Доктор филологических наук Ираклий Луарсабович Андроников, ученый-литературовед, писатель, искусствовед, широко известен также как, великолепный мастер устного рассказа.
В книге "Я хочу рассказать вам…" собраны статьи, очерки, литературные портреты, рассказы, исследования, охватывающие целый ряд современных и исторических тем, отражающих широкий круг интересов автора. Тут работы о прозе, о поэзии, о кино, театре, музыке, живописи, художественном чтении, критике, по вопросам разнятый литературы для радио и для телевидения, мысли о законах устной и письменной речи, Сквозь книгу проходят Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Лев Толстой, Горький, Шаляпин, Алексей Толстой, Остужев, Михоэлс, Яхонтов, музыковед Соллертинский, писатель Сергей Смирнов, академики Крачковский, Ферсман и Виноградов, Гурамишвили, Илья Чавчавадзе, Георгий Леояидзе, филолог Павле Ингороква, Довженко, Хачатурян, Расул Гамзатов… Освещаются явления культуры русской, грузинской, украинской, армянской, кабардинской и дагестанской. Однако при всем разнообразии жанров и тем между отдельными главами существует прочная связь, благодаря которой разнородный на первый взгляд материал образует цельную книгу. Она отличается новизной и живостью изложения.
Содержание:
-
ЗАГАДКА H. Ф. И 1
-
ПОРТРЕТ 6
-
ПОДПИСЬ ПОД РИСУНКОМ 13
-
ТАГИЛЬСКАЯ НАХОДКА 16
-
ЛИЧНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ 37
-
О СОБИРАТЕЛЯХ РЕДКОСТЕЙ 47
-
ПИСЬМО Ф. И. ШАЛЯПИНА К А. М. ГОРЬКОМУ 52
-
НА БЛАНКЕ ПАРОХОДНОЙ КОМПАНИИ 53
-
РАССКАЗЫВАЮТ СТАРЫЕ МОРЯКИ 54
-
НИЖЕГОРОДСКИЙ ФОТОГРАФ 56
-
ОБ ИСТОРИЧЕСКИХ КАРТИНКАХ, О ПРОЗЕ ЛЬВА ТОЛСТОГО И О КИНО 58
-
ОДНА СТРАНИЦА 60
-
ГОГОЛЬ И ЕГО СОВРЕМЕННИКИ 62
-
КТО ТАКОЙ КОДЗОКОВ 65
-
РЕЧЬ РАСУЛА ГАМЗАТОВА 67
-
ЧЕТЫРЕ ГОДА ИЗ ЖИЗНИ ИЛЬИ ЧАВЧАВАДЗЕ 68
-
РАЗГАДКА ТЫСЯЧЕЛЕТНЕЙ ТАЙНЫ 70
-
ОБРАЗНЫЙ МИР ЧИКОВАНИ 73
-
ГЕОРГИИ ЛЕОНИДЗЕ И ЕГО СТИХ 74
-
ПУТЕШЕСТВИЕ В ЯРОСЛАВЛЬ 75
-
ПОЭЗИЯ ДОВЖЕНКО 78
-
ВЛАДИМИР ЯХОНТОВ 81
-
С. М. МИХОЭЛС И ЕГО КНИГА 85
-
СЛОВО О СОЛЛЕРТИНСКОМ 88
-
ВАЛЬС АРБЕНИНА 92
-
ПИСЬМО К ЮРИЮ ПИМЕНОВУ 93
-
ИЗ ЖИЗНИ ОСТУЖЕВА 94
-
ЗЕМЛЯК ЛЕРМОНТОВА 99
-
ОТКРЫТИЕ ПОДВИГА 101
-
О НОВОМ ЖАНРЕ 103
-
О НОВОЙ ОТРАСЛИ ФИЛОЛОГИИ 110
-
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ ПУШКИНИСТ 112
-
СЛОВО НАПИСАННОЕ И СЛОВО СКАЗАННОЕ 113
-
ОКНО В МИР 117
-
ИЛЛЮСТРАЦИИ 120
-
Примечания 120
Ираклий Андроников
Я хочу рассказать вам…
Все почти… забывают, что надо бегать за приключениями, чтоб они встретились; а для того, чтобы за ними гоняться, надо быть взволновану сильной страстью или иметь один из тех беспокойно-любопытных характеров, которые готовы сто раз пожертвовать жизнию, только бы достать ключ самой незамысловатой, повидимому, загадки; но на дне одной есть уж, верно, другая…
М. Лермонтов, "Я хочу рассказать вам".
