Анатолий Безуглов
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Южноморск изнывал от жары. Все — коренные жители и курортники — стремились к спасительной воде, на пляжи, напоминающие вавилонское столпотворение.
К морю направлялась и неприметная с виду «Волга», в которой помимо водителя находилось еще трое мужчин. Однако купание их не интересовало. Вырвавшись на окраину города, машина помчалась вдоль крутого, обрывистого берега, заросшего буйной субтропической растительностью. Места тут были дивные и безлюдные. И уж вовсе сказочным видением открывался вдруг перед взором небольшой замок с башенками, неведомо как прилепившийся на скале, омываемой теплыми волнами.
Ныне в этом дворце размещался кооперативный ресторан «Воздушный замок».
— Все запомнили, мужики? — спросил у пассажиров водитель.
— Об чем речь, Сэр, — усмехнулся тот, что сидел рядом. — Чай, не впервые замужем.
Сэр — а это была кличка шофера — и впрямь выглядел, как английский джентльмен: стройный, спортивный, с интеллигентной внешностью.
— Повторенье — мать ученья, — оборвал он сурово и, повернувшись к сидящим сзади, продолжил: — Ты, Муха, сразу в зал. Борода управится с телефоном — и туда же…
Названный Мухой никак не походил на крошечное летающее насекомое — косая сажень в плечах. Под стать ему был и Борода. Оба молча кивнули.
— Ну а ты, Боцман, — закончил водитель, обращаясь к сидящему рядом, — появишься у Сурена ровно через десять минут.
— Доставим сюрприз минута в минуту, — осклабился Боцман.
Он был самым здоровенным из всех.
«Волга» свернула к «Воздушному замку». Водитель надел темные очки. Его примеру последовали остальные.
Как только Сэр заглушил двигатель, к машине устремился сторож платной стоянки. Старик, но еще довольно крепкий. Он заметно припадал на одну ногу. Лацкан его пиджака украшал орден Отечественной войны. Для придания, видимо, солидности и надежности охраняемому им объекту.
— Пожалуйте свой лимузин к нам, — вежливо показал сторож на огороженную площадку. — Как говорится, береженого Бог бережет…
— Спасибо, папаша, сами обережемся, — так же вежливо ответил Сэр. — Да и ненадолго мы.
— Ненадолго, сынок, не получится, — усмехнулся бывший вояка. — От нас не хотят уходить, пока не закроемся…
В обязанности сторожа, наверное, входила и реклама ресторана.
Приехавшие больше не обращали на старика никакого внимания, и он заковылял на свой пост — в будочку у ворот Стоянки.
На ней находилось десятка полтора машин, говорящих о том, что посетителей сегодня немало. Хотя, глядя на игрушечный дворец, трудно было предположить, что ресторан работал — наглухо закрытые окна и двери, ни единого звука не доносилось изнутри. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь стрекотаньем цикад и шепотом прибоя.
Боцман остался в «Волге», а Сэр, Муха и Борода направились в «Воздушный замок».
Всякого, кто заходил туда, поражал контраст — снаружи яркий душный день, а здесь прохлада, уютный полумрак и негромкая музыка, которая не могла пробиться на волю сквозь толстые стены зала, декорированного под волшебное подземелье. Тут словно царила вечная ночь.
На небольшой эстраде «а-ля грот», подсвеченной голубым сиянием, несколько девушек кружились в восточном танце. Стройные молодые тела, почти ничем не прикрытые, изгибались в такт томной мелодии, зачаровывая своей грацией и чувственностью.
Муха, занявший пустой столик, так и раскрыл рот от этакого зрелища. Но очень скоро к нему присоединился Борода и ткнул приятеля в бок…
Завораживающий ритм, созерцание юных красавиц, пряные блюда, выпитое вино и полумрак создавали обстановку интима, порождая вполне определенные желания.
Весь зал отдался кайфу, который, казалось, ничем нельзя было прервать.
И вдруг нега и наслаждение разлетелись в клочья — то упала официантка, с грохотом уронив поднос. Во все стороны разлетелись тарелки с купатами, долмой, шашлыком, салатами. В довершение всего разорвалась, как бомба, бутылка шампанского, обдав ближайшие столики пенной влагой и осколками стекла. Сидевшие за ними мужчины вскочили с мест, раздался женский визг.
