- У вас есть документы, подтверждающие, что вы представляете криминальную полицию?
Перси решил раскрыть свои карты.
- Мистер Кастелли, - начал он, - я частный детектив, и выдавать себя за полицейского не собираюсь. Говорю вам, я занят чисто уголовным делом. Прошу вас о помощи и обещаю, что сохраню все в тайне. Эта услуга вас ни к чему не обязывает, но если вы мне откажете, я вынужден буду официально обратиться в полицию. Вы не будете отрицать, что счет этот написан вашей рукой. Кажется странным, что вы не смогли найти своему клиенту ни одной марки из целого списка и ограничились только составлением калькуляции. Чиновники налоговой службы не будут так легковерны на этот счет, как я. И в этом листке они увидят то, чем он и является - незарегистрированным счетом. Хотите попробовать? Всегда пожалуйста. Прошу не забывать, мне терять нечего.
Что-то в поведении Кастелли дало Перси понять, что он выиграл.
- Разумеется, - сказал хозяин, - у меня не было "Занзибара 1908". Я попросил коллегу достать мне его. Оговорив по телефону условия, попросил клиента зайти через час.
- И он вернулся?
- Нет. Покупку я доставил в отель.
- Это было до или после обеда? - спросил Перси.
- Клиент был у меня утром, около половины одиннадцатого, а я отнес ему марки в отель около полудня.
- Ну, так. Теперь мне ясно, почему вы все записали на клочке бумаги. Счет вы не выставили. Но мне нужна только фамилия клиента. Даю вам слово, что ни одна душа не узнает, каким образом я его раздобыл.
- Этого клиента, - оправдывался Кастелли, - я вижу раза два в год. Останавливается он неподалеку, знаете, в том большом отеле на углу Сорок шестой стрит и Медисон Авеню. Как же его… ах да, "Карлтон".
- "Риц-Карлтон", - уточнил довольный Перси. - А клиент? Как зовут клиента?
- Очень английская фамилия… минутку… вроде бы…
Тут женщина сделала резкий жест, и Кастелли запнулся.
- Но меня вам нечего бояться, - уверял Перси, - если все дело мы уладим между собой…
- А вы мне подарите тот листок бумаги, - с хитрой усмешкой сказал торговец. - Услуга за услугу.
Перси сделал вид, что глубоко задумался.
- Вы дадите мне листок, а я вам - фамилию, - предложил Кастелли. - Из рук в руки. Думаю, это честно.
Для проформы Перси еще немного поломался. Уступи он слишком быстро, это могло бы заставить хозяев задуматься о наличии фотокопий.
- Вы даете слово? - настаивал он.
- Даю, - торговец протянул ему руку.
Перси протянул треугольный листок, который собеседник торопливо схватил. Но детектив его не отпускал.
- Вначале фамилию.
- Каннингэм… Эрвин Каннингэм… Нет, - Эдвин Каннингэм.
Перси вручил обрывок бумаги хозяину магазина, который тут же сжег его, достав зажигалку. Уходя, детектив-любитель услышал сварливый голос миссис Кастелли, твердившей:
- Ты что, с ума сошел? Зачем ты сказал ему фамилию?
- Слушай, дорогая, - защищался продавец, - этот счет ты написала собственноручно. Отрицать это мы не смогли бы. С таким документом мы бы влипли с налоговым ведомством. Они бы нам показали!
- Но у него наверняка есть фотокопии.
- Для суда фотокопия - не доказательство. Так же как магнитофонная лента - их можно подделать как угодно. Так или иначе, этот парень - не налоговый инспектор, иначе потребовал бы расчетные книги. А он занимается совершенно иными вещами. Не в его интересах впутывать нас.
По-своему Кастелли был совершенно прав.
Не поскупившись на чаевые посыльным в отеле, Перси без труда раздобыл адрес Эдвина Каннингэма. Один-два раза в год тот ненадолго останавливался в "Риц-Карлтоне", всегда звонил, чтобы забронировать номер и просил подтвердить заказ по телефону. Именно поэтому Перси так легко заполучил номер телефона в Джексонвилле.
