Юрий Веремеев
Живым и павшим, прославленным и безвестным, труженикам войны, моим товарищам саперам посвящается эта книга
Предисловие
Военные и гражданские историки не балуют своим вниманием инженерные войска. Обычное явление, когда в подробных описаниях войн, сражений, осад и штурмов крепостей, форсирования рек, все усилия саперов удостаиваются краткого замечания вроде: «важную роль в достижении успеха сыграли саперы»… Изредка добавляется «…во главе с инженерным начальником таким-то»…
Между тем, истинная роль саперов в достижении победы часто бывает весьма значительной, а нередко и решающей.
Еще древнеримский полководец Гай Юлий Цезарь, имевший при осаде Алезии меньше воинов, чем оборонявшиеся галлы, с помощью различного рода заграждений, этих предшественников мин, сумел компенсировать нехватку сил и добиться победы.
Вспомним и то, что успех штурма Казани московскими войсками в 1552 году целиком и полностью предопределили минеры; что в Полтавской битве 1709 года ключевую роль сыграли редуты, построенные саперами русской армии; что в Бородинском сражении 1812 года Шевардинский редут, Багратионовы флеши и укрепленная батарея Раевского обеспечили устойчивость обороны русских войск.
Еще хуже обстоит дело с историей инженерного вооружения. Ее не знают даже офицеры инженерных войск. Во многих книгах неплохо изложена история развития артиллерии от первых бомбард до современных ракет; без особых усилий можно найти описания, фотографии, схемы всех танков всех времен и всех стран; превосходные фотографии боевых самолетов печатают даже в детских книжках; зато хотя бы приблизительные рисунки инженерных машин отыскать труднее, чем иголку в стоге сена.
Уже невозможно найти описания и чертежи инженерных машин даже 1930—1940-х гг., не говоря о самих образцах. Безвозвратно утеряны сведения о первых минных тралах Красной Армии (БМТ Т-26, КМТ Т-28), танковых мостоукладчиках МТУ-26, МТУ-28, мостоопорных танках МТ-35, о многих минах. Молодые инженерные офицеры российской армии уже ничего не знают о существовавших в 1970-е годы плавающих автомобилях БАВ и МАВ, о гусеничном плавающем транспортере К-61. Что уж говорить о минах, состоявших на вооружении до 1950 года.
Между тем, мины имели существенное значение во всех войнах, начиная с древнейших времен. Они появились тогда, когда еще не было пороха. Незнание свойств и возможностей этого вида оружия часто лишает историков возможности верно анализировать причины поражений и побед. А во Второй мировой войне мины сыграли просто колоссальную роль!
С распространением во второй половине XX века локальных войн и конфликтов, значение мин не только не уменьшилось, а наоборот, многократно возросло. Достаточно сказать, что массированное применение мин в ходе вьетнамской войны 1965—75 гг. причинило американцам до 70 % потерь в бронетехнике, до 30 % потерь в личном составе. Можно без преувеличения сказать, что мины в этой войне сыграли решающую роль.
Афганские моджахеды с помощью мин в период войны 1979—89 гг. весьма успешно противостояли советским войскам и часто лишали «шурави» возможности контролировать целые провинции.
Эта книга представляет собой попытку краткого знакомства с минами, этим удивительно примитивным и еще более удивительно эффективным оружием.
Часть 1
Предыстория мин
Древний период
Предыстория мин восходит к временам Бронзового Века, когда человек научился использовать в своей деятельности металлы. Для выплавки бронзы, которая в простейшем виде является сплавом олова и меди, люди добывали соответствующие руды. Первоначально их отыскивали на поверхности, а позже, находя рудную жилу, люди разрабатывали ее, постепенно углубляясь в землю. С развитием металлургии развивалось и шахтное искусство.
Самыми первыми среди известных нам древних подземных шахт были медные рудники в Малой Азии (около 7 тысяч лет до н. э.). Египтяне начали рыть шахты и добывать бирюзу на Синайском перешейке примерно за 3400 лет до н. э.
В «Железный Век» первыми вступили хетты, которые стали добывать железную руду между 1900 и 1400 годом до н. э. Они использовали этот революционный материал, чтобы делать оружие, превосходящее бронзовое, что существенно облегчило им завоевание соседних земель.
Уже в Бронзовом Веке в разных странах (в основном, на Ближнем Востоке), достигших сравнительно высокого уровня цивилизации, появились укрепленные города и крепости. Деревянные либо каменные стены защищали местное население и правителей как от набегов орд кочевников, так и от регулярных войск соседних государств.