ЗАГАДКА H. Ф. И
Я не могу ни произнесть,
Ни написать твое названье:
Для сердца тайное страданье
В его знакомых звуках есть;
Суди ж, как тяжко это слово
Мне услыхать в устах другого.Лермонтов
ТАИНСТВЕННЫЕ БУКВЫ
На мою долю выпала однажды сложная и необыкновенно увлекательная задача. Я жил в ту пору в Ленинграде, принимал участие в издании нового собрания сочинений Лермонтова, и мне предстояло выяснить, кому посвятил Лермонтов несколько своих стихотворений, написанных в 1830 и 1831 годах.
В этих стихотворениях семнадцатилетний Лермонтов обращается к какой-то девушке. Но имени ее он не называет ни разу. Вместо имени в заглавиях стихотворений, ей посвященных, стоят лишь три начальные буквы: "Н. Ф. И.". А между тем в лермонтовской биографии нет никого, чье имя начиналось бы с этих букв.
Вот названия этих стихотворений:
"Н. Ф. И.", "Н. Ф. И…вой", "Романс к И…", "К Н. И…"
Читая эти стихи, нетрудно понять, что Лермонтов любил эту девушку долго и безнадежно. Да и она, видимо, сначала любила его, но потом забыла, увлеклась другим, и вот оскорбленный и опечаленный поэт обращается к ней с горьким упреком:
Я недостоин, может быть,
Твоей любви: не мне судить;
Но ты обманом наградила
Мои надежды и мечты,
И я всегда скажу, что ты
Несправедливо поступила.
Ты не коварна, как змея,
Лишь часто новым впечатленьям
Душа вверяется твоя.
Она увлечена мгновеньем;
Ей милы многие, вполне
Еще никто; но это мне
Служить не может утешеньем.
В те дни, когда, любим тобой,
Я мог доволен быть судьбой,
Прощальный поцелуй однажды
Я сорвал с нежных уст твоих;
Но в зной, среди степей сухих,
Не утоляет капля жажды.
Дай бог, чтоб ты нашла опять,
Что не боялась потерять;
Но… женщина забыть не может
Того, кто так любил, как я;
И в час блаженнейший тебя
Воспоминание встревожит! -
Тебя раскаянье кольнет,
Когда с насмешкой проклянет
Ничтожный мир мое названье! -
И побоишься защитить,
Чтобы в преступном состраданье
Вновь обвиняемой не быть!
Значит, эта девушка понимала Лермонтова, была его задушевным другом. Кто-то, видимо, даже упрекал ее за сочувствие к поэту…
Я не знаю, почему Лермонтов ни разу не написал ее имени. Я не знаю, почему за сто лет эту загадку не удалось разгадать ни одному биографу Лермонтова. Я знаю только одно, что в новом издании сочинений Лермонтова надо сделать точное и краткое примечание: "Посвящено такой-то".
И я принялся за работу.
ДНЕВНИК В СТИХАХ
И вот уже которую ночь сижу я за письменным столом и при ярком свете настольной лампы перелистываю томик юношеских стихотворений Лермонтова. Внимательно прочитываю каждое, сравниваю отдельные строчки.
Вот, например, в стихотворении, которое носит заглавие "К ***", Лермонтов пишет:
Я помню, сорвал я обманом раз
Цветок, хранивший яд страданья, -
С невинных уст твоих в прощальный час
Непринужденное лобзанье…
"Надо заметить, - думаю я, - что о прощальном поцелуе в этом стихотворении сказано почти так же, как в стихах, обращенных к Н. И. Написаны же они почти в одно время".
Так, может быть, и это стихотворение обращено к ней? Может быть, под тремя звездочками скрывается все та же Н. Ф. И.? Тогда, наверно, ей адресовано и другое стихотворение "К ***":
Не ты, но судьба виновата была,
Что скоро ты мне изменила…
Она тебе прелести женщин дала,
Но женское сердце вложила.
