На дверях в столовую появилось объявление, что для празднования Нового года приглашаются желающие исполнить роли Деда Мороза и Снегурочки. Интересно, кто по доброй воле согласится? Однако факт, что какое-то празднование Нового года все же намечается, меня обрадовал. А то я уже представила унылую картину, как одиноко сижу в своей комнате и единственное мое развлечение – рассылка знакомым эсэмэсок...
За ужином ситуация в точности повторилась: когда я явилась к знакомому столику, Славик с Мишей уже сидели и вовсю наворачивали салат. Третьего парня – как там его? – опять не было.
– На лыжах не каталась после обеда? – спросил Славик.
Я отрицательно покачала головой.
– А зря, – мечтательно протянул он. – Мы с Михой такой кросс навернули! Сначала через поле, потом через лес...
– Это сколько километров? – осторожно уточнила я.
– Не знаю точно, десяток, наверное, будет, – небрежно ответил он. – Давай завтра с нами!
– Спасибо, я подумаю, – пообещала я.
Кросс в десять километров! Да мне на школьной физре трех хватало за глаза и за уши!
Загадочная личность опять опаздывала. Как же его зовут? Бывают у меня такие провалы в памяти – представится человек, а я мигом забуду, что за имя он назвал. Ужасно неловко потом, приходится окольными путями выяснять. И почему-то это случается именно с необычными и интересными людьми. Вот Славика с Мишей я сразу запомнила! Волнуюсь, что ли, при важных знакомствах?
Я одернула себя – уже записала щуплого паренька в судьбоносные знакомства! И это только первый день. Страшно представить, до чего меня здесь скука доведет!
И обычно я небыстро ем, а сегодня совсем не торопилась. Славик с Мишей допили чай с булочками, пожелали мне приятного аппетита и удалились, а я все еще развозила по тарелке рис и отщипывала вилкой кусочки рыбы. Даже себе не хотелось признаваться, что я жду «четвертую личность». Но я дождалась!
– Добрый вечер, – церемонно раскланялся он.
– Привет, – сдержанно отозвалась я.
Повисла пауза. Я подумала, что надо сворачивать затянувшийся ужин, когда парень, как Карлсон, продолжил разговор:
– Ну как тебе здесь?
Я пожала плечами:
– Пока не поняла. А тебе?
Может, узнаю, как тут люди развлекаются.
– Да ничего себе. Видали и похуже.
– Летний лагерь? – понимающе хмыкнула я.
Он поднял глаза от тарелки:
– Он самый. А здесь ничего, жить можно. – И без перехода спросил: – А ты вообще чем занимаешься?
– Как чем? – опешила я. – В школе учусь. – И немедленно съязвила: – А ты, может, вундеркинд и институт заканчиваешь?
– Да нет, – отозвался мой собеседник. Как же его зовут? – Понятно, что в школе. А еще чем?
– Я? Эээ... – запнулась я. – Много чем занимаюсь. В музыкальную школу ходила, в волейбольную секцию, вышиваю немного...
– Ясно, – снисходительно кивнул он.
Мне стало обидно за свое скромное времяпрепровождение:
– А ты чем похвастаешься?
– У меня родители в цирке на проспекте Вернадского работают, а я им помогаю.
– В цирке? – глупо переспросила я.
Конечно, я со своим вышиванием могла бы и промолчать на столь блистательном фоне.
– А что они там делают?
– Они ветеринары.
– Всего-то? – чуть не рассмеялась я. – Я думала – выступают!
– Нет, – не обиделся парень. – Возможно, это станет для тебя открытием, но в цирке работают не только те, кто там выступает.
– Это действительно серьезное открытие, – согласилась я. – А ты что делаешь? Слона чистишь или собачкам хвосты расчесываешь?
– Они перед представлением и в антракте зрителей с животными фотографируют, а я им помогаю, – важно пояснил он.
– Слона на поводке держишь? – не унималась я.
Просто переклинило меня на этом слоне. Странное дело, обычно я в таком глумливом тоне с малознакомыми людьми не разговариваю. Но с этим парнем общаться было удивительно легко, и я даже не заметила, как преодолела неизбежную неловкость.
– Нет, представь себе, не слона, – нисколько не обидевшись, ответил он и пододвинул к себе стакан с чаем.
Вот это да, а я все в рыбе ковыряюсь! Я быстренько доела горячее, давно переставшее быть таковым, и тоже приступила к чаю. Не хватало еще позже всех остаться – тогда он точно решит, что я ради него тут рассиживалась.
Я занялась едой, и разговор вынужденно прервался – не умею я одновременно есть и разговаривать. С задачей я справилась: с трапезой мы покончили одновременно, синхронно встали из-за стола и вместе вышли из столовой. Я отметила, что паренек не просто щуплый, но и ростом лишь чуть выше меня. Правда, я сейчас на каблуках... Я повернула было в сторону своей комнаты, а парень остановился.