В телефонной книге Джексонвилла Перси без труда нашел фамилию Эдвина Каннингэма. И неважно, был он Стирлингом или нет, наконец-то у него в руках было нечто конкретное - Каннингэм явно был звеном в цепи преступления.
Бен Хехт обнаружил в своей конторе новое письмо, подписанное Сиднеем Джерми:
"Я нашел нашего Стирлинга. Уже знаю его настоящее имя и адрес. Сообщу их вам лично при нашей ближайшей встрече. Прошу сохранить все в тайне до момента ареста. Сегодня вылетаю во Флориду. Прошу срочно перевести на адрес бюро обслуживания еще один аванс в размере двухсот долларов. Счета перешлю почтой. Успеха. Сидней Джерми".
Адвокат показал письмо Гарри, который с облегчением на душе ощутил, как призрак электрического стула отдаляется от него.
Глава XII
Было десять минут шестого, но солнце еще светило вовсю. Дом Каннингэма представлял собой невероятно роскошное бунгало, состоявшее из алюминиевых и стеклянных панелей, местами украшенных дорогим деревом. Резиденцию окружал экзотический сад.
Перси расплатился с таксистом и решительно зашагал через сад. У въезда в гараж стояла какая-то страшная колымага, странно контрастировавшая с роскошью резиденции.
После нескольких минут нерешительного ожидания детектив заметил, как из дома выходят две толстые негритянки, очевидно, уборщицы. Сев в машину, они с диким шумом уехали, не обращая внимания на торопливо спрятавшегося Перси. В руке у него была тощая папка с пижамой и зубной щеткой. Обойдя дом вокруг, он никого не заметил.
Дом был спланирован на двух уровнях, в соответствии с профилем участка. Одна из стен полностью состояла из стекла. Широко раздвинутые шторы открывали вид на обширный и комфортабельный салон, весь в коже и красном дереве. В салоне не было ни души. Каннингэм, должно быть, жил один, это соответствовало образу убийцы, воссозданному Сиднеем: безумно богатый маньяк, питающийся вне дома и отсылающий на ночь слуг.
По соседству видны были несколько фигур, занятых работами в садах, что несколько беспокоило Перси. Он стал прикидывать, позвонить ли Каннингэму с просьбой о встрече, или заявиться к нему внезапно.
Уже собираясь удалиться, на широкой аллее он увидел большой "крайслер", направлявшийся к гаражу.
"Тем хуже, ловушка захлопнулась. Вперед!" - подумал Перси и с приторнейшей улыбкой двинулся в сторону автомобиля. Потом снял шляпу, подражая манерам коммивояжера. Водитель, толстый, потасканный человечек с лягушачьим ртом и щеками бульдога, недоверчиво его разглядывал.
- Добрый день, мистер Каннингэм, - начал детектив доверительным тоном коммерсанта, умевшего выбрать верный тон с собеседником.
Толстяк сделал ему знак уйти с дороги и подъехал вплотную. В этот момент двери гаража автоматически открылись.
Перси со шляпой в руке ждал, пока прибывший не поставит машину.
- Что вам угодно? - жестким тоном спросил Каннингэм.
Его обманула и успокоила услужливая поза Перси - первоначальное беспокойство исчезло.
- Хочу предложить вам выгодную сделку, мистер Каннингэм, - вежливо произнес Перси.
- Меня это не интересует!
- Это касается почтовых марок.
- Не интересует! - повторил толстяк.
Добыв из кармана маленький йельский ключ, он вставил его в замок, помещенный в середине округлой ручки на дверях дорогого дерева.
- У меня есть нечто уникальное, мистер Каннингэм, - вновь начал Перси с вежливой настойчивостью опытного коммерсанта. При этом довольно нахально он шагнул на порог, так что хозяин не мог захлопнуть двери у него перед носом.
- Предлагаю "Занзибар 1908 года" всего за пять тысяч долларов, - продолжал Перси все тем же вежливым и настойчивым голосом, которым начал беседу.
Его собеседник чуть заметно вздрогнул.
- Кто дал вам мой адрес? - нетерпеливо спросил он.