А в таком случае о ней же, видимо, идет речь в стихотворениях: "Видение", "Ночь", "Сентября 28", "О, не скрывай! ты плакала об нем…", "Стансы", "Гость" и во многих других. Потому что в них тоже говорится о любви и об измене.
Я перечитываю их подряд. Получается целый стихотворный дневник, в котором отразились события этого горестного романа.
Да, теперь уже понятно, что Лермонтов посвятил неведомой нам Н. Ф. И. не четыре, а целых тридцать стихотворений. Непонятно только, как звали эту Н. Ф. И., и еще менее понятно, как я смогу это узнать.
И вот я снова перечитываю все, что Лермонтов создал в это время.
Летом того же 1831 года Лермонтов написал драму "Странный человек". Он рассказал в ней о трагической судьбе молодого поэта Владимира Арбенина. Арбенин любит прелестную девушку Наталью Федоровну Загорскину. Любит и она его. Но вот она увлеклась другим, забыла Арбенина, изменила своему слову. В конце пьесы Арбенин сходит с ума и погибает накануне свадьбы Загорскиной.
И тут, в этой пьесе, как и в стихах, Лермонтов рассказывает об измене.
"Мы должны расстаться: я люблю другого!.. я подам вам пример: я вас забуду!" - говорит Наташа Загорскина Арбенину.
"Ты меня забудешь? - ты? - переспрашивает Арбенин в бесконечном отчаянии, - о, не думай: совесть вернее памяти; не любовь, раскаяние будет тебе напоминать обо мне!.."
Совсем как в стихах "К Н. И…":
Тебя раскаянье кольнет…
Прямо поразительно, до чего речи Арбенина напоминают послание Лермонтова к Н. Ф. И.! Но вот стихотворение Арбенина:
Когда одни воспоминанья
О днях безумства и страстей
На место славного названья
Твой друг оставит меж людей,Когда с насмешкой ядовитой
Осудят жизнь его порой,
Ты будешь ли его защитой
Перед бесчувственной толпой?
Это стихотворение Арбенин посвятил Загорскиной. Но так и кажется, что последние четыре строчки я уже где-то читал, в каком-то другом стихотворении Лермонтова… Впрочем, я, кажется, совсем сошел с ума! Ведь это же "Романс к И…"!
Сравниваю оба стихотворения: так и есть! Сначала Лермонтов вписал в черновик "Странного человека" "Романс к И…". А потом первые строчки переменил.
Значит, Арбенин посвящает Наталье Федоровне Загорскиной как раз те самые стихи, которые Лермонтов посвящал Н. Ф. И. Так, наверно, в "Странном человеке" он и рассказывает о своих отношениях с Н. Ф. И.?
"Постой, - говорю я себе, - ключ где-то здесь… Если в "Странном человеке" Лермонтов изобразил свои отношения с Н. Ф. И., а Загорскину зовут Наталией Федоровной, то… может быть, и Н. Ф. И. звали Наталией Федоровной? Очевидно, это имя Лермонтов выбрал для пьесы не случайно?"
Чувствую, что разгадка близко, а в чем она заключается - понять не могу… "Дай, - думаю, - перечитаю всё сначала!"
Открываю "Странного человека". На первой странице - предисловие Лермонтова. Сколько раз я читал его! А тут вдруг словно в первый раз понимаю его конкретный смысл. Лермонтов пишет:
"Я решился изложить драматически происшествие истинное, которое долго беспокоило меня, и всю жизнь, может быть, занимать не перестанет. Лица, изображенные мною, все взяты с природы; и я желал бы, чтоб они были узнаны…"
Как я раньше не понял этого! Лермонтов изобразил в своей драме подлинные события и живых людей. Мало того: он хотел, чтобы они были узнаны. Сам Лермонтов, можно сказать, велит мне узнать имя Н. Ф. И. и выяснить подлинные события!
ИСТИННОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ НА КЛЯЗЬМЕ
Легко сказать: выяснить! Как выяснить? Если бы сохранились письма Лермонтова - тогда дело другое. Но из всех писем за 1830 и 1831 годы до нас дошло только одно. Это коротенькая взволнованная записочка, адресованная Николаю Поливанову - другу университетской поры, уехавшему на лето из Москвы в деревню. Написана она 7 июня 1831 года, когда Лермонтов, как видно, находился в ужасном состоянии.
