31 марта, 14:11
Когда за спиной знакомо зацокали по коридору каблучки, Балдер не оторвался от созерцания расстилавшегося за окном Эдгар-Гувер-билдинга пейзажа. Лишь громко просвистел музыкальную цитату из одного бродвейского мюзикла: "А я милую узнаю по походке…"
– Не свисти, Балдер! – строго сказала Смалли. – Денег не будет!
– Как?! – мгновенно обернулся спецагент. – Спиннер же обещал: казначейство уже перечислило все долги по зарплате!
– Так это же пословица…
– То есть? Обещанного Спиннером три года ждут?
– Да нет! Пословица: "Не свисти – все деньги высвистишь!"
– А-а-а… Ну, если те, что сейчас у меня в кармане, – тогда не страшно. Потерю двенадцати долларов сорока пяти центов как-нибудь переживу…
– Все так плохо? – участливо поинтересовалась Смалли.
– Куда уж хуже… Вторую неделю креветками питаюсь…
При слове "креветки" Балдер вспомнил злокозненного лангуста, сломанный зуб, исчезнувшего Шпака, – и совсем загрустил.
– Могу тебя выручить, – Смалли достала бумажник. – Сотня до зарплаты устроит?
– С чего это ты разбогатела? – подозрительно спросил Балдер. – Наследство получила?
– Нет, Спиннер на командировочные расщедрился.
В мозгу Балдера немедленно вспыхнул красный сигнал тревоги. "Смалли получила командировочные! Значит – она едет в командировку! Логично… Но я-то командировочных не получал. Значит – я не еду. Тоже логично. Кто-то решил оставить меня одного, без напарницы… Это все неспроста… Но куда же запропастился Шпак?"
– Балдер, что с тобой? Ты так покраснел…
Спецагент усилием воли погасил тревожный сигнал.
– Так лучше?
– Значительно. Ты берешь деньги или продолжаешь креветочную диету?
Балдер машинально взял протянутую купюру.
– А куда командировка?
– В Орегон, в глушь, в медвежий угол…
– Тебя интересуют медведи?
– Звери они, конечно, любопытные, – но мне бы вполне хватило посещения зоопарка. Спиннер отчего-то посчитал, что местное отделение ФБР – там, в Орегоне – не сможет распутать одно дело без моих консультаций…
– Что-то паранормальное? – мгновенно заинтересовался Балдер.
– Расслабься… Заурядный маньяк с бензопилой.
– А-а-а… Ну ладно, поезжай… Только…
– Что?
– Я рассчитывал на твою помощь.
– В чем?
– Мне в руки попал один загадочный артефакт… – Спецагент полез во внутренний карман пиджака.
– Ну и что тут загадочного? Обычный носовой платок, не слишком чистый…
– Да нет… Смотри!
Смалли взяла артефакт, стоивший Балдеру зуба, повертела в пальцах, изучила при помощи лупы-брелка, попробовала вскрыть пилкой для ногтей… И выдала свое авторитетное заключение:
– Х-м-м-м…
– Вот и я говорю! Чем оно может быть, как ты думаешь?
– Это, без сомнения, какой-то прибор – на одном конце имеется крохотный микроразъем.
– Да? А я и не заметил…
– Там прилип кусочек какого-то мяса… Как к тебе это попало?
Балдер рассказал про ланч в "Веселом лобстере".
– Действительно, загадка… – согласилась Смалли. – Ума не приложу, что это за штуковина… Придется долго и кропотливо возиться. Корпус выполнен из материала, совершенно мне неизвестного. Подозреваю, что спектрографический анализ покажет много любопытного…
– Займешься?
– Времени нет. Рейс на Орегон сегодня вечером… Не хочешь отдать в нашу лабораторию?
Балдер ненадолго задумался.
– Пожалуй, не стоит. Вокруг начало твориться нечто непонятное… Еще потеряют или подменят. Подожду, пока вернешься. Ты уж там не задерживайся…
– Постараюсь обернуться побыстрее. Ладно, пойду собираться. Береги себя, Балдер! И отправляйся побыстрее к зубному, – знаю я тебя, полгода будешь ходить и мучаться…
– Схожу, – пообещал Балдер. Не соврал – сломанный зуб болел все сильнее.
Там же, чуть позже
Смалли ушла, Балдер остался один. В очередной раз попытался при помощи служебного компьютера получить весточку от Шпака – и вновь безрезультатно… А потом запиликал телефон. Звонил Курильщик.
– Поздравляю тебя, Балдер!
– Спасибо, – ответил спецагент машинально. Подумал и осторожно спросил:
– А с чем?
