Фракс и оракул - Мартин Скотт 15 стр.


- Причина проста, - продолжает Лисутарида. - Кублинос, бесспорно, без ума от меня. Он никогда не перестанет таскаться повсюду с этой бабой на буксире, ведь это должно меня якобы огорчать. Ну что за ребячество. Я поражена его незрелостью. - Она встает на ноги. - Встречаемся в моем шатре в два часа ночи. Ни перед кем не распространяться и не опаздывать.

На этом она уходит. Я внимательно смотрю на Макри.

- Правда, что у этой эльфийской чародейки смешные глаза и она не умеет одеваться?

- Нет, она ослепительная красотка, - говорит Макри. - Но я бы не советовала ставить Лисутариду в известность.

Я вздыхаю.

- Видишь, вот почему женщинам не место на войне. Теперь мы все погибнем, потому что Лисутарида отвлекается на мужчину, который, по ее заявлению, ей безразличен. Насколько могу судить, есть лишь одна колдунья, которая хороша по части магии, и она на другой стороне. Держу пари, Дизиз Невидимая не теряет времени зря, жалуясь на мелкие любовные разочарования.

Я не горю желанием отправляться на ночную поездку. Будь проклята Верховная жрица. Она не смогла бы подвергнуть нас большей опасности, даже работай на врага. Возможно, она и работает на врага. Оракулы известны своей слабостью перед подкупом. Пялюсь на пустую пивную бутылку. Я испытываю чувство обреченности, и одной бутылкой пива его не сгладить.

Глава 18

Мы с Макри выскальзываем из фургона через час после полуночи. Анумариде и Дру известно, что мы куда-то отправляемся, но я приказал им держать языки за зубами и не задавать вопросов. Анумариду это не радует, и она с подозрением пялится нам в спины, когда мы уходим, вероятно, воображая себе, что мы намереваемся кутить ночь напролет. Как бы я этого хотел.

Ранним вечером на небе сияло две луны, а от третьей имелось лишь тусклое пятно на горизонте. Сейчас же ледяной ветерок нагнал плотную завесу облаков, и нам приходится тщательно глядеть под ноги, пробираясь по темному военному лагерю. Внешнее охранение расступается, давая нам проход в шатер Лисутариды. Глава Гильдии чародеев уже нас поджидает. На поясе у нее короткий клинок. Мне нечасто доводилось видеть, чтобы Лисутарида носила меч, хотя могу припомнить, как она рубила орков на стенах Турая после того, как исчерпала всю свою магию. Она не отвечает на наше приветствие. Вместо этого она выставила перед собой магический кошель и что-то буркнула. Пасть кошеля разевается до такой степени, что можно шагнуть внутрь. Я не жажду идти на этот вынужденный шаг.

- Мы отправляемся в путь сквозь магическое пространство?

- Я доставлю вас за пределы лагеря необнаруженными.

- Опасно путешествовать по магическому пространству так далеко. Это почти прикончило Тирини.

- Она переместилась слишком быстро, - говорит Лисутарида. - Я буду более осторожна.

Макри испытывает восторг не больше моего, когда мы следуем за Лисутаридой в разверстый зев кошеля. Она уже попадала в магическое пространство, и приятного в нем всегда было мало. Много странностей там случается, и никогда не предугадаешь, что грянет в очередной раз. Рискованно даже, вступив в него, стоять столбом на одном и том же месте. Лисутарида планирует перебросить нас через кусок реального мира, что особенно опасно. Тирини Заклинательница Змей вот до сих пор тяжело болеет.

Размышляю о Тирини, шагая в магическое пространство. Что-то назойливо вертится в голове. Но что? У меня нет времени на этом останавливаться, так как меня здорово обдает шквалом морозного ветра со снегом вместе. Скверная погода в магическом пространстве - еще одна типичная проблема. Мы тащимся по льду. Я кутаюсь в свой плащ, дрожа от холода, плетясь за Лисутаридой и Макри. Волшебница ведет нас по льду около сотни ярдов, затем останавливается. Она указывает на ледяную макушку горы поодаль, затем вполголоса бормочет несколько слов. Мы тут же оказываемся на горе.

