Следом пришла ещё одна беда. Ислуин как раз утешал уткнувшуюся к нему в грудь Лейтис - увидев погибшую в огне Звёздочку, девочка плакала не останавливаясь… когда заговорил амулет на груди капитана. Стоявшая у пропасти застава передала, что неизвестно почему оба моста вдруг рухнули. Услышав новость, магистр стал чернее тучи и быстро спросил: "С постом на западе связь есть?" Капитан только развёл руками - нет, расстояние слишком далеко. Да и всаднику не меньше часов семи оттуда ехать, мол, если что и случилось, узнаем не раньше ночи. "Думаю, могу сказать и так: там мост тоже наверняка разрушен, - и, увидев растерянные лица графа и капитана стражи, пояснил. - Выворотень рассчитал точно. Решил обзавестись войском. Люди из деревень сгодятся солдатами, а на командиров он специально собрал в замке побольше обученных воевать людей. Это ведь была идея подменыша, позвать против "колдуна" оружных с тракта?"
- И что же делать? - растерянно спросил граф.
- Готовиться к обороне! И собирать людей под защиту стен.
- С именем Единого выстоим, - добавил подошедший за разговором священник. - Вы, вижу, человек опытный. С тварями такими сталкивались. Что нам сделать ещё? Мастер…
- Ивар. Первым делом пусть все находящиеся в замке пройдут через церковь: она губит любую иллюзию. Потом, - достав карту, Ислуин попросил показать капитана показать ближайшие деревни, - вот в эти две гонцов, пусть бросают всё и бегут в замок. Эта не успеет, пусть уходят севернее. Может и не заинтересуется ими тварь. Ещё кого-то отправить по тракту, всех кто остался на нашем куске тоже в замок. Как скоро с той стороны забеспокоятся?
- Сразу, но когда восстановят… - вздохнул капитан. - "Раны земли", отец рассказывал, тогда лет пять строили. Над ними любая магия гаснет. Разве по старой дороге приедут, так пока соберутся…
- Старая дорога? А многие про неё знают?
- Да почитай, никто почти. Лет тридцать или сорок как забросили совсем. Кому охота крюк дня на два или три делать, когда тут через мост и часов через пять уже у Дуррана на мытне стоишь.
- Я, я ещё знаю! - вдруг влез в разговор молодой конюх. - Бабка покойная знахаркой была. Вот меня и таскала, говорила травки особенные на старом тракте только и растут.
- Никто значит… и один конь у нас есть, - задумчиво сказал Ислуин себе под нос: по степной привычке он не привязал коня и не закрыл стойла, потому даже одурманенный дымом брошенного в огонь зелья Гнедок сумел выскочить. - В седле хорошо держишься?
- Словно там и родился! - гордо ответил за парня капитан.
- Тогда так. Через час, когда отправятся вестники на тракт и по деревням, выезжаешь ты. Делай что хочешь, загони коня - но должен сообщить о выворотне.
- А почему не сейчас? - недоумённо спросил граф. - Каждая минута на счету. Я прикажу, пусть сразу отправляется.
- Надо собрать парня в дорогу. К тому же надо подлечить коня, надышался он. Зелья подходящие есть, но они действуют не сразу, - магистр еле сдержался, чтобы не наорать на дворянскую бестолочь, что если не ничего не умеет, то хотя бы пусть не путается под ногами. - И ещё. Про то, что парень едет в Дурран, а не по деревням, кроме нас не должен знать никто, - увидев непонимающие лица Ислуин пояснил. - Выворотень не просто переделывает тела, он высасывает память. Может даже у свежего трупа. Если про старую дорогу тварь и слышала, стеречь её не будет, нет у неё лишних рабов. Но если вызнает про гонца - кто-нибудь из свиты сможет догнать даже на следующий день.
