О смысле и принципах жизни - Алексей Соколов 3 стр.


Не отрываясь от природы, окружающей среды, считая это основным законом жизни живой природы и в частности человека как ее части, все общественные законы коллективной жизни людей и законы природы должны строго гармонировать между собой. При этом законы природы имеют определяющее положение в поведении человеческого общества. В идеале организационная закономерность в сообществе людей должна быть направлена на коллективное взаимодействие решения проблем жизни общества в целом и его членов в частности. Организация его такова, что каждый должен работать на благо своего общества и через него решать личные, семейные проблемы. Кстати, этот вопрос в обществе рассматривается двояко. Некоторые считают, что коллективный труд малопроизводительный, и отдают предпочтение индивидуальному. Другие говорят, что эффективнее организация общественного труда и справедливое распределение его результатов в руках государства. Что собственность в руках государства – путь к светлой и справедливой жизни.

В следующих главах книги автор аналитически рассматривает схемы существования и развития отношений, пытается поискать наиболее рациональные пути развития человека в Российском государстве и через него – человеческого сообщества на Земле. Сама природа нам подсказывает, по каким законам и как наиболее удобно жить человеку, человечеству.

Глава 3
О формировании русской нации и российской государственности

О самобытности русского народа немало сказано противоречивых суждений. До сих пор аналитики пытаются ответить на волнующий их вопрос: кто такие русские, в чем загадочность русской души? Многие, особенно на Западе, интересуются откуда пошла русская земля? Как формировался русский человек с его особенностями? Кто населяет, какие народы проживают на территории Российского государства? Некоторые специалисты поддерживают мнение авторитетного французского писателя маркиза Астольфа де Кюстина, сказавшего: "Поскреби русского – найдешь татарина", – полагая, что 300 лет татаро-монгольского ига не могли не сказаться на изменении генов у русских. Известный русский поэт Александр Блок считал, что мы, русские, натурально азиаты… с раскосыми глазами. Некоторые ученые считают, что русские – европейских кровей, и азиата в них наскрести проблематично.

Ведущий научный сотрудник лаборатории генетики человека Медико-генетического научного центра Российской академии медицинских наук О. П. Балановский сделал вывод, что в генфонде русского народа эти процессы, о которых говорилось выше, если и оставили след, то совсем ничтожный. Доля гапло-групп у нас составляет не более 2 процентов, средняя "фоновая" частота центрально-азиатских генов по Европе составляет столько же. У французов, например, генетического сходства с народами Центральной Азии не меньше, чем у русских. Как уже было сказано, у всех народов Земли был один прародитель. По мере рассредоточения по Земле, живя в различных климатических и вообще природных условиях в процессе развития формировался на данном месте человек с измененными генами. Но все равны на белом свете: обобщая историю человечества, наука говорит: все народы мира – братья, и надо научиться всем жить мирно.

Человечество давно изучает свою историю. Стараниями ученых, бытописателей легенды и поверья дают возможность в какой-то мере проследить пути возникновения, расселения и совершенствования человека. Формирование российской нации, человека русской национальности вписывается в общую схему возникновения и рассредоточения по Земле людей. Об открытых учеными тенденциях истории формирования человечества кратко уже сказано. К этому следует добавить, что устоявшиеся обобщения формирования славянского народа, сделанные в работах авторитетных, признанных классическими историков – Сергея Михайловича Соловьева и Василия Осиповича Ключеского, пока являются определяющими.

С. М. Соловьев, "признавая единство общего пути и основных этапов развития всех народов, вслед за Гегелем считал, одни народы – историческими, другие – неисторическими". Арийским народам, к которым Соловьев относил и славян, приписывалась особая историческая роль – способствовать успешному историческому прогрессу. Исходя из таких соображений, Соловьев возвеличивал славянские народы… упрекал немецкого историка В. Риля, враждебно относившегося к Франции и французам, в мелкой, недостаточной великого народа вражде, зависти к другим народам (Сочинение, стр. 114, 764).

Придавая большое значение природным факторам развития человечества, Соловьев считал, что родовые отношения, господствовали в Древней Руси…

У славян существовал родовой, а не общинный строй… Появление дружин варягов подрывало родовой строй, хотя они и "сами оказались под их влиянием". Княжеские отношения строились на родовых налогах. Русская земля со времен Ярослава Мудрого считалась общей собственностью княжеского рода… составляла "одно нераздельное целое вследствие родовых княжеских отношений… князья считали свою землю своей вотчиной, неразделенным владением всего рода". В Древней Руси существовал не родовой строй, а уже государственный… сформировался он на основе феодальных производственных отношений. Соловьев признавал, что появление варягов сыграло важную роль в объединении разрозненных славянских племен – привело к возникновению "среди них сосредотачивающего начала, власти". Как бы ни было в начале, – разноплеменное население рано или поздно станет областью одного государства.

Придавая большое значение природным условиям расселения и жизни людей, Соловьев считал, что "Великая (русская) равнина для заселения открыта на юго-востоке, соприкасается непосредственно со степями Средней Азии; толпы кочевых народов с незапамятных времен проходят в широкие ворота между Уральским хребтом и Каспийским морем и занимают привольные для них страны в низовьях Волги, Дона и Днепра, берега которого и его притоков по своему плодородию способны питать и земледельческое народонаселение.

Предания говорят о народных движениях с запада навстречу кочевым ордам; на востоке и западе селятся племена земледельческие с характером европейским, они движутся далее на восток, но кочевники не без боя уступают славянским племенам свои привольные степи, идет постоянный борьба.

"Составляя восточную часть Европы, представляя на юго-востоке степь, населенную кочевыми племенами, сменявшими друг друга в постоянном стремлении из Азии, на северо-западе в страну, покрытую девственными лесами, – писал Соловьев, – наполненную реками, озерами, болотами, среди которых кое-где блуждали орды звероловов". Племена славянские раскинулись на огромных пространствах, по берегам больших рек; при движении с юга на север они встречаются с племенами финскими, между которыми не было вражды. "В начале нашей истории, – пишет Соловьев, – мы видим, что славяне и финны действуют заодно; каким образом ославянились финские племена – меря, мурома; каким образом Двинская область получила русское народонаселение и стала владением Великого Новгорода? – все это произошло тихо, незаметно для истории, потому что здесь все процессы прошли мирным путем".

Создание русской государственности строилось с учетом природных особенностей, а именно: по бассейнам рек и системам рек, с учетом равнин, возможных для жизнедеятельности человека. "Прошло много веков. Несколько раз племена сменялись одни другими, образовалось могущественное государство, но явление, замеченное Геродотом, – пишет Соловьев, – по-прежнему в силе: ход событий постоянно подчиняется природным условиям".

Далее он повествует: на огромном расстоянии от Белого моря до Черного и от Балтийского до Каспийского не встречается никаких "сколько-нибудь" значительных возвышений, резких переходов. Однообразие природных форм исключает областные привязанности, ведет народонаселение к однообразным занятиям; однообразность занятий производит однообразие в обычаях, нравах, верованиях; одинаковость нравов, обычаев и верований исключает враждебные столкновения; одинаковые потребности вызывают одинаковые средства их удовлетворения; и равнина как бы ни была обширна, как бы ни было в начале разноплеменно ее население, рано или поздно станет областью одного государства: отсюда понятны обширность Русской государственной области, однообразие частей и крепкая связь между ними".

"Великая равнина открыта на юго-востоке, соприкасается непосредственно со степями Средней Азии; толпы кочевых народов с незапамятных пор проходят в широкие ворота между Уральским хребтом и Каспийским морем и занимают привольные для них страны в низовьях Волги, Дона и Днепра; древняя история видит их здесь постоянно господствующими; Геродот свойствами страны объясняет причины этого господства, но тот же Геродот замечает, что берега Днепра по своему необыкновенному плодородию способны питать и земледельческое народонаселение; и вот предания говорят о народных движениях с запада навстречу кочевым ордам; на берегах Днепра и его притоков на востоке и западе селятся племена земледельческие с характером европейским; они движутся все далее и далее на восток, но кочевники не скоро уступят им свои привольные степи. Азия не перестает высылать хищные орды, которые хотят жить за счет оседлого народонаселения; ясно, что в истории последнего одним из главных явлений будет постоянная борьба со степными варварами. Периоды этой борьбы так обозначаются в русской истории: от половины IX века до сороковых годов XIII нет резкого перевеса ни на стороне кочевников, ни на стороне славянских племен, объединенных под именем Русь; печенеги, а за ними половцы наносят иногда сильные опустошения Приднепровью, но зато иногда и русские князья входят вглубь их степей, за Дон, и пленят их вежи. От сороковых годов XIII века до исхода XIV века берут перевес азиаты в лице монголов; с конца XIV века пересиливает Европа в лице России; северо-западная, европейская часть великой равнины начинает распространяться за счет юго-восточной, азиатской. Но природа страны обусловила еще другую борьбу для государства, кроме борьбы с кочевниками: когда государство граничит не с другим государством и не с морем, но соприкасается со степью, широкою и вместе с тем привольною для житья, то для людей, которые по разным причинам не хотят оставаться в обществе или принуждены оставить его, открывается путь к выходу из государства и приятная будущность – свободная, разгульная жизнь в степи. Вследствие этого южные степные страны России по течению больших рек издавна населялись козацкими толпами, которые, с одной стороны, служили пограничною стражею для государства против кочевых хищников, а с другой, признавая только на словах зависимость от государства, нередко враждовали с ним, иногда были для него опаснее самих кочевых орд. Так Россия вследствие своего географического положения должна была вести борьбу с жителями степей, с кочевыми азиатскими народами и с козаками, пока не окрепла в своем государственном организме и не превратила степи в убежище для гражданственности".

"В русской истории мы замечаем то главное явление, что государство при расширении своих владений занимает обширные пустынные пространства и населяет их; государственная область расширяется преимущественно посредством колонизации: господствующее племя – славянское – выводит поселения свои все далее и далее вглубь востока. Всем племенам Европы завещано историей высылать поселения в другие части света, распространять в них христианство и гражданственность, западным европейским племенам суждено завершать это дело морским, восточному племени, славянскому, – сухим путем.

В Новгородской области славянские племена сталкиваются с скандинаво-германскими, здесь шел великий водный путь из Варяг в Греки, по которому спускались северные дружины, для опустошения берегов Империи, производилась торговля между севером и югом Европы, происходило смешение народов. Славянам удалось утвердиться в Новгороде, приблизиться к реке Нева, которую летописец считал устьем озера в море. Из летописных свидетельств известно, что Новгородская область только условно называется хлебородным краем, поэтому благодаря удобству водных путей жившие там славяне развили торговую промышленность, наладили торговый путь к северо-востоку, мало заселенному финскими племенами, со стороны которых новгородцы не могли встретить сильного сопротивления. Торговое значение Новгорода состояло в доставке северо-восточных товаров в Европу. В связи с появлением на востоке могущественного государства Московского, Новгородская область долго оставаться независимой от восточной Руси не могла. В аналогичном положении находился и Псков.

Племена славян ильменских или новгородских еще в незапамятные времена могли перейти волоки и поселиться на другие речные системы вследствие малонаселенности страны, лежащей к востоку, к верховьям Волги. На юге границей Новгородской области с полоцкою и Смоленскою служил волок от Ильменя к Западной Двине. На востоке границею Новгородской области с Ростовской или Суздальской служил также волок между системой Ильменя и Верхней Волги. Все торговые места на волжской системе перечисляются в грамотах как новгородские владения.

Что касается Кривской или Полоцкой области, то она была в руках Швеции, Польши, России, и каждое государство оставило свой след в физическом и нравственном состоянии проживающих в этом крае. Она имеет важное значение в истории Восточной Европы: территории, покрытые болотами и непроходимыми лесами, заселение странными народами – литва и ятвяги, происхождение которых не определено до сих пор, охраняли западные границы русских славян.

Юго-западная древняя, собственная Русь (княжества: Киевское, Переяславское, Черниговское, Смоленское, Волынское, Туровское) есть область Днепра – главной реки водного пути из Варяг в Греки. Русь была связана своим соединением с северо-западной и юго-восточною Европой. Из первой явились князья, из второй – христианство. Днепру Русь была обязана и своим материальным благосостоянием. По этой реке шли с дружинами князья на защиту своих интересов, по берегам сосредоточены рассеянные славянские племена. Даже во времена до Екатерины II, несмотря на присутствие русских, эта территория не находилась в русских владениях.

Используя летописи, другие различные исторические документы Соловьев делает вывод, что славянские племена не помнят о своем приходе из Азии, о вожде, который вывел их оттуда, но оно сохранило предание о своем первоначальном пребывании на берегах Дуная, о движении оттуда на север и восток. У славян на Дунае было много врагов: кельты, германцы, римляне, азиатские орды… О первоначальном месте жительства славян и движении их русский летописец по свидетельству Соловьева сообщает следующее: "…Спустя много времени после вавилонского столпотворения, сели славяне по Дунаю, где теперь земля венгерская и болгарская. От тех славян разошлись по земле племена и прозвались своими именами, где которое племя село на каком месте; одни пришли и сели на реке именем Морава и прозвались моравами, другие назвались чехами, а вот тоже славяне – хорваты, белые, сербы и хорутане. Когда волхи нашли на славян дунайских, поселились среди них и начали насильничать, то те славяне (т. е. моравы и чехи) двинулись, сели на Висле реке и прозвались ляхами, а от тех ляхов прозвались поляне (поляки), к племени же ляхов принадлежат лутичи, мазовшане и поморяне. Также и эти славяне (т. е. хорваты белые, сербы и хорутане) двинулись и сели по Днепру…" Писатели первого века нашего летосчисления знают славян под именем венедов около Вислы, между племенами сарматскими, финскими и германскими, встречается у них и имя сербов. Краткие указания о быте славян-венедов впервые встречаются у Тацида… Он писал, что нравами венеды показались похожими на сарматов, а затем уточнил, что их следует отнести к европейским племенам. Первое достоверное известие о быте славян представляется, что они были народом оседлым. В половине VI века представления о славянских племенах становятся точнее… многочисленное племя венедов делилось на два народа – славян (живших от верховьев Вислы на восток до Днепра) и антов (от Днепра до Днестра). Оба эти народа были известны под общем именем споров (сербов). На берегах Азовского моря живут утургуры, к северу – анты.

А теперь вкратце рассмотрим указания начального летописца о расселении восточных славянских племен, вошедших в состав Русского государства. "Об этом начальная летопись говорит в трех местах: "Восточная отрасль славян, т. е. хорваты, белые, сербы и хорутане, и одни сели по Днепру и назвались полянами, а другие – древлянами, потому что сели в лесах; далее сели между Припятью и Двиною и назвались дреговичами; некоторые сели на Двине и назвались половчанами, от имени реки Полоты, впадающей в Двину. Часть славян села также около озера Ильменя и прозвались своим именем – славянами; эти славяне построили город и назвали его Новгородом; остальные славяне сели на Десне, по Семи, по Суне и назвались севером или северянами.

В другом месте говорится, что у полян было свое княженье, у древлян – свое, у дреговичей – свое, у славян – свое в Новгороде, у полочан – свое. От них же, т. е. от полочан, кривичи, которые сидят на верховьях Волги, Двины и Днестра, у них город Смоленск; от них – северяне. Потом тут же перечисляются племена в таком порядке: поляне, древляне, новгородцы, полочане, дреговичи, север с прибавкою бужан, назвавшиеся так по реке Бугу и прозванные после волынянами. Наконец, в третьем месте, говоря о полянах и древлянах с подтверждением, что они племени славянского, летописец прибавляет еще родимичей и вятичей, которые происходят от ляхов, т. е. от западных славян: были два брата в ляхах, Радим и Вятко; Радим пришел и сел с родом своим по реке Соже, а Вятко – на Оке. Тут же прибавлены хорваты, потом дулебы, жившие на Бугу, где во время летописца были уже волыняне; наконец, угличи и тиверцы, сидевшие по Днестру до самого моря и Дуная, многочисленные племена, у которых были города, существовавшие до времен летописца".

Назад Дальше