- Хозяин магазина марок на Манхеттене.
Каннингэм казался ошеломленным, он внимательно уставился на Перси, прикидывая, может ли этот упрямый тип в самом деле быть торговцем почтовыми марками. Перси же был уверен в одном - Каннингэм, безусловно, был Стирлингом. Описание Гарри Уэста оказалось удивительно точным, ошибиться было невозможно. Он нашел убийцу.
Подумав несколько секунд, Каннингэм недовольно отступил с прохода и сказал:
- Ну, посмотрим, как все это выглядит.
Но голос не прозвучал так снисходительно, как ему хотелось.
В холле роскошного бунгало красовались снимки нефтяных вышек.
"И в самом деле, - подымал детектив, - золото ему не падает с неба, оно бьет из-под земли!" Он был просто подавлен коллекцией полотен больших мастеров, бронзы, скульптур из мрамора и слоновой кости, которыми было заставлено все вокруг.
- Прошу поторопиться, - повелительным тоном сказал хозяин. - Мне пора принять душ.
Но вначале он приготовил виски со льдом, достав бутылку из укрытого в стене бара с холодильником.
- Вы выпьете?
- Нет, спасибо - поблагодарил Перси.
Он был так взволнован, что весь дрожал. Хозяин это заметил.
- Вам холодно? - спросил он. - Я выключу кондиционер.
Сказал он это так, словно от Перси шел арктический холод. Правда, Каннингэм не имел понятия о реальной температуре воздуха - его контора, автомобиль и резиденция были полностью кондиционированы.
Чтобы оказать любезность Перси, он встал, повернул ручку кондиционера и сел снова. Жестом предложил молодому человек сделать то же самое. Потом отхлебнул солидный глоток виски, поднялся, снял пиджак, открыл скрытый за панелями красного дерева шкаф и повесил одежду на вешалку. У Перси был случай увидеть в шкафу непромокаемый плащ, из кармана которого свисал голубой шарфик в горошек. Судя по всему, у Каннингэма было слабое горло…
Отпив еще глоток, он зашелся в бесконечном приступе кашля. У Перси было время изучить портрет, висевший над комодом китайского лака, и изображавший сильно декольтированную блондинку. Можно было догадаться, что это творение модного художника. Та же женщина, с тем же лицом, хоть и не такая свежая и еще более полная, были запечатлены на бесчисленных снимках, висевших на стенах. Была она там и в купальном костюме, рядом с хозяином дома, лет на двадцать моложе нынешнего. На столике стояла фотография в рамке эбенового дерева, изображавшая ту же женщину, постаревшую и исхудавшую.
- Да, это моя бедняжка, - заметил Каннингэм. - Это была святая душа. Со дня ее смерти я смертельно скучаю.
- Но у вас есть нефтяные вышки и почтовые марки, - чем не развлечение, - заметил Перси, чтобы разговорить своего собеседника.
Каннингэм пожал плечами.
- Человеку моего возраста жизнь уже не в радость - жаловался он.
- Но вы же можете купить себе что угодно, не так ли?
- Все, за что можно заплатить, - это так, но этого так мало… - возразил старик. - Любовь за деньги удовольствия не доставляет, а пить с утра до вечера невозможно. - Он вздохнул, потом спросил;
- Чем я вам могу служить?
- У вас найдется немного времени? - спросил Перси.
- Что вы имеете ввиду? Могу уделить вам пять минут, если хотите.
- Вы кого-нибудь ждете?
- Какое вам до этого дело? - резко осадил его Каннингэм.
Беспокойство, прошедшее было, снова отразилось на его лице. В рубашке с засученными рукавами он походил на добродушного пенсионера, сидящего на террасе летним вечером. Подтяжки его были украшены гирляндами голеньких женщин. Восстанавливая свое реноме человека богатого и солидного, растягивая слова, спросил:
- Что вы собираетесь мне продать?
Перси, не говоря ни слова, достал из кармана фотокопию документа, который сжег Кастелли. Копия была сделана изумительно. Более того, Перси замочил ее в оливковом масле и высушил, заодно обрезав по форме оригинала. Каннингэм взял листок кончиками пальцев, и на его губах появилась презрительная усмешка. Но через несколько секунд выражение его лица вдруг изменилось и он с интересом вгляделся в молодого человека, сидевшего напротив него по другую сторону низкого столика.
