Милослав СТИНГЛ
Перевод с чешского
В. А. КАМЕНСКОЙ и О. М. МАЛЕВИЧА
Послесловие и научная редакция кандидата исторических наук Ю. Е. БЕРЕЗКИНА
Москва
Прогресс
1983
Редактор В. П. ТЕРЕХОВ
Редакция литературы по истории © Miloslav Stingl, 1980
© Перевод на русский язык, послесловие и примечания «Прогресс», 1983
ПОЧЕМУ?
В этой книге я хочу рассказать историю, над которой размышлял много лет, а именно загадочную историю об исчезнувших индейских «империях» древнего Перу. Эта удивительная страна принадлежала «поклоняющимся звездам» задолго до того, как ею овладели могущественные инки. Возможно, вы спросите меня, почему из истории древних индейских государств меня заинтересовала эта эпоха и почему именно «поклоняющиеся звездам».
Очевидно, прежде всего потому, что достаточно полного популярного изложения истории доинкских индейских государств Перу пока что не существует. До недавнего времени наука почти ничего не знала об этой эпохе, и составить из осколков древней мозаики сколь-нибудь полную картину еще несколько лет назад было попросту невозможно. А ведь судьбы древних перуанских «империй» имеют для понимания истории индейцев Южной Америки решающее значение, и вероятно, не только для меня, но и для читателя они будут весьма интересны.
Сегодня благодаря разысканиям минувшего десятилетия мы знаем чуть больше, поэтому имеет смысл попытаться воссоздать из все еще разрозненных сведений целостную картину и отправиться в путешествие по следам древнейших индейских культур, которые стали основой могучего государства инков.
Было у меня и еще одно побуждение: почти всем древнеперуанским культурам свойственно почитание небесных тел — Луны, Солнца, звезд и целых созвездий. Интерес к космическим телам, можно даже сказать, настоящая одержимость ими, а также многочисленные, на первый взгляд необъяснимые «следы» их связи с космосом еще раз доказывают важность этой темы. В ареале культуры Наска был открыт предполагаемый «космодром»; здесь посреди пустыни мы находим гигантские, порой километровые «фигуры» и рисунки, видимые только с высоты птичьего полета. О присутствии «неземных» существ, казалось бы, свидетельствовали и некоторые открытия, сделанные в индейском городе Тиауанако, расположенном в горах. Все это дало повод некоторым литераторам и романтикам выдвинуть смелое предположение, что авторы подобного рода «загадок» явились к нам из иных космических миров. Нередко эта гипотеза выдается за научно доказанный факт. Подчас мы даже встречаемся с утверждением, будто у истоков человеческих знаний и успехов стояли посланцы внеземных цивилизаций.
Но я верю, что человек сам изобретал и развивался, собственным трудом преобразовывал мир. Ему не нужны были ни боги/ ни гости из других звездных систем, которые водили бы его за руку и «цивилизовали». Достаточно вооружить его разумом, волей и
жаждой познать правду. И хотя следы «носителей внеземных цивилизаций» и неоспоримый культ небесных тел мы чаще всего, пожалуй, обнаруживаем у перуанских индейцев в доинкский период, избыток неточной, а порой совершенно ложной информации не приблизит нас к истине.
Думаю, что, вместо того чтобы говорить: «Так не было», следует, вероятно, попытаться представить, что же все-таки было. Именно из этих соображений я и написал свою книгу.
Автор
ПРОИЗНЕСЕМ ЭТО СЛОВО: ПЕРУ
Перу! Это слово современные люди должны, наверное, произносить с тем же восхищением и уважением, с каким мы произносим: Греция, Рим, Шумер, Вавилон или Египет. Историю этих прославленных культур знает всякий. Это, собственно, и нынешняя история. Ведь в упомянутых древних государствах были написаны и первые главы нашей цивилизации. Говоря «нашей», мы, как правило, имеем в виду цивилизацию той части планеты, которую — пожалуй, не совсем по праву — называем Старым Светом, то есть цивилизацию Восточного полушария.
