Мечта любого родителя – маленький прелестный розовый или голубой (как вы понимаете, в зависимости от пола) милый-премилый ангелочек, всегда послушный, всегда улыбающийся, беспрекословно выполняющий все ваши пожелания и требования, с обожанием и восторгом взирающий снизу вверх на своих любимых и любящих мамочку и папочку. Но мечта, как известно, часто разбивается о реальность.
Мы их очень любим, но иногда просто готовы… Ну, в общем, сами знаете, на что мы готовы.
Книга новозеландского практикующего психолога с 16-летним стажем, настоящего специалиста по "безнадежным" случаям и одновременно успешного отца двух сыновей Найджела Латта "Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума", призвана помочь вам избежать подобной ситуации.
Книга предназначена для отчаявшихся родителей, а также для тех, кто хочет избежать подобного развития событий.
Перевод: Олег Перфильев
Содержание:
Найджел Латта - Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума 1
Благодарности 1
Предисловие. Не думайте о детях… спасайтесь сами! 1
Введение. Профессиональные секреты 2
Правила 3
1. Десять простых правил воспитания детей 3
Что происходит в голове у детей 5
2. "Маленькие мозги" 5
3. Как разговаривать с "маленькими мозгами" 6
4. Перепрограммирование "маленьких мозгов" 8
Сон 9
5. Ребенок, который проспал 10 000 километров 9
6. Никаких соков, никаких ложек и никакой ходьбы по дому 11
7. Похититель кроватей 13
Еда 15
8. Маленький мальчик, который не ел овощи 15
9. Дети, которые ели одни чипсы и мороженое с гороховым пюре 18
10. Зеркало, в котором отражаются родители 20
По-маленькому и по-большому 22
11. Научите сначала мишку 22
Капризные мальчики и девочки 24
12. Направленное внимание и маленький бегемотик 24
13. Как использовать тайм-аут и диаграмму с наклейками и почему нельзя вести переговоры с террористами 27
14. Лестница неминуемой судьбы 30
Безопасность 33
15. Безопасность детей 33
Как это работает все вместе 35
16. Набор инструментов – руководство пользователя 36
17. Самостоятельное задание – семейство Хамдинджеров 37
18. Десять шагов к счастью Хамдинджеров 39
Однажды вечером по дороге домой… 39
19. Как история заканчивается 39
Найджел Латта
Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума
Посвящаю книгу моей маме, Дженис Латта.
Она знала обо всем этом гораздо раньше меня.
Благодарности
Эта книга не вышла бы в свет без терпения, понимания и заботливости моей жены Нилы. Без ее поддержки и советов книга оказалась бы гораздо менее интересной и увлекательной. Я даже готов назвать ее моим соавтором, если бы только она дала на это свое разрешение. Также благодарю моих сыновей, которые были для меня самыми главными учителями.
И далеко не в последнюю очередь благодарю все те многочисленные семьи, с которыми мне довелось повстречаться за эти годы. Чем больше я работаю, тем больше понимаю, насколько мне повезло с работой.
Примечания автора
В целях сохранения конфиденциальности все имена и подробности, связанные с личностью описанных людей, изменены.
Более подробную информацию и материалы по воспитанию детей можно получить на сайте Найджела по адресу
Впервые опубликовано на английском языке издательством HarperCollins Publishers, г. Окленд, Новая Зеландия в 2006 году. Настоящее издание на русском языке опубликовано по соглашению с издательством HarperCollins Publishers New Zealand Pty Ltd.
Предисловие. Не думайте о детях… спасайтесь сами!
Вполне простительно прийти к мысли, что в период где-то между 1982 и 1992 годами детей стали делать из совершенно другого материала, отличающегося от того, из чего детей создавали раньше. До той поры дети были детьми. Они падали, пачкались, бегали по улице с друзьями и вообще делали то, что и должны делать дети. Они ездили в автомобиле без специальных, трижды сертифицированных кресел, сами ходили в школу, играли на площадках с бетонными дорожками, жили в домах без пластмассовых предохранителей для розеток и поедали много сладостей с диким количеством красителей.
Просто диву даешься, как это род человеческий умудрился выжить в эти безумные десятилетия.
Но ближе к девяностым годам мы стали сворачивать куда-то в сторону. Мы обзавелись мобильными телефонами, ноутбуками и DVD-проигрывателями. Те, кто продавал шампуни и тому подобные товары, решили обнаружить среди нас какое-то загадочное "Поколение X", которое в свою очередь решило, что оно не хочет ничего решать. Теперь, насколько я понимаю, подрастает уже "Поколение-Z", а торговцы шампунями до сих пор рекламируют свое мыло как последнее достижение космических технологий.
Мыло – это мыло, не будем забывать об этом. И главное в нем не медовые добавки и не экстракты алоэ, а мыло.
При всем этом трудно отделаться от подозрения, что дети стали какими-то более сложными и, очевидно, более хрупкими. Некоторые даже считают, что они сделаны из стекла, которое вот-вот разобьется, и потому с ними нужно обращаться как можно осторожнее и деликатнее.