Стены Иерихона (реконструкция)
Город Иерихон, в 22-х километрах северо-восточнее Иерусалима, является самым древним городом, окруженным стеной, среди известных нам (приблизительная дата основания — 7000 лет до н. э.). В XVIII–XVI веках до н. э. стены Иерихона были около 7 метров высотой и в 4 метра толщиной, их окружал ров в 9 метров шириной и 3 метра глубиной.
Если искать правдоподобное объяснение библейскому преданию о том, что эти стены рухнули во время осады города, то мы неизбежно придем к выводу, что причиной явились не громкие звуки труб («иерихонские трубы»), в которые трубили осаждавшие крепость евреи (церковное толкование этих строк Библии), а подкопы под крепостными стенами — предтечи туннельных мин. Трубы лишь подали сигнал к одновременному разрушению подпорок в подкопах.
Впрочем, это лишь предположение, хотя и более основательное, чем нелепая сказка о разрушении мощнейших стен от звука труб.
На барельефе, созданном при египетском фараоне Мемноне (2000 лет до н. э.) отчетливо виден подкоп, идущий под стену осаждаемой египтянами крепости.
К числу древних письменных источников, касающихся применения подкопов под стены крепостей относятся хроники древней Ассирии времен царя Ишме-Дагана I (1797–1757 гг. до н. э.). В одном из них описывается взятие города Кирхадат и конкретно указано: «С помощью подкопов я вызвал обвал стен»…
В 671 году до н. э. асирийский царь Ашшураххедин при осаде египетского города Мемфис тоже использовал подкоп под стены города: «Я осадил Мемфис, резиденцию фараона Тахарка и покорил ее за полдня при помощи подкопа…». Естественно, что работы по устройству подкопа заняли куда больше времени. А вот когда стены рухнули, то все остальное потребовало лишь несколько часов.
Однако не дремали и те, кто создавал оборонительные стены. Так, в правление Небучадреззара II (около 600 лет до н. э.) стены Вавилона достигли толщины 26 метров!
На территории современной Армении в IX веке до н. э. существовало государство Урарту. Укрепление на Ванской скале, прикрывавшее подступы к его столице Тушпа, имело каменные стены высотой до 20 метров. Крепость Тайшебани на левом берегу реки Занг имела стены высотой до 10 метров и толщиной до 3,5 метров.
В результате такого развития, к середине первого тысячелетия до н. э. развитие фортификации обусловило затяжной кризис военного искусства. Средства обороны стали многократно сильнее средств нападения. Захват укрепленных городов очень часто превращался в главную цель войны. Осады нередко длились годами. Самым надежным средством победы оказалась тесная блокада крепости в надежде вызвать голод среди ее защитников.
Параллельно изобретались все новые средства штурма. Среди них и камнеметные устройства (баллисты, катапульты), и тараны, и подвижные осадные башни, с которых в город забрасывали трупы животных и людей (чтобы вызывать эпидемии), ёмкости с зажигательными веществами (например, пресловутым «греческим огнем»), обстреливали из луков защитников городских стен. С этих же башен на стены перебрасывали мостики, по которым атакующие врывались на стены.[1]
1 — подкоп под стену; 2 — устройство минного горна; 3 — заполнение горна горючими материалами; 4 — поджог и обрушение стены
Всякую значительную по объему подземную полость шахтеры издавна называли «миной». Отметим, что английское слово «mine» на русский переводится в двух значениях: 1) «мина»; 2) «шахта». Такие же значения имеет слово «mine» в немецком и во французском языках.
В русском языке для подобной полости существовало слово «горн», а специалистов минной войны в более поздние времена на Руси называли горокопами.
Видимо, одновременно зародился и способ разрушения стен крепостей таким же методом. Кроме того, и осаждавшие и обороняющиеся стремились нейтрализовать подземные работы противника, подводя под его подкопы свои. При встрече двух подкопов те и другие стремились уничтожить своего противника различными способами, чаще всего рукопашной схваткой в тесном темном подземелье. Иногда с той же целью использовали удушливый дым, ос либо шершней. Так в незапамятной древности впервые возникла минная и контрминная борьба.
В древнем государстве Ассирия, известном тем, что оно непрерывно вело завоевательные войны по всему периметру своих границ, примерно в 880 году до н. э., во времена правления Ашурнасирпала II, был учрежден первый в истории «инженерный корпус». В него вошли специалисты по применению осадных и понтонных парков, а также по строительству дорог для боевых колесниц. Они имели разнообразные металлические инструменты.
