Пропущен кусок в пару дней, надеюсь, все-таки получится его нормально прописать, а пока двинулся вперед.
Содержание:
Шапка фанфика 1
Не лишний. Продолжение. 1
Ефименко Дмитрий Евгеньевич
Не лишний. Продолжение.
Шапка фанфика
Ссылка на фанфик:
Автор: Ефименко Дмитрий Евгеньевич
Жанры: Проза
Аннотация:
Пропущен кусок в пару дней, надеюсь, все-таки получится его нормально прописать, а пока двинулся вперед.
Размещен: 03/07/2012
Изменен: 03/07/2013
Новая Земля, База Ордена по приему переселенцев "Россия", 17 число 9 месяца, 1 6:40.
Максим раздраженно откинул в сторону карты земель севернее Залива и поднялся с кровати. Подойдя к окну и раздвинув жалюзи, парень бездумно посмотрел на улицу. В голове было абсолютно пусто. Минувшие пять дней после расставания с друзьями дались едва ли не тяжелее, чем декада постоянного напряжения перед этим.
Началось их путешествие достаточно обыденно, если не считать впавшую в священный трепет от открывающейся в иллюминаторе самолета картины Натали. Тем самым девушка и в прямом, и в переносном смысле развязала Максиму руки. Виноградов попытался завязать разговор с лейтенантом, но тот от разговора уклонился и, достав ноутбук, изобразил крайнюю степень занятости. Максим с надеждой посмотрел на троих солдат Патруля, которые прибыли с лейтенантом. Заметив взгляд парня, один из патрульных глазами указал на лейтенанта и едва заметно качнул головой. Мужик в штатском с прикованным к руке "дипломатом" на собеседника ну никак не тянул. Максим решил отложить процесс добывания информации на пару часов, а затем приманить орденцев на запах пищи. Тетушка Афуна, при молчаливом одобрении новой работодательницы, мадам Лорен, расстаралась по полной.
Но и тут Максима ждал облом. И к организации этого облома приложил руку Миха. Судя по тому, как шевелились ноздри патрульных, и как скашивал глаза лейтенант, Максим рассчитал все верно. Но, когда лейтенант для порядка принялся отказываться разделить трапезу с подопечными, влез Миха. После его фразы "Слышь, лейтенант, хватит тебе уже выкобениваться", исход дела был предрешен. Когда на нем скрестились взгляды и раздосадованных патрульных, и Максима, Миха насупился и буркнул что-то типа "А че он?".
Немного спасла ситуацию Натали. Когда самолет поднялся настолько, что разглядеть что-то внизу стало задачей совершенно бесперспективной, девушка "вернулась" в салон. Убедившись, что Натали вполне способна адекватно реагировать на окружающее, Максим наклонился и прошептал ей на ушко, что она была великолепна. То ли поддерживая имидж, то ли вспомнив свое поведение, в ответ на эти слова девушка хихикнула. Максим шепнул ей, что неплохо было бы разговорить лейтенанта.
Через пять минут щебетанья девушки лейтенант Берендорф понял, что проще будет ответить на вопросы. Притворяясь дремлющим, Максим внимательно вслушивался в английскую речь. Попутно в голове крутилась мысль, что если девушка из глухой африканской деревни, да еще и с таким воспитанием, как у Натали, способна так "пудрить" мозги мужчинам, то удивительно, как еще встречаются холостые мужики. Решив, что без природного таланта, который, к счастью, дается не всем женщинам, здесь не обойтись, Виноградов сосредоточился на информации.
