В юго-западной части площади стоят Входоиерусалимская (1707) и Пятницкая (1772) церкви. Необычно для Суздаля декоративное оформление фасада Входоиерусалимского храма – карниз из кокошников, опирающихся на маленькие консоли. Восьмигранный небольшой барабан Пятницкой церкви венчается куполом, напоминающим формой вазу. Такую форму завершения, характерную для барокко XVIII века, активно использовали столичные придворные архитекторы, в провинции подобные купола встречаются нечасто.
Южнее, по восточному валу подсада, стоит Иоанно-Предтеченская церковь (после 1720 года). Скромная, почти без характерных для посадской архитектуры элементов фасадного украшения, она выделяется необычной конструкцией колокольни, опирающейся на два мощных столба. Этот архитектурный прием заставляет вспомнить зодчество северо-западных русских земель – новгородской и псковской, где звонницы, покоящиеся на столпах, известны были в более древнее время.
Напротив торговых рядов в центральной части площади расположился ансамбль Воскресенской (1720) и Казанской (1739) церквей. Подкупольный барабан Воскресенской церкви украшают декоративные глухие наличники, с южного фасада пристроено двухстолпное крыльцо с двускатной кровлей. Появление этого необычного для Суздаля архитектурного элемента связано с тем, что южный фасад церкви выходил на центральную торговую площадь и требовал особого оформления. С торга хорошо просматривалась и колокольня с высоким шпилем, декорированная зелеными муравлеными и полихромными изразцами.
Сейчас в интерьере размещается экспозиция "Народная деревянная резьба", знакомящая с образцами древнего и особо любимого на Руси искусства. В северо-восточном углу площади стоят Цареконстантиновская (1707), или, как ее называют в городе, Царевская (холодная) и парная ей теплая Скорбященская церкви (1787). Небольшие размеры Скорбященской церкви подчеркиваются колокольней, примыкающей к храму с запада. Царевскую церковь венчает не один, как обычно в городе, а пять небольших куполов, посаженных на высокие подкупольные барабаны, – прием для суздальского зодчества этого времени нехарактерный. Оригинальный декоративный карниз с небольшими полукруглыми арочками и зубчатым фризом-поребриком под кровлей выделяют ее из числа других посадских храмов города.
Северо-западнее, у выхода за пределы посада, стоят Лазаревская (1667) и Антипиевская (1745) церкви. Первая из них – не только одна из старейших построек, сохранившихся в черте посада, но и интересный образец зодчества. Своды храма поддерживают два столба. Для лучшего освещения интерьера, затемненного опирающимися на них арками, все подкупольные барабаны снабжены окнами.
Двустолпные храмы достаточно редки в русской архитектуре, и строительство такого сложного в инженерном отношении здания говорит о незаурядном таланте суздальских каменных дел мастеров.
Антипиевская церковь интересна декоративными украшениями кузнечной работы: кружевной гребешок по кровле крыши и подзор по периметру главок выполнены из просечного железа местными кузнецами. Примыкающей к церкви с запада колокольне при реставрации возвращена яркая фасадная декоративная роспись.
Гражданское посадское зодчество в Суздале представлено деревянными домами в один-два этажа, по сей день определяющими внешний облик центра города. Планами реставрационных работ предусмотрено сохранение исторической застройки центральных кварталов, возвращение первоначального облика целым улицам.
Ризположенский монастырь. Архитектурные памятники за валами суздальского острога группируются в основном вокруг пригородных монастырей, и один из них виден от Антипиевской церкви в перспективе выходящей за валы Старой улицы. Это древний Ризположенский монастырь. По некоторым данным, он был основан еще в начале XIII в. Его архитектурный ансамбль складывался на протяжении XVI-XVII веков.
Внутрь монастыря с южной стороны ведут смотрящие на город Святые ворота (1688), построенные суздальскими зодчими Маминым, Грязновым и Шмаковым. Над проездной аркой стоят два восьмискатных шатра с рядами глухих окон (слухов), обрамленных наличниками. Яркая двухцветная роспись и поливные изразцы усиливают впечатление декоративности и праздничности.
Центральную часть ансамбля занимает Ризположенский собор (первая половина XVI века). Небольших размеров, трехкупольный храм хорошо сочетается с архитектурным обликом построек XVII века. Со сдержанным оформлением фасадов контрастируют фриз под апсидами из пятигранных, похожих на домики, ниш, незатейливые узкие проемы окон.
