— Э… э… — от смущения Доктор никак не мог решить, с чего же ему начать. Стало ужасно тихо. Потом в толпе начали хихикать.
Блоссом же, как все конферансье, никогда не терялся и редко упускал возможность кого-нибудь высмеять. И пока Дулитл мучительно соображал, что же ему все-таки сказать, директор снова повернулся к публике и, показывая на Доктора, закричал:
— А это, леди и джентльмены, — настоящий Шалтай-Болтай! Это он доставил королевской рати столько хлопот. Платите денежки и заходите. Вы получите огромное удовольствие, когда он свалится со стены прямо на ваших глазах.
Толпа покатилась со смеху, а бедному Доктору стало совсем плохо, он готов был провалиться сквозь землю.
— Да поговорите же вы с ним, поговорите, — кричал ему снизу Продавец Кошачьей Еды.
Когда смех немного стих, Доктор решил попытать счастья еще раз. Но только он раскрыл рот, как из толпы раздался душераздирающий вопль:
— Джон!
Пытаясь понять, кто же зовет его по имени, Доктор обернулся и начал вглядываться в толпу. Наконец он увидел того, кого искал. Это была женщина, яростно размахивающая зеленым зонтиком.
— Кто это? — удивился Мэтью.
— Господи помилуй, — простонал Доктор и, сгорая со стыда, начал спускаться со сцены. — Мэтью, мы пропали. Это — Сара!
— Ах, эта… — махнул рукой Мэтью, злобно вгрызаясь в сэндвич. — Разве там много заработаешь? К тому же мне до смерти надоело раздавать мясо раскормленным пуделям и кискам. Во всем этом нету… как же это называется, — задумавшись, он протянул руку с сэндвичем к небу, — нету… ни капли риска. А я по натуре парень рисковый, обожаю приключения. Всегда только их и искал. Даже когда в люльке еще лежал. Цирк — вот это я понимаю. Это настоящая жизнь. Настоящая работа для мужчины!
— А как же твоя жена? — спросил Доктор.
— Теодозия-то? А мы и ее возьмем с собой. Она тоже любит приключения. К тому же, она умеет штопать одежду, шить и делать всякую другую работу. Ну как, что вы об этом думаете, Доктор?
— Что я об этом думаю? — переспросил Доктор. Все это время он шел, глядя себе под ноги. — Я думаю о Саре.
— Ну и чудной же у нее муж. Этот, как его… господин преподобный Дэнгл.
— Дингл, — поправил Доктор. — Видно, он тоже любит риск. Да, как все-таки странно устроен мир — бедная моя Сара! Бедный старик Дингл!
Этим же вечером, но уже совсем поздно, когда ярмарка в Гримблдоне закрылась, Александр Блоссом приехал к Доктору в Падлби. Джон Дулитл сразу отвел его на лужайку рядом с домом, где при свете фонаря пасся Тяни-Толкай. Вернувшись в библиотеку, директор тут же спросил:
— Сколько вы за него хотите?
— Нет, нет, что вы, — поспешно ответил Доктор. — Он не продается.
— Да зачем он вам нужен? — удивился Блоссом. — С первого взгляда видно, что циркач из вас не выйдет. Я дам вам за него двадцать фунтов!
— Нет, — сказал Доктор.
— Тридцать фунтов, — сказал Блоссом.
— Нет, — опять отказался Доктор.
— Сорок фунтов, пятьдесят фунтов, — продолжал настаивать директор. Он все увеличивал и, увеличивал сумму, предлагая такие деньги, от которых глаза присутствующего при этом Мэтью Магга раскрывались все шире и шире, и, когда они уже готовы были совсем выскочить из орбит, Доктор сказал:
— Спорить бесполезно. Или вы берете меня вместе с Тяни-Толкаем, или никого. Я обещал ему, что буду лично следить, чтобы с ним хорошо обращались.
— Как это? — удивился директор цирка. — Разве не вы его хозяин? Кому же вы обещали?
— Тяни-Толкай сам себе хозяин, — ответил Доктор. — Он приехал сюда по моей просьбе. Поэтому обещание я давал ему самому.
— Что? Да вы, наверное, с ума сошли! — воскликнул директор.
Только Мэтью Магг собрался объяснить ему, что Доктор умеет разговаривать на языке зверей, как Джон Дулитл знаком приказал ему молчать.
— Как вы не понимаете, — сказал он. — Я с ним ни за что не расстанусь. Вам придется взять нас обоих, или никого.
Тогда Блоссом сказал, что он на такие условия не согласен, надел свою шляпу и уехал. Горю и разочарованию Мэтью Магга не было предела.
Но не прошло и десяти минут, как директор вернулся. Он очень надеялся, что Доктор передумает и побежит догонять его. Однако этого не произошло. И Блоссому ничего не оставалось делать, как согласиться на все условия Доктора: Тяни-Толкаю и всем остальным он предоставит фургончик, в котором они будут путешествовать вместе с цирком; заработанные деньги будут делиться поровну между ним и Доктором; Тяни-Толкай сможет устраивать себе выходной в любой день и будет получать такую еду, какую только захочет.