"Я теперь сумасшедший совсем, - пишет он Поливанову. - Болен, расстроен, глаза каждую минуту мокры. Много со мной было…"
Сообщая Поливанову о предстоящей свадьбе его кузины, Лермонтов посылает к черту все свадебные пиры и пишет: "Мне теперь не до подробностей… Нет, друг мой! мы с тобой не для света созданы…"
Такое письмо мог бы послать другу Владимир Арбенин. Впрочем, это совершенно понятно. И письмо и "Странный человек" написаны почти в одно время: письмо - от 7 июня, а "Странного человека" Лермонтов закончил вчерне 17 июля. Очевидно, приступил к работе над ним в июне. Значит, в пьесе рассказано о тех самых событиях, о которых Лермонтов сообщает Поливанову. Но Поливанов знал об этих событиях, а я не знаю!.. Взглянуть бы на это письмо своими глазами! Может быть, там есть какая-нибудь начатая и вычеркнутая фраза или неверно разобранное слово. Мало ли что бывает!.. Где оригинал письма?
Оригинал хранится в Пушкинском доме.
Еду в Пушкинский дом. Прошу в Рукописном отделении показать мне письмо к Поливанову. Гляжу - и глазам не верю: да, оказывается, это вовсе не письмо Лермонтова! Это письмо лермонтовского друга Владимира Шеншина, а на этом письме - коротенькая приписка Лермонтова. А Шеншин, сообщая Поливанову различные московские новости, между прочим пишет: "Мне здесь очень душно, и только один Лермонтов, с которым я уже пять дней не видался (он был в вашем соседстве, у Ивановых), меня утешает своею беседою…"
Теперь все ясно! В начале июня 1831 года Лермонтов гостил у каких-то Ивановых. Весьма возможно, что к этой семье и принадлежала Н. Ф. И. - Наталия Федоровна… Иванова?!
Шеншин пишет: "…пять дней не видался". Значит, Ивановы эти жили недалеко от Москвы. Что это так именно и было, подтверждается "Странным человеком". Там описано, как Арбенин едет в имение Загорскиных, расположенное на берегу Клязьмы. А Клязьма протекает под Москвой. И там же, неподалеку от Клязьмы, Лермонтов каждое лето гостил у родных - у Столыпиных, в их Середникове. Итак, все сходится!
7 июня 1831 года Лермонтов вернулся в Москву от Ивановых, где узнал об "измене" Н. Ф. И., и тут же начал писать "Странного человека", в котором рассказал об этой "измене". А если так, то, значит, в стихотворении, которое носит заглавие "1831-го июня 11 дня", Лермонтов обращается все к той же бесконечно любимой им девушке:
Когда я буду прах, мои мечты,
Хоть не поймет их, удивленный свет
Благословят; и ты, мой ангел, ты
Со мною не умрешь: моя любовьТебя отдаст бессмертной жизни вновь:
С моим названьем станут повторять
Твое: на что им мертвых разлучать?
Он хотел, чтоб рядом с его именем мы повторяли ее имя. Но - увы! - для того чтобы повторять, надо знать это имя. А этого-то как раз мы и не знаем.
ЗАБЫТЫЙ ДРАМАТУРГ
Хорошо! Допустим, что ее звали Наталией Федоровной Ивановой. Но кто она? В каких книгах, в каких архивах хранятся сведения об этой таинственной девушке?
Прежде всего, конечно, следует взглянуть в картотеку Модзалевского в Пушкинском доме. Это самый полный и самый удивительный словарь русских имен.
Надо вам сказать, что Борис Львович Модзалевский - основатель Пушкинского дома Академии наук, известный знаток жизни и творчества Пушкина, изучая исторические труды и воспоминания, старинные альбомы и письма, журнальные статьи и официальные отчеты, имел обыкновение каждую встретившуюся ему фамилию выписывать на отдельный листок и тут же на листке помечать имя и отчество того лица, название журнала или книги, том и страницу, на которой прочел фамилию. Этой привычке он не изменял никогда. И через тридцать лет в его картотеке оказалось свыше… трехсот тысяч карточек. Картотека - это шкафчик с широкими плоскими ящиками. Каждый ящик разделен на отсеки, плотно набитые маленькими карточками, написанными рукой Модзалевского. После смерти Модзалевского картотеку приобрел Пушкинский дом. Если Модзалевский хоть раз в жизни встретил имя Н. Ф. Ивановой в какой-нибудь книжке, то, значит, он выписал его на карточку и я непременно обнаружу его в картотеке.