– К вам в отдел назначена практикантка. Молодое поколение, наша смена… Прямиком из академии ФБР. Так что не теряй времени.
– В каком смысле?
– Что "в каком"?
– Не терять – в каком?
– А-а, ты про это… Ну, введи ее в курс дела, ознакомь со спецификой работы, – в общем, сам знаешь.
"Знаю, знаю…" – подумал спецагент, уже повесив трубку. Новых сотрудников в отдел "Сверхсекретные материалы" назначали, как правило, лишь с целью шпионажа за Балдером. Успехом попытки ни разу не увенчались – у Призрака был редкостный талант располагать к себе людей и обращать их в свою веру. Несомненно одно – время появления "практикантки" выбрано не случайно. Все складывается одно к одному… Что-то назревает, что-то висит в воздухе…
Телефон запиликал снова. Балдер долго не брал трубку – все новости сегодня были исключительно пакостные, узнавать еще одну не хотелось. Но абонент попался настойчивый – телефон пиликал и пиликал. Пришлось ответить.
– Балдер слушает.
– Немедленно зайдите ко мне, агент Балдер! – отчеканил Спиннер. И отключился.
Штаб-квартира ФБР, кабинет Спиннера, чуть позже
– Ну и что это такое? – зловеще поинтересовался заместитель директора ФБР.
– Это? – сделал невинное лицо Балдер. – Какая-то бумага. Судя по виду, пришедшая по факсу…
– Не надо паясничать, Балдер! Я про содержимое бумаги…
– А, так вы ее еще не читали… Сейчас посмотрим…
После минутной паузы спецагент доложил:
– Это счет, сэр. На безналичную оплату, сэр. От фирмы "Фиш энд пигг компани", сэр.
– Я знаю, от кого счет… – процедил Спиннер. – Меня лишь интересует, зачем вам понадобились сто шестнадцать коробок мороженых лангустов? Вы собрались открыть в штаб-квартире розничную торговлю?
Балдеру не хотелось рассказывать о своих подозрениях. Тем более что ни у одного из лежавших в упомянутых коробках лангустов инородных предметов в конечностях не обнаружилось. И он осторожно сказал:
– Я не стал бы оплачивать этот счет. Лангусты остались вполне годными к употреблению, только лапки отдельно… Но можно и оплатить – чтобы внести разнообразие в меню нашей столовой. Сколько можно питаться бифштексами с яйцом и шницелями по-венски?
Спиннер почувствовал, что медленно сходит с ума. Схожие ощущения часто возникали у него при беседах с Балдером. Он сказал тихо и устало:
– Возьмите эту бумажку и отправляйтесь с ней…
– Никак невозможно, факсовая бумага слишком скользкая, – перебил Балдер.
– …в управление матобеспечения, – закончил Спиннер, решив ни на что не обращать внимания. – Если не сумеете с ними договориться – разнообразие в меню столовой будет внесено за счет вашей зарплаты.
Балдер взял документ и удалился. Спиннер проводил его взглядом и подумал: "Интересно, что скажет по этому поводу КК?"
Штаб-квартира ФБР, чуть позже
В управлении матобеспечения все сложилось наилучшим образом. Луиджи Тараскони, вице-директор Бюро по административной части, оказался большим поклонником блюд из морепродуктов. И без споров принял принесенный Балдером счет к оплате. Заодно спецагент заглянул на склад, где разжился динамитом. Вернее, не динамитом, а пластидовой шашкой с запалом-детонатором. У Балдера появилась интересная мысль: если бросить этот предмет с моста в Потомак – всплывет ли что-нибудь кверху брюхом? Кроме аквалангистов, разумеется.
Визитом к хозяйственникам Балдер завершил свой рабочий день – зуб разболелся вовсе уж нестерпимо, и Спиннер, довольный успешным окончанием эпопеи с лангустами, охотно разрешил подчиненному уйти пораньше.
…Тратить полученную от Смалли сотню на платных стоматологов не хотелось. Балдер отправился в поликлинику, обслуживающую сотрудников ФБР по договору медицинского страхования.
Вернее – обслуживавшую.
Как выяснилось, несколько дней назад у зубодеров случился пожар, полностью уничтоживший два верхних этажа, – и вновь откроется клиника не скоро. "Так вам и надо, садисты!" – подумал Балдер, получив в уцелевшей регистратуре список кабинетов, лечивших по страховым полисам. И отправился в ближайший.