К месту происшествия бросился метрдотель.
— Он специально! — завопила поднявшаяся с пола официантка, тыча пальцем в Муху. — Он ногу подставил!..
Разъяренный метрдотель бросился на виновника, но от могучего удара Бороды отлетел на несколько шагов, сбивая по пути столики и посетителей. На помощь администратору подбежал один из официантов, однако был встречен пудовым кулаком Мухи и, падая, увлек за собой еще один столик. Двое мужчин, возмущенные тем, что остались без своей шикарной еды и питья, решили наказать дебошира, но вмиг очутились на полу.
В драку ввязывались все новые и новые люди, так что через минуту зал напоминал сцену из американского кинобоевика: звенела разбитая посуда, с треском разлетались стулья, слышались глухие удары, стоны, вопли и визг. Кто кого бил, понять уже было невозможно.
Пока только не хватало револьверных выстрелов.
Тем временем Сэр находился в кабинете директора «Воздушного замка» Сурена Ованесовича Карапетяна.
— Я ведь при первой нашей встрече предупреждал, дорогой Сурен, — с укоризной качал головой «джентльмен». — Не согласишься — повторим представление…
Карапетян, бледный, с каплями пота на лбу, прижимал к груди трясущиеся руки:
— Где я возьму десять тысяч?
— Уже не десять, а двадцать, — поправил Сэр.
— Тогда ты говорил — десять…
— Плюс штраф, — развел руками «гость». — А в следующий раз будет сорок… Не считая, разумеется, пяти тысяч, которые ты будешь отстегивать нам ежемесячно… И заживешь, как у Христа за пазухой.
— Ну поймите, нету! — оправдывался Карапетян, вздрагивая от грохота баталии, доносившегося из-за двери. — Все свои сбережения сюда всадил. У родственников, знакомых занял!.. Да еще ссуда!.. В долгу, как в шелку, честное слово…
Тут в кабинет ворвался взлохмаченный мужчина.
— Кто директор? — закричал он.
Сурен Ованесович ответить не успел — Сэр вскочил с кресла и резко ударил ногой в пах тому, кто помешал беседе.
Мужчина сдавленно охнул и, согнувшись пополам, вывалился из комнаты.
Воспользовавшись тем, что Сэр отвлекся, Карапетян схватил трубку телефона. Но сколько он ни дул в микрофон и ни стучал по рычажку, аппарат безмолвствовал.
Сэр хотел уже воротиться на место, но дверь снова отворилась. В проеме стоял все тот же гражданин, пошатываясь и обхватив рукой живот.
Сэр спокойно вынул из кармана пистолет и выстрелил в настойчивого посетителя.
Карапетян в ужасе закрыл глаза, а когда открыл, мужчина не то рыдал, не то хохотал. В таком состоянии он и исчез в беснующемся зале.
Сэр, спрятав оружие, закрыл дверь и опять устроился в кресле.
— Мы теряем время, — посмотрел он на часы.
— Дай хоть стать на ноги, — умоляюще произнес директор.
В его глазах метался ужас от только что увиденного.
Но его ждало еще более сильное потрясение. В кабинет ввалился Боцман с огромным мешком на спине. По знаку Сэра он свалил ношу на диван. И когда высвободил содержимое из мешка, Карапетян покачнулся. Казалось, вот-вот упадет в обморок.
Перед ним лежала дочь со связанными руками и ногами, с кляпом во рту. Его любимая пятнадцатилетняя Карина. Глаза ее были закрыты, волосы разметались по дивану.
— Карина! Джаникс! — прошептал потрясенный отец, рванувшись к дивану.
Но его перехватил Сэр.
Девушка открыла огромные черные глаза, и слеза скатилась со щеки.
— Что с тобой сделали, джаникс?
— Еще не сделали, — холодно ответил Сэр. — Но если сейчас же не выложишь деньги на стол — сделаем!.. Созрела уже для хорошего урока секса. Можно и группового… Ну? Выбирай. Считаю до пяти… Раз… Два… Три…
Боцман одним рывком сверху донизу разодрал на девушке платье.