Оказалось, что летят они не прямиком на Базу, а в город Порто-Франко. Из рассказов Семена Марковича и Ивана, Максим понял, что Порто-Франко своеобразная столица всех переселенцев. Город, который не мог миновать ни один переселенец. Город, в котором сосредоточились все возможные "сервисы" для переселенцев и не только для них. Как понял Максим, в сам город лейтенант Берендорф заезжать не собирался, а планировал с аэродрома, прямиком отправится на станцию, чтобы попасть на некий "спешиал трэйн", который с неназванной периодичностью курсирует по маршруту Порто-Франко - Базы. Здесь Натали едва не вышла из образа, заявив, что отец объяснял ей, что железную дорогу строить бесполезно, потому что бандиты будут ее разрушать и грабить поезда. Но при этом, девушка так усердно хлопала ресницами, что лейтенант только буркнул что-то про разницу между Дагомеей и территорией Ордена. На Базе "Россия" их собирались поселить в казарме Патруля, но теперь лейтенант затрудняется ответить, где они будут жить. Натали заявила, что она рассчитывала жить в отеле. Лейтенант пожал плечами и сказал, что отель на Базе есть, но оплачивать их проживание Орден, скорее всего, не будет. Девушка беспечно махнула рукой, дескать, деньги у них есть.
На этом "допрос" лейтенанта был завершен, и Натали прижалась к Максиму. Виноградов поинтересовался, где девушка научилась так себя вести. Хихикая, девушка пояснила, что еще мама рассказывала ей, что все мужчины почему-то считают женщин глупыми и с этим не нужно бороться, а нужно использовать. Ну, и мадам Лорен показала, как себя нужно вести. Максим невольно передернулся и задумался, сколько его знакомых девиц были настолько глупы, как выглядели, а сколько играли роль. Не придя к однозначному ответу, Максим и правда, задремал.
Посадка происходила практически в сумерках. И заходил на нее самолет со стороны противоположной городу. Рассмотреть что-либо толком не получилось. Уже на земле, Максим обратил внимание на то, что полоса, в отличие от Кейптауна, здесь была бетонная. И, похоже, не одна. Аэровокзала, как такового, не было. Насколько понял Виноградов, небольшой зал ожидания находился на первом этаже "башни" управления полетами. Едва люки самолета открылись, к нему лихо подкатили два орденских автомобиля. Так и не проронивший ни слова за весь полет штатский с "дипломатом" перебросился парой фраз со встречающими и укатил. Максиму с друзьями и сопровождающими пришлось пешком идти до стоянки транспорта. Там, лейтенант указал на длинный "Дефендер" с эмблемой Ордена. Как понял Максим, это была дежурная машина. Кое-как разместившись и распихав багаж, вся компания через десяток минут езды оказалась на станции.
И здесь для пассажиров комфорт был минимален. К тому же, лейтенант, не дав толком осмотреться, подвел подопечных к специфическому составу. Наряду с паровозом и двумя броневагонами, из которых торчали стволы пулеметов, а в открытой башне виднелось что-то вроде ЗСУ-23-2, в составе присутствовал один пассажирский и один почтовый вагон. Вагоны носили следы кустарного усиления, как, например, бронированные жалюзи на окнах пассажирского.
Максима, Миху и Натали загнали в вагон и велели никуда не выходить. Примерно за час в вагоне появилось еще шесть человек и поезд, наконец-то тронулся. Окончательно наступившие сумерки не позволяли разглядеть подробности окружающего пейзажа, но большое количество огней с левой стороны и темнота с правой, говорило о том, что поезд огибает* Порто-Франко по большой дуге. В некоторых местах, правда, огни приближались к железной дороге почти вплотную, но и тут, кроме общих контуров построек ничего разглядеть не получалось.
- - - - - - - - - - - - - - - - - -
* Обсуждение железной дороги на форме cruzworlds.ru принимает порой "эпические" формы, но так и не приводит к однозначному результату. Поэтому, могу только сказать - ИМХО.