В последний момент перед отъездом Ислуин сунул парню пригоршню булавок с горящими зелёным шариками на конце: "Спрячь. Крайнее средство, если понадобится снять усталость. Колешь и тут же давишь пальцами верхушку. Только не больше двух ни себе, ни коню. Третья тоже взбодрит, но как действие кончится - сердце не выдержит. Удачи". И проводив гонца взглядом, отправился проверять запасы и готовить крепость к осаде. Поминутно ругая излишнюю рачительность здешних слишком привыкших к миру хозяев. Если масло можно было взять с продуктового склада, то котлов для его нагрева нашлось всего два, про смолу же можно было вообще не вспоминать. Так же как и про остальной осадный припас: его давно продали или использовали, освободив место для более важных нужд. Спасибо хоть стены ремонтировались регулярно. А в арсенале хватало оружия не только на графскую стражу, но и на остальных - специальная имперская комиссия проверяла число копий, щитов, луков и всего прочего не реже одного раза в пять лет. Сурово наказывая нарушителей. Но чем ближе был вечер, тем яснее становилось, что отстоять замок почти невозможно. Хотя… внимательно продумав идею, Ислуин отправился искать священника.
Отозвав отца Маркаса в сторону, магистр начал ему долго объяснять, куда стоит спрятать на время боя женщин и детей. Внезапно священник остановил путаную речь и спросил:
- Мастер Ивар, вы ведь не для этого меня позвали? У вас есть ещё какое-то средство, но вы хотите сначала спросить моего одобрения? Говорите смело. Даже если я буду против, обещаю, что наш разговор не узнает никто, кроме Единого. Когда призовёт Он меня держать отчёт о грехах перед престолом Его.
- Дело в том, отец Маркас, что… есть способ расширить защиту церкви на всю крепость. Тогда чудовища будут видны в истинном облике, а чары выворотня не подействуют на людей. Вот только, - Ислуин замялся и словно нехотя продолжил. - Церковь потом, скорее всего, придётся строить заново. А вам это может стоить жизни…
- Здание лишь камни, а дни мои принадлежат Единому и пастве, - по загоревшемуся в глазах фанатизму магистр понял, что священник наживку заглотнул. И теперь надо аккуратно "подсекать рыбу", уложив в нейтральные фразы идею, которая пришла Ислуину несколько лет назад. Ещё при первом знакомстве с устройством алтарей Двуликого. - Рассказывайте, сын мой! Если это поможет сокрушить порождение тёмных демонов - рассказывайте!
Враг подошёл к замку около полуночи. И первым его вестником стал пронзительный вой, похожий на волчий - но куда страшнее, от криков неведомого зверя люди вздрагивали, их бросало в дрожь. И они как можно крепче сжимали в руках копья и топоры, ища силы в непривычном оружии да брёвнах стены. Следом показались телеги с селянами, которых, судя по всему, и преследовали чудовища. Яркая на безоблачном небе луна хорошо освещала испуганные лица взрослых и прижимающихся к ним детей. Но едва "беженцы" пересекали невидимую для не-мага границу, шагов за тридцать-сорок до канавы пересохшего рва - облик человека немедленно стекал, обнажая новую сущность. Фантазия у выворотня была довольна убогая, и "люди", и "животные" друг от друга ничем особенно не отличались, разве что передвигались одни на двух, а другие на четырёх конечностях. Бугристые уродливые мышцы, кожа покрыта грязно-зелёной шерстью, клыки и когти-лезвия. Лишь упряжные "волы" словно в насмешку вместо рогов получили пару длинных змей, теперь непрестанно шевелящихся и шипящих.
Стрелять начали сразу, не дожидаясь приказа. Перед боем Ислуин объяснил, что внутреннее строение меняется не сильно - и теперь широкие срезни и гранёные бронебойные стрелы безжалостно рвали мышцы, били в глаза, старались добраться до жизненно важных органов. Внизу, перед разрушенным мостом начались столпотворение и свалка: защита церкви разрушила связь рабов с хозяином. И теперь кто-то согласно последнему указанию пытался залезть на стену или сломать ворота, остальные, для кого приказ был сформирован не так категорично и потому инстинкт самосохранения взял верх, рвался назад. Но через пятнадцать минут всё закончилось. Неудачники остались лежать рядом со рвом, остальные отступили.
