Тут в агентство поспешно вошли два взволнованных белых человека, чтобы переговорить с Карсоном, и он сказал нам, чтобы мы пришли к нему попозже. Мы удалились и, ведя коней в поводу, прошли к лагерю индейцев пикури и долго прогостили у них — Дальняя Сосна по-прежнему служил переводчиком. Их женщины уделяли большое внимание Женщине Копье, в особенности одна из них, хорошо говорившая на языке жестов. Подобно индейцам племени таос, наши новые знакомые горько жаловались на обиды, которые они претерпели под испанским господством, и мы могли лишь ответить:
— Да, скверно, скверно.
Когда мы готовились двинуться дальше, Женщина Копье в великом возбуждении пришла к нам, размахивая прекрасным одеялом, какие носят индейцы племени навахо.
— Они любят меня, эти незнакомые мне женщины, а я люблю их. Я очень люблю их. Они просят, чтобы я осталась с ними на ночь, и я останусь, — сказала она.
— Ты не останешься с ними. Ты вернешься с нами в большой дом, где мы остановились, — ответил Красный Волк.
— Но я буду с ними в такой же безопасности, как и со всеми вами. Я очень хочу получше узнать этих женщин. Позвольте мне побыть с ними только одну эту ночь. Брат, скажи: «Да», — умоляла она и настойчивым взглядом, кивком головы просила у меня помощи.
Тем временем ее новые друзья серьезно разговаривали с Дальней Сосной. Он повернулся к нам и сказал:
— Они очень хотят, чтобы она погостила у них сегодня ночью. Они дадут ей еще подарков и хорошо позаботятся о ней.
— Ну ладно, оставайся. Я заберу твою лошадь и зайду за тобой завтра, — сказал ей Красный Волк.
Когда она, счастливая, повернулась, чтобы уйти, Белая Антилопа сказал ее брату:
— Ты с ума сошел, что позволил ей остаться здесь. — И затем крикнул: — Женщина Копье, вернись, ты не должна оставаться здесь!
Круто повернувшись и указав на него, она бросила;
— Оставь меня! Это я говорю тебе, и смотри не забудь: раз и навсегда перестань разговаривать со мной.
Сказав так, она пошла дальше вместе со своими друзьями, а Белая Антилопа, бормоча что-то про себя, вскочил в седло и поскакал вверх по долине. Мужчины племени пикури провожали его пристальными взглядами, качали головами. Они просили нас еще покурить вместе с ними. Мы побыли у них еще немного, поговорили о том о сем, и они обмолвились, что прибыл маленький отряд людей племени волк и расположился лагерем дальше по течению потока. Переводя их слова, Дальняя Сосна сказал мне, что белые называют людей племени волк именем пауни. Пинуквиим сказал, что военный отряд, членом которого он когда-то состоял, совершил набег на лагерь людей племени волк, находившийся ниже устья реки Йеллоустон, убил нескольких из них и захватил большое количество лошадей. С людей племени волк легче всего снимать скальпы, ибо они брили головы, оставляя лишь небольшой клочок волос на макушке, которые они перевязывали так, чтобы он стоял торчком, как рожок. Желая разузнать о них побольше, я предложил спуститься вниз и навестить их лагерь, но Пинуквиим отказался.
Вернувшись в агентство, мы застали там Кита Карсона: он был занят с несколькими белыми и испанцами, поэтому Дальняя Сосна сказал ему, что мы навестим его завтра. В поселении индейцев племени таос мы застали Белую Антилопу, разговаривающего языком жестов с Туа. Он не хотел смотреть на нас, но нам это было совершенно безразлично.
Вечер проходил приятно за разговорами о событиях дня, пока нам не доложили, что прибыла группа индейцев пикури, которые хотели бы потолковать с нами. Они должны говорить с Дальней Сосной, и немедленно. По возбужденному тону, каким они разговаривали, мы поняли, что у них в лагере стряслась беда. Затем Дальняя Сосна объяснил, что ранним вечером трое мужчин народа волк пришли в лагерь племени пикури и проявили большой интерес к Женщине Копье. На языке жестов они спросили ее, почему на лбу у нее нарисована Утренняя Звезда. Они говорили с ней некоторое время, а потом вернулись в свой лагерь. Затем внезапно появился их конный отряд, один из индейцев спрыгнул с лошади, схватил девушку и передал ее одному из своих, хотя она отчаянно сопротивлялась, и они исчезли с нею во тьме. Все произошло мгновенно, и люди пикури не могли помешать этому, потому что они были разбросаны по всему лагерю; да к тому же их было слишком мало, чтобы оказать сопротивление ее похитителям. Они поспешили к своему агенту, Маленькому Вождю, и он сказал, что надо немедленно известить об этом нас. Он ожидает нашего прихода.