Сказочной палатой кажется пристроенная с запада к собору паперть. Ее зодчие, а ими были создатели Святых ворот, как будто задались целью на сравнительно небольшом пространстве продемонстрировать все разнообразие приемов фасадного убранства, характерного для архитектуры XVII века: наличники, пояски со сложными профилями, порталы и др.
Издалека заметна в Суздале монастырская колокольня воздвигнутая в 1813-1819 годы. Это самое высокое здание города. Легенда объясняет ее строительство желанием горожан отметить победу русского оружия в Отечественной войне 1812 г.
Рядом с монастырем стоит редкий в Суздале памятник гражданской архитектуры эпохи классицизма – Блохинская богодельня, построенная в 1844 году. Двухэтажное здание призвано было служить последним пристанищем для стариков, больных и увечных, хотя портик с колоннами в стиле классицизма скорее напоминает средней руки дворянский особняк, в котором происходят балы.
Александровский монастырь. Северо-западнее, на берегу Каменки, издали заметны постройки Александровского монастыря. Предание приписывает инициативу его создания князю Александру Ярославичу Невскому, несколько лет занимавшему великокняжеский владимирский стол. Значительно пострадавшие во время польско-литовской интервенции начала XVII века, монастырские постройки вскоре пришли в полную ветхость. В конце XVII века, в царствование Петра I, почитание Александра Невского – полководца и государственного деятеля – приобретает политический смысл в связи с активизацией внешней политики России.
Монастырь получает необходимые для строительства деньги. В 1695 году строятся Вознесенская церковь и колокольня с тремя ярусами узких окон в шатре – слухов. Если колокольня совсем лишена каких бы то ни было украшений, что нехарактерно для суздальцев, то храм, по типу близкий городским посадским церквам, очень наряден. Особенно хороша смотрящая на Святые ворота южная стена с двумя рядами окон и с врезанным в нее порталом, декорированным резными валиками.
Далее на север, вверх по руслу реки, на ее противоположных берегах расположились два архитектурных ансамбля – гордость суздальского зодчества. Это бывшие Спасо-Евфимиевский и Покровский монастыри.
Спасо-Евфимиевский монастырь. Высокий берег занимают мощные краснокирпичные стены основанного в середине XIV века Спасо-Евфимиевского монастыря, сделавшие бы честь любой крепости. Возникший в пору княжеских междоусобиц, мужской Спасский монастырь был призван играть роль оборонительного форпоста на подступах к городу, но достоверных сведений о наличии в нем в это время каменных построек нет.
На рубеже ХV-ХVI веков монастырь попадает под особое покровительство московских великих князей. Потоком идут богатые вклады, растут монастырские вотчины и угодья, разворачивается обширное каменное строительство. В начале XVII века монастырь выдержал осаду интервентов, а в середине столетия его постройки опоясываются кирпичными стенами с башнями. Над их возведением работали крестьяне принадлежавших монастырю деревень и слобод.
Реставрационные работы, развернувшиеся в Суздале в советское время, вернули архитектурным памятникам их первоначальный внешний вид. Стараниями сотрудников музея на территории монастыря создано несколько экспозиций.
Стена протяженностью более километра строилась в 1660-1664 годы и была укреплена 12 башнями. Напольная часть ее, смотрящая на юг, внушительнее выходящей к речному обрыву северной стены. Она тщательно отделана, как этого требовали законы фортификации. В то же время ансамбль призван был стать украшением северного въезда в город, и архитекторы старались увязать утилитарное, боевое назначение стен с художественным обликом городского пейзажа.
Особенно впечатляет в этом могучем фортификационном ансамбле проездная башня монастыря – крепкое квадратное сооружение 20-метровой высоты, крытое шатром. Нижняя часть башни до уровня стены лишена декоративного убранства. Верхний же ярус башни, далеко видимой из города, зодчие украсили несколькими рядами идущих по периметру колонок и поясами изразцов. Даже бойницы второго снизу ряда, напоминающие о боевом характере сооружения, взяты в мирные белокаменные наличники. Низкие своды двухпролетной арки ведут внутрь монастыря.