Карапетян мешком свалился на пол…
Я разговаривал по междугородному телефону, когда на столе вспыхнула лампочка, то моя секретарша Оля давала знать, что звонят по другому, из города. Разговор у меня был важный и несколько затянулся. Я закончил его, и тут же на пороге кабинета появилась страж мой приемной.
— Какой-то корреспондент рвется, — пояснила она.
— Слушаю! — снял я трубку.
— Что у вас творится в городе?! — прорвался сквозь треск возмущенный мужской голос.
— Кто говорит?
— Ляпунов!
Ответить я не успел — послышались короткие гудки.
Ляпунов больше не позвонил. Я забыл бы о его звонке, если бы не сводка происшествий за сутки, которую мне доставили по обыкновению на следующий День из областного управления внутренних дел. Сутки как сутки, оперативная обстановка была не хуже и не лучше, чем предыдущие. Опять много квартирных краж. Прямо какая-то эпидемия. И не только у нас — по всей стране. Хулиганство растет…
Из тяжких преступлений: изнасилование, два разбойных нападения с применением огнестрельного оружия, одно убийство.
Последнее меня насторожило. Произошло в Южноморске средь бела дня. Труп был найден в телефонной будке. Убили мужчину выстрелом в голову.
Вспомнился вчерашний звонок, почему-то прерванный. А что, если?..
Я позвонил прокурору города Гарбузову. Подробностей убийства он пока еще не знал, а следователя, выезжавшего на место происшествия, в прокуратуре не было — отбыл по делам. Я рассказал Гарбузову о Ляпунове, его странном поведении.
— Хорошо, Захар Петрович, — сказал прокурор города, — примем к сведению…
Не успел я закончить разговор с Гарбузовым, как мне позвонил начальник областного УВД Рунов. Голос у генерала был одышливый, словно он только что преодолел тяжелый подъем. Он был грузноват и все мечтал сбросить десяток-другой килограммов веса. Жаловался, что никакие диеты не помогают…
— Захар Петрович, ЧП в «Снежке» помнишь? — спросил Анатолий Филиппович.
— Конечно.
Недавно сгорел павильон прохладительных напитков и мороженого под названием «Снежок», принадлежавший кооператорам. Он находился на бойком месте — на пляже. Насколько мне было известно, это был несчастный случай — пожар возник из-за неисправной электропроводки…
— Так вот, — продолжал начальник областного УВД, — установлено, что павильон подожгли.
— Конкуренты?
— Да нет, сами кооператоры руку приложили. Взяли, понимаешь ли, приличную ссуду, расхапали все доходы и решили спрятать концы в воду. А вернее — в огонь.
— Смотри-ка! Раньше такими аферами занимались дельцы из госсектора, а теперь, выходит, и кооператоры туда же.
— Переняли, так сказать, опыт.
— Послушай, Анатолий Филиппович, — вдруг осенило меня, — тут в сегодняшней сводке упоминается о происшествии в «Воздушном замке», кооперативном ресторане. Может, они тоже просто хотят списать свои грехи на хулиганов?
Рунов некоторое время помолчал, обдумывая мои слова.
— Будем разбираться, — наконец сказал он. — Подключим к расследованию ОБХСС… Прослежу лично.
— Если подтвердится, дай знать.
На этом наша беседа была закончена.
Донат Максимович Киреев, майор, начальник городского ОБХСС, прибыл в морской порт, когда красавец теплоход «Абхазия» уже пришвартовался и пассажиры готовились сойти по трапу. В руках у майора алел пышный букет роз.
Прибывшие на теплоходе смешивались с толпой встречающих… Поцелуи, счастливые возгласы, дружеские похлопывания…
Наконец на пирсе показались те, ради которых и приехал Киреев, — долговязый молодой человек в белой кепочке с длинным пластмассовым козырьком, шортах и рубашке, похожей на распашонку, сандалиях. Рядом с ним шла миловидная девушка в свадебном платье-балахоне и шляпе с большими полями. Молодая пара протиснулась сквозь толпу и направилась к выходу.
— Сева! — окликнул молодого человека майор. Тот оглянулся и, узнав Киреева, бросился к нему навстречу. Мужчины обнялись, как старые добрые друзья.
— Таня, — представил Сева майору подошедшую спутницу. — Моя жена.
— Ужель та самая Татьяна? — процитировал с улыбкой Киреев и торжественно вручил ей цветы.
