Каким все является - Оле Нидал 2 стр.


Будда неизменно доверял самостоятельности и сообразительности людей. Он просто ставил перед учениками освобождающее зеркало своего Учения, снова и снова показывая им, что скрыто в них самих.

Будда держался в стороне от того, что сегодня называется эзотерикой. Хотя попытка защитить человеческую теплоту 60-х и пронести ее через последующие «хромированные» десятилетия очень трогательна, все же основанного на одних чувствах отношения к миру недостаточно. Нужно ясно знать что есть что. А если разрозненные фрагменты духовного знания из различных источников перемешивать и затем без подтверждения личным многолетним опытом пытаться продать их в новой упаковке в качестве вневременных истин, то это только запутывает. Подобным истинам наверняка можно доверять еще меньше, чем древним учениям религий веры с их многовековой практикой.

Чему же вневременному учит Будда? Он объясняет, что лежащая в основе всего истина (чтобы быть истинной) должна всегда и везде быть одной и той же и что ее невозможно создать, развить или испортить – иначе она не была бы абсолютной. По своей сути неотделимая от пространства, она пронизывает все, что есть и чего нет, и, если создать необходимые условия, можно ее познать. А тот факт, что до Просветления эту истину мы не воспринимаем или воспринимаем лишь частично, объясняется ключевым изъяном непросветленного ума – его неспособностью узнавать себя. Нетренированный ум подобен глазу: он все воспринимает, но не может видеть сам себя. Все поучения Будды направлены на ум и на путь к его полному постижению.

Все поучения Будды направлены на ум и на путь к его полному постижению.

Если мы решим отыскать то вневременное и неразрушимое, что смотрит в данный момент через наши глаза, осознает и воспринимает вещи, то мы не найдем ничего материального. Поэтому Будда описывал природу ума словом «пустой». «Пустой от чего-то» – это выражение использовалось в те времена, чтобы показать, что исследуемое осознавание не имеет никаких определенных качеств. Будда при этом не описывает «ничто», черную дыру, но просто указывает на то, что ум (воспринимающий) не имеет объема, длины, ширины или веса – всего того, что превращало бы его во «что-то». Математик, пожалуй, назвал бы ум нейтральным элементом восприятия, физик – вездесущей возможностью, ремесленник – не-вещью, а любовник или воин, которые считают мир продолжением своих органов чувств, сказали бы, что ум открыт как пространство. Все это означает, что, хотя тело смертно, а мысли приходят и уходят, воспринимающий не рождался, не был собран из чего-то или сотворен. Поэтому он остается вне смерти, распада или исчезновения. Ум подобен пространству: это вневременное вместилище, которое позволяет всему возникать, все охватывая и соединяя. Следовательно, не существует ничего внешнего, во что нужно было бы верить, и это значительно облегчает доступ к Учению многим людям: высказывания Будды – просто вспомогательные средства, позволяющие лучше узнавать себя и необратимо становиться более невозмутимым, радостным и полным любви.

За развитие на пути каждый отвечает сам. Будда своим примером олицетворяет окончательную цель, достижимую для всех, что дает подлинное Прибежище, о котором мы постоянно напоминаем себе с начала пути и до Просветления. Мы в буддизме принимаем Прибежище в полном развитии ума, то есть в Будде или в состоянии Будды; в его Учении – средствах, ведущих к Просветлению; в друзьях, вместе с которыми мы идем по пути; и в Учителе, который должен обладать способностью убеждать личным примером, вдохновляя учеников и пробуждая в них доверие к их собственной природе Будды. Таким образом, знание поучений Будды является ключом к непреходящему счастью. Сам Будда выступает учителем, защитником и другом существ: с помощью предлагаемых им средств можно избегать страдания и в результате достичь этого постоянного счастья. Можно все мощнее и мощнее развиваться, помогая другим. Термин, наилучшим образом описывающий Учение, был избран самим Буддой более 2500 лет назад –

На следующее утро Сиддхартха увидел человека, который сидел в состоянии глубокого самопогружения. Когда встретились их глаза, будущего Будду, словно молнией, поразило: он сразу понял, что напал на след, – в глазах незнакомца отражалось то, что было вне времени. Так принц приблизился к светящемуся зеркалу за картинками, к океану под волнами. «Обязательно должен быть воспринимающий. Конечно, только ум способен охватить как мысли и чувства, так и внешние ситуации и миры!» Вдруг стало ясно, что должно быть что-то между представлениями и впечатлениями. Теперь в руках принца была нить: он начал догадываться, что доверять можно лишь этому воспринимающему, а не тому, что воспринимается; постоянному, а не изменчивым объектам восприятия; зеркалу, а не картинкам. Вид медитирующего пробудил понимание того, что воспринимающий ум неразрушим, делает все возможным и все знает и что его сияющая сила, свободно играя, позволяет всему происходить, а его неограниченная любовь все скрепляет. Вот оно! В одно мгновение к Сиддхартхе пришло осознание, что необусловленная истина, которую он искал, есть не что иное, как его собственный ум.

В одно мгновение к Сиддхартхе пришло осознание, что необусловленная истина, которую он искал, есть не что иное, как его собственный ум.

Но просто знать об этом было недостаточно. Будда видел цель – нужно было найти путь к ней. В то время еще не существовало полос обгона, позволяющих включать в духовный путь обстоятельства жизни: любовь, сон, учебу, езду на автомобиле и все остальное, – такие мощные средства дал миру уже сам Будда после своего Просветления. Поучения, благодаря которым сегодня можно использовать все ситуации как зеркало для ума, называются «

Назад Дальше