Сразу за воротами располагается надвратная Благовещенская церковь (1624), выполнявшая до сооружения стен ту же роль, что теперь играет проездная башня. Минуя входную арку под церковью, можно попасть на монастырский двор. Главным сооружением ансамбля является Спасо-Преображенский собор. Основной массив пятикупольного храма, сохранившего фасадную роспись, относится к 1594 году.
Исключительный интерес представляют фресковые росписи интерьера, выполненные прославленными мастерами Поволжья – Силой Савиным и Гурием Никитиным (1689). Особенно интересны сюжеты росписей Евфимиевского придела храма. Это сцены из жизни монастыря и Суздаля, включающие изображения реальных персонажей русской истории, разумеется, в интерпретации художников конца XVII века. Легко различаются вид Суздаля с берега Каменки, а также сцены строительства монастыря под руководством его первого игумена Евфимия, который изображен с чертежом в руках.
В соборе и рядом с ним обнаружены могильные плиты, самая ранняя из которых относится к первой четверти XVI века. В 1642 году здесь был погребен герой освободительной борьбы русского народа против иноземного нашествия князь Д. М. Пожарский. Над родовой усыпальницей князей Пожарских воздвигнут мемориальный комплекс (скульптор Н.А.Щербаков). В память о Д. М. Пожарском перед стенами монастыря установлен его бюст (скульптор З.И. Азгур).
К западу от собора стоит Успенская трапезная церковь (около 1525 года), восьмигранный шатер которой как бы вырывается из нескольких рядов овальных кокошников. Архитектура церкви представляет исключительный интерес, поскольку представляет собой один из примеров самого раннего использования шатрового завершения церквей – чисто национального приема зодчества, сложившегося в русской архитектуре в первой половине XVI века. Дальнейшее развитие шатровое зодчество получит в следующие десятилетия в таких шедеврах архитектуры, как церковь села Коломенского и собор Василия Блаженного в Москве.
С севера к трапезной примыкают покои архимандрита, а с юга келарня – помещение для хранения припасов. Перестройки XIX века значительно изменили первоначальный вид здания, особенно второй его этаж, исчезли фресковые росписи. Но в целом оно сохранило первоначальный объем и планировку. Стоит обратить внимание на оригинальный прием декоративного оформления фасада: в нижней части выходящих на собор алтарных апсид кокошники имеют в середине кружок – горлышко вмазанного в стену кувшина, заполненного известью.
С противоположной, восточной стороны Спасо-Преображенского собора в XVI века была выстроена звонница, позже значительно изменившая свой облик. Ядром нынешней постройки является девятигранный мощный столп, когда-то завершавшийся шатром (современное завершение появилось через столетие). Посвящение Иоанну Предтече, а также тот факт, что строительство велось на деньги великокняжеской семьи, заставляет связывать возведение монастырской колокольни с рождением в семье московского правителя наследника престола – будущего царя Ивана Грозного.
Примыкающую к столпу трехпролетную аркаду звонницы пристраивали в XVI и XVII веках по мере вложения в монастырь состоятельными дарителями новых колоколов (одним из вкладчиков был Д. М. Пожарский). При реставрационных работах зданию была возвращена первоначальная охристая окраска стен, на которой красиво выделяются беленые кокошники, переплетенные на южной стороне столпа, а также горизонтальные пояса разного профиля.
Двухэтажное здание келейного корпуса (первая половина XVII века), вытянувшееся почти на 100 метров направо от входа в монастырь, в северо-восточной его части, показывает, что обитель не имела недостатка в средствах.
Архитектурные переделки коснулись в XIX веке в основном второго этажа, в то время как первый сохранил древнюю планировку.
После завершения реставрационных работ здание было отдано под музей самодеятельного творчества. В экспозиции были представлены образцы декоративно-прикладного искусства из разных уголков республики, сделанные руками художников-непрофессионалов.
По соседству с келейным корпусом, к северу от него, в затененном деревьями углу стоит подобное же двухэтажное здание – Больничный корпус со скромной по архитектуре Никольской церковью, современными монастырским стенам (1664). Строители этой церкви сумели возвести перекрытия без обычных в таких случаях опор-столпов, значительно затеняющих интерьер. Свет проникает в храм через окна, расположенные под кровлей и над порталом.
В древних стенах Спасо-Евфимиевского монастыря разместилась одна из интереснейших экспозиций музея-заповедника – Золотая кладовая – собрание изделий мастеров обработки драгоценных металлов и древнерусского шитья.