Наконец Доктор с директором обо всем договорились, и, пообещав прислать утром фургончик, Блоссом собрался уходить.
— Кстати, — вдруг сказал он, уже стоя на пороге. — Я забыл спросить, как вас зовут?
Доктор хотел было ответить, но вдруг вспомнил о просьбе Сары.
— Зовите меня Джоном Смитом, — сказал он.
— Хорошо, мистер Смит. Я пришлю вам фургон завтра к одиннадцати часам утра. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — ответил Доктор.
Когда за директором захлопнулась дверь, все питомцы Доктора выскочили в коридор.
Все это время они прятались в разных уголках дома и подслушивали. Каждому не терпелось узнать, чем же закончатся переговоры. Теперь, когда директор ушел, они дали волю своим чувствам.
— Ура! — кричал Габ-Габ. — Ура цирку!
— Ну и ну, — сказал Мэтью Магг. — А вы, Доктор, оказывается, не промах! Заставили Блоссома согласиться на все наши условия. Да разве он мог упустить Тяни-Толкая? Прибежал обратно, как миленький, когда понял, что его дела плохи. Держу пари, он надеется на нас здорово подзаработать.
— Бедный старый дом, — вздохнула Даб-Даб, — умильно стирая пыль со шляпницы. — Мы опять бросаем тебя, и так скоро!
— Ура! — вопил Габ-Габ. Стоя на задних ножках, он пытался удержать шляпу Доктора на кончике своего пятачка. — Ура цирку! Пусть скорей наступит завтра! Хрю-хрю-хрю.
НЕ ПРОХОДИТЕ МИМО!
ТОЛЬКО У НАС УДИВИТЕЛЬНОЕ
ДВУХГОЛОВОЕ ЖИВОТНОЕ
АФРИКАНСКИХ ДЖУНГЛЕЙ!
ВХОД — 6 ПЕНСОВ.
Таким образом, чтобы попасть в комнату за ширмой и посмотреть на Тяни-Толкая, нужно было подняться по ступенькам на сцену и заплатить деньги.
Все остальные питомцы Доктора и он сам должны были жить в своем фургончике, который поставили тут же, неподалеку от помоста. Даб-Даб сразу начала хлопотать по хозяйству и создавать уют в их новом доме.
Блоссом хотел начать показывать Тяни-Толкая публике в тот же день, но Доктор категорически отказался.
— Любому дикому животному нужен отдых после такого долгого путешествия, — сказал он. — Кроме того, Тяни-Толкай еще очень пуглив и должен сначала привыкнуть к шуму и гаму цирковой жизни.
Блоссому это совсем не понравилось, но он был вынужден сдаться. Тяни-Толкая поместили в его новую комнату, и Доктор проверил, чтобы у него было все необходимое: и вода, и сено, и мягкая подстилка. После этого вся компания под предводительством великого Александра Блоссома отправилась осматривать цирк и знакомиться с артистами.
Главное представление проходило только два раза в день (в два часа дня и в половине седьмого вечера) в большом шатре, раскинутом посередине циркового городка.
Вокруг этого шатра располагались палатки и балаганы поменьше. Войти в них можно было только за дополнительную плату. Чего и кого там только не было: и тир, и комната головоломок, и бородатые женщины, и дикари с острова Борнео, и карусели, и силачи, и заклинатели змей, и зверинец, и многое-многое другое.
Сначала директор повел Доктора и его друзей в зверинец. Этот зверинец представлял собой ужасно жалкое зрелище. Большинство животных были необыкновенно грязными и казались очень несчастными. Доктор так расстроился, что хотел тут же поругаться с Блоссомом, но его остановил Продавец Кошачьей Еды.
— Не вздумайте с ним сейчас ссориться, Доктор, — зашептал Мэтью ему на ухо. — Потом, когда Блоссом поймет, как ему выгодно с вами работать, он сделает все, о чем вы его попросите. А если вы взбрыкнете сейчас, он нас просто выгонит. Тогда вы уж точно ничем не сможете помочь этим бедным животным.
Совет Мэтью показался Доктору разумным, и он утешился тем, что подходил к каждой клетке и шептал ее обитателю, что постарается чем-нибудь ему помочь.
В это время в зверинец вошла группа деревенских жителей. Такой же грязный, как и его заведение, смотритель начал показывать им животных. Остановившись перед клеткой, в которой томился маленький мохнатый зверек, он закричал:
— А это, дамы и господа, знаменитый Хури-Гури из лесов Патагонии. Он умеет висеть вниз головой, цепляясь за ветки хвостом. Проходите к следующей клетке!
Доктор с Габ-Габом подошли поближе, чтобы посмотреть на знаменитого Хури-Гури.