Ринка Кейт
Глубоко-глубоко в недрах Геенны, где стонут в агонии души, где бушует адский огонь и знойный ветер пламени, где пепел имеет привкус греха, обитают слуги его – демоны. И есть среди них инкубы, часто приходящие на землю, дабы искусить невинную и оправдать причину своего бытия. Ты и не заметишь, как станешь его любимой игрушкой. Он может оказаться соседом, коллегой по работе, случайным знакомым, кем угодно. Он совратит, приручит, выпьет твою душу досуха, и опустит на самое дно порока. И только погибая, уже стоя на пороге последнего круга своего личного Ада, ты все это поймешь, если повезет.
Я шла по пустым коридорам института, металась как по лабиринту. Шла и шла. Я искала, желаяего увидеть. Желая так сильно, что заламывала руки, ощущая себя дурной первокурсницей. Это было похоже на всепоглощающую необходимость. Я заглядывала в каждый кабинет. Паниковала, чувствуя нехватку воздуха в легких, которая была мелочью по сравнению с тем, как мне не хватало его.
Да где же он, черт бы его побрал?!
Уже и не надеялась на чудо, как оно внезапно меня настигло. Он просто оказался передо мной, и дыхание сбилось напрочь.
- Владислав Дмитриевич, - бесстыдно простонала я имя своего преподавателя, самого сексапильного педагога во всей вселенной.
Он шагнул ко мне, вставая вплотную, но не прикасаясь руками, которые были заложены за спину. Наклонился к моим приоткрытым губам, которые не просто ныли, они стенали от нехватки его поцелуя.
- Что-то хотела, Игнатова?
У меня изо рта вылетел ноющий стон. Разве еще не ясно, что я хотела и хочу? Лукавая ухмылка озарила красивое лицо с безупречно мужскими чертами. Это лицо мог создать только истинный мастер, владеющий искусством сексуального магнетизма. Быть таким - грязное преступление. Этому мужчине достаточно было только обратить взор густо-янтарных глаз, и любая женщина превращалась в голодную кошку в майский период, покорно задирающую хвост. Я была не исключением. Ощущая его дыхание на своих губах, эти будто специально сокрушительные, легкие касания, как словно бы прелюдия к настоящему поцелую, я оказалась на грани обморока. Между бедер было уже так влажно, что хоть бери ему меня прямо сейчас.
Но только...
- Игнатова! – встряхнул меня резкий женский голос. – Игнатова! Хватит спать на моих лекциях!
Я встрепенулась, распахивая глаза и попадая в совершенно другую реальность, вернее, в реальность вообще. На меня орала Валентина Петровна, преподаватель по биохимии. А также пялились десятки пар глаз сокурсников.
- Еще раз такое увижу, будешь у меня переиздавать мою дисциплину до пенсии! – продолжала Валентина Петровна.
Вздохнув, я положила на лоб ладонь и закрыла глаза. Как же она меня достала!
- Ты поняла меня, Игнатова?
- Да, конечно, - вяло ответила я, махнув рукой и приоткрывая один глаз. – Простите.
- Спать надо ночью, - добавила она напоследок. – А не заниматься Бог знает чем.
- Конечно, - согласилась я, лишь бы только она от меня отстала.
Валентина Петровна так и сделала, возвращаясь к чтению лекции. Но не одной ей сегодня захотелось донять меня, спавшую всего час от силы.
- Псс, - одернул меня сосед, сидящий за моей спиной.
Это был Прохоров - гад еще тот. Обернувшись, я одарила его скептическим взглядом.
- Слышь, Вероник, я че хотел спросить – сколько ты берешь за ночь?
Его друзья быстро оценили шутку и тихо заржали. Сорвавшись, я схватила чью-то тетрадь и кинула в рожу этого придурка, добавляя следом:
- Да пошел ты!
Со стороны Валентины Петровны послышался стук ручки о поверхность стола и:
- Так, успокоились. Игнатова, сядь на место.
Подхватив свои вещи, я встала и молча пересела на третий ряд, подальше от идиотов и поближе к фурии. Как ни странно, но фурия мой поступок оценила, потому ничего не стала говорить.