От монастырского двора отделена стеной постройка совершенно другого характера – печально известная тюрьма. Вытянувшийся с севера на юг корпус "арестантского отделения" (таково было официальное название тюрьмы, учрежденной в 1764 году.) построен с таким расчетом, чтобы узники были лишены даже солнечного света: окна камер выходят на север. Официально тюрьма предназначалась для узников с нарушенной психикой, но использовалась также и в целях политических: среди заключенных числился, например, декабрист Ф. П. Шаховской. За решетку попадали как лица духовного, так и светского звания, представители официальной церкви и преследовавшиеся ею раскольники, униаты, сектанты и прочие "отступники". Об этом рассказывает развернутая здесь экспозиция "Узники тюрьмы".
За стенами Спасо-Евфимиевского монастыря на месте слободки, когда-то принадлежавшей обители, стоят парные церкви – Смоленская (1696-1706) и Симеоновская (1749). Среди работного люда, населявшего слободы, были и мастера-строители. Очевидно, их профессиональной наблюдательности Смоленская церковь обязана разнообразием приемов оформления фасада, напоминающего сразу несколько современных мастерам построек. Празднично смотрится северный портал: между стройными валиками-колонками заключены три ряда крупных "бусин", – переходящие над входом в дробную сень.
Недалеко от Смоленской церкви, на юго-восток от монастыря сохранился до наших дней жилой дом XVIII века. Редкий образец посадского каменного строительства в Суздале, дом повторяет конструкцию деревянного жилища крестьян и ремесленников, хотя дорогостоящий материал выдает в заказчике человека состоятельного. Крытые традиционной двускатной крышей жилые и хозяйственные помещения находятся в двух примыкающих друг к другу беленых постройках. Выходящие на улицу три окошка украшены наличниками. Реставраторы вернули зданию первоначальный облик и скрупулезно восстановили все интерьеры.
Покровский монастырь. На противоположном, низком берегу Каменки за невысокими белыми стенами раскинулись кажущиеся издали сказочным городком сооружения бывшего женского Покровского монастыря. Основанный в XIV веке, монастырь вплоть до начала XVI века ничем не выделялся и целиком состоял из деревянных построек, пока до Суздаля не докатились отзвуки острой, подчас трагичной, династической борьбы в великокняжеской семье.
Одной из форм борьбы являлась ссылка в монастырь реальных и возможных соперников в борьбе за власть. Покровский монастырь становится последним пристанищем для именитых монахинь-узниц. Этим и объясняется усиленный интерес к далекой суздальской обители московских великих князей, богатые вклады деньгами и вотчинами, позволившие развернуть в начале XVI века каменное строительство.
В 1525 году в Покровском монастыре умерла первая ссыльная – инокиня Александра, дочь великого князя Ивана III, участница борьбы за престол враждующих партий боярской знати. Вскоре монастырь стал тюрьмой для жены великого князя Василия III Соломонии Сабуровой – инокини Софьи. Официальной причиной развода и вторичной женитьбы великого князя на Елене Глинской – будущей матери Ивана Грозного – было бесплодие Соломонии. Но вопрос о потомстве выходил за рамки внутрисемейных дел, поскольку в острой борьбе боярско-княжеских группировок за влияние на политические дела родственные связи были не последним орудием в достижении цели.
В 1934 году при обследовании подклета Покровского собора – нижнего полуподвального этажа – исследователи столкнулись с одной из исторических загадок. Дело в том, что после заточения Соломонии в монастырь стали активно распространяться слухи о рождении у бывшей княгини сына, что в корне меняло всю ситуацию. Народное предание гласило, что для спасения сына Соломонии была инсценирована смерть младенца, вместо которого похоронили куклу. И вот погребение с куклой было обнаружено рядом с могилой Соломонии. К сожалению, дальше гипотез и догадок разрешение этой тайны не продвинулось.
И позднее монастырь являлся местом постоянного пребывания знатных монахинь. В подклете собора сохранились могильные плиты с именами одной из жен Ивана Грозного, Анны Васильчиковой, царской снохи Евдокии Сабуровой, а также жены известного опричника, любимца Грозного – Алексея Басманова и других. Много лет в Покровском монастыре провела жена Петра I Евдокия Лопухина.