Однако наша планета имеет и Западное полушарие, свой Новый Свет, где зародились столь же древние и замечательные культуры, столь же великолепные и могущественные «империи». Например, культуры Перу. Широкой общественности гораздо лучше известен другой очаг доколумбовых индейских культур Америки — Мексика и прилегающие к ней территории нынешних центральноамериканских республик — Гватемалы и Гондураса. На зрелых культурах ацтеков и майя, населявших эту область (она получила общее название «Месоамерика»), и было сосредоточено внимание научно-популярной литературы. Даже в таком широкоизвестном и написанном со знанием дела произведении Керама, как «Боги, гробницы, ученые», рассказывается о древней Мексике, об ацтеках, майя, тольтеках и прочих культурах, но о Перу не упоминается ни единым словом.
Впрочем, даже те, кто говорит о древнем Перу, часто рассматривают его лишь как «империю» инков. Они не видят или не хотят видеть, что эпоха суверенной власти инков — это только блистательная кульминация истории древнеперуанских культур, а инки — это лишь «вершина айсберга», последнее и наиболее значительное из индейских государств и культур. Славу других культур и государств, а порой даже их названия заслонила слава инков, слава их несметных золотых сокровищ и великолепных каменных городов.
Если мы хотим узнать правду о доколумбовых индейцах Перу, нам следует в первую очередь познакомиться с теми, кто жил и владел этой землей до инков. В течение текущего столетия, в особенности в последние его два-три десятилетия, были сделаны археологические открытия, которые позволили нам хотя бы в общих чертах составить представление о замечательных предшественниках инков.
До недавнего времени на всей доинкской истории Перу и на культурах этой страны лежал непроницаемый покров забвения, что объясняется рядом причин. Одной из них является тот факт, что среди завоевателей Перу не нашлось человека, который, подобно монаху Бернардино де Саагуну в Мексике, сумел бы точно и исчерпывающе записать все, что перуанские индейцы рассказывали о себе, о своей стране, культуре и особенно о своем давнем прошлом.
Перуанские индейцы не изобрели собственного письма (по крайней мере нам оно не известно), в то время как в Месоамерике, возможно, уже три тысячи лет назад возникло местное индейское письмо, а также оригинальные способы записи дат. Майя, ацтеки, миштеки оставили после себя ряд «кодексов», из которых, как, например, из миштекских, мы сегодня черпаем ценные сведения о жизни в доколумбовых государствах Мексики. В Перу же книг не существовало. Перуанцы, точнее, инки в одном походили на своих месоамериканских братьев. Ацтеки в эпоху расцвета своего государства изо всех сил старались распространить собственную культуру по всей Мексике и полностью уничтожить свидетельства о том, как они пришли к мексиканским озерам. Инки еще настойчивее, чем ацтеки, и с большим успехом насаждали свои порядки во всем Перу, они стремились навязать свой язык и культуру, свой образ жизни, а главное, вытравить из памяти индейцев все, что происходило в этой стране до того, как на золотом троне императорского творца в Куско стал восседать первый Инка. До Куско существовали иные древние перуанские столицы, а до «империи» инков — другие перуанские государства. До трона Инки тут стояло множество других тронов. И все же старания владык из Куско увенчались успехом, причем столь убедительным, что не только миллионы индейцев, но и первые поколения ученых, занимавшихся историей перуанских культур, приняли за аксиому утверждение, будто история Перу начиналась с инков. Профессор Филип Эйнсворт Минз некогда сказал о Перу, что «весь этот регион носит нестираемую инкскую окраску». Однако тот, кто хочет глубже познать историю древнеперуанских культур и государств, должен попытаться проникнуть под этот слой. Ведь именно здесь, под видимой вершиной древнеперуанского «айсберга», исследователей ожидают захватывающие тайны, верстовые столбы того пути, по которому индейцы этой страны шли на протяжении многих тысячелетий своей бурной истории. Верстовые столбы здесь сделаны из камня. Именно с камня начинается история перуанских культур.
