Томилин Анатолий
Анатолий Томилин
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Есть ли в космосе, кроме нас, живое существо?
Есть.
Похоже ль на нас?
Не знаю.
Может быть, красивей, чем мы?
Может быть, на бизона похоже,
в то же время нежнее травы?
А быть может, похоже на блеск текучей воды?
Может, менее красиво, чем мы?
Например, похоже на муравья,
в то же время громаднее трактора.
А может быть, на скрип двери похоже?
Может быть, не красивей, чем мы, и не хуже,
Может быть, как две капли похоже на нас?..
Назым Хикмет
Глава I
ПОСЛЕДНИЙ СБОР
Распахнулась дверь, и на пороге выросла высокая, стройная фигура вождя повстанцев.
- Заговор? - воскликнул он, выхватывая атомный пистолет. - Заговор против свободы? - Глаза молодого вождя грозно сверкнули гневом. - Тридцать секунд на размышления. И если гнусный изменник, ваш предводитель, не будет выдан, я дезинтегрирую всю живую материю, находящуюся в этом зале... Раз, два...
С воплями страха собравшиеся выпихнули на середину дрожащего Валера Шусто.
- А, старый знакомый, - улыбнувшись одними губами, произнес вождь. Отойдите в сторону, люди. Ибо, клянусь черным небом космоса, наша сегодняшняя встреча - последняя.
С силой нажал он на гашетку страшного оружия. Тонкий луч испепеляющей энергии вылетел из пистолета. Валер Шусто задымился...
- Молчанов, ты опять не слушаешь? Ну конечно, тебе не интересны "мелкие" дела отряда. Как всегда, мечтаешь о подвигах...
Чудесная картина, нарисованная воображением, съежилась и завяла, как лопнувший воздушный шарик. Перед глазами снова класс, вторая парта. Хорошо, что у окна. Уроки кончились, но председатель совета отряда Валерка Шустов сказал, что будет сбор. И вот уже тридцать минут тридцать учеников 6 "а" класса слушали нуднейшее повествование своего председателя о каких-то забытых всеми обязательствах, о том, что не сделано за год и что сделалось само собой.
Виктор Молчанов вздохнул и отвернулся к окну. На улице светило солнце. За пыльными стеклами класса в голых кустах акации изо всех сил орали воробьи. Плевать им, воробьям, было на невыполненные обязательства 6 "а" класса и на справедливый гнев председателя совета отряда... "Еще хорошо, - думал Виктор, у нас в классе Валерка в начальстве ходит, а была бы девчонка..."
Он подумал о том, почему это так случилось, что все командные пионерские должности постепенно во всей школе перешли к девчонкам, а мальчишки, большинство, вроде и не пионеры совсем.
- Ирка, - он толкнул локтем соседку, - Ирка, а что означает слово "ПИОНЕР", ты знаешь?..
Девочка кивнула. Не отрывая взгляда от задачи по алгебре, она проворно слазила в портфель и вынула записную книжечку;
- На, посмотри сам, там где-то записано.
Вот то, что ему нужно... Рамкой обведено:
ПИОНЕР - человек, одним из первых проникающий в новую, неисследованную область.
...Интересно!..
Валерка Шустов перешел к фактическим данным своего доклада: сколько проведено сборов, сколько заслушано отчетов, сколько собрано металлолома, сколько макулатуры, сколько... сколько... сколько...
Витька думал, глядя на книжечку: "Как бухгалтерский отчет читает..."
В этот момент в речи председателя снова прозвучала его фамилия. Виктор еще успел додумать мысль до конца, прежде чем включился во внешний мир. А мысль эта состояла вот в чем: "Кто же настоящий пионер? Космонавт - пионер космоса. Водолаз, шахтер, геолог. Вот целинники были пионерами. Тимур и его команда. Красные следопыты. Пионером быть интересно тогда, когда у каждого дело по душе, а не всем - одно и то же..."
Именно на этом месте цепь раздумий Витьки Молчанова прервалась. И как раз вовремя. Валерка говорил, глядя на него в упор:
- Между прочим, Молчанову следовало бы знать, что обязательства по сбору макулатуры класс не выполнил, можно сказать, именно из-за него! Из-за него и Вервина. Тоже, друзья называются, а как долг свой перед...