Через час началась новая атака. Видимо из чьей-то памяти выворотень узнал о штурмах городов, и потому теперь его слуги тащили наспех собранные из нескольких коротких в одну лестницы, слегка обтёсанные стволы деревьев. С десяток "волов" тянули таран. А первой волной бежало множество шустрых тварей высотой не больше полутора метров с фашинами в руках. И хотя врага снова встретил град стрел, канаву рва закидали больше чем в полудесятке мест, а таран нанёс первый удар по воротам. По всей стене стояли шум, крики, вопли умирающих и рёв лезущих на приступ чудовищ. Но хотя рабы выворотня и не щадили себя, стараясь добраться до защитников - ещё когда большая часть чудовищ толпилась внизу стало ясно, что и второй штурм провалился. Потому что незащищённый таран и стоящих рядом залили кипящим маслом, а потом подожгли. А опытные в военном деле командиры замка составили из наёмников и лучших стражников резерв, который трижды опрокидывал прорвавшихся было на стену врагов: ни сила, ни жажда крови не могли противостоять выучке и слаженности профессионалов. Потому из глубины ночи прозвучал оглушительный рёв, и уцелевшая нечисть поспешила скрыться.
Следующий день встретил слёзы по погибшим, похороны… и запах горелой плоти: закапывать убитых врагов Ислуин запретил. Потому что рабы выворотня питаются преимущественно мясом, и оставлять "провиант" было нельзя. Жгли на поле перед воротами, хорошо знакомый с вывортнями магистр объяснил, что раньше обеда нового нападения не предвидится. Потому что сразу после рассвета связь твари со слугами всегда ослабевает, и ей приходится либо оправлять часть свиты на несколько часов в спячку, либо держаться совсем близко от них, рискуя получить стрелу.
Хотя разложили огонь на изрядном расстоянии от замка, вонючий дым от спалённых чудовищ проникал, казалось, в каждую щель, не помогал даже щит воздуха, который магистр сотворил, сославшись на "один из амулетов". На отдельном костре сжигали своих погибших. Конечно, по традиции, их полагалось хоронить в земле. Но в замке места не было, а оставлять тела родных на поругание на кладбище никто не хотел. Да и сама заупокойная служба вышла короткой, ограничились лишь короткой молитвой над погребальным костром. Причем, по требованию Ислуина, читал отходную священник полулёжа в кресле. Он пытался было сопротивляться, говорить об уважении к покойным, о том, как положено провожать каждого в последний путь… Но магистр был непреклонен, человека без магического дара любое серьёзное действие с Силой страшно выматывает. Его поддержали остальные: пусть лучше отец Маркас избегает лишней нагрузки, иначе во время следующей атаки может не выдержать - и замок падёт.
Погибших провожали все обитатели крепости. Пришёл даже Ислуин - пусть он и не поклонялся Двуликому, но эти люди пали рядом с ним, в одном строю. И долг воина обязывал его попрощаться, попросив Уртегэ помочь им обрести свою дорогу в загробном мире. Едва огонь охватил последнее тело, капитан стражи негромко спросил:
- Мастер Ивар, как вы думаете? Когда ждать следующей атаки?
- Не раньше вечера. Выворотень наверняка учтёт первую неудачу, но на перестройку тел нужно не меньше пятнадцати часов.
Но ни вечером, ни ночью штурма не последовало. Некоторые даже начали говорить, что тварь испугалась и ушла, но Ислуин ложные надежды похоронил сразу. Пояснив, что штурмовать замок тварь будет, пока в нём останется хоть один живой человек. Способный навести магов на след. Или пока не погибнет вся свита, но последнее вряд ли - энергии, после того, как он сожрал целую деревню, хватит надолго. А хищников и просто крупных травоядных в лесу для новых рабов достаточно. Разве что будет увеличиваться интервал между атаками, когда нечисть распугает всю живность в ближней округе. "Или пока не подойдёт помощь. Сарнэ-Туром, пусть парень всё-таки доберётся до Дуррана!"