– Мне во второй корпус, – кивнул он в противоположном направлении.
– А... – только и выдавила я. – Ну ладно тогда...
– Приходи сегодня на дискотеку, – вдруг сказал он.
– Приду, – обрадовалась я. – А куда, во сколько?
– Актовый зал на третьем этаже, в восемь.
– Хорошо, – кивнула я, следя, чтобы рот не расплывался до ушей.
– Ладно, тогда там увидимся, – бросил он и потопал в свой второй корпус.
А я чуть ли не вприпрыжку побежала к себе. Жизнь-то, кажется, налаживается!
Глава 3 Макияж дубль два
Вернувшись в комнату, я задумалась над важнейшим вопросом: что надеть на дискотеку? Выглядеть хотелось нарядно, но в то же время небрежно, чтобы не создавалось впечатления, будто я придаю этому мероприятию слишком много значения.
Во всяких журналах про поездки пишут одно и то же: берите немного вещей, но таких, которые сочетаются друг с другом. Эта задача неизменно вгоняла меня в ступор и надолго тормозила процесс сборов: я напряженно думала, что из моей одежды сочетается между собой, и впадала в крайности – то мне казалось, что все со всем, то – ничто ни с чем. В итоге я все равно брала кучу вещей, которые мне не пригождались. Зато была спокойна – есть из чего выбрать и решить проблему сочетаемости!
Неизменно выручали джинсы, подходившие практически ко всему. Я не стала изменять им и на этот раз, решив просто подобрать симпатичную кофточку. В здании было весьма прохладно, и я не боялась запариться даже в маловероятном случае бурных танцев. А туфли я надела еще утром – не в тапочках же по корпусу ходить.
Прихватив косметичку, я отправилась в ванную к большому зеркалу. И уже оттуда, увлеченная созданием незаметного макияжа, после которого девушке говорят, что она хорошо выглядит, а не красиво накрасилась, услышала звяканье телефона, означающее получение эсэмэс. От неожиданности я вздрогнула и заехала кисточкой прямо в глаз. Маме-то я так и не написала!
Бросив косметику, я вернулась в комнату и схватилась за телефон. Эсэмэска оказалась не от мамы. Это Серега интересовался, как я доехала, устроилась и вообще поживаю. Мне почему-то стало неловко, хотя ничего плохого я ему пока не сделала. Но нечистая совесть подсказывала, что собираюсь! Я наскоро отстучала ответ, что у меня все нормально, потом, незначительно изменив текст, отправила его же маме и с чувством выполненного долга вернулась к зеркалу. Глаз щипало, я чувствовала, что нанесла своей красоте какой-то ущерб, и спешила оценить его масштабы.
Тушь безобразно расплылась вокруг глаза. Я долго пыталась аккуратно стереть ее, но получалось только хуже, поэтому я бросила бесполезное занятие и просто умылась. Глаз стал красным, веки припухли, но ждать, пока лицо отдохнет, было некогда, и я снова взялась за кисточку.
В итоге идея незаметного макияжа потерпела полный провал. Косметика в глаза, конечно, не бросалась, но все равно было заметно – с моим лицом что-то не так. Однако делать нечего, я уже и так потеряла на макияже дубль два кучу времени. Теперь опоздаю, и новый знакомый меня не дождется! Куда и почему он должен деться с дискотеки, я не знала, но ужасно нервничала. Еще актовый зал на третьем этаже искать, не заблудиться бы...
Я переоценила степень своего топографического кретинизма – актовый зал нашелся сразу. Собственно, достаточно было идти на грохот музыки, какой-то жуткой попсы. Но все равно, заслышав ее, я с трудом удержалась, чтобы не прибавить шаг – не хватало еще носиться тут по коридорам, как третьеклассница! По пути мне, кстати, почти никто не встретился, значит, точно опоздала. Теперь и не найду паренька из столовки, в толпе и суете...
Перед входом в зал я притормозила. Ну вот, опять не могу просто взять и войти! Только мысль о том, что, стоя у входа и не решаясь зайти внутрь, я выгляжу намного глупее, заставила меня толкнуть дверь. Внутри было темно, лишь мелькали огни цветомузыки, и в первый момент я ничего не увидела. Зато во второй распахнула глаза пошире – убедиться, что они меня не обманывают: зал оказался пуст! Ну ни единого человечка там не наблюдалось.
Как же я забыла, что у всего прогрессивного человечества не принято приходить на дискотеки вовремя – и в школе, и в летнем лагере народ начинал подтягиваться где-то через час-полтора после начала! Я уже собралась уйти, чтобы вернуться попозже, но заметила, как кто-то машет мне из угла, где стоял столик с аппаратурой. Подойдя, я увидела кудрявую румяную тетеньку в джинсах и ярко-красном свитере.