Молодые пастухи племени таос привели наших лошадей, и, оставив лошадь и пожитки Женщины Копье у Туа — ибо вести лошадь в поводу было не очень удобно, это замедлило бы наше движение, — мы отправились в путь и вскоре были у Карсона в агентстве. Мы долго разговаривали с ним, ибо Дальняя Сосна и я должны были переводить на язык черноногих и английский все, что говорилось. Пинуквиим и Разговоры-с-Бизоном хотели узнать от Маленького Вождя как можно больше, и он надавал нам много советов. Сам он никак не мог отправиться с нами и потребовать вернуть эту девушку, потому что у него была куча неприятностей с испанцами. Они грабили, а иной раз и убивали белых, прибывающих в страну. Казалось, скоро вспыхнет война между Соединенными Штатами и Мексикой.
Наконец мы решили, что нам следует делать. Все мы должны будем подойти к деревне индейцев пауни на Лу-ривер, располагавшейся в десяти или двенадцати днях пути к северу, и, пока наши сотоварищи будут скрываться где-нибудь поблизости, Дальняя Сосна и я войдем в деревню под видом торговцев и попытаемся придумать, как спасти девушку. Карсон даже сказал, что даст необходимые нам товары, но у меня у самого было достаточно денег, чтобы купить их. Во время своих странствий Дальняя Сосна несколько раз побывал в деревнях индейцев пауни, так что он знал, как добраться до них, но, чтобы я лучше во всем разобрался, Карсон нарисовал карту нашего маршрута. Все пристально глядели на нее, я переводил, он объяснял, неоднократно повторяя, что деревня индейцев скиди, или племени волчья стая, на реке Лу-ривер и есть та самая деревня, в которую должны отвезти Женщину Копье.
Поскольку лошадь Женщины Копье была нужна для перевозки товаров, мы вернулись в поселение индейцев таос, чтобы забрать ее и провести там остаток ночи. Когда мы улеглись в комнате, которую отвел нам Туа, Белая Антилопа вскричал:
— Мы делаем не то, что надо! Это безумие. Мы отдыхаем здесь вместо того, чтобы отправиться в погоню за похитителями Женщины Копье. К этому времени мы бы уже Догнали их О, я против, очень против вашего плана; он слишком медленный, слишком неразумный. Ну да я верю, что придумаю что-нибудь получше.
Никто ему не ответил.
Мы встали ни свет ни заря и вернулись в город Таос, и, когда один из магазинов открылся, я купил табаку, одеял, какими накрываются индейцы навахо, браслетов, колец, ножей, ножниц, киновари, иголок и ниток на продажу, а также пороху, пуль и капсюлей для моих сотоварищей. Белая Антилопа не пошел в магазин вместе с нами, и, когда мы вышли из магазина, его нигде не было видно. Двое индейцев из племени пикури, стоявших возле магазина, сказали Дальней Сосне, что он подал им знак: «Мои сотоварищи очень медлительны. Я передвигаюсь быстро и отобью мою женщину у народа волк». Это нас очень обеспокоило, ибо, как сказал Дальняя Сосна, он, возможно, каким-нибудь образом вмешается в наш план и доставит нам немалые неприятности.
Когда мы нагружали лошадь Женщины Копье нашими покупками, пришел Карсон, чтобы сказать нам несколько слов напоследок. Он спросил у Дальней Сосны, помнит ли он мужчину племени скиди по имени Высокий Орел, который был с ними, когда они ставили капканы в верховьях рек Платт и Бигхорн. Дальняя Сосна ответил, что помнит и что, по его мнению, он может быть нам полезен.
— Вот это именно моя мысль, она явилась мне ночью. Ну всего хорошего вам всем, — сказал Карсон, и с этим мы отбыли.
Покинув Таос, мы поднялись вверх по Рио-Сан-Карлос, пересекли реку Арканзас, реку Платт и ехали теперь уже по ночам. Продвигаясь таким образом, озабоченные и несчастные — ибо Пинуквииму не явилось никаких откровений — на двенадцатое утро по выходе из Таоса мы остановились на поросшем лесом утесе и примерно в четырех милях от нас, внизу, на реке Лу, увидели деревню племени скиди. Она представляла собой множество землянок посреди кукурузного поля. Дальняя Сосна уверял нас, что Женщина Копье находится в одной из этих землянок, досыта накормленная, прекрасно одетая, и обращаются с ней так, словно она действительно жена Утренней Звезды. Он посоветовал нашим сотоварищам остаться на утесе за охотничьей изгородью, где можно не опасаться, что их обнаружат, ибо в это время люди племени волк готовятся принести в жертву свою пленницу и не выйдут на охоту. А мы, Дальняя Сосна и я, как только нам удастся, придем к ним и расскажем, что мы предприняли, чтобы вызволить Женщину Копье.