В напряжении прошёл и весь следующий день. Но едва запад покрылся несмелыми розовыми красками, из леса вышло первое чудовище. И сразу стало ясно, что прошлые ошибки выворотень учёл. Теперь каждого слугу обволакивала невидимая плёнка, заставляя наконечники стрел бессильно разбиваться стальным крошевом. А за секунды, пока атакующие пробегали последние тридцать шагов, выстрелить защитники успевали не больше раза. К тому же теперь вместо шерсти тело каждого врага покрывала чешуя, которую пробивали только бронебойные стрелы - да и то не всегда. Вот если бы на стенах стояло хотя бы полтора десятка эльфов из "зелёной стражи"… "Хотя, - мысленно усмехнулся магистр, - в таком случае ещё неизвестно, кто бы на кого охотился".
Долго сожалеть о невозможном не получилось, враги тащить не стали, зато лестниц и брёвен заготовили втрое больше. Да и ров закидывали не фашинами, а подвели с десяток огромных широких туш, которые и стали "живыми мостами". По телам которых беспрерывно тёк визжащий и ревущий поток. Учёл теперь хозяин и то, что около стен он не сможет управлять своими рабами обычным способом. Сегодня твари были не беспорядочной толпой, как первый раз, когда в их головах сидела только одна команда "залезть и убить". Теперь они слажено действовали небольшими командами, повинуясь вложенной "программе" и ревущим командам из глубины леса.
Всё чаще и чаще враг успевал залезть на стену, всё чаще и чаще наёмники и стражники вступали в сечу, чтобы отбросить прорвавшего врага. И в какой-то миг все солдаты оказались скованы боем, а на противоположной стене, разметав ополченцев, влезли сразу пять огромных, в полтора роста, чудищ. Кинулись к спуску во двор… когда перед ними возникла светловолосая фигура с двумя мечами. И взорвалась вихрем в стальном танце. Удар - шаг - удар. Удар - грудь чудовища разрезает глубокая рана. Шаг - клинок рассекает чешую, чтобы добраться до горла, отрубить лапу, убить. Удар - летит клинок льда, а прыгнувший сзади монстр обиженно ревёт, наткнувшись на воздушный щит. В бою, когда маг не может сосредоточиться, любое чародейство даётся тяжело. Слишком трудно контролировать силу, слишком много энергии уходит впустую. Потому и принято использовать заклятья как можно реже. Но что ему эти глупые правила! Шаг - и клинки чертят замысловатую фигуру. Удар - и враги с жалобным визгом погибают под ударами магии и железа!
Очистив свой участок стены Ислуин осмотрелся. Да, с другой стороны чудищ тоже перебили, но опытный глаз замечает, что ещё немного - и на стену заберутся сразу в трёх или четырёх местах. Пришло время последнего средства: в ров яркой красной искрой падает очередной стеклянный шарик. Он едва успевает долететь до земли, как под ним фонтаном встаёт пятиметровый столб жаркого фиолетового пламени. И тут же огонь бежит дальше, окружая замок ещё одной непроходимой преградой.
- Отбились! - капитан стражи подошёл вместе с графом сразу, едва погибло последнее чудище на стене. У обоих лица напоминают маски, залитые своей и чужой кровью. И оба лица сияют радостью. - Слава Единому, отбились!
- Да. Гореть будет часа четыре, а там рассвет, - о том, что потом начнётся новый штурм, магистр пока решил не напоминать. Людям нужна радость и нужна надежда. Это стоит сейчас куда больше копий и мечей.
Утро опять принесло запах палёного мяса и слёзы по погибшим. Но ни Ислуина, ни капитана стражи сегодня рядом с костром не было. Едва отзвучали последние слова погребальной молитвы, вместе с графом они засели в его кабинете. Подсчитывать потери и обсуждать планы.