Как же я забыла, что у всего прогрессивного человечества не принято приходить на дискотеки вовремя – и в школе, и в летнем лагере народ начинал подтягиваться где-то через час-полтора после начала! Я уже собралась уйти, чтобы вернуться попозже, но заметила, как кто-то машет мне из угла, где стоял столик с аппаратурой. Подойдя, я увидела кудрявую румяную тетеньку в джинсах и ярко-красном свитере.
– Привет! – весело поздоровалась она. – Ты новенькая?
Я кивнула:
– Сегодня приехала.
– Я Светлана, – отрекомендовалась она. – Массовик-затейник местный. То есть по документам моя должность как-то заумно называется, «организатор культмассовых мероприятий», кажется, но мне так привычнее, да и понятнее всем. А тебя как зовут?
– Алиса, – ошарашенно ответила я.
Не часто доводилось встречать, чтобы взрослые так себя вели и запросто с младшими по званию общались!
– Ты не уходи, – тем временем продолжала она. – Сейчас народ подтянется. А пока поболтаем. Познакомилась уже с кем-нибудь?
– С соседями по столу, – на автомате ответила я. Все же общаться в такой манере со взрослыми, притом незнакомыми, людьми я не привыкла. – Мишей и Славиком.
– А, знаю, – весело кивнула Светлана. – Хорошие ребята. И все?
– И еще с одним мальчиком, – выдавила я. – Тоже за нашим столом сидит.
Вряд ли тетя по столь туманному объяснению поймет, о ком речь, но не признаваться же теперь, что я забыла, как искомого мальчика зовут!
– А, Витя, – тем не менее догадалась она, и я облегченно вздохнула.
Он представился «Виктор», как я могла забыть! Ну вот, хотя бы одной проблемой меньше.
– Кто-нибудь понравился? – тем временем деловито задала следующий вопрос культмассовичка. – Я имею в виду, из мальчиков?
Я поперхнулась и замешкалась с ответом, но она ждала, с любопытством глядя на меня, даже музыку убавила, чтобы не мешала увлекательной беседе.
– Да никто не понравился, – пробубнила я. – И вообще у меня парень есть.
– Ну и где твой парень? – весело поинтересовалась она.
– Как где? – удивилась я. – Дома у себя.
– Если бы ты к нему серьезно относилась, то тебя бы сейчас здесь не было! – легкомысленно отозвалась Светлана. – С ним бы Новый год встречала!
– А меня никто не спрашивал! – возмутилась я. – Родители путевку купили и отправили...
Она только рукой махнула:
– Да ладно! Не захотела – не поехала бы.
Слушая ее, я с ужасом осознавала: так оно и есть! Но долго размышлять на эту грустную тему мне не дали – хлопнула дверь, и в зал начал заходить народ.
– Ну вот, что я говорила, – обрадовалась массовичка и прибавила музыку.
Народ зашел знакомый – соседи по столу в компании каких-то девчонок. Они кивнули мне и Светлане, но подходить не стали, сразу приступили к тому, за чем пришли, – танцам.
Потом народ начал стекаться непрерывной волной, словно где-то прозвенел звонок на дискотеку. А я по-прежнему стояла возле Светы – называть ее полным именем не хотелось, не говоря уже об отчестве. Танцевать я любила и самонадеянно полагала, что у меня хорошо получается, но сейчас почему-то не могла сдвинуться с места. И даже не потому, что никого не знала – в летнем лагере поначалу было то же самое, но это не мешало мне посещать дискотеки и вполне комфортно там себя чувствовать. А здесь... я сама не понимала, что творится! Я жду этого замухрышку с дурацким – у меня ни одного знакомого с таким нет – именем Витя? Ну и зачем, спрашивается? Он придет, а я у стеночки стою, его дожидаюсь. Как трогательно! Да, но он же меня пригласил. Он – пригласил? С чего я взяла? Просто из вежливости рассказал, какие здесь бывают увеселения...
Ну хватит. Я решила подойти к Мише со Славиком и их подружкам – какие-никакие, а знакомые – но быстрая песня, как назло, кончилась, и все остановились, ожидая, что заиграет дальше. По закону подлости Света включила первый за весь вечер медляк, и я столбом застыла посреди публики, стремительно формирующейся в пары. И за что мне так не везет? Проклиная все на свете, я стала пробираться к выходу, с неожиданной теплотой и нежностью вспоминая своего Сережку. С ним я никогда не простаивала в одиночестве во время медленных танцев! Сейчас приду в комнату и напишу ему эсэмэску...
– Далеко собралась? – нарушил мои добропорядочные планы знакомый ехидный голос. – Пошли танцевать!