- Пока что все гладко, - говорит Лисутарида. В сей же миг гигантский орел камнем падает с неба и пытается откусить ей голову. Лисутарида замешкалась, но Макри спешит ей на помощь с мечом наголо и обезглавливает орла одним резким движением. Лисутарида глядит на брызги крови на своих ногах.

- Все гладко, за исключением гигантского хищного орла. Идем.

Мы следуем за ней по предательской тропинке, огибающей вершину горы. Стоит трескучий мороз, снег глубиной восемнадцать дюймов, а мои ноги обледенели. У меня добротные армейские сапоги, но они не предназначены для покорения гор зимой. Как ни странно, но единственные звуки - хруст наших шагов по снегу. Я засунул руки глубоко в карманы, тогда как Макри продолжает идти с мечом в руке, бдительно поглядывая по сторонам всю дорогу.

- Это место словно создано для ледяных горных троллей, - говорит она. - Но, к счастью, их не существует.

- Точно.

Вдруг откуда ни возьмись возникают три огромных ледяных горных тролля, каждый семи футов ростом и у каждого - здоровенная дубина.

- Черт бы тебя побрал, Макри! И надо было тебе ляпнуть про ледяных горных троллей! - Я извлекаю меч. Тролли топают прямо на нас. Лисутарида простирает руки и палит голубоватой молнией, что расширяется веером, охватывает всех трех троллей и отправляет их в продолжительный полет к подножию горы.

- За мной, - говорит она. Мы подчиняемся.

- Не вздумай припомнить еще какой мерзости, - предупреждаю я Макри.

- Я же не виновата, что появились тролли.

- Тогда это до странного точное совпадение. Тут же магическое пространство, никогда не известно, что может случиться.

- Помнишь, как мы повстречали говорящего борова? - Макри улыбается, вспоминая прошлый наш визит в магическое пространство. Я не разделяю ее веселости. Говорящий боров - сущие пустяки по сравнению с множеством других грянувших скверных событий. Небо неожиданно меняет окраску, пылая оранжевым цветом, который сменяется темно-красным. Снег весь тут же тает, как только начинает накрапывать теплый дождь. Земля под ногами вдруг расцветает зеленью, а трава увивается вокруг наших щиколоток, затем добирается и до колен, затрудняя движение. Мы отчаянно сражаемся с ней. Макри своим клинком косит траву, которая теперь разрослась до пояса. Земля впереди нее извергает дерево.

- Грязный орк! - кричит дерево. - Скверна на этой земле!

Макри выглядит оскорбленной. Я сдержанно посмеиваюсь, пока дерево не обзывает меня жирным.

- Не понимаю, отчего растения в магическом пространстве всегда такие недружелюбные, - бормочу я, пиная подальше куст, который пытается грызть мне лодыжку. - Что мы им сделали?

Трава, кусты и деревья так и продолжают расти и сплетаться друг с другом, пока мы не оказываемся прямо в глубине диких джунглей. Здесь почти невозможно двинуться.

- Остается уже немного, - говорит Лисутарида. Понятия не имею, откуда ей известно. Я же вообще не представляю, где мы находимся, но мы выкладываемся на полную, прорубая себе дорогу сквозь густую растительность. Я пользуюсь эльфийским мечом, что мне подарила Макри, - тем, который выиграла в величайшем состязании на мечах. Это чудесный клинок, и он слегка облегчает мне жизнь. У Макри по мечу в каждой руке, один эльфский, другой оркский. Ее умение сражаться парными клинками, почти неизвестное на Западе, оказывается убийственно эффективным в бою, но тут она все еще продолжает яростно прорубаться свозь массивы переплетающихся кустов, деревьев и лиан, что окружают нас со всех сторон. В конце концов, мы останавливаемся.

- Мы еще не добрались, - говорит Лисутарида.

- Можешь помочь заклинанием?

- Я старалась приберечь свое волшебство. - Наша командующая способна хранить огромное количество чар, при необходимости метая заклятье за заклятьем, но даже у них есть предел. Разок использовал - и учи по-новой. Она хмурится, когда лиана пытается обвиться вокруг ее шеи.