Зуболечебный кабинет, чуть позже
– Да-а-а-а, батенька, эк вас угораздило… – пробасил эскулап-стоматолог двухметрового роста, задумчиво созерцая рентгеновский снимок. Лицо врача прикрывала марлевая маска – дабы скрыть, по мнению Балдера, глумливую усмешку. – Коронковая часть разрушена, корневая треснула, повреждена пульпа… Необходимо сделать… – Тут эскулап начал сыпать мудреными и страшно звучащими терминами.
Когда тирада врача закончилась, ничего не понявший Балдер лишь жалобно спросил:
– Это больно?
Он надеялся, что эскулап успокоит: да что вы, батенька, вовсе нет, как комарик укусит… Но садист в белом халате сказал, словно отрезал:
– Больно!
– Тогда мне двойную анестезию!
– Не поможет… Я порекомендовал бы общий наркоз… Хотя, если вы человек терпеливый и мужественный, то…
– Нет, нет! Пусть будет общий…
Когда к его лицу прижалась резиновая маска, а в легкие ворвалась терпкая наркотическая смесь, агент Балдер успел подумать: "Чем-то мне знаком этот зубодер, где-то…" Мысль осталась незаконченной. Окружающая действительность перестала существовать для Балдера.
Через пару минут в кабинет вошел второй человек в белом халате. Спросил:
– Ну как, готов? – Голос пришедшего отличался неестественным металлическим тембром.
– Спит как суслик.
– Тогда приступим, – пролязгал пришелец. – Думаю, скоро Балдеру придется многому удивиться. Если, конечно, того, кто проснется, можно будет назвать Фоксом Балдером…
Позже
Жизнь была хороша. Зуб вновь стоял на своем законном месте, – новый и крепкий. На Вашингтон опускался теплый весенний вечер…
"Эх, прошвырнусь куда-нибудь, девчонку закадрю…" – беззаботно подумал Балдер. Машинально пошарил по карманам. "Черт, сигарет нет, надо купить где-нибудь…"
И опешил от собственных мыслей.
"Ведь я же не курю! И что за дурацкие идеи о девчонках, когда расследование в самом разгаре? Меня как подменили…"
Спецагент Фокс Уильям Балдер и сам не догадывался, насколько он прав.
Квартира Фокса У. Балдера. Вечер
Свет в подъезде не горел. Кто-то опять вывернул лампочку. Поначалу Балдер принимал ее регулярные исчезновения за обыденное хулиганство, но все оказалось не так просто. Когда спецагент установил в плафоне следящую микросистему, позаимствованную на складе ФБР, – то в момент очередного похищения она записала лишь густо ползущие по экрану помехи. Таинственный "кто-то" использовал стоивший несколько тысяч долларов постановщик помех для того, чтобы умыкнуть пятидесятицентовую лампочку… Это явно было неспроста…
С тех пор в неосвещенный подъезд Балдер входил с соблюдением сугубых мер осторожности. Вот и сейчас – резким пинком распахнул дверь и перекатом ушел с линии огня. Предосторожности в очередной раз не понадобились – засады в подъезде не оказалось. Но Балдер был уверен: однажды ему повезет.
За скудным холостяцким ужином (спагетти с тертым сыром) спецагент собирался еще поразмышлять обо всех странных событиях сегодняшнего дня, начиная с рыбалки на Потомаке. Но с удивлением обнаружил, что в голову лезет совершенно несвоевременная и нелепая мысль: достать из бара сберегаемую на торжественный случай бутылочку "Джонни Уокера" и прикончить ее в одиночестве.
Огромным усилием воли Балдер подавил дурацкое желание. И отправился спать, решив, что утро вечера мудренее… Курить хотелось зверски.
Следующее утро
К концу скромного холостяцкого завтрака (спагетти с тертым сыром) сомнения Балдера превратились в уверенность: что-то с ним не так.
За час, прошедший между пробуждением и завтраком, агента Балдера последовательно посетили следующие мысли и желания:
– смахнуть трезвонящий будильник с тумбочки и поспать еще часа два-три, послав службу подальше;
– выкурить первую, самую сладкую, утреннюю сигарету;
– выпить-таки "Джонни Уокера";
– не ходить на работу;
– пойти на работу, но лишь с целью написать там прошение об отставке – и тут же уехать в глушь, в Канзас, на ферму…
При этом, что характерно, ему совершенно не хотелось даже вспоминать о судьбе пропавшего Шпака и о происхождении загадочного артефакта, сейчас надежно укрытого в тайнике Балдеровского кабинета…
"Что-то со мной не так… – размышлял спецагент. – Меня словно подменили. Но это шаткая версия. Если бы меня подменили, здесь сидел бы кто-то другой, а я находился бы совсем в ином месте… Думай, Балдер, думай…"
Он заставлял и понукал сам себя – но думать абсолютно не хотелось. Хотелось выпить, хотелось покурить, хотелось взять припасенную вчера пластидовую шашку и отправиться на Потомак, на рыбалку…
Привычка логично мыслить все-таки победила. С трудом, со скрипом, но Балдера осенило-таки: на его психику оказывается враждебное воздействие! Или гипнозом, или психотропными препаратами. Кому-то очень нужно, чтобы именно сейчас агент Балдер оказался неработоспособен. Гипотеза многое прояснила, но облегчения не принесла. Чужие и чуждые желания продолжали обуревать со страшной силой…
По дороге на службу Балдер не выдержал – купил-таки пачку сигарет и закурил.