- Вот что я собираюсь вам продать, - твердо сказал Перси, глядя ему прямо в глаза.
Глава XIII
Одутловатая физиономия Каннингэма моментально окаменела. Глаза засветились энергией, без которой он не смог бы добыть своего состояния. Казалось, в нем пробуждается старый, дремавший до времени лев. Перси содрогнулся, ему не хватало воздуха, хотелось открыть окно, от напряжения всех чувств потемнело в глазах.
- Вы забыли представиться, - сказал Каннингэм.
- Мое имя Сидней Джерми.
- Оно мне ни о чем не говорит, и я не понимаю, чего вы хотите.
- Хочу продать вам этот документ.
- А при чем здесь я?
- Я расскажу, если вас это интересует.
- Могу уделить вам еще пару минут, - согласился Каннингэм, - я жду знакомых.
- Сомневаюсь, - парировал Перси.
- Ваш тон мне совершенно не нравится, - заявил Каннингэм. - Или объясните, в чем дело, или…
- Или? - не отставал Перси.
Каннингэм не договорил. Воцарилась тишина. Противники следили друг за другом, как два борца, готовые броситься на противника при первой возможности.
- Я вас слушаю, - наконец сказал Каннингэм вызывающим тоном.
- Мистер Каннингэм, вы же умный человек и прекрасно меня поняли. Принимая во внимание ставки в нашей игре, предлагаю поставить точки над "и". Листок бумаги - это счет, и если он попадет в руки полиции, вы дорого заплатите.
- Вы с ума сошли! - холодно возразил толстяк.
- Счет, выписанный Кастелли в отеле "Риц-Карлтон" во время обеда, вы сунули в карман, отправляясь к любезной своднице Торнбридж. Были вы в плаще, с голубым шарфиком на шее. Прибыв на место, сняли шарф и сунули его в карман. Потом вы снова достали его, возможно, для того, чтобы затянуть на шее юной особы по имени Лорин Смитсон, которая обитала как раз у Торнбридж.
- Вы с ума сошли, - буркнул Каннингэм, который начал потеть и с трудом проглотил слюну.
- Но в конце концов предпочли воспользоваться чулком, чтобы повесить девушку, а шарфик надеть на шею. Как бы там ни было, когда вы доставали шарф из кармана, вместе с ним выпал на пол счет. Теперь по нему придется платить, мистер Каннингэм.
Воцарилась тяжелая, гнетущая тишина.
- Я прикажу арестовать вас за шантаж! - прохрипел наконец толстяк.
- Не говорите глупостей, черт вас возьми! - оборвал его Перси. - Вам повезло, что вы нарвались на меня, я частный детектив, а не полицейский. У меня нет ни гроша, и у моего клиента Гарри Уэста - тоже. Чтобы купить билет в Джексонвиль, я получил от него небольшой аванс, и это едва покрыло мои расходы. Нищета! Я уверен, мистер Каннингэм, что вы будете гораздо щедрее. Мне приходится жить этим мерзким ремеслом, да еще содержать мать-старушку…
Инстинктивно Каннингэм огляделся исподлобья, чтобы проверить, не караулят ли в саду, не окружен ли дом, не ждет ли полиция только сигнала, чтобы кинуться на него.
- Нет, - успокоил его Перси, - никого там нет. Я один.
Перси заметил, что хозяин делает отчаянные усилия, чтобы держать себя в руках. Каннингэм еще раз оглядел сад и, никого в нем не увидев, решился предложить:
- Давайте перейдем в мой кабинет. Там нам будет удобнее.
- Как это? - удивился Перси. - Нам и тут очень удобно.
- Скажем так, тут я не располагаю такими аргументами, как там. - Он потер палец о палец весьма многозначительным образом.
- Ну, если вам угодно… - согласился Перси, вставая с кресла. - Только идите вперед.