Сон уже улетучился. Да и к черту такие сны. После участия в них Влада мне еще требовалось время на то, чтобы прийти в себя. Этот мерзкий тип крепко засел в моем сознании и упорно не желал оттуда выходить.
Когда мои мучения закончились, я с полным ощущением счастья покинула стены медицинского института. Далее по плану – дом, сон, работа. Прохоров не просто так спросил о цене моей ночи. Чтобы иметь возможность оплачивать институт и проживание в Московской квартире, которую делила с подругой, я работала танцовщицей в ночном клубе. Многие считали, что такого рода танцы включают в себя не только их, а то и вообще все остальное, вместо них. В моем случае это было не так. Я честно трудилась и зарабатывала исключительно лишь танцами. Мой основной стиль – go-go, clubdance, хип-хоп. Моя должность – этакая девочка для подогрева толпы и создания необходимой атмосферы. Мне моя работа нравилась.
Не просто так и снился мне Владислав Дмитриевич. Он был частым посетителем того клуба, в котором я работала. Кто бы мог подумать? Кандидат медицинских наук и в подобном заведении – это попахивало скандалом. Но не в его случае. Он не выглядел как кандидат медицинских наук, он даже не тянул на простого педагога. Я вообще не понимала, как его занесло в эту степь. Слишком уж брутален, сексуален, статен и подтянут, даже очки не носит. Может, конечно, его привлекло обилие студенток, готовых пасть к ногам по первому требованию и отработать оценку любым биологическим способом. Да что там! Сдавать у него экзамены были готовы даже преподаватели, имеющие в обилии женские гормоны. Сексуальность этого мужского индивида обсуждалась в каждом закутке института. А слухи ходили такие, что краснели стены этого благородного заведения. Ну еще бы было по-другому, когда он даже не имел жены.
Но помню, несмотря на все это, я выпала в осадок, когда впервые увидела Влада среди посетителей ночного клуба. Поначалу было даже дико, было неловко представать перед ним в ином свете, нежели обычно. Уверена, не каждой студентке было бы просто трясти попой перед своим действующим педагогом. Мне это делать пришлось.
Он заметил меня сразу. Приходил часто. Похоже, ему нравилось за мной наблюдать. Бывало, придет в клуб в мою смену, сядет неподалеку за столик и не спускает хищных академических глаз, будто наглядно изучает по мне анатомию женского тела. Но однажды девчонки нашептали, что приходит он только в мою смену, в другие дни замечен не был. Стоило бы задуматься и принять его за извращенца. Но почему-то не получалось. Рядом с ним извращенкой казалась себе я сама, потому что уже буквально сходила с ума по этому мужчине, желая со страшной силой, чтобы он отымел меня в кабинете деканата или уже хоть где-нибудь. Чтоб это было бурно, ярко, чтоб запомнила на всю жизнь. Я часто представляла себе всю сцену от начала и до конца. Часто думала, что Влад этого хочет не меньше меня, но что-то удерживает его сделать первый, но уже крайний шаг. Связь между преподавателем и студенткой входила в категорию запрета, а любой запрет в категорию «плода сладкого».
Но с учетом всех этих обстоятельств, он продолжал смотреть ночью, читая мне лекции днем, а я – я продолжала сходить по нему с ума и смотреть эротические сны с его участием, что со временем приобрело статус привычного явления.
- Твой пришел, - говорили мне девчонки, стоило им увидеть Влада в зале.
От характеристики «твой» я едва не получала оргазм, хотя в виду имелось «пришел твой преподаватель», что со временем просто сократилось.
Он приходил каждую ночь, и каждую ночь я танцевала для него одного. Даже не вспомню, с какого момента все пошло именно так. Дико – именно таким все казалось, – но дико сексуально. Я возбуждалась от одного осознания, что он на меня смотрит, что обращает внимание, оценивает. Мой постоянный молодой человек, с которым у меня были посредственные отношения, находился на седьмом небе, потому что из-за Влада я всегда была заведенной и голодной до секса. И это безумие обещало продолжаться.
- Твой пришел, - сказала мне коллега по работе, когда я находилась в гримерной и прихорашивалась для выхода. – Что-то рано он сегодня.
- Поди, соскучился, - решила поддержать разговор еще одна девушка.
- Подошла бы уже к нему, - присоединилась и другая. – Глядишь, так и досрочно сдашь экзамен.
- А то и институт закончишь экстерном.
Раздался женский издевательский смех нескольких девушек сразу. Но мне было, что им ответить:
- Завидуете? Завидуйте молча.
Кто-то фыркнул. Кто-то не согласился. Но их глаза правды скрыть не могли – они действительно завидовали, что такой мужчина обращает столько внимания на меня одну. В институте подобного замечено не было. Там он мило обходился со всеми, стараясь не делать явных исключений.
Я вышла в зал на свою территорию. Обхватила руками холодные перила балкона и огляделась. Внизу, в зоне комфорта, в самом его темном уголке, за столиком сидел Влад. Расслабленная поза уверенного в себе человека. Он поднял глаза, встречаясь с моим взглядом. Сразу захотелось выпрыгнуть из трусиков и спикировать к нему на колени. Он улыбнулся своей сексуальной ленивой ухмылкой. Улыбнулся мне. Иногда казалось, что он намеренно все это делает, желая довести меня до срыва, либо тупо проверяя, сколько во мне терпения и сдержанности. При каждой нашей встрече приходилось бороться с собой и своим искушением. Пока что я выигрывала. Пока что. Я трезво понимала одно – стоит ему сделать шаг навстречу или хотя бы о чем-то попросить, и я все сделаю. Я приду, приползу, попросту растаю в его руках как сладкое мороженое. И не важно, что между нами шестнадцать лет разница.
Но он шага не делал, ни о чем не просил, а я не таяла. Пока что. И искренне надеялась, что все именно так и останется. Боялась, что близости с ним я просто не выдержу, а после – не смогу отпустить.
Я снова танцевала для него. Двигалась в такт клубной музыки. Иногда закрывала глаза, представляя вместо своих рук – его. Расстояние между нами, как физическое, так и любое другое, придавало моему зрителю ареол загадочности. Мы никогда не общались на темы, не касающиеся учебных моментов. В атмосфере клуба его взгляд приобретал какие-то мистические нотки – он казался глубже, пронзительнее, словно он смотрит прямиком мне в душу. Что со мной происходило в такие моменты, было не описать словами. От возбуждения часто сбивалось дыхание. К концу ночи я горела и гудела изнутри. А Влад просто расплачивался с официанткой, поднимался из-за стола и уходил. Каждую рабочую ночь меня постигало страшное разочарование, которому я радовалась. Пусть лучше так, а не иначе. И ведь главное – я даже не могла попросить его больше не приходить в мой клуб. Он подсадил на свою персону, как на наркотик, и я хотела, чтобы он приходил и смотрел, хотела видеть его сама. При несносном характере меня это могло бы взбесить. Оно так и было. Но это бешенство издавало характерные стоны с характерным придыханием. Под чары моего педагога попало даже оно.
Но в очередной прекрасный день все пошло не так. Мои страшно-сладкие кошмары начали осуществляться.
На его лекциях мы менялись ролями. Тогда смотрела на него я. Смотрела, слушала и мечтала. В тот день с этими грезами я уснула, на его лекции. Проснулась в тот момент, когда затекла рука и стало попросту неудобно спать.
- Ты слишком много работаешь, - услышала над своим ухом голос Влада.
Встрепенулась. Первый же обзор помещения дал понять, что все уже ушли, второй – мы с Владом наедине. Он сидел на краешке моего стола, совсем близко.
- Простите, я опять не выспалась, - тараторила, спешно собирая в сумку свои манатки.
- Не мне что-то объяснять, - ответил он, вставая со стола.
Я не сдержала улыбки. Собрав вещи, уже рванула в проход, собираясь быстренько проскочить мимо мужчины. Но вместо того, чтобы подвинуться, он преградил мне дорогу. В итоге я едва не врезалась в него. Стало страшно, что в такой ситуации не удержусь и наброшусь на него с поцелуями. Страшно, что он ответит, и что мне это понравится. От борьбы с самой собой руки невольно сжались в кулачки, врезаясь ногтями в кожу.