- К дьяволу все это, - бормочет она и поднимает руку. Вспышка синего света - и растения впереди вянут и ссыхаются, расчищая широкую дорожку для прохода. Так значительно лучше, и мы спешим вперед.

- Вдали что-то сияет, - говорит Макри, чье зрение весьма остро благодаря эльфийской крови.

- Там выход. Можешь разглядеть чего-нибудь еще?

- Несколько медведей.

- Медведи? Для них же лучше убраться с пути по-хорошему. - Лисутарида не в восторге от нашего путешествия. Она способна на действия, требующие физической силы, но это ниже ее достоинства и не то, к чему бы ей хотелось прибегать. Когда мы приближаемся к сияющим вратам, медведи проявляют к нам интерес. Они - громадные зверюги и выглядят так, словно готовы напасть. Однако при виде одной разозленной чародейки, одной телохранительницы с двумя мечами в руках, и раздраженного сыщика, они передумывают и растворяются в клубах лилового дыма.

- Мудро с их стороны. Я не в настроении любезничать с медведями. - Лисутарида изучает конструкцию впереди нас. - Эти врата выведут нас из магического пространства близко к храму. Верховная жрица будет нас ожидать.

- Надеюсь, пророчество того стоит.

- Будет стоить, - слова Лисутариды звучат с убежденностью. Ее вера в Верховную жрицу кажется непоколебимой. Глупость, по моему мнению, но она командующая.

- Мне кажется, нас кто-то преследует, - говорит Макри.

- Нас преследуют? - Я оборачиваюсь. Ничего не видать. Лишь длинная полоса высохших растений, уже начинающая зеленеть вновь.

- По-моему, я видела какую-то тень. Да и на горе позади тоже что-то промелькнуло.

Лисутарида вглядывается вдаль.

- Не думаю, что кто-нибудь мог красться за нами по магическому пространству, - наконец говорит она. - Никто даже не знал, что мы здесь.

Никто из нас вслух и не допускает, будто способности Дизиз Невидимой безграничны, но все мы, вероятно, так думаем. Командующая проводит нас сквозь врата, назад в реальный мир. Хотя наше путешествие показалось и долгим, и опасным, в действительности мы удалились лишь на милю от лагеря. Мы плетемся впотьмах вниз по пологому склону к небольшой рощице. По мере приближения я напрягаю глаза, опасаясь нападения орков. Благодаря неумелости разведслужбы Ханамы, мы без понятия, где оркская армия. На данный момент мнения наших генералов разделились: одни считают, что принц Амраг и его войска остались в Турае, поджидая нас. Другие полагают, что они, вероятно, уже выступили и могут находиться даже недалеко от симнийской границы. Если Дизиз и в самом деле завершила великое заклинание сокрытия, они могли быть прямо у нас под боком. Я готовлюсь к худшему.

Я поеживаюсь. Ночью прохладно, да и воздух влажный. Плотные облака висят низко над головой, свет звезд и лун с трудом пробивается сквозь их толщу. Когда мы достигаем деревьев и подошвы холма, не видим почти ничего дальше ярда. Макри задает путь, не убрав мечи. Она останавливается и подает знак.

- Мы на месте.

Я упорно пытаюсь разглядеть хоть что-нибудь в кромешной тьме. Наконец мне удается различить очертания мраморной колонны. Где-то сбоку мерцает тусклый свет. Идем туда. На глаза попадаются еще колонны. Мы в глубине древнего, разрушенного храма. Крыша обвалилась, остались лишь увитые плющом опоры и алтарь, на котором горит слабый огонек. У алтаря стоит Верховная жрица. Она выглядит в точности, как в прошлый раз. Пожилая, седовласая, высокая, держится с достоинством. При любом раскладе подозрительный характер.