Затем с лошадью, нагруженной товарами, мы спустились вниз и подошли к деревне с юго-востока, как будто бы мы и в самом деле пришли из страны племени тева, родного племени Дальней Сосны.
Когда мы были около деревни, он спросил меня:
— Ты боишься?
— Да, очень.
— И я боюсь, но мы все равно должны идти, мой друг.
Группа мужчин и женщин на краю деревни следила за нашим приближением, а несколько человек, узнав Дальнюю Сосну, вышли вперед и поздоровались с ним, потом со мной. Запинаясь в словах, но легко объясняясь жестами, Дальняя Сосна сказал, что мы приехали торговать с ними, и спросил о своем друге — Высоком Орле. За ним послали мальчика, и он вскоре пришел — высокий человек лет пятидесяти, ладно сложенный, с добродушным выражением лица и толстым, длинным, тугим рожком из волос, торчащим на макушке. Он горячо приветствовал Дальнюю Сосну, любезно меня и пригласил нас в свое жилище. Вход в него, как и во всех других землянках, располагался с восточной стороны и представлял собой площадку примерно десять футов в длину, шесть в ширину и столько же в глубину; он был сложен из палок, шестов и веток кустарника.
Жена Высокого Орла и его дети помогли внести наши пожитки, отвели наших лошадей пастись, и вскоре мы уютно устроились в землянке. Размер ее меня удивил. Всего футов пятьдесят в диаметре, полы углублены в землю на четыре фута; в помещении были очень удобные постели — камышовые маты и шкуры бизонов. Покрытая травой крыша держалась на столбах и находилась на высоте примерно двух футов от земли, большое квадратное отверстие служило одновременно и дымоходом и окном. Земляная хижина содержалась в чистоте и порядке.
Я поспешил дать Высокому Орлу пару фунтов табака и тем доставил ему большое удовольствие. Мы курили, он и Дальняя Сосна разговаривали, и, так как они часто прибегали к языку жестов, я понял, о чем шла речь. Они говорили о своем хорошем друге — Маленьком Вожде (Карсоне); Дальняя Сосна рассказал о его странствиях, и только после этого Высокий Орел выложил свою главную новость: несколько мужчин их племени отправились в Таос торговать и захватили там молодую женщину Раскрашенные Щеки (пикуни), и через четыре утра знахари собираются отдать ее Утренней Звезде, убив женщину древними священными стрелами.
— Вот так. Она действительно здесь. Как мы можем спасти ее? — спросил я Дальнюю Сосну по-английски.
— Потерпи. Я думаю, мы что-нибудь придумаем, — ответил он.
Вошла жена Высокого Орла, чтобы накормить нас, и вместе с нею пришел мой первый покупатель, пожелавший обменять шкуру бобра на табак. За ним потянулись другие — с бобровыми, норковыми и лисьими шкурами, и я совершал обмен — на шкуры, которые были мне совершенно не нужны. Высокий Орел и Дальняя Сосна ушли и ходили где-то всю первую половину дня.
В конце концов я сказал на языке жестов жене Высокого Орла и одному или двум ожидавшим своей очереди покупателям, что на сегодня торговля закончена, вышел и уселся на крыше землянки; я смотрел на людей, бродивших туда-сюда по разным своим делам, и гадал, в какой из землянок держат Женщину Копье. Женщины переносили всякую домашнюю утварь из большой землянки в другую, стоявшую недалеко от нее. Они кончили свою работу, и туда начали входить мужчины со свертками, напоминающими священные укладки племени черноногих. Я подозревал, что это имеет какое-то отношение к Женщине Копье, и затем я увидел ее и быстро прикрыл лицо плащом, чтобы она, узнав меня, не вскрикнула от неожиданности. Она шла между двумя женщинами; шла легко, свободно, не догадываясь, какая судьба ей уготована. Они сняли с нее мужскую одежду и переодели ее в платье из оленьей кожи, украшенное на спине изображением Утренней Звезды из яркораскрашенных игл дикобраза. Все трое направились прямо ко входу в ту землянку, в которую мужчины принесли священные укладки, и сопровождающие ее женщины знаками предложили ей войти и потом последовали за ней.