"Гадость жуткая!" – подумал спецагент после первой затяжки. Но сделал еще одну. И еще, и еще…
Штаб-квартира ФБР, кабинет Балдера
01 апреля, 10:21
Вновь назначенная практикантка оказалась девушкой баскетбольного роста – на каблуках она была выше Балдера дюйма на полтора. Однако – весьма симпатичная. Спецагент спросил:
– Можно, я буду иногда называть вас Смалли?
– А зачем?
– Привычка… Я всех своих напарниц называю Смалли.
– Хм… И много их у вас? Напарниц?
– Вообще-то всего одна… Семь сезонов одна и та же… Одна и та же… А так хочется порой тепла, женской ласки…
"Боже, что я несу?!" – подумал Балдер.
"Боже, что он несет?!" – подумала практикантка.
– Зовите, если так уж хочется… Но вообще-то я Джулия. Джулия Киллиан.
– Красивая фамилия…
– Не жалуюсь.
– На что?
– На фамилию.
– А-а-а…
В разговоре повисла пауза.
Джулия думала, что представляла себе агента Балдера совсем иным. А Балдер в это же время пытался представить ее в ночной рубашке. Или без таковой. Мысленная картинка получилась весьма аппетитной.
Балдер постарался взять себя в руки.
– Мне надо ввести… хм… вас в курс дела. Продемонстрировать… хм… специфику работы. Вон в углу стеллаж – поройтесь там, полистайте папки со старыми делами, если что-то будет неясно, я… А что вы делаете сегодня вечером? – неожиданно закончил Балдер.
– Да как обычно… Потусуюсь на интернет-чатах – и спать.
– А какой у вас ник?
– Вы никому не скажете?
– Что за вопрос? Мы ведь одна команда…
– Мясорубка, – мило покраснела девушка.
– Что "мясорубка"?
– Ник такой: Мясорубка…
– Оригинально… – пробормотал Балдер. – А может, вместо чата в ресторан сходим? Ужин при свечах, то, сё…
И тут же вспомнил: денег нет. Одолженной у Смалли сотни на финансирование подобного мероприятия никак не хватит. Разве что…
– Как, например, вы относитесь к морепродуктам? Есть на примете очаровательный ресторанчик, там так хорошо, уютно…
– Плохо.
– Да почему же? Вполне цивильное заведение.
– К морепродуктам отношусь плохо.
– В чем причина?
– Это тянется из детства. Мой организм бурно рос, постоянно хотелось что-то пожевать… Однажды ночью я стащила из холодильника пачку крабовых палочек, которые предназначались отцу на завтрак. И съела. А утром попыталась свалить пропажу на нашего кота Персика. Отец не поверил, ушел на работу голодный… Вечером он принес десять пачек этих палочек – и заставлял меня есть, пока все не полезло обратно.
– Бедная…
– И не говорите. С тех пор я и морепродукты – две вещи несовместные.
– Значит, не судьба… Ладно, вы тут входите в курс дела. А мне надо отправить одно очень секретное сообщение.
Балдер ушел. Девушка уныло направилась к стеллажу, размышляя: "Мне рассказывали про мистера Балдера совсем другое… Его как подменили…"
Джулия Киллиан и понятия не имела, насколько она близка к истине.
Орегон, медвежий угол
Маньяк рычал, как раненый медведь. Вернее, Смалли лишь подозревала, что из его перекошенного рта доносятся именно такие звуки, – все заглушал вой и треск бензопилы.
Взмах! – и Смалли вновь в изящном прыжке разминулась с бешено вращающейся цепью, ощетинившейся зубьями. Подвернувшаяся под удар молодая сосенка рухнула на землю. Маньяк повторил выпад – снова мимо! Смалли, не пытаясь перейти в контратаку, терпеливо выжидала, когда же в баке бензопилы закончится горючее…