- - - - - - - - - - - - - - - - - -
В какой-то момент на броневагонах вспыхнули прожектора. И, если на переднем прожектор светил строго на рельсы, то с заднего - оббегал все окрестности. В свете прожектора можно было понять, что вокруг тянется все та же саванна. Пару раз мелькнула, даже, какая-то живность. Поезд шел ходко, но даже примерно определить скорость не получалось - не было ориентиров. Единственный раз, когда поезд замедлил ход, произошел на стрелке около первой Базы. Тянущийся и тянущийся вдоль железнодорожного полотна периметр произвел на Максима внушительное впечатление. Лейтенант Берендорф буркнул, что это База "Северная Америка", а им нужно готовиться к высадке, так как следующая База и есть "Россия".
Периметр Базы "Россия" производил менее внушительное впечатление. Поезд остановился на стрелке, и Максиму с друзьями пришлось выпрыгивать прямо на насыпь. Глядя, как сопровождающие патрульные удобнее перехватывают автоматы и вглядываются в темноту, Максим начал нервничать. Но, еще прежде, чем поезд тронулся, открылись ворота, и пятерка солдат Патруля прикрыла и коллег, и "гостей". При этом все пятеро косили глазом на Натали и на Максима, нагруженного сумками и чемоданом.
Территория напоминала то ли грузовую станцию, то ли складской комплекс. По крайней мере, такое впечатление сложилось у Максима при виде ангаров и явно не жилого вида зданий. Освещенным оказался только периметр, поэтому встречающие солдаты включили свои фонари и сопроводили прибывших до солидного КПП. Лейтенант Берендорф показал бумаги, и Максим с друзьями попали на "цивильную" часть Базы. Здесь, света Луны, не закрываемого постройками, хватило, чтобы рассмотреть ухоженную территорию с аккуратными домиками вдоль асфальтированной дороги. Справа сзади осталось здание с надписью "Станция", которую едва удалось рассмотреть в темноте.
Помрачневший лейтенант после небольшой заминки повел всех налево по улице. Метров через триста открылась небольшая площадь с фонтаном. А слева от него обнаружилось довольно большой дом, на фасаде которого красовался череп уже не раз виденного Максимом рогача и надпись "Гостиница. Hotel". При приближении обнаружилась еще одна вывеска - "Бар "Рогач". Оставив сопровождение на улице, лейтенант Берендорф надолго скрылся во тьме веранды. В конце концов, где-то в глубине помещения появился свет, и лейтенант позвал Максима, Миху и Натали. Кроме лейтенанта в помещении обнаружился, видимо, хозяин заведения. Толстяк с характерной армянской внешностью, отчаянно зевая и потирая волосатую грудь, проинформировал, что номеров свободных только четыре. Из них один с душем за десять экю, а три с ванной за пятнадцать экю.
Хитрый Миха тут же "забил" дешевый номер с душем. Максиму ничего не оставалось, как, тяжело вздохнув, согласится на номер с ванной. Получив ключи и поднявшись по деревянной лестнице на второй этаж, полуночные постояльцы отправились по номерам. Лейтенант Берендорф подниматься не стал. Он предупредил Максима с Михой, что не позднее десяти часов за ними зайдут. При этом лейтенант особо акцентировал внимание на том, что ожидают только двоих.
Номер оказался не хуже, чем в пансионе в Кейптауне. Удручало одно, как и боялся Максим, кровать была только одна, двуспальная. Подумав, что убегать к Михе после всего того представления, что они устроили для Ордена, будет глупо, Виноградов принялся распаковывать вещи. Пока Максим занимался хозяйственными делами, притихшая и какая-то задумчивая Натали осторожно ходила по номеру, прикасаясь рукой к разным предметам. Особенно ее заинтересовали телевизор и ванная. Когда же Максим спросил, не хочет ли девушка освежиться с дороги или посмотреть, что показывают по ТиВи, Натали замотала головой.
