Максим:
Часть I. Наша реальность. Глава 1.
Сейчас, сидя в тронном зале «Каменного Дворца», я оглядываюсь на много лет назад, воспоминания все также свежи и четки, но не верится, что они из моей жизни. Кажется, что тогда жил не я, а кто-то другой…
Отец опять уехал заграницу, а я вновь остался, предоставлен самому себе. Мой отец, Денис Владышев, владелец крупного международного холдинга, я Максим Владышев, его сын и наследник, представитель золотой молодежи, очень красивый молодой парень, который обеспечен в жизни всем, что только в голову может прийти. Завидно? Зря завидуете, это только верхушка айсберга, то, что творится под водой трудно назвать сладкой жизнью…
Моя главная проблема – мое одиночество. Я никогда не знал своей матери, она не умерла в родах, нет, она оставила меня в роддоме, попросив медсестру отдать моему отцу, если тот придет за мной. Так начался мой путь в этом мире и так я приобрел единственного близкого мне человека, моего отца. Он не отказался от меня даже тогда, когда этого требовал мой дед. Тут, наверное, стоит пояснить…
Мои родители не были женаты, дед не позволил. Он баснословно богатый человек, а мать была девушкой из бедной семьи. Естественно, его не устраивал такой неравный брак. Но мой папа, человек не робкого десятка, бросил родителей и их деньги и стал жить с мамой, но без денег оказался ей не нужен.
После того, как отец забрал меня из роддома, он хотел вернуться домой, все же воспитывать ребенка одному и при этом не иметь ни гроша за душой довольно проблематично. Дед поставил его перед выбором, либо он оставляет меня в детском доме и возвращается, либо может катиться на все четыре стороны. Так мы с папой остались одни на целом свете, без нормального жилья, без денег к существованию и без какой-либо поддержки. Мне до сих пор интересно, как отцу удавалось совмещать работу и заботу обо мне…
Не буду подробно рассказывать о своем детстве, скажу одно, оно было счастливым до определенного момента. Правда, говорят, большие деньги - большие проблемы. Так произошло и у меня. Я учился в школе в последних классах, когда бизнес отца стал быстро расти и приносить большой доход. Тогда я приобрел много материальных радостей жизни, но потерял отца. Нет, он жив и здоров. Просто, на первое место для него встала компания, а я и мои подростковые проблемы ушли на задний план. Естественно, изначально я был рад этому, теперь у меня было то, о чем только мечтали мои сверстники. Я мог позволить себе многое, никакого контроля и полно денег. У меня прибавилось друзей, хотя таковыми их сложно назвать, но все же, тогда я мало задумывался над этим. Я радовался тому, что имел. Потом отец стал часто уезжать заграницу, налаживая бизнес и там, а я оставался с нянями, охранниками и прочими посторонними людьми. Через какое-то время, когда я пресытился своей новой жизнью, мне стало его очень не хватать. Я часто бродил по пустому дому, плохо спал и ел, накатывала апатия, когда не хотелось ничего и навороченные игрушки и девайсы последних моделей не доставляли радости. Мне, как и любому подростку, был необходим отец. Сначала я пытался вернуть его внимание своими достижениями и примерным поведением, но даже то, что я превратился из безнадежного троечника в твердого хорошиста, и в моем школьном аттестате не было ни единой тройки, не произвело на него впечатления. Я обиделся, но решил отличиться в другом и поступить в институт самостоятельно, на бюджетное место. Занимался упорно, проводя все весенние, а после и летние дни за книгами и учебниками. Поступил довольно легко, но моя победа опять осталась незамеченной. После этого я узнал, что такое депрессия. У меня всегда были проблемы с психикой, а такие нервные нагрузки убили ее окончательно. Немного легче стало после отпуска со школьными приятелями, а потом начало учебного года в институте. Все же тогда я был слишком молод и легче переносил одиночество. Сейчас я тоже не старый, но очень много боли накопилось внутри, я больше не могу с ней справляться. Я устал быть один во всем мире.