Затем ко мне присоединился Дальняя Сосна, и, когда в землянке начали петь и возносить молитвы, он сказал, что там приступили к церемонии, которая будет длиться четыре дня и четыре ночи и закончится жертвоприношением пленницы. Он тоже видел, как Женщина Копье входила в землянку, и позаботился, чтобы она его не заметила.
Жена Высокого Орла позвала нас и накормила вареной кукурузой с сушеным бизоньим мясом. Затем мы закурили, и Высокий Орел по моей просьбе рассказал, почему его племя приносит человеческие жертвы Утренней Звезде. Коротко это звучит так.
Некто по имени Тирава создал землю и звезды, и звезды были действительно живыми существами: те, что на западе, — женщинами, те, что на востоке, — мужчинами. В свое время, преодолев множество трудностей, Утренняя Звезда женился на Вечерней Звезде, а Солнце на Луне, и они жили вчетвером в восточной части неба. У каждой пары было по ребенку — мальчик и девочка. И они послали их на Землю, чтобы те росли там, размножались и населяли Землю. Люди быстро разрослись, и появились разные племена. Пришло время, когда скиди начали голодать, и тогда к одному из них явился во сне Утренняя Звезда и сказал, что нужно сделать, чтобы окончились их страдания. Им следует поймать молодую чистую женщину и после определенной церемонии принести ее в жертву ему, их главному богу. Так они и сделали, и сразу же все у них наладилось.
Высокий Орел продолжал свою речь и поведал нам, почему много зим тому назад им не удалось принести жертву Утренней Звезде. Сын главного вождя племени скиди возражал против убийства захваченной для этой цели женщины, говорил, что это неправильно, и жестоко, и вовсе не требуется для процветания племени. Несколько человек поддержали его, и они сговорились о дальнейших действиях. Когда девушка была привязана к жертвеннику и знахари удалились в глубокий овраг позади этого жертвенника, чтобы вознести молитвы над стрелой, которая должна убить ее, сын вождя подбежал к ней, перерезал путы, посадил девушку к себе на лошадь и вернул ее племени. Хотя приготовления к жертвоприношению кончились ничем и девушка спаслась, племя все же процветало, и сейчас некоторые тоже возражают против нового жертвоприношения. Высокий Орел и сам против этого. И может быть, не возникла бы никогда мысль еще об одном жертвоприношении, если бы Пятнистый Лось, хранитель священной стрелы, не встретил случайно эту молодую женщину в Таосе. Увидев символ Утренней Звезды, нарисованный у нее на лбу, узнав о ее видении и о том, что она принадлежит богу неба, он решил, что ему предопределено свыше схватить ее и принести в жертву. Его спутники думали так же, как и он, и помогли ему унести девушку.
Когда Высокий Орел кончил, я сказал по-английски Дальней Сосне:
— Давай откроемся ему, зачем мы здесь.
— Давай. Я уверен, он поможет нам. Но его жена и дети не должны нас слышать. Женщины и дети любят болтать. Я попрошу его подняться на крышу и посидеть с нами.
Солнце почти зашло, когда мы поднялись на крышу. Как можно короче Дальняя Сосна рассказал своему другу о военном отряде и о том, как нам пришлось отклониться от нашей цели из-за пленения нашего сотоварища, и затем напрямую попросил его помочь нам спасти девушку. Прежде чем он успел ответить, я добавил, что отдал бы ему все выменянные шкуры и все товары, которые у меня останутся. Улыбаясь, он ответил:
— Даже если бы вы ничего мне не дали, я бы все равно помог вам, потому что мне очень не нравится это убийство молодой женщины моим народом. Теперь дайте мне немного поразмыслить, что нам лучше всего сделать.
Уже стемнело, когда мы окончательно приняли план Высокого Орла, и во мне поселилось чувство тревоги и тоски — из-за той роли, которая мне в нем отводилась.
Нас позвали в землянку и накормили вкусным тушеным мясом, дробленой кукурузой и сушеным мясом бизона. Затем до самой темноты тянулись мужчины и женщины, чтобы торговать со мной. Я выложил остаток своих товаров и получил большую связку бобровых и других шкур для нашего друга. Выйдя ненадолго из землянки, мы увидели множество людей на крышах и вокруг жилища, в котором находилась Женщина Копье. Высокий Орел сказал, что похитивший ее Пятнистый Лось и знахари находятся в землянке, и Пятнистый Лось, исполняя роль Утренней Звезды, показывает, с какими трудностями встретился бог неба, путешествуя на запад, чтобы взять себе в жены Вечернюю Звезду.