или репортаж о событиях невероятных с точки зрения так называемого здравого смысла и тем не менее имевших место в прошлом и происходящих по сей день в абсолютно точно установленном пункте Земного шара, а именно — на Большой Поляне, расположенной на берегу Лесного Озера, и ставших известными благодаря Одному Человеку, заслуживающему полного доверия, поскольку он явился сначала невольным свидетелем вышеупомянутых событий, а затем их непосредственным участником, о чем он и поведал Автору, который в свою очередь решил поделиться полученными сведениями с Читателем, воздержавшись от каких-либо комментариев.
ЧЕРВИ КОЗЫРИ!
Ушастая круглоголовка — ящерица отнюдь не робкого десятка: если ее устрашающий вид и демонстративные наскоки не произведут на врага должного впечатления, она может, сделав выпад, и цапнуть как следует своими острыми зубками. Бывает, даже от ядовитых змей отбивается!
Поляна КОАППа (то есть Комитета охраны авторских прав природы) напоминает конструкторское бюро: к деревьям приколоты эскизы и чертежи каких-то машин, на пнях разложены технические справочники, всевозможные таблицы... Председатель КОАППа Кашалот, действительные члены Сова, Гепард, Человек и члены-корреспонденты Мартышка и рыба-Удильщик переходят от чертежа к чертежу и, останавливаясь возле каждого, что-то горячо обсуждают. Еще один действительный член КОАППа, Рак, и Птица-Секретарь расположились под табличкой «БЮРО ПАТЕНТОВ». Перед ними кипы бумаг. Рак перекладывает их слева направо, Птица-Секретарь — справа налево...
Гепард (указывая на чертеж). А вот по поводу этого аппарата — я назвал его условно «Слюноходом»—сказать сейчас что-либо определенное, к сожалению, трудно.
Кашалот. Я послал Стрекозу за консультантом, но ее почему-то нет. Сова, вы уверены, что дали правильный адрес?
Сова. А то как же! Да ты не беспокойся, председатель, беспременно приведет. Дома, видать, не застала, дожидается.
Человек. На мой взгляд, и без консультантов ясно, что каждый из этих проектов по-своему интересен.
Мартышка. Нет, нет, уважаемый Человек, вы слишком снисходительны к авторам проектов. Здесь, конечно, попадаются свежие идеи, но есть и устаревшие, и даже просто ошибочные.
Гепард. Что ж, бывают ошибки, которые приводят к открытиям...
Удильщик. К великим открытиям! За примером далеко ходить не надо: вспомните историю открытия нашего КОАППа — ведь он был создан в результате гениальной ошибки нашего непревзойденного по этой части председателя!
Кашалот. Да, это была счастливая ошибка. Вы не забыли, надеюсь, что первоначально КОАПП был задуман мною как орган, призванный охранять авторские права природы от посягательства людей?
Мартышка. Еще бы! Вы на нас тогда, на первом заседании, такого страху нагнали — у всех поджилки тряслись: мол, Человек выведывает у животных и растений технические секреты, он для этого специальную науку придумал, бионику, он присваивает себе приоритет, а имена истинных изобретателей предает забвению, и прочая, и прочая...
Человек (смеясь). По-моему, произнося против меня эту обвинительную речь, наш красноречивейший из председателей был просто великолепен, вы не находите?
Кашалот. Мм... да, пожалуй. Это не удивительно — я сразу почувствовал, какое блистательное будущее ожидает мое детище, КОАПП, хотя мысль о его создании возникла у меня на основе ошибочной информации.
Гепард. Источником которой, если не ошибаюсь, были вы сами...
Сова. Что старое-то поминать — уж который год сообща с людьми в КОАППе трудимся.
Удильщик. Причем особенно плодотворно — с маленькими, но чрезвычайно активными людьми.
Кашалот. Вы, конечно, имеете в виду юных биоников, Удильщик?
Я ужасно рад, что совместной работе с ними будет целиком посвящено сегодняшнее заседание. Открываю очередное заседание Комитета охраны авторских прав природы!
Птица-Секретарь. Коапп, коапп, коапп!