С началом учебы в институте у меня начался новый виток в жизни, появились новые знакомые, все изменилось. Тогда я понял одну вещь, что хорошими поступками я внимание отца не верну. С того самого момента моя жизнь пошла под откос…
Отношения с отцом в конец испортились, теперь, когда он бывал дома, я старался не попадаться ему на глаза, потому что большинство наших встреч заканчивались скандалами. Я часто возвращался домой пьяный, или не приходил ночевать вовсе. Однажды нанюхался кокаина, очень надеялся, что мне это поможет забыться. Помогло. Но проблем с отцом я огреб в стократ больше. Владышева старшего не было дома, и я решился попробовать. Каково же было мое удивление, когда я под кайфом добрался до дома и увидел там отца. Подумал, что мне померещилось, что это глюки от наркоты, но утром, когда рассматривал страшные синяки на теле и полосы от ремня на заднице, понял, что отец реально меня избил, мне это не привиделось. Я прекрасно осознавал, что виноват, что совершил глупость, кое-как собрался и спустился вниз, чтобы извиниться, но папы на кухне не оказалось, я обошел весь дом и не нашел его. К вечеру смог дозвониться, он сообщил, что в Германии. Хотелось выть от отчаяния…
Но все же самое страшное потрясение вызвал тот факт, что он забыл о моем дне рождении. Сегодня мне девятнадцать, я сижу в крутом клубе и отмечаю в компании знакомых свой день рождения. Друзей я не нажил, все эти люди, что сейчас пили за мое здоровье, ненастоящие, они просто способ заменить тех, кого нет на самом деле. Время перевалило за полночь, отец не звонил, и уже не позвонит. Осознав этот факт, стал усиленно напиваться, не хочу остаток ночи рыдать в подушку, лучше буду в невменяемом состоянии.
Ситуация сложилась «чудесная», я пьян, в клубе, с какими-то людьми.
- Ты такой красивый! – громко произносит блондинка с большим бюстом и садится ближе ко мне.
Да, я и правда, красивый. Натуральный блондин с яркими голубыми глазами цвета неба, мягкие правильные черты лица, губы тонкие, но не портят, а придают лицу немного жесткости. Единственный недостаток, на мой взгляд, это рост, всего лишь метр семьдесят три, для парня маловато. Но фигура у меня потрясающая, я всю сознательную жизнь увлекаюсь плаванием, хожу на фитнес и иногда бегаю по утрам, эти занятия сделали свое дело, у меня не наблюдалось ни капли лишнего жира, только мышцы, перекатывающиеся под кожей, но в то же время я не был перекачен, все было в норме.
- Ты тоже, в общем-то, ничего! – я притянул блондинку к себе и пробрался рукой под короткую юбочку, едва прикрывающую самые интимные места.
Блондинка довольно захихикала и одернула край ничего не скрывающего предмета одежды.
- Может, уединимся? – прошептала она мне на ухо, добавляя в голос сексуальные нотки.
Парень, с которым она пришла, зло посмотрел на меня и прищурил глаза. Смотрел так, словно я шлюха, которую он выбирает на ночь.
- Ничего выдающегося! Девки на тебя вешаются, но не один педик бы не посмотрел в твою сторону, - он скорчил неприятную физиономию, - у меня бы точно на тебя не встал!
Боже, как же меня это взбесило! Случилось какое-то помутнение рассудка. Мне бы тогда притормозить и просто дать гаду по морде, но я по глупости совершил поступок, который многое изменил в моей жизни. Нет, не так, он изменил всю мою жизнь.
- Да меня не только педики захотят, любой натурал не отказался бы провести со мной ночь!
- Чем докажешь?
- Спорим, что сейчас пойду и сниму любого! – пьяному море по колено, да горы по плечо.
- Иди! Только тебя пошлют, еще и по ебалу получишь! – он гаденько заржал, а я стал спускаться вниз к танцполу и бару, там вариантов было больше.
Пока спускался из vip-ложи, меня затошнило от выпитого алкоголя, и я решил выйти на улицу, там долго стоял и приходил в себя. Ждал, пока буря в желудке уляжется. Когда стало легче, увидел, что к машине, припаркованной около клуба, подходит мужчина. Осмотрел его, вроде, ничего, симпатичный. Одет в джинсы, кожаную куртку, под которой виднелась белая водолазка, стройный и высокий, выше меня на голову, темненький, брюнет или шатен в темноте было не разглядеть, лицо симпатичное, но черты тоже скрывала темнота ночи. Я направился к нему, что было дальше, не помню, осталось только одно воспоминание, как я сел к нему в машину, там, в темноте салона от мягкого хода дорогой иномарки я уснул.