Кабинет Каннингэм был не менее внушителен, чем салон. Стены и потолок обиты толстой тканью, а топорного вида мебель явно была привезена с какой-то старой фермы на западе страны.
Каннингэм уселся за огромным столом, увенчанным огромной, совершенно не подходившей к нему лампой. Толстяку явно было не по себе.
- Сколько? - спросил он прямо.
- Оцените сами то, что я вам продаю.
- Прошу назвать сумму, - настаивал Каннингэм.
- Сколько стоит шкура миллиардера? - спросил Перси. И сам себе ответил: - Столько, сколько стоит сам миллиардер.
На лице Каннингэма появилась саркастическая ухмылка.
- Сколько? - повторил он.
- Положим, десять тысяч долларов за эту бумажку и еще десять тысяч долларов за расходы. Это почти за бесценок, - предложил Перси.
Подумав несколько секунд, толстяк ответил:
- Такой суммы у меня дома нет. Полагаю, чек вас не устроит? Сейчас я дам вам сколько есть у меня наличными, остальное - завтра утром.
Каннингэм открыл ящик стола, но Перси в тот же миг прыгнул к нему и грубо захлопнул ящик, прищемив ему руку. Тот вскрикнул от боли. Намертво зажав запястье противника, Перси вновь открыл ящик. Как он и думал, Каннингэм лез за пистолетом, который едва-едва не достал. Перси сунул оружие в карман.
- Если мы перешли сюда за этим, то вы напрасно теряете время. У меня есть к вам такое предложение: в качестве премии вы отдаете мне свою коллекцию марок. Потом вы вручаете мне всю наличность, что имеется в вашем распоряжении. У вас тут наверняка есть сейф.
Толстяк засопел, бросая на Перси убийственные взгляды. Детектив-любитель с удовольствием заметил, что к охотничьему азарту у него добавляется упоительное сознание одержанной победы.
- Даю вам три минуты на передачу мне коллекции, - настаивал Перси, - или отдаю документы в полицию. Если вы выполните мои требования, я сожгу его в вашем присутствии, хотя и так не смогу передать его полиции, получив от вас деньги. Полиция заберет все. Вы достаточно умны, чтобы это понять, поэтому поторопитесь! Три минуты быстро пройдут. Я жду…
Каннингэм тяжело поднялся, подошел к секретеру, открыл секретный ящик и вынул из него маленький плоский ключик. Стенной сейф был скрыт за картиной. Каннингэм вставил ключ в замок, потом начал набирать код на циферблате. После седьмой цифры сейф открылся.
- Моя коллекция стоит миллионы! - старик был в отчаянии. - Это дело всей моей жизни?
- Ваша жизнь стоит гораздо дороже! - иронизировал Перси.
В сейфе лежали три толстых кляссера, которые Каннингэм извлек один за другим. Это была уже безоговорочная капитуляция.
- И еще отдайте мне деньги, - потребовал Перси.
Каннингэм взял пачку банкнот, лежавших на металлической полочке сейфа, и бросил их на стол. С деньгами он расставался гораздо легче, чем с марками.
Не спуская с него глаз, Перси перелистал кляссеры и с удовольствием убедился, что все страницы плотно заполнены марками.
Каннингэм словно замкнулся в себе, видно, зажало сердце, ему не хватило дыхания, чтобы выговорить: - Отдайте… бумагу…
- Точно, - согласился Перси.
Он вручил Каннингэму треугольный листочек и даже подал ему свою зажигалку. Толстяк сжег его и растоптал пепел.
- Я вас не выдам, - пообещал Перси, - раз дал вам слово.
Сказав это, он сунул руку в карман и извлек небольшой пистолет, не тот, что забрал у хозяина. У Каннингэма глаза полезли на лоб, его заколотило от страха.
- Вы… вы… вы же меня не… - взвизгнул он, и обвислые щеки жалко задрожали. Ледяной взгляд детектива-любителя страшил его больше, чем оружие, нацеленное в живот.
Пистолет грохнул дважды, испуская короткие вспышки; жестокие удары швырнули старика на пол. Лежал Каннингэм навзничь, держась обеими руками за брюхо.