Начиная примерно с 850 года до н. э. инженерные войска ассирийской армии первыми стали прокладывать подземные туннели под стены городов и крепостей с той целью, чтобы производить обрушение стен, либо для того, чтобы отряды отборных воинов могли врываться внутрь. Понятно, что для обрушения стен или башен требовалось делать крупные подземные полости (мины), обеспечивавшие оседание участка стены (башни) до уровня земли и разрушение на достаточно большом протяжении.
История сохранила примеры взятия крепостей благодаря таким минам. Это крепость Халкедония, взятая Дарием Гистапом в 520 году; крепость Фидены, взятая Сервилием в 436 году; крепость Вейям, взятая Камиллом в 391 году; крепость Газа, взятая Александром Македонским в 322 году; города Афины и Пирей, взятые Суллой в 86 году, Палеция взятая Помпеем в 72 году (все даты — до новой эры).
Но, как обычно, история, сохранив имена императоров и полководцев, оставила в тени первых специалистов-минеров. Мы знаем только инженера Александра Македонского по имени Диадес (взятие крепости Галикарнас в 334 году до н. э.), да еще Мамурра, инженера великого полководца Юлия Цезаря (взятие крепости Марсилия, нынешнего Марселя в 49 году до н. э.).
Около середины V века до н. э. греческий специалист Эней по прозвищу «Тактик» написал трактат «О перенесении осады», где подробно раскрыл технологию античного «минирования», т. е. устройства подкопов под стены с последующим их обрушением при выгорании подпорок.
Римляне при осаде города Фидены в 436 году до н. э. под прикрытием непрерывных ложных атак на город проделали подкоп. Он оказался неудачным, т. к. расчет оказался неверным и подкоп вышел внутрь крепости. Однако римляне сумели обратить свою ошибку в успех. По этому подкопу в город проник сильный отряд римлян, который прорвался к городским воротам и открыл их для атакующих.
Македонский царь Филипп II (382–336 гг. до н. э.) в своей армии тоже организовал части, которые можно обозначить современным термином «корпус военных инженеров». Этот корпус сыграл решающую роль при осаде Перинфа в 340 году до н. э. Стены были обрушены в нескольких местах сочетанием подкопов и таранов.
Некоторые историки, приводя случаи взятия крепостей с помощью подкопов, отмечают, что полководцы большей частью пренебрегали этим эффективным средством.[2] Однако не будем забывать, что искусство вывести подземный ход точно в нужное место, выдержать направление по горизонтали и по вертикали даже в XXI веке является далеко не простой задачей. Таких специалистов (маркшейдеров) готовят в институте или техникуме (колледже) 4–5 лет. И все же при проходке туннеля длиной всего 500–600 метров ошибка в 2–4 метра даже сегодня считается отличным результатом.
Что тогда говорить о временах, отстоящих от нас на три тысячи лет? Очевидно, что специалистов, способных успешно решить такую задачу, в те времена насчитывались единицы. А случаев неудачных подземных работ было гораздо больше, нежели успешных. Поэтому полководцы далеко не всегда считали возможным тратить уйму сил и времени, не имея гарантии успеха.
И все же такой метод был создан. Еще не было ни взрывчатых веществ, ни пороха, но уже стал известен сам принцип применения мин, существовала тактика минной войны.
Большинство историков полагают, что подземные мины туннельного типа были единственным типом мин, существовавшим до изобретения пороха. Однако это не совсем так. Одну из самых ранних «противотранспортных мин» описал военный инженер Фило из Византии около 120 года до н. э. Он рекомендовал перед стенами города закапывать пустые большие глиняные сосуды. Следовало помещать их вертикально, а открытую верхнюю часть покрывать жердями, маскировать травой, засыпать землей. Солдаты противника проходят над ними свободно, а их осадные башни, тараны и катапульты проваливаются.
К числу древнейших «противопехотных мин» можно отнести очень широко практиковавшиеся в древние времена «волчьи ямы», в дно которых втыкали заостренные колья, а сверху маскировали легкими перекрытиями со слоем грунта, травы, веток.
Историк М. Кролл в своей книге «История мин» описывает пример осады галльской крепости Алезия римским императором и полководцем Гаем Юлием Цезарем в 52 году до н. э. Он, опасаясь вылазок противника, окружил осажденную крепость земляным валом (при его возведении образовался ров, заполнившийся водой), а полосу местности перед валом на дальность полета копья заполнил различными заграждениями, игравшими ту же роль, что современные противопехотные мины. Вот как описывал свои заграждения сам Цезарь: