рулю.
— Тащи свою задницу сюда немедленно и даже слышать не хочу никаких отговорок!
— Ник, я чего-то как-то сегодня не в настроении…
Наконец загорелся зеленый свет, и Алексей плавно нажал на педаль газа. Но от друга его бурной юности и компаньона по работе Никиты не так легко было отделаться.
— У тебя пятнадцать минут, чтобы добраться сюда. Кстати, как прошла встреча с Гришаевым?
— Он прислал своего прихвостня Поленина. Решил, видимо, что не стоит утруждать себя личным присутствием. И приятная новость… Мы как всегда встряли по самое дальше некуда, — едва заметный досадный вздох.
— Да ну? То-то я думаю давно тишина и спокойствие, даже не интересно как-то… Ладно, приезжай, обсудим.
Никита отключился, а Алексею пришлось свернуть в противоположную сторону от своего дома. Туда, где в клубе «Коффеин» его ждали друзья.
Атмосфера вечного праздника, независимо от времени года или дня недели, всегда фонтанировала в этом заведении, который они с друзьями облюбовали. Оставив машину на стоянке (вряд ли сегодня она ему уже пригодится), Алексей взбежал по немногочисленным ступенькам и вошел в помещение ночного клуба. Килобиты энергии и громкой музыки поглощали моментально, окутывая сюрреалистическим коконом и мозг, и тело. Оставив верхнюю одежду и пиджак в гардеробе, он уверенным шагом направился в зал, пытаясь протолкаться среди танцующих людей к барной стойке.
— Коньяк, сто грамм.
Бармен послушно кивнул и, поставив перед новым посетителем стакан, наполнил его темно-янтарной жидкостью. Опрокинув залпом содержимое, Алексей мотнул головой и, подняв взгляд, наткнулся на свое отражение в зеркале бара. После того как он несколько лет назад перешагнул тридцатилетний барьер никакой межгалактической катастрофы не случилось и никаких необратимых изменений в себе он тоже пока не замечал, но что-то ненавязчиво дышало ему в затылок, будто теперь время начало двигаться незаметней и быстрее. Высокий брюнет с почти прозрачными голубыми глазами не мог долго оставаться незамеченным.
— Скучаешь?
— Хочешь развлечь меня? — он с вызовом взглянул на севшую за стойку рядом с ним девушку. Блондинка, маникюр, татуаж… Силикон? Алексей саркастически усмехнулся, отметив, что это как раз его любимый тип. Сексуально и без претензий на долгие интеллектуальные разговоры.
— Наконец-то, — за его спиной раздался голос Никиты, — пошли за столик.
Алексей повернулся и взглянул на друга. Они с Ником были одногодками, и, казалось, знали друг друга уже целую вечность. Открытый и обаятельный, он вовсе не был похож на Ветрова по характеру, тем не менее их дружба была проверена временем.
— А мне тут уже предложили компанию поинтересней, — он медленно перевел взгляд, указывая им на ожившую каким-то непостижимом образом куклу Барби, и вновь обратился к бармену. — Повтори.
Никита непонимающе проследил за его взглядом и, закатив глаза, мягко втиснулся между девушкой и другом.
— Куколка, сходи попудри носик или чего вы там еще делаете… Взрослым мальчикам нужно поговорить.
Блондинка обижено фыркнула, но слезла с высокого стула и направилась прочь.
— Я тебя позже найду, — нахально улыбнувшись, выкрикнул Алексей, салютировав удаляющейся нимфе новым стаканом коньяка, за что в ответ получил многообещающую улыбку.
— Ты хоть знаешь, как ее звать-то? — засмеялся Ник.
— Нет, а разве это обязательно? — очередная порция алкоголя приятно обожгла внутренности Алексея.
— Похоже, что нет. Еще не надоело прыгать из кровати в кровать?
— Ну, обычно это они ко мне прыгают, а не наоборот, так что…
— Ну естественно, — похлопав по плечу друга, усмехнулся Никита, — Только когда ешь слишком много шоколада, он со временем начинает горчить.
Алексей прекрасно понимал, что именно тот имеет в виду. Чувство пресыщения постепенно стирало ощущение волнующей новизны и больше походило на спорт, чем на чистое удовольствие.
— Так что там с Гришаевым? — напомнил Никита, и Ветров посерьезнел, вспомнив о недавней встрече.
— Этот засранец четко проинструктировал, на какой мозоль нам нужно давить. Так что если мы не выделим отдельную колонку для раскрутки его нового провокационного проекта, то можем забыть о финансовой поддержке, потому что найдется целая масса…
— …других изданий, желающих сотрудничать с его финансами.
— Именно.
Они несколько секунд молчали. Каждый обдумывал возможные варианты выхода из ситуации. Наконец, Никита заговорил вновь.
— А что хоть за проект?
— Клуб «Соблазн». Новое слово в теме ночных заведений нашего замечательного города, — помпезно провозгласил он, и губы растянулись в циничной ухмылке. — И не спрашивай меня, какое именно это слово, которое приходит мне на ум.
— Ну, у меня не настолько скудный словарный запас, могу себе представить. Только у нас нет возможности на введение дополнительной колонки, — и немого помолчав, поинтересовался, — это тот новый клуб для любителей погорячее?
Алексей утвердительно кивнул.
— Полуобнаженные бармены и танцоры, феерические сексуальные шоу. Уже представляю себе наш заголовок «Смотри, но не трогай — вот наш девиз»! Или лучше «возбудим и не дадим»? — он вопросительно взглянул на друга.
— Это хоть легально?
Очередной утвердительный кивок
— Вроде как.
— Ладно, не загружайся. Сегодня все-таки пятница. В понедельник будем решать, что с этим дерьмом делать. Пошли за столик.
Алексей дал ему увести себя от барной стойки, предусмотрительно захватив перед этим третью порцию коньяка и заплатив за предыдущие две. Протолкавшись сквозь заслон двигающихся в непрерывном ритме тел, они поднялись по ступенькам на второй этаж, нависающий над танцполом, где размещались столики с мягкими кожаными диванчиками. Их друзья уже были там.
Павел — высокий с крепким телосложением, рыжий тридцатипятилетний мужчина, занимающий должность начальника отдела кадров, был одним из тех людей, которые умеют препарировать человека, всего лишь единожды взглянув на него. Он чертовски хорошо разбирался в человеческой психологии, и это его умение было незаменимо. Рядом с ним сидела миловидная брюнетка Наталья, еще не достигшая тридцатилетнего рубежа, в отличие от мужского состава команды, и славившаяся умением говорить все, что думает, но делать это по-разному в зависимости от ситуации. Хотя результат всегда достигался одинаково эффективно. Занимаясь связями с общественностью, ей всегда удавалось убедить тем или иным способом кого бы то ни было сделать что бы то ни было. В другом углу, положив ногу на ногу, сидел Олежка. Светло-русая челка закрывала лоб, спадая на очки в прямоугольной оправе, за которыми скрывались карие глаза. В руках он держал бокал с каким-то коктейлем ядовитого голубого цвета и скользил взглядом по присутствующим с видом скучающей интеллигенции. Немного женственный, немного манерный, немного… гей. Хотя нет, геем Олежка был не немного, он был им до мозга костей, что, впрочем, не мешало быть ему замечательным человеком и неподражаемым редактором-оформителем. Все вместе, включая его лучшего друга и по совместительству главного редактора Никиту, они являли собой настоящую команду, нерушимый тандем, проверенный временем и способный справиться с любым заданием и добиться великолепных результатов при любых обстоятельствах.
— Всем привет! — произнес Алексей.
Олежка первым заметил подошедших к столику друзей.
— Алекс, ну наконец-то! — сияющая улыбка озарила его лицо. — Мы думали, тебя уже успел кто-то перехватить по дороге.
Он многозначительно повел бровями. Ветров усмехнулся и плюхнулся на диванчик рядом с ним. Никита сел напротив, рядом с Павлом и Наташей.
— Судя по твоему выражению лица, не все спокойно в королевстве Датском, — опираясь на столик, бросил Павел, глядя на друга.
— Тонко подмечено. Впрочем, как всегда, — он отпил глоток из стакана и оглянулся по сторонам. Все молчали в ожидании его объяснений. Алекс почувствовал, что пауза затянулась, и по очереди посмотрел в лица друзей.
— Давайте оставим хоть что-нибудь на планерку в понедельник, а то и поговорить будет не о чем, — за безразличным тоном и саркастической улыбкой явно сквозило напряжение и досада.
— Могут быть проблемы? — на Наташу его арсенал колючек никогда не действовал.
— Могут… Но не будет. Как всегда. Серьезно, я хочу над кое-чем поразмыслить, а в понедельник поделюсь с вами своими соображениями.
Друзья недоуменно переглянулись. Все кроме Никиты. Не поднимая глаз от бокала пива, он произнес:
— Гришаев поставил нам ультиматум. Либо мы раскручиваем его новое злачное фривольное заведение в отдельно отведенной колонке нашего издания, либо можем не надеяться на его финансовую поддержку, — он сделал большой глоток.
— Ник, какого… — зло бросил Алексей.
— Какая разница, когда они узнают? Сейчас или в понедельник, — пожал тот плечами. — За два дня ничего не поменяется.
— Вот именно!
— Не кипятись, — спокойно осадил его Павел. — Насколько я правильно понял либо мы исполняем роль адвоката дьявола, либо теряем существенную долю капиталовложений в наше дело, так? — холодный рассудок и трезвая оценка ситуации всегда была одним из его несомненных плюсов.
Алексей, молча кивнул, все еще бросая яростные взгляды на Никиту.
— Но мы всегда можем отказаться и найти другого спонсора, правда? — осторожно поинтересовался Олежка, ставя свой бокал на столик.
— Не все так просто, — покачала головой Наталья. — Гришаев вполне способен перекрыть нам кислород. Пока мы на гребне, но стоит хотя бы одному из наших конкурентов, дышащих нам в спину, получить его поддержку, как мы тут же превратимся в историю.
— Тогда в чем проблема? Давайте выделим ему пару десятков слов, и все будут счастливы, — предложил Олег.
— Ну, если ты собираешься переквалифицировать наш журнал в чтиво для дальнобойщиков, то без проблем. Я сам себе буду противен, если мы начнем пропагандировать подобные заведения солидным людям, — жестко проговорил Алексей. — Почему бы тогда не начать рекламировать все публичные дома столицы. Думаю, у нас не будет отбоя от клиентов.
Он вытащил из пачки Мальборо сигарету и, щелкнув посеребренной зажигалкой, вспышка от которой на секунду осветила резкие черты его лица, подкурил ее. Выпустив большое облако табачного дыма, Алексей тяжело вздохнул.
— Да, дела… — Никита взглянул на друзей.
— До понедельника есть время все обдумать, а там будем взвешивать все за и против, согласны? — Павел поставил жирную точку в сегодняшнем обсуждении этого вопроса. — Мы слишком устали за неделю, чтобы принимать какие-либо решения в полночь пятницы, сидя в ночном клубе.
— Алиллуя! — мрачно бросил Алексей.
— Потанцуем? — меняя тему, Павел повернулся к Наташе и вопросительно приподнял бровь.
— С удовольствием, — она соблазнительно улыбнулась в ответ.