Виктор через плечо оглянулся на приятеля. Никола и ухом не вел. Он сидел через три парты на той же колонке и сосредоточенно играл в "крестики-нолики" со своим соседом. Витька зажмурился. Перед глазами вспыхнули и поплыли разноцветные круги, сквозь которые черными стрелами летели ядовитые слова председателя.
"Дезинтегрировать - разложить на мельчайшие частички, может, даже не атомы". Надо спросить у Николы... Он снова приоткрыл глаз и с надеждой покосился направо. Может, партию в "морской бой", хоть с Иркой?.. Опоздал. Прилежная Ира Пуговкина - отличница, которую посадили рядом с ним "для влияния", тщательно переписывала задание по алгебре в домашнюю тетрадь.
- Молчанов, может быть, ты скажешь нам все-таки, собираетесь вы с Вервиным выполнять свое обязательство по макулатуре? Весь класс ждет твоего ответа...
"Вот ведь привязался. Как репей... Класс ждет..." - Виктор еще раз покрутил головой. На последней парте, выпрямившись, сидела Ольга Ивановна. Поджав губы, она смотрела на него строгими темными глазами.
ОПЕРАЦИЯ "МА-КУ-ЛА-ТУРА"
Час спустя, получив "боевое задание", два приятеля отправились его выполнять. По пути запасливый Никола стянул у восьмиклассников здоровенный мешок.
- Складывать будем, - кратко пояснил он другу.
Кто не знает, как происходит сбор макулатуры. С этажа на этаж, из одной парадной в другую. И всюду одно и то же: "Извините, пожалуйста, нет ли у вас ненужной бумаги, старых книг, газет или журналов. Мы поможем вам и все это унесем".
Но не так-то легко набить мешок бумажным хламом в конце учебного года. У всех пионеров кампания по выполнению этой задачи проходит в одно и то же время. Приходится изворачиваться.
Тактика была творением Николы. Войдя во двор очередного дома, он задирал голову и внимательно профессиональным взглядом осматривал этажи. Если окна чистые, приходилось начинать обход подъездов. Но если...
- Витька, смотри. Ремонт!
На третьем этаже два окна основательно заляпаны побелкой.
- Вижу, не слепой. Пошли!..
Дверь открыл высокий парень в джинсах, измазанных штукатуркой. Он не удивился.
- А-а-а, свободные охотники. Десять килограммов макулатуры на алтарь славы родимой школы?
- Восемнадцать, - буркнул Никола. Он был начисто лишен чувства юмора и воспринимал все слишком буквально.
- Что "восемнадцать"? - не понял парень.
Виктор вежливо пояснил:
- Он хочет сказать: восемнадцать килограммов. Ну, на "алтарь".
- Но, но, джентльмены! Жадность украшает, конечно. Но нельзя же все сразу. - И, переходя на деловой тон, парень добавляет: - Нет, восемнадцати не обещаю, но двенадцать - с гарантией.
Глаза Николы сверкнули. Он подтолкнул Виктора локтем. Удача! Вслед за парнем ребята вошли в свежеоклеенную комнату, на полу которой лежала груда сорванных обоев и старых газет в потеках известки и мела. Вся эта груда прикрывала солидную кучу мусора: штукатурки, кирпичного щебня от старой печки и прочего хлама. Парень царственно протянул руку.
- Десять ведер штукатурки во двор, и сокровища старика Кидда - ваши.
Не сговариваясь, мальчишки дружно повернули к выходу.
- Зря, ковбои. Пожалеете. Во-первых, конец года. Мертвый сезон. А во-вторых, обои - высший класс: тяжеленные, с клеем, со штукатуркой. Килограммов пятнадцать верных.
Он прекрасно представлял себе мальчишечью психологию и бил наверняка. Первым сдался Никола. Он молча повернулся и, нагнувшись, стал набивать мусором ведро. За ним возвратился Виктор. Парень деятельно помогал. Угольным совком подбирал штукатурку, насыпал в ведра; балагурил. Потом, похлопав ребят по спинам, проводил до лестницы.
- Счастливо, флибустьеры!
Внизу, на площадке первого этажа, возле самых дверей жилконторы Виктор поскользнулся и едва не вывалил содержимое своего ведра на площадку. Он принялся было собирать рассыпанное и вдруг выпрямился. На двери жилконторы висела табличка. Обыкновенная.
И эта обыкновенная табличка породила великолепную идею.
Жилконтора № 34 часы приема граждан:
Управхоз - 11.00 - 12.30.
Гл.инженер - 13.30 - 13.00.