Неудача! Наталии Федоровны Ивановой в картотеке Модзалевского нет. Это значит, что собрать о ней даже самые скудные сведения будет необычайно трудно. А я не знаю даже, когда она родилась.
Про Загорскину в "Странном человеке" сказано, что ей восемнадцать лет.
Если допустить, что и Н. Ф. И. в 1831 году было восемнадцать лет, то выходит, что она родилась в 1813 году.
Значит, она была на год старше Лермонтова. Очевидно, так и было в действительности.
А что можно еще извлечь из текста "Странного человека"?
Снова перелистываю пьесу. Отчеркиваю любопытную деталь. Приятель Арбенина спрашивает про Загорскиных:
"- Их две сестры, отца нет? так ли?
- Так", - отвечает Арбенин.
Если в драме изображены подлинные события, то весьма возможно, что и у Н. Ф. И. была сестра, а отца не было. То есть… как "не было"? Не было в 1831 году! В 1813 году, когда Н. Ф. И. родилась, отец был. Звали его, как нетрудно сообразить, Федором Ивановым.
Другими словами, мне нужен такой Федор Иванов, который в 1813 году был еще жив, а к 1831 году уже умер. И чтоб у него было две дочери. И хотя у меня не слишком много примет этого Иванова, тем не менее такого Иванова надо найти. И посмотреть, не годится ли он в отцы Н. Ф. И.?
Еду в Пушкинский дом. Просматриваю в картотеке Модзалевского всех Ивановых. Выбираю всех Федоров. Узнаю, что один из них умер в Москве в 1816 году. Этот подходит.
Выясняется, что это популярный драматург начала XIX века, Федор Федорович Иванов, автор интересной трагедии "Марфа Посадница" и имевшего в свое время шумный успех водевиля "Семейство Старичковых", друг поэтов Батюшкова, Вяземского и Мерзлякова, известный всей Москве хлебосол, весельчак и театрал.
Просматривая в библиотеке книги, из которых Модзалевский выписал имя Иванова, я обнаружил некролог Иванова, а в некрологе - строчки: "Он оставил в неутешной печали вдову и двух прелестных малюток".
Значит, у Иванова было двое детей лермонтовского возраста - может быть, Н. Ф. И. и ее сестра? Но, к сожалению, только "может быть". А "наверное" я так ничего и не узнал.
ТАЙНА ВАГАНЬКОВА КЛАДБИЩА
Я сам понимал, что иду неправильным путем. Ясно, что в начале 30-х годов Н. Ф. И. вышла замуж и переменила фамилию. Гораздо естественнее было бы обнаружить ее под фамилией мужа, чем в биографии Федора Федоровича Иванова, умершего в то время, когда она была еще младенцем.
Сведения о том, за кого она вышла замуж, проще всего почерпнуть из родословных. В дворянских родословных книгах каждый представитель рода занумерован по порядку и о каждом пропечатано: когда родился, где и когда служил, на ком был женат, каких имел детей, какими награжден орденами и чинами и когда умер. А про женщин - за кого вышла замуж.
Существуют сотни таких родословных сборников - и княжеских, и графских, и баронских, и просто знатных дворянских фамилий. Беда только в том, что фамилия Ивановых не принадлежала к числу знатных. И родословная дворян Ивановых не составлялась. Следовательно, узнать по родословным книгам, за кого девица Иванова вышла замуж, нельзя.
Оставалось последнее: выяснить, кто в XIX веке женился на девицах, носивших фамилию Иванова.
Я выписал в библиотеке Пушкинского дома все родословные книги, какие там есть, сложил их штабелями возле стола и принялся перелистывать. Сколько испытал я за этим многодневным занятием внезапных радостей и сколько ужасных разочарований!
"Иванова. 2-я жена князя Мещерского…" Не годится - Елена Ивановна!
"Иванова. Любовь Алексеевна, жена коллежского регистратора Бартенева…" Не годится.