Я хотела высказать Витьке все, что думаю о его манерах, но вместо этого послушно пошла танцевать. С языка рвался вопрос: «Ты всегда опаздываешь?» – но я не задала и его. Что со мной творится сегодня? Неужели перемена мест так подействовала?
От своих депрессивных размышлений я очнулась из-за оклика:
– Не веди.
– Что? – растерялась я.
– Ты разве не знаешь, что вести в танцах должен партнер? – невозмутимо осведомился Витька.
С ума сойти – партнер. Можно подумать, мы на балу!
– Знаю, конечно, – небрежно дернула плечом я. – Но партнеры, – я ехидно выделила это слово, – обычно двигаются мимо музыки и наступают на ноги. Приходится их направлять, чтобы хоть подобие танца наблюдалось.
Что правда, то правда – Серега танцевал именно так, вот и пришлось научиться исподволь им руководить.
– Я двигаюсь мимо музыки? – поинтересовался Витька.
– Ты – нет, – вынуждена была ответить я.
А еще через несколько секунд признала:
– Ты вообще здорово танцуешь. Занимался?
– Угу, бальными танцами, – отозвался он.
– Ничего себе! – от неожиданности я чуть не остановилась. – Что, правда? Настоящими?
– А ты знаешь ненастоящие?
Обычно я в карман за словом не лезу, но сейчас не нашлась, что ответить. Этот невзрачный на вид парень удивлял меня все больше и больше. Цирк, бальные танцы – что дальше?
Медленная песня тем временем кончилась, началась быстрая. В процессе танца мы сместились и оказались рядом с компанией Миши и Славика, в которую и влились. Я украдкой наблюдала за Витькой. Двигался он обычно, как все парни, но я ни с того ни с сего начала смущаться – а вдруг он меня тоже потихоньку оценивает? Вполне может статься, что я свои танцевальные таланты переоценила, особенно в глазах знатока, специалиста по бальным танцам...
– Алис, как дела? – неожиданно наклонился и проорал мне в ухо Миша.
– Нормально, а что? – удивилась я.
– Да у тебя лицо такое напряженное, – не сбавляя тона, пояснил он. – Я и подумал – может, проблемы какие.
Я нервно оглянулась: не слышит ли кто-нибудь наш увлекательный диалог? Поняв, что на этот счет можно не волноваться – я сама едва разбирала его слова, – я кивнула Мишке, мол, все в порядке. И, постаравшись попрочнее приклеить улыбку на лицо, задумалась: почему у меня вечно все на физиономии написано? Мне кажется, я танцую и веселюсь, а люди считают, что у меня проблемы... И Миша тоже хорош – вместо того чтобы самому танцевать и веселиться, он мое лицо разглядывает и с простотой, которая хуже воровства, сообщает о результатах своих наблюдений. Надеюсь, ему хватит ума не делиться подобными соображениями, например, в столовой! Опять простодушно заявит, что думает о выражении моего лица, а Витька услышит и решит...
Ну вот, опять меня куда-то занесло. Вечно я напридумываю за других, всем, включая себя, роли и реплики раздам и чуть ли не целый сценарий распишу. Хорошо, что ничего из этого обычно не сбывается... Я тряхнула головой, отгоняя дурацкие мысли, и бросила взгляд в Витькину сторону. Надеюсь, он-то мое лицо не изучает?
Витька оживленно переговаривался с девчонкой из Мишки-Славиковой компании, танцевавшей рядом с ним. Я сразу пожалела и о том, что из-за грохочущей музыки ничего не слышно, и что моей личностью интересуется только странноватый Мишка...
Я ждала следующего медленного танца, но так и не дождалась. Видимо, Света решила, что и без того слишком побаловала публику. А вскоре дискотека вообще кончилась – с отбоем, в отличие от тихого часа, здесь было строго, как в летнем лагере. В десять хождения по зданию прекращались, а переход между корпусами запирался. Так что Витьке надо успеть к себе до десяти, не то его карета превратится в тыкву.
Все это он поведал мне по дороге из актового зала. Мы остановились в переходе. Я задумчиво покачала огромного белого ферзя, сосредоточенно изучая кем-то оставленную на гигантских шахматах комбинацию и боясь признаться себе, что не хочу расставаться с Витькой. Несмотря на все его подколки и дурацкие шуточки.
– Тут по утрам зарядка, – тем временем сообщил он. – На втором этаже спортзал. Давай, подходи к восьми.
«А ты снова придешь на час позже?» – чуть не сорвалось с языка. Но я опять неизвестно почему промолчала.
Глава 4 Зарядка для хвоста
То, что я зря согласилась на эту разнесчастную зарядку, я в полной мере осознала, когда мой телефон заголосил без пятнадцати восемь. Я даже в школу встаю позже! Несмотря на то что в качестве будильника я поставила щадящую и мирную мелодию «Облака, белокрылые лошадки», пробуждение не доставило мне ни малейшей радости.