Янтарные глаза снова заглянули мне в душу. Сердце забилось как у кролика, или вернее как у крольчихи, полностью готовой к спариванию.
- Ты восхитительно двигаешься, когда танцуешь, - сделал он мне комплимент. – Раньше не было возможности это сказать.
- Спасибо, - смогла я выговорить, кивая с усердием.
Он поднял руку и протянул к моему лицу, коснулся волос. Я с трудом подавила в себе желание отстраниться от его касания. Оно слишком жгло. Понадеялась, что это быстро кончится, но зря. Горячие пальцы поправили локоны и легким движением спустились вниз, прочертили линию от скулы до подбородка, приподнимая мое лицо вверх, к нему. Я ощутила себя не студенткой, подрабатывающей в ночном клубе, а девственной школьницей. Даже губы приоткрыла под его большим пальцем, который фривольно их коснулся. В горле моментом образовалась Сахара, когда Влад был моим спасительным оазисом. И что характерно – я позволяла себя касаться, пребывая в полнейшем ступоре.
- Только твоя работа мешает учебе, - произнес мужчина. – Ты понимаешь, что можешь не сдать многие дисциплины, и мою в том числе?
От таких слов внутри все перевернулось. Вот и пришли мы к самому главному. Чертов сукин сын! Намекает без всякого стыда на секс за зачет. Но как я смогу отказать? И кто я буду после этого?
- Понимаю, - с трудом выдохнула я.
Его палец нагло прошелся по моим губам. Я едва не простонала в голос. Влад наслаждается моей реакцией. Это было видно по лицу и горящему взгляду.
- Тебе не помешало бы позаниматься с репетитором.
Хотелось спросить, чем это мне не помешало бы позаниматься с репетитором? У меня, например, мысли об этом были только такие, какие располагались ниже пояса. С голосом я справилась не сразу:
- Вы... вы предлагаете свою кандидатуру?
- Если желаешь мою кандидатуру, то да – предлагаю.
Я уже и запуталась в том, о чем именно мы говорим – о сексе или об учебе? Ах да, это все было тесно взаимосвязано. Жаль, если порой именно таким способом пользуются абитуриентки, чтобы в дальнейшем оказаться на ответственной должности. От самой этой мысли стало немного скверно. Я не хотела быть одной из них. Пусть я филонила на лекциях, но к экзаменам старалась готовиться со всей ответственностью.
Не знаю, каким чудом, но мне удалось ответить:
- Я подумаю об этом, хорошо? – я шагнула назад скользящим движением, уходя от его руки. – Обязательно подумаю. – Закивала, делая еще шаг и сразу начиная чувствовать себя немного лучше. – Обещаю. – Рванула в сторону, обходя Влада через ряды столов и вдоль стеночки.
Наконец-то оказалась возле двери. Дернула за ручку, но к моему ужасу та не поддалась. Дверь была закрыта на ключ, так наглядно вставленный в замок. Меня начало лихорадить, когда я поняла, в какой ситуации нахожусь и чего себя лишаю.
- Как пожелаешь, Вероника, - ответил Влад, приближаясь ко мне неспешным шагом, называя по имени.
У меня тряслись руки и уже отказывал мозг, мешая повернуть ключ как надо и открыть эту чертову дверь. Вот до чего довели меня все эти молчаливые игры. И ведь я знала, что при подобной ситуации все так и будет.
Он подошел со спины, практически прижал к двери своим телом. Я ощутила его эрекцию и забыла не только как дышать, забыла все на свете. Только подумала: «сейчас это случится», трепеща и предвкушая. Он коснулся носом моей шеи, провел им снизу вверх. Словно играл со мной в кошки-мышки. Я услышала его жаркое дыхание, и голос:
- Я не кусаюсь, так что не нужно так нервничать.
Он издевается?
Раздался щелчок. Кажется, Влад открыл дверь.
- Поверь, я не сделаю ничего против твоей воли, как и того, что тебе может быть неприятно.
Тут уже я взорвалась, едва ли не истерически потребовав:
- Влад, перестаньте. Пожалуйста.
Он просунул вперед руку, касаясь моего бедра, взялся за ручку и приоткрыл дверь на сантиметр.