Просыпался очень тяжело, все тело болело, в голове стучали молотки и звонили колокола, открыл глаза и огляделся. Твою же мать! Где я?! Я резко сел на чужой постели и рухнул обратно, так как в глазах заплясали разноцветные мухи. Зажмурился и застонал. Когда смог вновь открыть глаза, то перед ними маячил стакан холодной воды с таблетками шипучего аспирина, от них поднималось множество пузырьков, заставляя воду бурлить и шипеть. Протянул руку к заветной жидкости, схватил стакан и осушил залпом.
- Доброе утро! – я сфокусировал взгляд и увидел мужчину, растрепанный, в домашней одежде, но его лицо мне было знакомо.
Я попытался вспомнить, где мы встречались, но мне не удалось.
- Доброе, - прохрипел я, - а кто вы?
- Не помнишь? – на лице незнакомца появилась неприятная улыбка.
- Нет.
- Ты вчера около клуба мне себя очень настойчиво предлагал, – он усмехнулся, - как видишь, я не стал отказываться.
Меня сковал ужас, я вспомнил про дурацкий спор и, как на всю улицу орал, что если он меня хочет, то может поиметь. Неужели мы…я…дал ему? Видимо, мой мысленный вопрос и все эмоции отразились на лице.
- Нет, ничего не было, - я с облегчением выдохнул, - я не трахаю всякую пьянь.
Мне стало обидно, бросил на него недоуменный, расстроенный взгляд. Можно подумать, он не пьет.
- Что ты смотришь? Лучше скажи спасибо, вчера, когда ты так настойчиво предлагал тебя поиметь, вокруг было полно менее брезгливых личностей. Так что, - он сделал многозначительную паузу, - если бы я тебя не увез, то ты всю ночь ублажал компанию нажравшихся ублюдков, не думаю, что тебе понравилось бы, при условии, что ты вообще, живой из-под них выполз.
- С-спасибо, – промямлил я, заикаясь, внутри похолодело, стоило лишь представить последствия моей дурости.
- Но сегодня ты вполне трезв, а от твоего щедрого предложения я не отказывался, – он навис надо мной и приник к губам, я отпихнул его и отполз подальше.
- Н-н-не надо! – заорал я.
Уши заложило от собственного крика, сердце забилось в горле, а голова снова взорвалась вспышкой адской боли.
- Что так, хороший мой? – он плавно, словно хищник на охоте, придвинулся ко мне.
- Я не гей! – из груди снова вырвался истеричный вопль.
- Мне все равно!
- Не надо, пожалуйста! – взмолился я, упераясь в спинку кровати, отступать дальше было некуда.
- Послушай, мальчик, - сквозь зубы сказал он, - мне похеру, согласен ты или нет, у тебя есть два варианта, ты не сопротивляешься, и я сделаю все так, что ты получишь удовольствие, или ты пытаешься мне сопротивляться, тогда я тебя жестко насилую и выкидываю из моей квартиры. Ну? – он ждал моего ответа.
Приступ паники прокатился по нервам, тело застыло, не позволяя пошевелиться. Я понимал, что он сможет меня трахнуть без моего на то согласия, он был физически сильнее меня, но и сдаваться я тоже не собирался. Я помотал головой и попытался выбраться из кровати. В следующее мгновение получил удар в лицо, а через пару минут, руки оказались привязаны к кованой спинке кровати, ноги он широко развел и устроился между ними. Я мог только конвульсивно дергаться, пытаясь освободиться. Он поднял мои ноги, раздвинул ягодицы, сильно сжимая половинки руками, а потом я взвыл от острой, пронизывающей все тело боли. Момент проникновения его члена, я запомню на всю жизнь, это было намного больнее, чем ломать руку…
- Не надо! Пожалуйста! – орал я, слезы градом катились по лицу, ужас от осознания происходящего лишал рассудка, - Не надо! Я не буду сопротивляться, пожалуйста, остановись!
Но он не остановился. Скользящие движения внутри продолжались, пронизывая до самой души, заставляя орать и рыдать, умолять о пощаде. Там было все мокро, запахло кровью. Сколько все это продолжалось, не знаю. Только когда сил терпеть больше не осталось, мозг отключился, но я не потерял сознание. Замер и позволил делать с собой все, что угодно. После этого мужчина остановился, вышел из меня и отпустил. Давление изнутри пропало, но анус пульсировал сильной болью. Я снова зарыдал, даже не пытаясь сдержаться. Вскоре почувствовал, что могу свободно шевелить руками, потом меня заключили в крепкие объятия и стали укачивать.