— Та самая, — засмеялась молодая женщина, растроганная вниманием.
— А это Донат Максимович, — сказал Сева. — Тоже тот самый…
— Наконец-то могу поздравить вас лично, — с чувством произнес майор. — Желаю всяческих радостей…
Они вышли на площадь перед портом, где ждала служебная «Волга» Киреева с антенной на крыше. Шофер почтительно поздоровался с приезжими, определил их чемоданы в багажник, церемонно усадил на заднее сиденье, захлопнул дверцу за шефом и тронул.
— Ну как свадебное путешествие? — поинтересовался Донат Максимович, оборачиваясь к гостям.
— Отлично! — отозвался Сева. — Татьяну, правда, немного укачало.
— Когда мы в шторм попали, — пояснила молодая женщина. — Но зато впервые я увидела смерч. Самый настоящий! — Она округлила глаза. — Такой огромный столб воды! Прямо до неба!..
Ехали быстро. Гаишники знали машину начальника ОБХСС города и делали вид, что не замечают, когда она нарушала правила движения.
— Вы уж простите, ребята, — сказал Киреев, — что не был на вашей свадьбе. А планировал. Ей-богу! Уже билет лежал в кармане, но…
— О чем речь, Донат Максимович! — остановил его извинения Сева. — Понимаю, служба…
— А за телеграмму спасибо, — добавила Таня. — Когда тамада зачитал ее, все бешено аплодировали. Честное слово!..
По дороге чуть ли не на каждом углу встречались афиши, извещавшие о начале гастролей популярного эстрадного певца Александра Белова.
— Смотри, Татьяна, — заметил Сева, — твой кумир здесь. Как по заказу…
— Нравится? — встрепенулся Донат Максимович.
— Еще бы! — закатила глаза молодая женщина. — Но в Москве никак не удается попасть на его концерт.
— Вас понял, — улыбнулся майор. — Будет сделано.
«Волга» припарковалась у гостиницы «Жемчужина России» среди иномарок, и швейцар, увидев Киреева, бросился к машине и с готовностью подхватил чемоданы молодоженов.
И вообще, по всему было видно, что майора в этой гостинице, самой престижной в городе, знают отлично. Встречали с подчеркнутым почтением. А кое-кто — с настороженным и даже испуганным лицом.
Дежурная по этажу поздоровалась с Севой, как со старым знакомым.
Номер был люкс, трехкомнатный. Мебель — под старину. Пол устилали ковры с толстым ворсом, заглушающим шаги.
Татьяна прежде всего бросилась к окну: какой из него вид?
— Потрясающе! — не удержалась она от восторга.
Панорама, открывающаяся взору, буквально завораживала: синее с перламутровым отливом море, живописная бухта, от которой тянулся вверх поросший курчавой зеленью склон горы.
— Сева, ты только взгляни, какой цвет у воды! — позвала Таня.
Тот подошел, обнял жену за плечи.
— А кто еще час назад говорил, что не подойдет к морю за километр? — поддел он ее.
— Хотите, перевезу на дачу, — немедленно откликнулся Киреев. — В горы.
— Нет-нет, спасибо! — возразила Татьяна. — Здесь чудесно!.. И вообще, что вы стоите, Донат Максимович? Присаживайтесь, — повела она себя гостеприимной хозяйкой.
Майор ничего не успел ответить, — под пиджаком негромко прозвучал мультитон. Это означало, что Киреева разыскивают по срочному делу.
— Простите, Танечка, — извинился он и набрал по телефону нужный номер. — Это я — Киреев. Кто мной интересуется?
— Товарищ майор, — ответила трубка, — вас ждет генерал Рунов.
— Хорошо. — Донат Максимович положил трубку и развел руками: — Увы, ребята, удаляюсь. Располагайтесь, отдыхайте. Освобожусь — позвоню. Прикинем план развлекательных мероприятий…
Когда он вышел, Татьяна осмотрела все комнаты и осталась очень довольна.
— Севка, прямо не верится, что мы будем тут жить! Как в сказке! А твой Донат Максимович — просто волшебник!
Она остановилась у стола, на котором стояла ваза с фруктами. Все было словно с выставки: огромные персики, словно светящиеся изнутри желтые груши, неправдоподобной величины инжир, тугие гроздья крупного черного винограда.