Но прежде, чем мы обратимся к древнейшим из камней, к которым прикасалась рука человека, бросим взгляд на само Перу, на ту грандиозную сцену, где развертывался первый акт драмы перуанских культур и индейских государств.
СНЕГ, ВОДА И ПЕСОК
Прежде чем заговорит история, дадим слово географии. Ведь нам следует определить территорию, о которой пойдет речь в этой книге, поскольку политические границы современного Перу не совсем совпадают с границами области, обозначаемой тем же названием в истории американских индейцев.
К доколумбову Перу мы относим большую часть его нынешней территории и обширные пространства плоскогорий Андского горного хребта, занимающих западную часть Боливии. Как правило, мы не относим сюда восточные склоны Кордильер с густыми тропическими джунглями — территорию, по которой протекают Мараньон и другие реки из бассейна великой Амазонки. Монтанья, как называют большую область нынешнего Перу, заросшую джунглями, до Христофора Колумба и после него была уже другим миром.
Территория, ставшая сценой для, пожалуй, самого драматического сюжета в истории доколумбовой Америки, охватывает несколько сот тысяч квадратных километров.
Американисты называют ее Андской областью. Но Анды — лишь одна из двух весьма различных в климатическом отношении частей. Другая часть — это Коста, узкая прибрежная полоса Тихого океана. И хотя она представляет собой побережье самого большого океана нашей планеты, здесь не хватает именно воды! Многие области Косты напоминают скорее центр Африки, чем берег океана. Мы находим здесь обширные пустыни, большие песчаные дюны. И только там, где мертвый край пересекают реки, текущие в океан со склонов Анд, есть жизнь. Во всей Америке нет ничего похожего на климатические условия перуанской Косты. Реки тут в буквальном смысле слова основа жизни. И если «отцом» древнеегипетской культуры считают Нил, то «матерями» культур прибрежного Перу вполне можно считать эти на первый взгляд малозначительные реки со своими неширокими долинами. Прибрежные индейские государства и культуры подчас расцветали на одной-двух тысячах квадратных километров земли, то есть зачастую были меньше, чем некоторые из теперешних крупных европейских городов. Реки Ламбайеке, Виру, Ика или Наска вдохнули жизнь в оазисы, окруженные песками, и их названия закрепились в литературе в качестве названий древнеперуанских культур, существовавших на протяжении последних тысячелетий.
Территория прибрежного Перу начинается у города Тумбес, на границе с Эквадором, и кончается примерно у нынешней перуанско-чилийской границы. Однако между северной и южной частями Перу существует определенное различие. На юге, собственно, вообще не бывает дождей.
Песчаные барханы представляют здесь высокие дюны, напоминающие лунный пейзаж (медано), они постоянно в движении и могут даже засыпать неосторожного путника. Однако страшная сушь, это проклятие южного Перу, имеет для археолога одно неоценимое преимущество. Абсолютно сухой воздух надежно консервирует здесь то, что в любом другом месте быстро подвергается гниению.
Долины северного Перу, как правило, шире, чем долины южной части Косты, и более влажны. Тем не менее даже в эпоху расцвета древнеперуанских государств жизнь тут была невозможна без искусственного орошения и строительства сложных ирригационных систем. Так выглядит этот удивительный мир пустынь, морских течений (в частности, течения Гумбольдта) и необычных туманов (гарруас), которые всякий раз скрывают прибрежные области в начале перуанской зимы, то есть в мае.
Перуанская Коста, шириной не более 150 километров, протянулась в длину на несколько тысяч километров. Вдоль ее западной стороны высится великолепный массив Анд, расчлененных на два хребта, которые нынешние перуанцы называют Черная и Белая Кордильера, а боливийцы, чтобы хоть немного от них отличаться, — Западная и Восточная Кордильера. В Боливии пространство между обоими хребтами Анд занимает легендарное Альтиплано — горное плато высотой около 4000 метров. В центре его лежит самое высокогорное в мире судоходное озеро Титикака, а близ берегов озера загадочный священный город доинкской поры — Тиауанако.