Кашалот. Друзья! От юных биоников к нам приходит много писем с идеями и проектами приборов, машин и аппаратов. Чтобы упорядочить и, главное, ускорить рассмотрение этих проектов, мы организовали при КОАППе Бюро патентов. Хотя оно начало работать сравнительно недавно, уже проделана огромная подготовительная работа. Благодаря этому мы получили возможность раньше намеченного срока приступить к непосредственному обсуждению на нашем техсовете конструкций, разработанных юными изобретателями. Предлагаю начать с машин для рытья туннелей.
Рак. Почему именно с них?
Мартышка. Потому что туннели — одно из узких мест техники.
Удильщик. И вообще, какая вам разница, с чего начинать?
Кашалот. И с кого... Вот вам первому, Рак, я и предоставлю слово — ознакомьте нас, пожалуйста, с изобретениями, которые вам поручено было рассмотреть.
Рак лихорадочно перебирает бумаги. Все ждут.
В чем дело? Что вы там ищете?
Рак. Техническая документация у меня перепуталась...
Сова. Э-эх, Рак, я ж тебе говорила: перво-наперво порядок наведи, запиши, где что лежит, эдак-то все растерять можно!
Рак (вытаскивая из кипы несколько бумаг). Нашел, Сова, вот — здесь проекты землеройных машин по принципу крота, их прислали Оленька Сафонова из Горького, Саша Сюксин из крымского поселка Черноморское, семилетняя Светочка Чинчик из деревни Домбровка, Таня Умрихина из Североказахстанской области, москвич Шакро Болотаев.
Кашалот. Та-ак... И что же вы ответили разработчикам?
Рак. Я еще не ответил, не успел. Сами понимаете, пока разберешься в деталях, поймешь что к чему, пока составишь заключение... Одна экспертиза сколько времени отнимает.
Человек. Позвольте, вы ведь показывали мне эти проекты, просили посоветовать, что ответить, я вам сказал: машины, работающие по принципу крота, хотя они еще далеки от совершенства, уже построены, но их создание связано с большими техническими трудностями. Впрочем, довольно удачную конструкцию «механического крота» разработал инженер Требелев... Какая вам еще нужна экспертиза?
Возмущенные возгласы.
Удильщик. Стыдитесь, Рак! Из-за допущенной вами волокиты юные конструкторы могут потерять приоритет! Запатентуют идею где-нибудь в другом месте — доказывай потом... Неужели вы не знаете, что главное в патентном деле — оперативность? Причем вам есть у кого учиться оперативности! (Показывает эскиз.) Видите этот проект? Как только он попал в мои плавники, я незамедлительно вызвал сюда животное, по образу и подобию которого будет создана выдающаяся машина для рытья туннелей! Правда, это животное довольно долго добиралось сюда из Австралии, но зато сейчас стоит мне постучать по земле своей удочкой, и... (Трижды стучит.)
В том месте, по которому постучал Удильщик, почва начала вспучиваться..
Мартышка. Ой, что это? Землетрясение?
Сова. Гляньте-ка, и впрямь земля заколыхалась!
Гепард. Ого, как в сказке — прямо на глазах выросла земляная башенка высотой в четверть метра, не меньше...
У основания башенки показалась круглая голова, затем из земли стало выползать змееподобное тело толщиной в руку.
Мартышка. Змея!!!
Удильщик. Не змея, Мартышка, а самый крупный в мире дождевой червь Дигастер из семейства мегасколецидов! Глубокоуважаемый Дигастер, прошу сюда.
Дигастер (выползая). Прежде всего считаю своим долгом на всякий случай предупредить, что в Австралии издан закон о моей охране.
Сова. Дожили... Срам-то какой — уже и дождевых червей приходится от браконьеров охранять.
Кашалот. Уважаемый Дигастер, ваше предупреждение совершенно излишне — на поляне КОАППа кусать и съедать друг друга запрещено.
Гепард. Строжайше запрещено! Так что можете смело выползать!
Удильщик. Коллеги, предлагаю вашему вниманию идею, предложенную Володей Мартыновым из города Быхова Могилевской области. Володя пишет: «Я думаю, что землеройную машину можно построить на принципе гигантского дождевого червя, который обитает в Австралии».
Мартышка. Вот это оригинальная идея!
Удильщик. Приступаю к измерению Дигастера — этого прообраза будущего технического шедевра. Птица-Секретарь, записывайте: длина — три метра... Толщина — четыре сантиметра.
Дигастер. Обратите внимание и на мой вес — семьсот граммов.
Удильщик. Все слышали? Впрочем, только настоящий рыболов может оценить эти цифры!
Дигастер. Предупреждаю: если я еще раз услышу слово «рыболов», я немедленно уползу.
Человек. Что ж, Дигастера можно понять — из-за рыболовов это замечательное животное оказалось на грани исчезновения.
Предложенный юным биоником Володей Мартыновым землеройный агрегат, который работает по принципу гигантского земляного червя, произведет переворот не только в технике проходки шахт и туннелей...
Удильщик. Простите, дорогой Дигастер, как-то нечаянно вырвалось...
Гепард. Так сказать, крик души Удильщика.
Дигастер (потрясенный). Что я слышу?! Так он, оказывается, удильщик? И скрыл это от меня? Какое вероломство! Нет, хватит с меня любителей рыбной ловли в Австралии. Прощайте. (Делает движение к норке.)
Все. Подождите!
Сова. Слышь, Дигастер, Удильщик-то наш на свет ловит, а не на червя, у него для этого и фонарик есть на конце удочки.
Удильщик.Конечно — вот он. А свое имя я сразу не назвал, чтобы вас не волновать...
Дигастер (раздумывая). Ммм... Ну, хорошо, я вернусь сюда через некоторое время, после того как уляжется обида. (Заползает в норку.)
Гепард. Представляю, сколько придется ждать, пока обида уляжется в таком длинном теле.
Кашалот. А как же наша оперативность? Эх, Удильщик, Удильщик...
Человек. Ждать не придется, дорогой Кашалот. Мы сейчас копнем в любом месте и пригласим первого встречного...
Мартышка. Обыкновенного дождевого червя?
...но и в археологии: ведь до сих пор основным орудием труда при раскопках остается лопата!
Человек. А какая разница? Принцип рытья подземных ходов у него тот же, что и у Дигастера.
Рак. Но почему вы так уверены, Человек, что в любом месте встретите дождевого червя?
Человек. Ну, это я гарантирую: на каждом гектаре почвы живет от полумиллиона до двадцати миллионов дождевых червей, значит, на квадратном метре их от полусотни до двух тысяч. (Вынимает из кармана перочинный нож и начинает копать.) Ага, один уже есть! (Осторожно поднимает Дождевого червя и кладет перед коапповцами.)
Кашалот. Прекрасно! Уважаемый Дождевой червь, надеюсь, вы не откажетесь показать нам, как вы роете ходы?
Дождевой червь (уныло). Неужели это кого-нибудь интересует? Наверное, вы просто хотите посмеяться надо мной...
Все. Ну что вы! Почему вы так решили?
Дождевой червь (вздохнув). Знаете, только что мимо меня прополз червь колоссальных размеров, и это лишний раз заставило меня почувствовать свое ничтожество. Я даже вспомнил песню, которую слышал когда-то... (Поет.) «Ведь я червяк в сравненье с ним, в сравненье с ним, лицом таким...».
Человек. Зачем же так принижать себя? Знаменитый ученый Чарльз Дарвин посвятил вам, дождевым червям,— обыкновенным, а не гигантским — целую книгу! «Весьма сомнительно,— писал он в ней,— чтобы нашлись еще другие животные, которые в истории земной коры заняли бы столь видное место».
Дождевой червь. Видное место? Вы шутите... Когда-то в юности я мечтал совершить что-нибудь великое, оставить свой след на земле. А потом началась будничная работа: роешь и роешь свои ходы, иногда вылезешь на поверхность, вытолкнув маленький, почти незаметный комочек земли. Порой меня гложет червь сомнения: зачем вообще я существую, что изменится в мире от этих моих ходов и комочков?
Мартышка. Но ведь вы не один, вас многие миллионы — Человек нам только что говорил!
Человек. И эти миллионы ежегодно перерабатывают на каждом гектаре до трех тонн земли, улучшая структуру почвы, внося в нее нужные растениям вещества. По ходам, вырытым дождевыми червями, проникают под землю необходимые корням вода и воздух. Из маленьких комочков земли, которые вы выносите на поверхность, за один только год образуется слой почвы до семи миллиметров толщиной. А за столетия? Тысячелетия? Ведь это вы, дождевые черви, сохранили для нас древние постройки и другие памятники культуры, буквально закопав их в землю!