Где-то на середине пути к нынешнему положению дел хиппи в сандалиях стали обращаться к детям "молодые люди", и это было явно "начало конца".
Кроме того, включая телевизор, каждый раз видишь какого-нибудь доктора педагогических или философских наук, который с серьезным видом и со множеством непонятных слов рассуждает на тему, смысл которой сводится к тому, какие мы, в основе своей, мерзавцы и что наши дети обречены, потому что мы такие плохие.
Недавно я встречался с новой учительницей своего сына. Мой сын – прекрасный мальчишка, и я его очень люблю, но он упрям, как самый упрямый, генетически модифицированный осел с супергеном упрямства в самой несгибаемой хромосоме. (После некоторых продолжительных и очень тяжелых психологических экспериментов я пришел к мысли, что он унаследовал этот ген от своей матери.)
К тому времени он уже успел несколько раз повздорить с этой учительницей, выясняя ее пределы прочности, – он ко всему так относится, и ничего неожиданного в этом нет. Мой сын просто обожает разрушать границы. Учительница оказалась довольно неплохой и опытной: она сразу же попыталась приструнить его. Впервые встретившись с ней, мы с женой вздохнули с облегчением, поняв: это лучшая учительница из тех, что были у нашего отпрыска. Примерно на половине беседы до меня дошло, что она дипломатично спрашивает нашего разрешения наказывать его, если он зайдет слишком далеко.
Я поспешил уверить ее, что это просто необходимо и она может делать все, что считает правильным. "Заприте его в шкафу, если думаете, что так до него лучше дойдет", – сказал я, надеясь, что она оценит это как шутку и не подумает всерьез, будто мы так поступаем с детьми дома. Кроме того, я добавил, что если сын будет жаловаться на нее, то мы не будем звонить ей и кричать в трубку, почему она обижает нашего ангелочка. В первую очередь мы спросим у него, что он натворил.
Просто уму непостижимо: учителя считают необходимым спрашивать у родителей разрешения наказывать детей в школе! Но им приходится так поступать, ведь иначе сразу же после уроков на них набросится целая стая родственников и социальных работников, вопящих о том, что психологической самооценке их драгоценного Тарквиния нанесен непоправимый ущерб.
Учителям теперь нужно спрашивать, можно ли обучать детей дисциплине. Бог ты мой, мы действительно зашли куда-то не туда!
Порой как раз нужнее всего бывает стегануть разок-другой этого Тарквиния по мягкому месту. Метафорически, разумеется.
Все стало таким чертовски сложным. Многих незамысловатых радостей жизни мы теперь лишены как раз из-за того, что постоянно сомневаемся, чего-то опасаемся и недооцениваем себя как родителей. Мы отчаянно боимся допустить ошибку в воспитании и нанести детям эмоциональную травму.
Но дело в том, что мы неизбежно совершаем ошибки, тем или иным образом. Мы родители – это наша работа. Наши дети точно так же должны выжить, общаясь с нами, как и мы должны выжить с ними. Если они вынесут это испытание, то дальше им будет легче. Считайте, что это своего рода разновидность социального естественного отбора. Воспитание детей – это величайшее реалити-шоу, только без телевизора.
Недостаток его состоит в том, что нельзя никого исключить голосованием, а этой возможности временами так не хватает! И миллион долларов в конце вас не ждет. Но при некотором везении и умении можно к старости получить неплохие воспоминания.
Стремление не отстать от новомодных веяний и сложностей стало темой огромного количества книг и телепередач, говорящих о том, как воспитывать детей, чтобы свести к минимуму их эмоциональные травмы и развить их способности. Сейчас можно купить книги, посвященные тому, как воспитать самого умного ребенка, самого уверенного в своих силах ребенка, самого творческого ребенка, самого свободолюбивого ребенка и вообще любого ребенка, какого вы пожелаете.
И тому подобная болтовня. Эта книга не о том.
Эта книга о том, как провести первые десять лет с ребенком и не "соскочить с катушек". Воспитывая детей, сохранять психическое здоровье нелегко, но возможно. Повторяю – возможно, как бы нереально это ни казалось. Но если вы хотите узнать только о том, как научить маленьких Тарквиния или Порцию в четыре года играть Моцарта на фортепьяно и аккордеоне, то эта книга, вероятно, не для вас.
Но если вы ставите своей целью прежде всего не сойти с ума в течение первых десяти лет, то эта книга для вас.
Хотя тут есть одна странность, пусть даже если эта книга не о том, как воспитать маленького вундеркинда, играющего Моцарта.
Как правило, вероятность того, что дети вырастут психически здоровыми, умными и счастливыми, выше у нормальных с психической точки зрения родителей.
Чем безумнее вы себя ведете, тем более безумными становятся ваши дети .
Чем вы счастливее , тем счастливее ваши дети .
Это простое, но очень важное правило. Мне даже кажется, что это самое важное правило вообще из всех правил. Вы должны сохранять рассудок любой ценой .
Введение. Профессиональные секреты
Моя работа заключается в том, чтобы "чинить" детей. Все вполне просто.