Лисутарида шагает вперед и склоняется. На мгновение я опасаюсь, что она опять примется осыпать золотом Верховную жрицу, возможно, чувствуя, что неописуемого богатства, которое ей уже досталось, могло бы и не хватить. Этого не происходит. Они безмолвно приветствуют друг друга. Ненадолго возникает тишина. Затем Верховная жрица, будто сознавая, что ее дело надо бы решить поскорее, негромко говорит Лисутариде:

- Устремись в облака.

Лисутарида кивает.

- Благодарю, о Верховная жрица. Я весьма польщена, что вы проделали такой путь, чтобы передать мне пророчество.

Верховная жрица поворачивается, собираясь уходить. Видя это, я никак не могу сдержаться. Я стараюсь, но не могу подавить разочарованное фырканье при мысли о том, что мы перенесли все тяготы путешествия ради еще одного никудышного совета. И вправду, "устремись в облака".

К моему удивлению, Верховная жрица останавливается, разворачивается и делает шаг к нам. Она на несколько дюймов выше и глядит на меня сверху вниз в той манере, которую я не перевариваю.

- Ты считаешь, что Лисутарида советовалась со мной зря.

- Так и есть.

- Прошу, не обращайте на него внимания, - говорит Лисутаида.

Жрица глазеет на меня.

- Тебе не понравилось пророчество, что ты получил.

- Естественно, не понравилось. Никогда не настанет тот день, когда я брошу свой щит и сбегу.

Верховная жрица слабо улыбается.

- Увидим. - Она опять поворачивается к выходу.

- Почему ты не сообщила мне чего-нибудь полезного, - кричу я ей в спину. - Например, где туфли Тирини.

Сам не знаю, зачем я это спрашиваю. Наверное, туфли Тирини потеснили остальные мысли.

- Капитан Фракс, приказываю тебе замолчать, - шикает Лисутарида. - Прошу прощения, Верховная жрица, этот человек...

Верховная жрица оборачивает голову.

- Новые туфли могут скрывать старые туфли, - произносит она. С этим она исчезает в темноте. Видимо, ее ожидают служители, дабы сопроводить домой. Или, может, в ее распоряжении имеются магические способы путешествия, уж не знаю. В любом случае, мы видим ее в последний раз.

- Капитан Фракс, я не собираюсь терпеть эту наглость, - говорит Лисутарида со злостью. - Когда мы вернемся...

- Сверху что-то есть, - перебивает ее Макри.

- Что?

Мы пробегаем глазами по небу, но в темных облаках ничего не видать. Я извлекаю меч. У меня очень дурное предчувствие. Вдруг ужасный визг режет воздух. Узнаю этот звук - звук пикирующей атаки дракона. Из облака выныривает темный силуэт и падает на нас, его крылья яростно хлопают. Лисутарида вздымает руки, готовая сразить его заклинанием, но прежде чем оно накапливает силу, дракон пропадает за макушками деревьев.

- Почему он не напал?

- Может, кого-то ссаживал, - предполагаю я. Внезапно дрожит земля, и слышится звук, словно дерево с треском рушится на землю.

- Кого-то, кто способен вырывать с корнем деревья.

Мы готовимся к сражению.

Глава 19

Мы стоим спинами к алтарю. Спереди несколько древних колонн. Между колоннами и деревьями узкий промежуток. В это пространство проскальзывают шесть тяжеловооруженных орков. Позади них бредет самое громадное из виденных мной двуногих существ. Какая-то разновидность тролля, возможно, но гораздо больше. По меньшей мере, раза в три выше человека. Его ноги и лапищи подобны стволам дерева, и он волочет гигантскую железную булаву, которая выглядит так, словно способна превратить в щебень целое здание. В моем мозгу промелькнула мысль, что такого тролля не бывает. Никакое человекоподобное существо не может вырасти до таких размеров. Мышцы просто отказались бы его поддерживать. Однако эта мысль быстро истаяла, поскольку, похоже, мускулы тролля прекрасно его выдерживают. Он шагает на нас, помахивая своей ужасной дубиной из-за спин оркских бойцов.

Краем глаза я замечаю лиловый свет. Лисутарида не теряла времени даром, копя силу для заклинания. Ее глаза приобретают лиловый оттенок, вокруг ее рук искрится воздух, и она посылает в тролля заряд видимой для нас энергии. Существо стопорится, рычит, трясет башкой и продолжает движение. Лисутарида только что всадила в него столько волшебства, что хватило бы сбить дракона, а ему хоть бы хны.