- Ещё раз трюк с огнём провернуть не удастся. И выворотень второй раз в ловушку не попадётся… да и ингредиентов нет. Все амулеты и снадобья мы закопали в прошлый раз, - по тому, как поникли лица остальных, Ислуин понял, что на что-то подобное они рассчитывали и теперь.
- Мы не удержим стену. От стражи осталось человек десять, ополченцев полегло больше половины.
- Да и отец Маркас не выдержит. Конечно, так как вчера, бить по защите церкви сил у выворотня вряд ли хватит, но…
- Так что же, просто сдаться?! - молодой граф вскочил, и, размахивая руками, горячо продолжил. - После такого, после того как мы одержали две победы? Отдать женщин и детей?!
- Нет, - холодный голос магистра заставил молодого владетеля вздрогнуть и с видом пойманного на проказе ребёнка усесться на место. - Есть ещё один… способ. Вряд ли выворотень поставит всё на один штурм, значит, защищать слуг заклятьями не станет. Иначе лишиться запаса силы для создания новых солдат. Потому предлагаю отступить к донжону, оставив на стене лишь стрелков. Которые, едва начнут ставить лестницы, тоже бегут к башне. Защищать от магии выворотня тоже только донжон, это спасет отца Маркаса и даст нам защиту на всё время.
- Отсрочка. Но хорошо, пусть хотя бы так, - обречённо выдохнул капитан.
- Не совсем, - подчёркнуто спокойно продолжил магистр, - Когда внутри стен соберётся как можно больше тварей, я использую вот это, - Ислуин бережно положил на стол небольшую, вырезанную из дерева с величайшим искусством, птицу. Предмет из жёлто-красного списка хранилища далекой отсюда академии. - Эту штуку я принёс после, - он чуть запнулся, - экспедиции в развалины города эльфов. "Дождь времени". Она уничтожит в радиусе пятисот метров всё, кроме донжона. После чего я постараюсь убить выворотня. Сил за последние дни "хозяин" потратил изрядно, так что у меня будет шанс - пока он не придёт в себя от гибели такого количества марионеток разом. Я потому и хочу уменьшить защиту, чтобы выворотень чувствовал каждого своего раба. Надеюсь, я смогу, - и мысленно добавил про себя: "Точнее, надеюсь, что в драке не придётся выкладываться в полную силу как магу. И тогда охотиться за мной гильдия будет не слишком усердно".
Через три дня стоявшие на стенах убедились в правоте магистра. Штурм начался рано, в четыре часа пополудни: солнце, конечно, играло на руку защитникам - зато и времени до следующего рассвета куда больше. И первыми ко рву устремился целый ковёр мелких зверьков. Ничего серьёзного крошечные мозги этих вчерашних белок и ежей удержать не могли, но и простых приказов было достаточно: найти всё подозрительное, выкопать, выкинуть. А ров закопать. Запаса жизни в этих комочках плоти тоже было мало, потому едва ров перестал существовать, землю вокруг замка усеяли мёртвые тельца. И почти сразу вперёд двинулись "пехотинцы" врага. Укрытые в этот раз не коконами силы, а большими плетёными из ветвей щитами.
Стрелять начали сразу, не жалея стрел, не заботясь, чтобы попасть в уязвимые места. Главное чуть задержать первые шеренги нападающих, чтобы их нагнали идущие следом - и образовали у крепости толпу, которая погибнет под заклинанием. Вот до неровной линии щитов осталось пятьдесят шагов, вот тридцать. Шеренги замедлились, из глубины строя выдвинулись "клешни" лестниц, готовые зацепиться за стену и перебросить "тушу" войска во двор. Ислуин поднял руку, готовясь дать сигнал отступать к башне… когда на ведущей к замку дороге вдруг показалась серебряно-алая змея щитов и в спину нападавшим полетела волна стрел. А с верхушки донжона послышались радостные крики: "Легионы! Легионы идут!"