Андское горное плато распадается на ряд меньших хребтов, плоскогорий, равнин и речных долин. В Республике Перу между Черной и Белой Кордильерами находится пять таких областей. Мы называем их «бассейнами». В одном из них — Куско — вырос позднее главный город «империи» инков, носящий то же название. Другой — Кахамарка — был свидетелем пленения последнего Инки и крушения крупнейшей индейской «империи». Долина Кальехон-де-Уайлас — самый большой в Перу «бассейн» и археологически изучен лучше других. Великолепные вершины Кордильер достигают 6000 метров. Их покрывает вечный снег, а кое-где и ледники, с которых в деревни и города здешних индейцев спускается долгая и суровая зима. Собственно, холодно тут весь год. Настоящего тепла не бывает почти никогда.
Если природные условия Косты можно сравнивать с древним Египтом, а именно с долиной Нила, то для Перуанской возвышенности мы не найдем в Старом Свете аналогичного региона, где бы выросли столь же высокие культуры.
Горная область Перу, или Сьерра, имеет более неблагоприятные природные условия по сравнению с Месоамерикой, то есть с Мексикой, Юкатаном, Гватемалой, Гондурасом. Например, королеву индейских злаковых — кукурузу здесь смогли выращивать только после того, как ускорили созревание початков с помощью искусственного орошения, чтобы собирать урожай до наступления холодов.
И в то же время Сьерра отлично подходила для выращивания такой культуры, как картофель. Именно оттуда он начал свой победный путь к обеденным столам жителей почти всего света.
Не только высокогорные поля, но и луга Сьерры одаривали древнюю Америку: они служили прекрасными пастбищами для разведения лам. И хотя эти типично южноамериканские животные не способны были удержать на себе наездника или сдвинуть с места плуг, они все же могли нести более ста фунтов груза, а кроме того, давали перуанским пастухам шерсть и мясо.
Ламы и картофель, постоянные холода и горные ветры, снежные и ледниковые гиганты — таков был мир инков, последних владык в индейской истории Перу. Как в Мексике ацтеки, так в Перу инки — эти люди с гор — одержали победу над последним государством прибрежной низменности — над древним Чиму. Однако прежде, чем это произошло, на кромке суши, между океаном и Кордильерами, из песка и снега поднялись некоторые другие, совсем нам неизвестные государства и культуры. По иронии судьбы ни одно из этих государств не носило название Перу.
Например, в отличие от Мексики или Гватемалы, которые и поныне носят свои доколумбовы названия, слово «Перу» было «изобретено» первыми испанцами, проникшими в Америку. Собственно, это было не изобретение, а скорее явная ошибка. Название возникло в результате описки. Словом «Перу», очевидно, обозначали страну или народ Нового Света, а воз-можно, это вообще было имя какого-то индейца, который, может быть, и жил-то не в Перу, а где-нибудь возле отправного пункта экспедиции Франсиско Писарро[1], завоевавшей эту страну. Исходной точкой проникновения испанцев на юг был Панамский перешеек. Именно здесь, в местности Дарьен, жил, вероятно, вождь по имени Пиру. Сам того не ведая и не желая, он дал название той далекой южноамериканской стране, с которой вообще не имел ничего общего.
Французский ученый Поль Риве считал, что название Перу является искаженным при переписке словом «Пелу», что на языке индейцев племени чибча означает «вода». Чибча создали государство не на территории Перу, а в доколумбовой Колумбии, то есть более чем на тысячу километров севернее. Как бы то ни было, Перу уже полтысячелетия называется Перу, и поскольку лучшего, более точного древнего индейского названия страны, располагавшейся между Андами и океаном, нам не известно, то и мы будем пользоваться этим обозначением, как пользуются им другие. Итак, произнесем это слово: Перу! Название страны, живущей под знаком снега и песка. А теперь полистаем самые древние страницы ее удивительнейшей истории.