Я стоял перед раскрытой дверью "тойоты", смотрел на ворох модной одежды и думал о том, что мои исследования слишком напоминают работу любителя. Эта возня с машинками, поиски цели методом произвольного "тыка", постоянное перетаскивание аккумулятора с платформы на крышу и обратно, отсутствие необходимого программного обеспечения – все это не поддается никакому планированию. А что, если мне вообще никогда не удастся найти ворота в реальную Москву? Ведь на самом деле сделать это куда сложнее, чем отыскать иголку в стоге сена. И тогда Роману, такому молодому, симпатичному, простосердечному парню, чья жизнь и так намертво привязана к темному времени суток, не останется ничего другого, как, вырядившись во все это тряпье, бродить вокруг дома, охраняя сон своих друзей. Модная одежда не станет частью его имиджа, как члена общества. Цвет, покрой, фирменные швы и карманы потеряют всякое значение. Эти маленькие признаки современной культуры, которые сам я всегда презирал, о которых можно говорить или молчать, которыми можно слегка дополнять образ и использовать их в сексуальном общении, как не сказанные слова, просто отомрут без всякой возможности возрождения. Я подумал об этом потому, что именно появление Миры в моей собственной жизни заставило меня самого напялить на себя яркий наряд, побриться, особым образом держать голову и по-другому смотреть. И, несмотря на то, что я находил во всем этом комичное пижонство, до тех пор, пока я буду рядом с этой неприступной девушкой, я буду питать сей образ, дополняя его все новыми и новыми оттенками.
Конечно, у нас теперь есть кое-какой выбор. Мы можем уйти туда, где есть люди. Но я не знаю, какое время будут открыты ворота, соединяющие наше время с пластом тех мародерствующих робинзонов, которых я только что наблюдал. Интересно, какое у них соотношение женщин и мужчин? Ведь недостаток слабого пола – это еще один повод для того, чтобы развязать вражду.
Ладно, хватит, сказал я себе и, сев в машину, хлопнул дверью. Я завел мотор и "тойота" двинулась с места.
В следующую минуту пришло понимание, что я весь день занимался глупостью. Я мог бы значительно сократить время исследований и увеличить количество опытов, если бы действовал от обратного. Зная координаты настоящего Московского времени, я мог бы остановить программу именно на этом кадре, и исследовать улицы, направляя аппарат на потенциальные закоулки и запуская в них зайчиков на танках. Окончательной целью моего поиска было бы появление зайчика на экране хроновизора.
Открытие было настолько элементарным, что меня крайне поразил тот факт, что я не мог прийти к этому сразу? Завтра мы с Мирой сможем провести сотни таких опытов и, может быть…
Но тут меня отвлекла от размышлений темная фигура мужчины, который, пошатываясь, пересекал дорогу метрах в трехстах от меня. Я с силой надавил на кнопку сигнала и на педаль газа одновременно и рванул вперед. Мужчина застыл на месте, постоял мгновение и вдруг, развернувшись, побежал в обратном направлении, но, пересекая край дороги, споткнулся о бровку и упал. Пока он, неуклюже балансируя руками, пытался подняться, я успел его настигнуть. Я затормозил так резко, что "тойоту" развернуло, и она остановилась посредине дороги.
6
Я выскочил из машины и подбежал к незнакомцу. Тот стоял на коленях ко мне спиной, упираясь руками в тротуар.
– Не пугайтесь! – крикнул я, заметив, что у него из карманов куртки торчат бумажно-пластиковые упаковки с ювелирными украшениями. – Я прекрасно вас понимаю… Ситуация, в которой мы с вами оба находимся, это вполне допускает… Я, знаете, и сам немного…
Едва ли я действительно понимал смысл его мародерства. Просто хотелось, чтобы он перестал меня воспринимать как недруга.
Незнакомец перевернулся на спину и сел. Потирая ушибленное колено, посмотрел куда-то вдаль мутноватым взглядом. Тут я понял, что он нетрезв.
– Вы здесь один? – спросил я.
Мужчина скривился, будто проглотил горькую пилюлю.
– Откуда вы взялись? – снова спросил я. – Три дня уже тут езжу, – никого не встречал.