Первая ночь и первое утро на новом месте не доставили особых проблем. Максиму и Натали удалось удачно разминуться друг с другом в ванной. Успевший первым, Максим переоделся как раз тогда, когда девушка была в ванной. Ну, а девушка занялась утренним туалетом, когда Максим спустился в бар. Бар и веранда не были заполнены до отказа, но и посетителей хватало. Большинство из них были в форме Ордена, и торопливо поглощая завтрак, исчезали по своим делам. Но хватало и людей в штатском. Эти никуда не торопились, а за несколькими столиками вообще протекала неспешная беседа. Найдя глазами Миху, Максим подсел к нему и с содроганием посмотрел на почти закончившуюся гигантскую порцию омлета с беконом. Миха объяснил, что имеет смысл самому подойти к стойке, за которой хозяйничала женщина лет тридцати.
Решив не дожидаться Натали, Виноградов отправился заказывать завтрак. Женщина говорила по-русски с акцентом, но вполне уверенно. Максим с сожалением отказался от нескольких незнакомых блюд и остановил свой выбор на жареной картошке со свиной отбивной и кофе. Кофе он получил сразу, а остальной заказ пришлось подождать минут десять. За это время успела привести себя в порядок и спуститься вниз Натали. Провожаемая заинтересованными взглядами, девушка подсела за столик к приятелям. Когда женщина принесла заказ Максима, Натали попросила сок и булочку с маслом.
Когда за Максимом и Михой явился очередной субъект в форме Ордена, Натали жалобно посмотрела на Виноградова. Заставлять девушку не известно сколько времени сидеть в номере было глупо. Максим оглянулся и увидел, что кроме женщины за стойкой появился и хозяин заведения. Подойдя и вежливо поздоровавшись, Максим представился и в ответ узнал, что хозяина зовут Арамом. Обрисовав ситуацию с девушкой и упирая на ее "дремучесть", Максим попросил Арама если не присмотреть, то хотя бы проконсультировать Натали о том, куда можно сходить и что посмотреть. Намек на то, что он будет Араму очень признателен, вызвал у армянина искреннее возмущение и совет проваливать, не забыв представить ему девушку. Посмеиваясь, Максим подвел к Араму смущенную Натали и отправился вслед за Михой к провожатому.
В кабинете начальника Базы парней ожидал форменный допрос с пристрастием. Сам начальник, некая особа женского пола с брезгливой миной на лице, двое в штатском и переводчик около часа добивались от Максима и Михи то биографических данных, то подробностей переноса, то детального расположения останков джипа. Наконец, сообщив, что запрос на Старую Землю уже отправлен, начальник Базы передал парней в распоряжение штатских. Те привели приятелей в небольшой конференц-зал, где сидели еще семеро явных "яцеголовых", как любят говорить американцы. Тут пришлось вспоминать и планировку мастерской, и как изменялась тональность звука, и характер среза на металлических частях погибшего внедорожника, и целую кучу других деталей. И все это через переводчика, в роли которого выступал один из "экспертов". Глядя на бедного знатока русского языка, Максим про себя позлорадствовал, что кому-то еще хуже, чем им с Михой.
От "экспертов" приятели попали к медикам. Несколько вариантов анализа крови, анализ мочи, соскобы и мазки со всех доступных поверхностей, окончательно привели Максима и Миху в состояние близкое к состоянию берсеркера. Один из медиков, сам ничего не делавший, а лишь наблюдавший за всеобщей суетой, видимо понял, что парни вот-вот сорвутся, и остановил эту вакханалию. Получив наставления, как подготовиться к завтрашним анализам, приятели были отпущены отдыхать.
Не глядя по сторонам, Максим с Михой вломились в "Рогач" и поднялись в свои комнаты. Не отвечая на приветствие Натали, а лишь мотая головой, Максим добрался до кровати и плюхнулся на нее лицом вниз. Спыстя пару минут, он почувствовал как рядом присела Натали и принялась осторожно гладить его по голове. Это было приятно. Потом до Максима дошло, что в номере работает телевизор. Приподняв голову, Виноградов скосил глаза на "зомбо-ящик". Судя по костюмам героев и музыке, крутили старый вестерн. Максим повернул голову в другую сторону и уткнулся носом в бедро девушки. Не самая удобная поза для разговора, но менять положение Максиму не хотелось. Задав вопрос, как Натали провела день, Виноградов едва слушал восторженный рассказ девушки, понимая едва ли каждое десятое слово.
Когда он открыл глаза в следующий раз, за окном уже темнело, а слегка обиженная Натали скорчила ему рожицу. Извинившись перед девушкой и, по мере возможностей, красочно описав все ужасы, через которые им с Михой довелось пройти, Максим заработал прощение и получил требование накормить несчастную всеми забытую девушку. Решив, что Миху они трогать не будут, Максим и Натали спустились в бар. Оказалось, что вечером найти свободное место очень затруднительно. Но на глаза Максиму попался лейтенант Берендорф, за столиком которого было, как раз, два свободных места. Вспомнив, что наглость - второе счастье, Максим усадил Натали и присел сам едва ли не раньше, чем попросил разрешение. Потом, правда, пришлось снова вставать и идти к стойке, чтобы сделать заказ. Там пришлось подождать пока освобидится женщина, которую некоторые посетители называли по имени, Агнешка. Арам, то ли обслуживал, то ли просто болтал с очень похожим на самого Арама по комплекции мужиком. Судя по цвету лица, мужика можно было отнести к краснокожим, судя по усам - к потомкам запорожских казаков, судя по речи - к американцам. Пару раз в разговоре мелькнуло имя Билл. Дождавшись, пока освободится Агнешка, Максим сделал заказ чего-нибудь местного, но без экстрима. А на "запивку" попросил большой кувшин холодного сока. Отвлекшись от беседы, Арам поинтересовался как дела у "этой замечательной девочки". Поблагодарив хозяина гостиницы и бара за заботу, Максим вернулся на место. Уже садясь, он заметил в глубине веранды Миху в компании пяти особ женского пола разного возраста. Выражение лица у Михи было не самым радостным. Как потом оказалось, две девицы и одна женщина "под сорок" были одними из тех, кто сегодня мучил парней анализами. Они же бдительно следили, чтобы Миха не употреблял алкоголя.
"Местным" оказалось блюдо из морепродуктов, главными среди которых выступали два ракообразных. К блюду прилагалась какая-то зелень и два судочка с соусами. Видимо, не выдержав издевательства над ракообразными и отсутствие манер у Максима с Натали, лейтенант Берендорф с собеседником поспешили ретироваться. В результате, их место было тот час занято Михой в сопровождении миловидной медсестрички Полины. Полина по-английски говорила немного лучше Максима, поэтому Натали не чувствовала себя одиноко в русскоязычной компании. Хорошо проведя остаток вечера, Максим с Натали поднялись к себе в комнату, а Миха отправился провожать Полину. Дождавшись, пока Максим примет душ и устроится на своей половине кровати, Натали поступила также. На этом и закончился первый день пребывания на Базе "Россия".
Второй день прошел менее напряженно, хоть и пришлось пару раз пройтись от медицинского центра до центрального офиса. Медицинские процедуры Михе скрашивала Полина, а Максим репетировал речь, которую произнесет перед орденцами, если они не отцепятся. Единственный плюс заключался в том, что парней отпустили на обед. Перекусив, хоть из-за жары есть и не очень хотелось, парни по советы Агнешки смотались в магазин и купили совсем уж цивильную одежду: легкие мокасины, рубашки-гавайки и легкие полотняные брюки. Сразу стало легче переносить жару.
После обеда внезапно выяснилось, что завтра воскресенье, поэтому никаких бесед и обследований не будет. Зато в понедельник придется съездить на Базу "Северная Америка" и пройти там дополнительные обследования, для которых на "России" просто нет оборудования. Максим попытался выяснить, когда же им наконец выдадут удостоверения. В ответ ему начали рассказывать о дороговизне и сложности связи между мирами.