Гепард. Выходит, без вас, уважаемый Дождевой червь, археологи остались бы без работы: вы делаете закопки, а они раскопки. По-моему, у вас есть все основания забыть грустную песню, которую вы нам спели, и принять на вооружение гордый девиз: «Черви козыри!» Так что оставьте мрачные мысли, прекратите самобичевание и покажите нам технологию своего труда.
Дождевой червь. Да, да, покажу, обязательно покажу! Знаете, после ваших слов я воспрял духом, поверил в себя! Смотрите: вот я вытягиваю голову, делаю ее тонкой, даже острой...
Мартышка. Ой, совсем как шило!
Дождевой червь. Теперь я легко втыкаю это шило в землю, а затем нагнетаю в него кровь — голова вздувается и раздвигает стенки туннеля, одновременно уплотняя их. Вот и все!
Все любуются аккуратным отверстием в почве, которое только что сделал Дождевой червь.
Кашалот. Великолепно! Я всегда был уверен, что в любом деле главное — это хорошенько поработать головой.
Дождевой червь. Да, еще одна важная деталь: я смачиваю стенки особой жидкостью — она склеивает частички почвы и туннель получается прочнее.
Удильщик. О, как раз об этом говорится в письме юного бионика Ирины Шатух из Киева: «Дорогой Червь! Пожалуйста, изобретите для нас вещество, которое скрепляло бы стенки подземного туннеля так же, как и могучая жидкость, скрепляющая стенки ваших ходов. Таково мое мнение».
Человек. Правильное мнение! Вполне возможно, что, изучив выделяемую дождевым червем жидкость, химики создадут отличное средство для укрепления стенок подземных сооружений.
Дождевой червь. Если понадобится моя помощь — только позовите!
А сейчас позвольте мне покинуть вас, чтобы продолжить работу, которая, оказывается, так важна. У меня необычайный прилив сил! (Удаляясь ) Спасибо. До свидания!
Все. До свидания!
Женский голос (приближаясь). Кто это такой?
Все оборачиваются на голос и видят довольно крупную, в четверть метра длиной, ящерицу со спинкой песочного цвета, светлым брюшком и загнутым кверху длинным полосатым хвостом, закрученным на конце в спираль. Подходя к коапповцам, она не отрывает взгляда от медленно исчезающего в норке Дождевого червя.
Рак. Сначала скажите, кто вы такая.
Кашалот. Да, не мешало бы представиться.
Гепард (спохватившись). Извините, дорогой председатель, это моя вина — я должен был сразу представить посетительницу, поскольку она прибыла по моей просьбе. (Делает эффектный жест лапой в сторону ящерицы.) Ушастая Круглоголовка из Туркмении!
Рак. Что-то я никаких ушей у нее не вижу.
Гепард. Еще увидите, Рак, не все сразу. Итак, прошу любить и жаловать, ибо наша уважаемая гостья послужит, можно сказать, живой моделью для замечательной землепроходческой машины, предложенной юным биоником. Что же касается существа, которое вас так заинтересовало, дорогая Круглоголовка, то это всего лишь обыкновенный Дождевой червь.
Круглоголовка. Для вас он, может, обыкновенный, а я его впервые вижу. В наших краях, в Кара-Кумах, такие не водятся. А жаль, провалиться мне на этом месте! Сразу видно — основательный мужчина, неторопливый. Не то что какой-нибудь там паук или муравей у нас, в барханах: к ним с серьезными намерениями, а они минутки не подождут. Что же мне, бегать за ними? И ведь приходится — на одной зелени долго не протянешь... Главное, обидно, добежишь другой раз, а он в песок нырнул. Это что, по-мужски? Я уйду, он вылезает... А уж мелкие они у нас какие! И мелочные — хоть бы раз кто догадался цветок поднести!
Удильщик. Вы любите цветы? (Срывает цветок и галантно преподносит.) Прошу!
Круглоголовка (любуясь цветком). Вот это мужчина! (Жует цветок.)
У нас другие цветы растут, но и этот вроде ничего, есть можно. Плоды и листья я тоже люблю, только маловато их у нас — пустыня... Зато песку — завались! (Оглядывает поляну.) Я смотрю, у вас тоже песочек есть, вон там, на берегу озера. Только у нас пески — зыбучие!
Мартышка. Как же вы по ним бегаете?