Незнакомец что-то пробормотал и покачал головой.
– Ну же! – сказал я с улыбкой. – Давайте руку. – Я слегка наклонился над ним.
– Какого черта!.. – тут же с вызовом сказал незнакомец. – По-твоему, я похож на беспомощного?.. – Он исподлобья поглядел на меня.
– Что вы! Ни капли! – Я постарался своей дружелюбной улыбкой доказать, что не отношусь к нему предосудительно.
Незнакомец фыркнул, мотнул головой и начал подниматься. Неожиданно его качнуло назад, он плавно завалился на спину, и я увидел подошвы его ботинок с надписью "A venture".
Проворчав странное восклицание, что-то вроде "Стреляного воробья обухом не перебьешь!", мужчина повторил попытку, и снова неудачно, поэтому я все же решил ему помочь.
Он был тяжел и неустойчив. Когда мне, наконец, удалось поставить его на ноги, оказалось, что он на полголовы меня выше и заметно шире в плечах. Это был блондин с широким, простым, чуть обезьяним лицом. Было в этом лице что-то положительное, и даже опьянение и усталость его не особо портили. На вид мужчине было около сорока пяти. Вся одежда его перепачкалась желтой пылью, а в руке он сжимал моток веревки.
Незнакомец сощурил маленькие глаза, уставился на меня и спросил:
– Ты – спасатель?
Посмотрев на мой замшевый пиджак и на мои кожаные брюки, он вдруг захохотал. По тому, как во время смеха на лице легли морщинки, я догадался, что смех – его самое привычное состояние.
Несмотря на то, что смеялся он очевидно надо мной, я не почувствовал обиды. Незнакомец вызывал к себе необъяснимое расположение. Однако я совершенно не знал, что делать дальше.
Насмеявшись, он протянул руку:
– Позвольте представиться… Руслан!.. Блуждающий призрак… мертвого города… и последний из волков…
– Ростислав, – сказал я и в тон ему добавил: – Невольник кошмарных событий… и вероятный противник ветряных мельниц.
Он снова взорвался смехом.
– Ветряных мельниц, говоришь? – крикнул Руслан. – Вот так удача!.. Встретиться с настоящим Дон-Кихотом!
Прищурившись, он опять стал меня разглядывать. Затем перевел взгляд на машину.
– Ого!.. – сказал он через минуту. – "Тойота-тундра-тэ-эр-дэ"!.. Пятьсот лошадей!.. И которая же из них Росинант?..
Тут его сильно качнуло, но он удержал равновесие. Незнакомец широко расставил ноги, закинул веревку на плечо, затем поднял руку с выставленным указательным пальцем, размашисто кому-то погрозил и сказал:
– Но-но-но!
Он сделал шаг вперед и стал на меня валиться. Я попытался его остановить, но он принял мое движение за попытку обняться и обхватил меня рукой за плечо. Повиснув на мне всей своей тяжестью, Руслан дружелюбно сказал:
– Не волнуйся, брат… я тебя вытащу отсюда…
Тут он громко икнул.
Надо было как-то привести его в чувство. Несмотря на перепачканную одежду, он не походил на алкаша. Я его понимал, ведь и сам я в первый день сильно прикладывался к бутылке, пытаясь погасить спиртным нахлынувший ужас.
– А как вы здесь оказались? – спросил я, силясь высвободиться. – Где раньше жили?
Руслан приблизил ко мне лицо и дохнул на меня жутким перегаром.
– Браток, не надо о том, что было раньше… Хорошо? Не время сейчас думать о прошлом… Наша с тобой задача – выжить!..
– Это уж точно, – согласился я. – Так вы здесь, значит, никого больше не встречали?
– Не-а… Но знаю, где и как встретить.
Руслан вытащил из кармана золотой браслет, повертел им у меня перед носом и спросил:
– В курсе, что это такое?..
– Ну, в курсе, – сказал я. – Только эти безделушки вряд ли могут здесь особо пригодиться.
– Это ты так думаешь… – сказал Руслан. – На самом деле это не безделушки, а блесна!..
– Вы что, собираетесь ловить на них рыбу?
– А то! Не веришь? – Он подмигнул мне.
Я решил, что лучше с ним согласиться, и кивнул в ответ:
– Верю.
Руслан хитро усмехнулся.
– То-то они там удивятся! – медленно сказал он. – Впрочем, ты же все равно не понимаешь, о чем я говорю…
Я тоже улыбнулся и сказал:
– А не хотите ли съездить в сауну? Тут встречаются такие, с камином. Только поискать надо. Да вот, кстати, и одежду на вас неплохо бы…
Я не договорил, заметив вспышку гнева на его лице.
– Ты хочешь, чтобы я тратил время на подобную чепуху?!
Он впился в меня пронзительным взглядом, и мне показалось, что его опьянение – не более чем розыгрыш.
– Я хочу вас пригласить к себе, – сказал я. – Но там, где я сейчас остановился, есть дама. С моей стороны будет некорректным привезти вас в таком виде. Если же вы слишком заняты и не хотите тратить время, то я не стану навязываться с приглашениями.
– Дама… – пробормотал он. – Понимаю…
– Но если у вас есть какие-то соображения насчет происходящего, – продолжал я, – то охотно вас выслушаю и затем поделюсь собственными. И, если мы найдем общее зерно, то, может быть, у нас с вами…
– Ладно, – перебил он. – Много говорим, браток. Поехали в баню.
Он первым направился к машине.
Я опередил его и переложил вещи на платформу.
Он бухнулся на сидение, а веревку положил себе на колени.
Я обошел пикап и сел за руль. Когда машина отъехала, Руслан сказал:
– Так ты спрашиваешь, где я жил?.. Хе-хе… – Он взмахнул рукой. – Раньше я, брат, здесь жил, в Москве… И был честным предпринимателем… Не частным, а честным. Не как лиса или шакал, а как волк. Понимаешь? Вопреки бытующему мнению… существуют честные предприниматели.
Он замолчал, ожидая моей реакции.
– Думаю, честные люди существуют во всех сферах человеческой деятельности, – заметил я, пытаясь сообразить, насколько справедливо называть волка честным.
– Да… – сказал он. – Я тоже очень на это надеюсь… Но теперь, как сам понимаешь, это слишком трудно выяснить… – Он икнул. – Город, в котором мы с тобой находимся, пуст… А, раз он пуст, то в нем нет места деловым людям и, значит, я не собираюсь по нему бродить вечно, потому что делать неразумные вещи не свойственно моей… этой самой… – Он задумался. – Эй, братишка!.. Как бишь тебя там?.. О чем я, черт возьми, говорил перед этим?
– Вы говорили, что были предпринимателем.
– Да. Был. Правда, сначала мне пришлось несколько раз попробовать себя в других профессиях… Э-хе-хе… Кем я, брат, только ни работал… И строителем работал, и продавцом, и сборщиком мебели, и в рекламе, и в автосервисе… Я сменил около десяти разных профессий. И везде, как дурак, бесплатно раздаривал идеи… и планы их реализации…
Он посмотрел на меня взглядом, призывающим к пониманию.
– Знаете, Руслан? Мне близки ваши проблемы, – сказал я. – Только в моем случае было чуть иначе. Я обладал ценной идеей, но не смог донести ее до умов других людей.
– Ага! – сказал он, удовлетворенно кивнув. – Вот и я о том же… Так вот. Я дарил идеи абсолютно бесплатно… А некоторые сволочи самым наглым образом этим пользовались… Иногда мне это, конечно, помогало. Ну, например, время от времени меня повышали в должности. Я становился старшим продавцом, старшим строителем, старшим сборщиком мебели… – Он замолчал на минуту, лицо его сделалось пасмурным. – Но как-то раз, когда меня назначили старшим переносчиком арендуемого… ик!.. крупномасштабного ксерокса, я, наконец, взорвался. И тут я понял, брат, что настоящее мое призвание – править делом. То есть, работать на самого себя. Не в том смысле, чтобы быть мелким маклаком или буржуа и разбогатеть… хотя и это тоже немаловажно… а в том, чтобы наиболее результативно использовать собственные возможности вместо того, чтобы тратить их впустую. И тогда я решил взять кредит и открыть собственное дело… И открыл…
Руслан потряс веревкой, и в воздухе закружилась пыль.
– Сначала было непросто… – продолжал он. – Но я, брат, шибко в успех верил. Ты, брат, не представляешь даже, сколько сил я потратил на то, чтобы мой бизнес на ноги поднялся. И вот уже два года, как все вроде налаживаться стало… Понимаешь? Сбылась мечта. У меня – свое предприятие. Двадцать два рабочих места. Двадцать два! Мы занимали целый этаж, в нем пять помещений. Оно жило, пока на землю не прилетели проклятые камнеедки и все не сожрали…
– Что?!
– А что слышал! Думаешь, эти ползающие пятна на стенах – что, какой-то неведомый науке грибок? Хрен! Это чертовы зеленые камнеедки! Проклятые летающие чудовища! Я их своими глазами видал!
Я сбавил скорость и внимательно посмотрел на собеседника.
– Вы видели гигантских зеленых тлей?
– Мухи, – сказал он и уставился на меня. Я понял, что теперь настала его очередь удивляться. – А ты-то откуда знаешь? Тоже там был, что ли?
Я перевел взгляд на дорогу.
– Похоже, вы проделали самую сложную практическую часть моей работы, – сказал я. – Сейчас я вам все объясню. Только не могли бы вы сначала рассказать, зачем вам веревка и все эти безделушки?
Он некоторое время молчал, но, наконец, любопытство взяло вверх и Руслан, откашлявшись, заговорил:
– Знаешь что? На самом деле камнеедки всегда рядом. Они упали с неба в понедельник вечером. Я видал дырки в облаках, когда Джека выгуливал… Когда все вокруг стали пропадать, я смекнул, что это как-то с теми дырками связано, но сперва подумал, что где-то там, над облаками, висят летающие тарелки и забирают к себе людей. Смотрел сериале "Сорок четыре сотни"? Несколько лет назад шел… Так вот. Покуда я по сторонам пялился, Джек куда-то испарился. Я стал его искать, вот тогда меня первый раз и затянуло… Хреновое было ощущение, как будто я проваливаюсь куда-то… Тошно сделалось и одновременно вроде какой-то нездоровый кайф по всему телу. Когда я очухался, вокруг стояла гробовая тишина, и нигде ни души. Я – домой, захожу в подъезд, и тут мне сверху песок. Прямо на башку. Едва успел отскочить, как дом рухнул… Побродил я по улицам и еще дважды за ночь проваливался, но тогда-то я еще не допер, что проваливаюсь. Думал, это дурь какая-то, ну, типа ее т инопланетяне со своих тарелок насылаю. Снова ходил к своему предприятию, а там только кучу песка. Наутро, когда рассвело, я снова провалился. Где-то в районе Тверской. А там, куда я попал, десятки таких же, как я. Тут, брат, я и смекнул окончательно, в чем дело. Начал с людьми заговаривать, стал призывать их к эвакуации. Они-то все перепуганные ходят. Понимаешь, захотелось мне их из опасного района вывести, людей этих. Покумекал я и решил, что самым верным решением сейчас будет воспользоваться каким-то транспортом и выехать из города. Надо, думаю, добраться до какой-нибудь подмосковной обсерватории, освоить тамошнее оборудование, попробовать понаблюдать небо над Москвой: что там к чему. Но ясное дело: никто и слушать меня не хотел. Паника. Все злые, как собаки. Что поделаешь… Некоторые пытались как-то домой пробраться, другие вообще – магазины грабили. Тем не менее, удалось мне организовать бригаду из восьми человек. Сели в микроавтобус, двинули на Ленинградское шоссе, но скоро нас остановила пробка. Стали объезжать – наткнулись на обвал. Я вышел глянуть, нельзя ли как-нибудь пролезть. Вернулся, а автобус уже пустой. Тут до меня окончательно дошло, что с пространством какой-то неведомый науке апокалипсис происходит. Оказавшись в месте, где совсем никого, я стал искать дыры, через которые можно проходить из одной параллели в другую. И знаешь что? Скоро я понял, что это любые участки в радиусе двух метров от пятен. Тут я начал сознательно из параллели в параллель прыгать. Ох, утомительно… Время от времени я кого-нибудь встречал. Один раз на Садовом встретил спасателя. Он сказал, что буквально полчаса назад был среди толпы народа, среди тысяч… Понимаешь?! Люди-то сотнями исчезали, кругом пусто, да основная-то часть москвичей все равно на месте осталась… Это нас с тобой перекинуло, а их нет… Мы с тем спасателем пытались выбраться назад через то место, откуда он пришел, да не повезло: прямо на моих глазах погиб парень, пятно слопало… Черт, что дальше-то было? Ага. После этого я в магазин зашел да и напился до потери памяти… Потом, помню, оказался на пустой улице, и вот смотрю: надо мной пролетает огромная такая бочка с крыльями. Зеленая, вроде богомола… Сперва я решил: глюк. Побежал зачем-то следом, оказался в каких-то трущобах. Все разрушено. А на стенах сидят эти твари и бетон жрут. Схватил сдуру булыжник и – в одну из них. Булыжник тот воткнулся в камнеедку, прямо в задницу ей, и так чвякнуло, что меня тут же вывернуло. Остальные крыльями как замашут, в воздух поднялись и ко мне… И знаешь, что? Это были такие громадные чертовы старухи с длинными руками, зелеными животами и крыльями… Я удирал от них, забегал в магазины, выбирался через черные ходы, а они все летали вокруг, и я сам не знаю как спасся – кажется, снова куда-то провалился… Вот уже трое суток не сплю, а шатаюсь из одной параллели в другую. Всего я посетил около тридцати параллелей. Где-то здесь, в этих завалах должен быть выход в настоящую Москву. Я знаю, как ее найти, не рискуя при этом оказаться в лапах у камнеедок.
Руслан достал из кармана золотое колье и привязал его к концу веревки.
– Это наподобие закидушки, – сказал он. – Бросаешь в место перехода между параллелями и слегка подтягиваешь, я уже пробовал. Через секунду-две блесна исчезает и оказывается в другой параллели. Если место людное, кто-нибудь обязательно заметит, потянет и этим подаст мне сигнал.
– Потрясающе! – сказал я, не в силах скрыть восхищение. – Вы просто самородок! У вас потрясающая интуиция! Как вам это удалось?! Впрочем, я сам ведь только что слышал весь ваш рассказ… Вы отважный человек. Думаю, вы действительно настоящий предприниматель и не боитесь идти на риск.
Он немного нахмурился.
– Я тебе все рассказал… как бишь тебя?..
– Ростислав.
– Теперь твоя очередь, Ростик. Говори, откуда знаешь о камнеедках. Тоже, значит, там был?
– Быть – не был, а вот видеть – видел, – сказал я. – Одну минуту…
Я свернул в переулок, и прямо перед нами возникла большая вывеска "Русская баня" с веником и кружкой пива.
– Вот, надеюсь, то, что нам нужно. Идемте, я вам внутри все расскажу.
Нам повезло. Сауна была устроена по классическому образцу. Здесь, в самом деле, было все, что нужно: парилка со скамьями, вениками и лоханками и купальня с небольшим бассейном, наполненным водой. За стеной, в подсобке была устроена печь, а в складском помещении хранились дрова и уголь.
Я загрузил в печь дрова, и через несколько минут в ней уже весело трещал огонь. Подсыпав угля, я пошел в предбанник.
Руслан сидел на стуле, широко расставив ноги и обхватив голову руками.
– Надо подождать, пока печка прогреется, – сказал я.
Несколько раз сходив к бассейну за водой, я наполнил бак и отметил, что воздух в парилке стал теплеть. Так жить можно, сказал я себе.
Вернувшись к Руслану, я сел напротив и выложил ему суть дела такой, какой сам ее представлял с учетом моих последних открытий.
Тем временем мой новый знакомый постепенно отрезвлялся. Несмотря на усталость и три бессонные ночи, он очень внимательно меня выслушал и, когда я завершил повествование, сказал:
– Ну, знаешь ли… Расскажи ты мне о своем хроновизоре неделю назад, счел бы это какой-то глупостью. Все-таки сам заканчивал политех… Но после того, что я видел, это уже не кажется таким невероятным. И ты, говоришь, руководил научной группой?
Я кивнул.