Паспортистка - 9.00-11.00 и 18.00-19.30.
Виктор повернулся. За его спиной, держа обеими руками нагруженное доверху ведро, стоял Никола. За спиной Николы - пустая лестница. Было около четырех часов. Время, когда рабочий люд только начинает поглядывать на циферблаты, а хозяйки полным ходом колдуют у газовых плит, подгоняя обед. Все заняты. Витька подмигнул. Никола понял... Тихо-тихо высыпал свое ведро у порога жилконторы и подождал товарища.
Следующий рейс прошел не менее успешно. Куча росла. Третья пара ведер, четвертая и пятая опорожнены с тем же успехом. Парень в джинсах аккуратно увязал обои в один пакет и спрятал в мешок.
- Прошу, кабальерос. Заработанное всегда лучше поданного из милости. Грядите с миром...
Его глаза смеялись.
ПРАВИЛЬНАЯ ДЕВОЧКА И РЫЖИЙ КОТ СТАРУХИ ИВАНИХИНОЙ
- Вообще-то нехорошо. Как ты думаешь, влетит ему? А?
Никола тащил мешок не оглядываясь. Ему были чужды сомнения.
- Ничего, пускай не эксплуатирует маленьких. Тоже, акула капитализма нашлась.
Теперь они ходили на промысел по одиночке. Оставляли мешок во дворе, скрыв его от бдительных дворничьих глаз, и ныряли в подъезды. После долгого блуждания в недрах большого серого дома, когда Никола начал уже сердиться, Виктору повезло. Он вышел улыбаясь, гордо прижимая к груди громадную кипу пожелтевших газет, старых журналов и просто исписанной бумаги.
- Видел? Килограммов пять...
- А ты бы еще подольше ходил.
- Да, думаешь, легко было? Все нет, нет, а потом... - Он тщательно уминал добычу в мешок, раскрытый Николой. - Потом мне дверь такая "правильная" девочка открывает, вроде Гюль нашей пополам с Валеркой: "Мальчик, - говорит, нам самим собирать нужно. Конечно, у нас лентяев нет и мы уже выполнили норму. Но я коплю на будущий год". Видал жилу? Ну, я хотел ей за "лентяев" дать...
Витька заторопился, заметив, что при этих словах Никола нахмурился.
- Да нет, ты не подумай, ясно - девчонка. Я потому сразу и решил на дипломатию перейти. Вежливо так говорю, даже кланяюсь: "Извините, дескать, сударыня, не по адресу попал. У таких "запасливых" снега зимой не выпросишь. Зато на сборе, наверное, больше всех кричите: "Мы, мы помогать друг другу обязаны". И поворачиваюсь, вроде уходить. Она, конечно: "Стой, - говорит, это почему ты так считаешь, что снега?.. А ну подожди". Я, понятно, жду, я не гордый. И вот она притаскивает две кипы. Одна приготовлена совсем, даже перевязана. А другую, видать, только что нагребла. "Вот, - говорит, - бери все, мне ни капельки не жалко". Ну я, конечно, взял... Здорово, а?..
- Трепло ты, Витька. Любишь поговорить.
Виктор надулся. Он считал, что такой подвиг заслуживал похвалы, но дождаться этого от Николы...
- Ладно, в общем-то, ты, конечно, молодец. Смотри, какой мешок теперь тяжелый.
Ох и хитрый парень этот Никола! Сам молчит, а сам хитрый, как змий. Повеселевшие ребята бегали теперь по этажам уже больше из спортивного интереса. План был наверняка выполнен. И, как всегда бывает в таких случаях, начали сыпаться удачи. В том же доме, в другом только подъезде, они без особого труда "раскололи" чью-то бабушку на великолепную коробку из-под телевизора. А потом добрая женщина с ребенком надавала им массу мелких, смятых, исписанных бумажек. В квартире "профессора", так Никола назвал высокого старика с седыми усами, удалось подцепить сетку с бумажным мусором, приготовленную для дворника.
Умяв трофеи, Никола с размаху сел на мешок, похожий на горб пообедавшего верблюда.
- Знаешь, хватит. Всего не соберешь.
- Но ведь еще есть место?
- Ну и что, а в наш дом зайти надо?
Но в собственном доме бумаги не оказалось. Тогда возле старого каретника Никола поймал кота. И для веса его тоже сунули в просторный мешок. Но кот попался вредный. Он не хотел тихо служить делу славы шестого "а" и орал, как пароходная сирена. Старуха Иванихина, хозяйка кота, жившая на первом этаже, вылетела как метеор.