Я работаю с разными детьми, но особенно мне нравится работать с теми, кого зачислили в разряд безнадежных. Мне нравятся такие дети – я их очень люблю – и мне нравится то, что их считают безнадежными. Эти дети способны устроить окружающим такую отчаянную встряску, что их способностями остается только восхищаться. Если, например, с десятилетним сорванцом не смог сладить ни один эксперт, то мне сразу хочется увидеть его своими глазами. И хочется увидеть ребенка, над которым задумчиво качает головой целый кабинет психологов.
В результате последние пятнадцать лет я разъезжал по стране, работая с самыми разными детьми с самыми разными проблемами. Я видел самых невоспитанных, самых капризных, самых сердитых, самых неприятных и самых пугающих детей, но также и самых милых и замечательных.
Есть работы и похуже.
Некоторое время тому назад я ехал домой после посещения одной семьи. Дела у этих людей шли очень плохо. Когда я впервые встретился с ними, их старшая десятилетняя дочь находилась в больнице для детей с большими отклонениями в психике. Позже она призналась, что даже хотела совершить самоубийство. Попытка была несерьезной, но какая серьезность может быть в случае с десятилетним ребенком? Ее младший брат оставался дома, но был сущим наказанием – устраивал жуткие припадки и вел себя чрезвычайно агрессивно. Мать – очень добрая и милая женщина, но видно было, что она находится на грани срыва. Хуже и придумать было нельзя.
Я присутствовал в больнице на консилиуме врачей, которые обсуждали, что же не так с девочкой. Высказывались самые разные предположения, звучало много научных слов и фраз – некоторые из них были довольно впечатляющими, другие не очень. Но, сказать по правде, примерно на середине обсуждения я перестал к ним прислушиваться, потому что все рассуждения казались одинаковыми. Если диагноз сопровождать конкретными указаниями на то, как исправить ситуацию, то я буду весь внимание. Но, конечно, так никогда не бывает. Чаще всего это просто размешивание и без того мутной воды – в итоге никто так и не понимает, в чем дело и как с этим быть. Тогда все пришли к общему мнению, что девочку можно будет отправить домой не менее чем через восемнадцать месяцев, а то и через два года.
В конце дискуссии я составил для себя мысленный план "починки". В том помещении собралось много обладателей различных ученых степеней и дипломов. Предполагалось, что кому-то из них обязательно должен прийти в голову разумный план действий. Но, к сожалению, когда дело дошло до плана, все почему-то обратили свой взор на меня.
Ну что ж, как всегда.
"Безнадежные случаи", похоже, стали моей специальностью. Мне, конечно, нравится думать, что я умнее и сообразительнее других, но я знаю, что это не так. В мире много людей, которые гораздо умнее меня; я это знаю наверняка, потому что постоянно их встречаю. Мне кажется, что в действительности моя главная сила заключается в том, что я сохраняю оптимизм перед лицом неминуемого поражения.
Я привык сталкиваться с безнадежно запутанными ситуациями и каким-то образом находить выход из них. Чаще всего для этого необходимы два фактора: во-первых, несокрушимая вера в то, что выход существует (особенно когда все факты и здравый смысл говорят о том, что его нет), а во-вторых, способность упорно не обращать внимания на возможные осложнения и сосредоточенность на простых вещах. За годы практики я повстречал столько отчаявшихся родителей, что можно сбиться со счета, и видел столько капризных и непослушных детей, что они с трудом поместились бы на просторной площади. Одно из преимуществ длительной практики состоит в том, что рано или поздно начинаешь замечать закономерности. Справиться с десятилетним хулиганом, который пытался ударить ножом свою мать, можно теми же способами, что и приучить пятилетнего карапуза спокойно сидеть за столом.
Что касается того случая, то через четыре месяца я возвращался домой с надеждой на благоприятный исход. Девочка еще оставалась в больнице, но родители посещали ее по выходным, и эти встречи были очень радостными. Кроме того, младший брат уже не казался таким капризным и неуправляемым. Все снова были счастливы. И мало что напоминало о той ситуации, которую врачи и психологи определяли какими-то пугающими техническими терминами. Я искренне надеялся, что вскоре они превратятся в настоящую семью, где все любят друг друга.
Все, что для этого потребовалось сделать, – это предоставить в распоряжение матери простое, но эффективное средство (то, что я называю "лестница неминуемой судьбы" – довольно пугающее название, но на самом деле это не такое уж страшное средство, как может показаться; я обсуждаю его в главе 4), а также объяснить, как немного наладить отношения друг с другом. Отношения – это все. Как только налаживаются отношения, то можно считать, что половина дела сделана.
Я помню, как в тот день, возвращаясь домой, думал о всех других семьях, члены которых вынуждены буквально бороться друг с другом. У меня у самого двое детей, и я на своем примере хорошо знаю, каково это – кричать и спорить со своими близкими. Я увидел, как несколько простых средств изменили отношения внутри той семьи, и подумал о том, как жалко, что нет какого-то способа работать сразу со многими семьями, чтобы сразу как можно больше людей узнали о таких средствах.
И тут мне пришло в голову, что такой способ есть.