- Вдарь еще разок! - кричу я.

Лисутарида качает головой. Она израсходовала много волшебства, чтобы провести нас через магическое пространство. Я догадываюсь, что какое-то время у нее не выйдет сколдовать столь же мощное по силе заклинание. Орки уже приближаются. Макри вступает с ними в бой. Я оттесняю Лисутариду к алтарю - где мы можем ее защитить - и бросаюсь к Макри.

- Я знал, что жрица приведет нас к гибели. Проклятые оракулы.

Макри уже расправилась с одним из противников, прикончив орка ловким ударом в глотку, угодив в узкий зазор в его доспехе, - прием, на который лишь она способна. Я продеваю небольшой щит на левую руку и что есть сил отбиваюсь от противника слева, вместе с тем рубя того, что спереди. Я не столь икусен, как Макри, но и у меня имеется солидный опыт по части драки. Я обрушиваю клинок на его правую руку, и, когда он отшатывается, колю его в незащищенную голень, и тот падает, пусть не мертвый, но сражаться уже не сможет - в лучшем случае. Отражаю щитом тяжелый удар слева, а Макри одновременно парирует меч одного и копье другого орка. Она кидается вперед и пронзает орка с копьем в подмышку, меч проникает аж до грудной клетки. Он падает замертво. На протяжении нескольких секунд мы убили или вывели из строя трех врагов из шести. Можно сказать, действуем мы неплохо, но гигантскому троллю это безразлично. Он вдруг решает, что пора вступить в сражение. Огромными шагами он вырывается вперед, грубо расшвыривая трех оставшихся орков, и машет дубиной по широкой дуге. Это движение куда быстрее, чем ожидалось от существа его габаритов. Макри и я отпрыгиваем назад. Дубина, здоровенная глыба металла, обрушивается на одну из мраморных колонн, и та от удара падает навзничь. Осколки мрамора хлещут меня по лицу. Не задерживаясь, громадный тролль, явно усиленный некой жуткой магией, машет дубиной обратно. Макри и я вынуждены отскочить прямо к алтарю.

- Неужели не получится еще одно заклятье? - кричу я.

- Нет, - говорит Лисутарида. Она извлекает меч - самое большее, на что способна. Тролль опять заносит дубину. Я хватаю Лисутариду, отшвыриваю за алтарь и бросаюсь следом как можно скорее. Мы успеваем вовремя. Палица тролля попадает в алтарь, разбивая его на кусочки. Я оказываюсь на спине, взирая на груду мраморных обломков. Макри, в свою очередь, не спряталась за алтарем вместе с нами. Она воспользовалась возможностью нырнуть под дубину и атаковала. Ей удается всадить меч в голень этого существа. Храбрый поступок. К сожалению, безуспешный. Похоже, тролль даже не почувствовал укол. И в довершение всех бед меч Макри увяз. На высвобождение меча у нее уходит лишь секунда, но троллю и этого хватает, чтобы разделаться с ней. Сильным ударом Макри отправлена в полет. Она приземляется рядом с нами, оглушенная и истекающая кровью. Тролль надвигается. Позади тащатся трое оставшихся оркских бойцов. Ситуация кажется пропащей.

Я должен отвлечь тролля от Лисутариды. Если наш вождь здесь погибнет, Запад падет перед принцем Амрагом. На земле рядом со мной дымится чаша с благовониями. Я встаю, поднимаю чашу и швыряю ее в тролля. Не возлагаю на нее особых надежд, но это отвлекает его на секунду. Я одним махом прыгаю вперед, разворачиваю меч и со всей силы вонзаю в мизинец на ноге зверюги, что выглядывает из громадной сандалии. Из-за моих ли массы и силы, или же, может, из-за уязвимости пальцев, но это как раз и возымеет эффект. Гигантский тролль ревет от боли и переключается на меня, рожа его искажается безумной яростью.

Назад Дальше