- Это что еще за...
Впрочем, эта история к сути повествования не относится. Кота пришлось освободить. А когда, записав в толстую тетрадь домовых происшествий фамилии и пообещав вызвать родителей, управхоз отпустил мальчишек, времени оставалось только на то, чтобы прямым ходом бежать в школу.
МЫ ИГРАЛИ...
В классе на полу грудой лежала макулатура. Вокруг нее прыгал голодный и потому злющий председатель совета отряда Валерка Шустов с записной книжечкой в руках. Завидев приятелей, он закричал:
- Ну конечно, я так и знал! Молчанов с Вервиным самые последние. Хорошо, что хоть вообще пришли, а то я без обеда до завтрашнего дня мог бы, наверное, ждать.
- Ну и не помер бы, - буркнул Никола, проталкивая пузатый мешок в двери класса.
- Ого, это столько насобирали? - К Валерке вернулось хорошее настроение. Ну, давайте перевязывайте в кипы и - свободны.
Перевязывать, снова возиться с пыльной и грязной бумагой... Витька попытался увильнуть.
- А ты сам не можешь, что ли? Мы собрали, а ты перевязывай.
- А то, что мне еще завхозу дяде Васе все сдавать - не считается? Да?..
Спор грозил затянуться. Никола взял мешок за углы и, поднатужась, вытряхнул бумажный ворох в общую кучу.
- Давай веревки.
Надо сказать, что если поиски и сбор макулатуры еще могут представлять собой какой-то интерес, то сортировка и перевязывание старой бумаги в кипы к любознательности не располагают. И вы можете себе представить, как удивился Виктор, когда, откинув к стенке очередной пакет, увидел Николу, неподвижно стоящим на четвереньках и внимательно читающим что-то среди принесенного мусора.
- Ты чего нашел?
- Тс-с-с! - Никола страшно завертел глазами и, прижав грязный палец к губам, стал запихивать какой-то мусор под рубаху. - Тихо!
Но предупреждение опоздало. Подскочил Шустов.
- Ты чего прячешь, Вервин?
- Ничего.
Валерка заколебался. Если Вервин что-то сунул за пазуху, значит, нашел стоящее. И это интересное он вытащил из классной макулатуры. Но что принадлежало классу, то, по твердому убеждению Валерки Шустова, принадлежало в первую очередь ему. Однако у Вервина не отнимешь, особенно когда рядом Молчанов. А рядом они были всегда. И вдруг краем уха он услышал в коридоре твердые шаги Ольги Ивановны.
- А ну, стой!
Валерка дернул школьную гимнастерку Вервина вверх, и, пока Витька прицеливался, в какое место поудобнее лягнуть председателя, из-за Николиной пазухи, как стая бабочек-капустниц, полетели в разные стороны (листки.
- Держи!..
Трое мальчишек одновременно бросились ловить разлетающуюся бумагу. Когда классный руководитель шестого "а" Ольга Ивановна открыла дверь, глазам ее представилась удивительная картина. Верхом на председателе совета отряда Шустове сидел Молчанов и что было силы дубасил Валерия кулаками. Председатель же норовил дотянуться до молчановской ноги, чтобы ее укусить. В то же время он свободной рукой подгребал к себе макулатуру и время от времени старательно запихивал пригоршни мусора за пазуху. Тут же в ворохе разбросанной бумаги ползал серьезный Вервин.
- Эт-то что такое?
Живая пирамида распалась. Молчанов, этот неуравновешенный Мальчик, принялся с деловым видом чистить колени. Красный и взъерошенный Шустов опустил глаза. А Вервин ответил:
- Ничего, Ольга Ивановна. Мы сейчас приберем.
- А почему драка?
- Не было никакой драки, - ответил Виктор, прикрывая расцветающий под глазом фонарь. - Мы... играли. Ольга Ивановна была опытным преподавателем.
- Шустов, что здесь произошло?
Валерка поднял голову. На мгновение его взгляд встретился с Николиным.
"Ну что, неужели продашь? Неужели возьмешь сейчас да так все и расскажешь учительнице. И про бумаги... Их, конечно, придется отдать. И тайна, только что возникшая, погибнет для всех..." Может быть, Никола думал и не совсем такими словами. Но смысл его взгляда Валерка понял правильно. И, опустив глаза в пол, он повторил следом за Витькой: