Девушка-единорог Акорна вместе с другими представителями своего народа, линьяри, возвращается домой, на планету Вилиньяр. Ее родина была почти полностью уничтожена космическими захватчиками кхлеви, но теперь линьяри собираются, при помощи своих друзей-землян, восстановить Вилиньяр. Однако для этого необходимо произвести тщательные изыскания на поверхности планеты. Во время этих исследований неожиданно начинают пропадать ученые-линьяри, и Акорна приступает к расследованию этих таинственных исчезновений…
Содержание:
Глава 1 1
Глава 2 6
Глава 3 8
Глава 4 10
Глава 5 11
Глава 6 13
Глава 7 15
Глава 8 16
Глава 9 17
Глава 10 19
Глава 11 20
Глава 12 21
Глава 13 22
Глава 14 23
Глава 15 25
Глава 16 27
Глава 17 28
Глава 18 29
Глава 19 31
Глава 20 32
Глава 21 33
Глава 22 35
Глава 23 37
Глава 24 38
Глава 25 40
Глава 26 41
Глава 27 42
Глава 28 43
Глоссарий терминов, используемых во вселенной Акорны 43
Маргарет Болл - Краткая лекция о языке линьяри 46
Заметки о языке линьяри 46
Энн Маккефри, Элизабет Скарборо
"Миссия Акорны"
Глава 1
Дом! Словно наяву Акорна слышала серебряный звон ручьев, и грохот водопадов, и флейту ветра, пригибающего к земле сине-зеленые травы и качающего остролистые деревья-великаны безбрежных лесов. Эта музыка отдавалась эхом в сердцах всех линьяри, которые стояли рядом, любуясь прежним Вилиньяром.
Первый восстановленный участок ландшафта располагался на высоком плато в тени конической горы. Среди насыщенного багрянца и лазури диких цветов лежали брызги снега, а на фоне нежно-фиолетового неба проступали силуэты далеких горных пиков, покрытых розоватыми ледниками. С плато струился водопад. Ревущим занавесом он спадал до самого подножия горы; там, в радужной дымке, бурлящий поток исходил белой пеной и, затихая, сливался с темно-фиолетовым озером.
Инстинктивно Акорна чувствовала, что в озере таится некое послание, но не могла понять его смысл. Ей хотелось стоять так, вглядываясь в темную воду, и разгадка непременно нашлась бы, будь у нее еще хоть немного времени. Но мир стремительно умчался прочь, словно Акорна и остальные пролетели сквозь него на открытом флиттере. Фиолетовый купол вилиньярского неба в фестончатом обрамлении снежных гор изогнулся дугой, и в мгновение ока одно сверкающее великолепие сменилось другим.
У Акорны перехватило дыхание. Перед ней была родина, о которой она так долго мечтала! Она не слышала мысли остальных, даже Ари и Невы, да и не пыталась уловить их. Все присутствующие наверняка были так же потрясены совершенной красотой Вилиньяра, как и она сама.
Небо внезапно потемнело, взошла луна, и высоко над головами вспыхнули слова, окрашенные в цвет заката…
"К вашим услугам Дом Голограмм и Терраформирования Харакамяна - мы сделаем любой мир лучше!"
Изображение растаяло. В комнате раздался дружный вздох. Все заговорили одновременно, вслух и мысленно, так что в общем растерянном бормотании ничего нельзя было разобрать. Среди всеобщего словесного замешательства от Ари пришло отчетливое ментальное сообщение. Бледный и дрожащий, он сидел, уставившись перед собой широко открытыми глазами и стиснув зубы.
- Что с тобой, язи? - спросила Акорна, по-линьярски произнеся слово "любимый". Взяв Ари за руку, она быстро повела его к выходу из голосферы. Она скорее почувствовала, чем увидела, что следом поспешили родители Ари, его младшая сестра Мати и Таринье, с которым Ари в последнее время очень сдружился. Мысленный ответ Ари пришел волной шока и эмоционального потрясения, которых он, по-видимому, не испытывал уже давно. Акорна успокаивающе прикоснулась к его щеке мерцающим рогом. Обычно в таких случаях линьяри касались рога, но Ари был искалечен - кхлеви пытали его и вырвали рог. Благодаря стараниям лучших линьярских целителей и взятой у сестры донорской ткани рог Ари начал расти. Коротенький спиральный нарост, выступающий на дюйм от поверхности лба, со временем обещал развиться полностью, но обмен эмоциями "рог к рогу" оставался пока невозможным.
Его друзья и родственники вышли из голосферы, превратившейся ненадолго в их погибшую родину. Чувствуя страдания Ари, они вместе с Акорной пытались прикосновениями рогов облегчить его душевную боль.
Хафиз Харакамян торопливо выскочил следом; шелковые полы халата развевались, как крылья разноцветных бабочек. Лицо Хафиза сохраняло обычное добродушие, но, подняв голову навстречу своему приемному дяде, Акорна уловила за напускной веселостью легкую смесь негодования и растерянности и заметила нервное подергивание его правого уса.
- Почему мой маленький магический фокус по оживлению вашего идеального мира причинил нашему герою Ари такие душевные страдания, о ты, что ближе моему сердцу, чем даже дочь? - жалобно вопросил Хафиз, обращаясь к Акорне.
После секундной заминки Мати с детской непосредственностью озвучила то, что не решались сказать взрослые. Она отняла рог от груди брата и ответила:
- Он видел своими глазами, как кхлеви разрушили наш мир. Это было ужасно. Ради забавы они убили всех прекрасных животных и сожрали все растения и деревья. А потом загадили отвратительными экскрементами озера и ручьи, взорвали горы и завалили камнями долины!
- Да, да, эти прискорбные обстоятельства общеизвестны… Но ведь я только что продемонстрировал, как с помощью нашей магической науки можно восстановить разрушения и терраформировать планету! И сделать ее такой же хорошей… Нет, лучше, чем прежде! Вы знаете, что мы подробно расспросили всех линьяри, живших раньше на Вилиньяре. По крупинкам собрали их воспоминания, чтобы усилиями ученых и инженеров снова воплотить их в жизнь. Теперь осталось только провести обычную топографо-картографическую экспедицию и…
- Там нечего картографировать, - произнес Ари. Тяжело было слышать его тусклый, безжизненный голос. - Как вы поймете, где провести реки, если не осталось гор, питающих их, и морей, в которые они могли бы впадать? Даже Йо Беккеру нечем поживиться на Вилиньяре, кроме костей наших предков.
Задумавшись над этими словами, Акорна смотрела, как покидают голосферу последние линьяри, гости Хафиза. До нее долетали обрывки их обеспокоенных мыслей:
(Не припомню, чтобы горы были такими высокими).
(Да, и в устье реки Пазо всегда находился летний поселок. А русло было вовсе не там).
- Ну, один-то знакомый ориентир точно есть, - медленно сказала Акорна. - А может, и не один…
Лирили, бывшая визар нархи-Вилиньяра, стояла рядом, по обыкновению выискивая, к чему бы придраться, и готовая возражать против любой оптимистической идеи. Она обладала редкой среди линьяри особенностью - очень слабой эмпатией. Вот и сейчас Лирили фыркнула, намеренно транслируя свои мысли не только Акорне, но и всем окружающим.
(Тебе-то откуда знать? Ты ведь никогда не была на Вилиньяре).
(Ошибаетесь), - вступилась Нева за свою племянницу. - (Конечно, Кхорнья родилась в космосе, однако моя сестра с мужем отправили малышку обратно на Вилиньяр, пока Ванье заканчивал работу над новой защитной системой. Пусть ненадолго, пусть ребенком, но Кхорнья была там).
Нева обернулась к Акорне.
(Так какие же ориентиры остались, дорогая?)
- Пещера, где спасался Ари со своим братом Ларье, - сказала Акорна, обращаясь ко всем. - И последняя могила, где были когда-то захоронены кости наших предков, которые Ари и капитан Беккер перевезли потом на нархи-Вилиньяр. Мы можем взять их за исходную точку, откуда начнем отстраивать планету заново.
- Чтобы восстановить все в точности как было, потребуется очень много времени! - обиженно воскликнул Хафиз. К нему подбежала его жена Карина, в бледно-лиловых одеждах и в облаке лавандового запаха, успокаивающе заворковала и принялась массировать ему плечи. - Мы способны воссоздать ваши самые любимые участки линьярского пейзажа, моя дорогая девочка, - ты же видела своими глазами! Но лишь те, что лучше всего сохранились в памяти твоего народа. Как можно скучать по тому, чего не помнишь?
Очевидно, у агрони Иртье было на этот счет свое мнение. Кашлянув, он выдвинулся вперед.
- Для полноценной жизни планеты не имеет значения, что люди помнят, а что нет. - Даже на языке линьяри его голос звучал авторитетно. - Ландшафт - всего лишь внешнее проявление процессов, способствующих возникновению и развитию жизни на планете. Возродить жизнь неизмеримо сложнее, чем создать симпатичные панорамы гор и рек, лорд Харакамян. Не менее, а то и более важно восстановление самых мелких и хрупких деталей здоровой экосистемы, многие из которых вряд ли можно заметить невооруженным глазом. Я неоднократно говорил об этом в беседах с инженерами лорда Харакамяна, Кхорнья. Если мы хотим снова увидеть нашу планету цветущей, мы должны уделить большое внимание не только ее топографии, но и биологии.
- Твой дядя обещает воспроизвести детали ландшафта, запечатленные в памяти нашего народа, - продолжал агрони, - и на немногих уцелевших видеозаписях нашей планеты. Однако он также говорит, что не в состоянии ни поместить их на прежнее место, ни полностью населить их родной флорой и фауной. Это все равно, что пытаться оживить картины - без лесов, полей, холмов и долин, и уж конечно без трав, лишайников, мхов и папоротников, которые и составляли их красоту. Он подарит нам реки и водопады - без необходимых болот и прудов, населенных мириадами микроорганизмов, растений и животных, которые были прежде неотъемлемой частью нашего мира… Поймите: эти великие красоты не могут существовать без жизни, которая их формирует, потому что биология, как и геология, вносит существенный вклад в экологию, в ее правильное функционирование.
Акорна перевела речь агрони Хафизу. Зная пиратскую натуру своего приемного дядюшки, по его недовольному брюзжанию и обиженной позе она легко догадалась, что даже соглашаясь в какой-то степени с правотой агрони, он не собирается отказываться от собственных планов. Обычно источником дядиных приступов альтруизма были тщательно скрываемые коммерческие мотивы. Но сейчас Акорне даже не пришлось пользоваться телепатическими способностями. Хафиз явно намеревался добиться от линьяри разрешения на визиты инопланетных гостей. Не исключено, что дядюшка замышлял что-нибудь такое же гадкое и аморальное, как интергалактический аттракцион, известный под названием "Ци-Линь-ленд".
Хафизу уже неоднократно объясняли, что линьяри хотят покоя и уединения в своем мире, где нет насилия и жестокости. Но подобные желания были настолько чужды его природе, что он находил их неправдоподобными. Мастер голографических иллюзий, Хафиз был крайне увлечен изменением планетных ландшафтов, любил свою публику и пребывал в полнейшей уверенности, что все остальные чувствуют то же самое.
Вот и сейчас, заметив, что племянница если и не читает его мысли напрямую, то во всяком случае догадывается о них, Хафиз с жаром заговорил:
- Акорна, дорогая, разве я не сдвинул с места небеса и планеты, чтобы помочь твоему народу? Ради них я готов пожертвовать всем своим состоянием, разорить свой дом… Но как, как я могу восстановить те участки природы Вилиньяра, которые никто не может даже описать?! Не говоря уж о том, чтобы предоставить мне их изображения или экземпляры местных форм жизни… У меня работают лучшие во всей вселенной инженеры по терраформированию, однако без подробных карт и плана местности, без образцов флоры и фауны едва ли стоит ожидать, что они оживят Вилиньяр с точностью, на которой настаивает твой замечательнейший ученый!
Акорна медленно кивнула и перевела речь Хафиза на линьярский.
(Агрони), - сказала она после небольшой паузы, - (я знаю, что большинство видео- и письменных записей вилиньярского ландшафта уничтожены во время сражения с кхлеви. Но, может быть, с вашей помощью и при участии ваших коллег-ученых я смогу определить изначальное расположение самых значимых участков. Восстановив их на прежнем месте, мы соберем остальную информацию о менее изученных территориях. Не доскональную, конечно, однако пригодную для начала работы. А уж потом можно подумать и о биологии).
(И как же ты намерена определить их местоположение, юная леди?) - поинтересовался агрони.
(У меня свои методы), - улыбнулась Акорна. - (Мы обещали Прародительнице Надине, что ее дом снова станет прежним и что ее народ будет процветать. Она умерла, и в память о ней мы обязаны выполнить обещание).
Агрони почтительно склонил голову.
(Ты думаешь, я забыл? Но имей в виду, Кхорнья, восстанавливать Вилиньяр нужно как следует…)
В этот момент Карина вдруг пошатнулась и закатила глаза.
- Исследование ландшафта, - проскрежетала она механическим голосом, который разительно отличался от свойственной ей театральной манеры изъясняться, - способ связи с другим миром.
Присутствующие замерли.
- Все, кто жил на Вилиньяре, - продолжала Карина на чужом для нее языке, - должны отправиться на его развалины и принять участие в изучении ландшафта. Вилиньяр может быть исцелен только любовью тех, кто когда-то населял его. Вас ожидает много опасностей, и вы будете… Ааааах! - Карина обмякла и весьма грациозно осела прямо в объятия мужа. Не будучи атлетом, Хафиз качнулся назад под тяжестью ее роскошного тела, почти уложив свою любимую на землю. Вмешательство Ари оказалось весьма кстати. Он подхватил леди Харакамян и осторожно коснулся рогом ее щеки.
Карина, знавшая всего несколько фраз на языке линьяри, только что бегло говорила на нем. Более того, как бы странно и монотонно ни звучали ее слова, в них легко узнавался голос Прародительницы Надины. А поскольку Карина никогда не встречалась с Прародительницей, она не могла имитировать ее голос ради публичного эффекта. Вообще-то Карина больше трезвонила о своих экстрасенсорных способностях, чем демонстрировала их в действии; сейчас был один из тех редких моментов, когда ее заявления казались правдой.
Хафиз тоже никогда не встречался с Прародительницей; он единственный из всех отнесся спокойно к поведению жены.
- Дельный совет, мой маленький кускус, - сказал он, похлопывая ее по руке и окидывая остальных взглядом, словно говорившим: "Как очаровательно ей удаются такие штучки, правда?"
* * *
Из всех не-линьяри только у капитана Йонаса Беккера были координаты пещеры Ари, занесенные в бортовой компьютер. Поэтому он прервал сбор "трофеев" среди руин нархи-Вилиньяра и отправился помогать немногочисленным уцелевшим космическим кораблям линьяри. Нужно было перевезти на Вилиньяр несколько разведгрупп.
Среди прочего груза "Кондор" привез дюжину флиттеров, принадлежавших Дому Харакамянов. Выгрузив с помощью Акорны, Ари и андроида Мака последний из них, Беккер сказал:
- Я бы отправился с вами, ребятки, но мне нужно перевезти кое-какой груз обратно на нархи-Вилиньяр. Хочу попросить тебя об одолжении, принцесса.
Беккер стоял на платформе роболифта, держа на руках первого помощника капитана из семейства кошачьих - макахомианского храмового кота. Акорна почесывала у кота за ухом. Обычно Размазне Кошачьей нравилось такое внимание, но сейчас он извивался всем телом и отчаянно дрыгал задними лапами, крепко прижатыми левым локтем Беккера. Передние лапы РК судорожно пытались высвободиться из крепкой хватки левой руки капитана. Все полосатые волоски на теле животного стояли дыбом, а глаза, превратившиеся в узкие щелочки, свирепо сверкали. Урчание Размазни больше походило на разъяренное рычание.
- Одолжение? Конечно, капитан, все, что в моих силах… - осторожно сказала Акорна.
- Я так и думал, - пророкотал Беккер, поудобнее перехватывая дергающегося кота. - Забери это чудовище с собой.
РК очень походил на пахантийиров - животных, которые пользовались особой любовью у линьяри. Однако пассажиры "Кондора" были просто счастливы избавиться от кота с его сумасбродными выходками. В течение всего путешествия на Вилиньяр кот неистово носился по кораблю, прыгая по головам пассажиров-линьяри, того и гляди рискуя напороться на чей-нибудь острый рог. Линьяри, умевшие читать мысли животных, признавались: у РК в голове царит такой хаос, что ничего нельзя разобрать. Впрочем, это понял бы любой - стоило только взглянуть на пасть, полную зубов, и комплект острых когтей, которые РК напоследок продемонстрировал Беккеру, негодуя по поводу незаконного пленения.
- Почему, Йо? - удивилась Акорна.
- Честно скажу, мне не по душе разлучаться с парнем. Но нужно держать его подальше от нархи-Вилиньяра, чтобы он смог завязать…
- Завязать? - переспросил Ари.
- Ну да, завязать. У вас на нархи-Вилиньяре растет бад, что-то вроде кошачьей мяты, и она не сгорела полностью, когда кхлеви изгалялись над планетой. Старина РК не в силах устоять против искушения и пьянеет от нее в дребадан, а отходит потом чертову уйму времени. Нет, он вовсе не какой-нибудь жалкий пьяница! Но он всегда был чуточку горяч и держал хвост пистолетом, а в таком состоянии… Боюсь, как бы он не убил кого-нибудь. Эта травка Размазню просто с ума сводит - и меня вместе с ним. Оставить бы его с Надхари, так мы…. э-э-э… слегка повздорили…
- Понимаю, капитан, - Акорна наклонилась, чтобы почесать рогом то место на лбу РК, где у него мог бы расти рог.
Яростно выдернув лапу из хватки Беккера, кот замахнулся, намереваясь полоснуть когтями Акорну по лицу. Однако в ту же секунду, как рог коснулся животного, целительная сила полностью очистила кошачий организм от наркотика. РК вяло качнул лапой, безвольно обмяк, словно лишился всех костей, и безмятежно заурчал с довольной мордой.
- С удовольствием присмотрю за Размазней, - закончила девушка.
- Вот и славненько, - облегченно улыбнулся Беккер, передавая в объятия Акорне глупо улыбающееся животное. - Ваши приятели на корабле могли бы сделать то же самое, если подумать. Просто никто не рискнул ловить маленькое чудовище. Увидимся!