Я замерла. Он совершенно точно не мог меня видеть. Перед его глазами сейчас был образ другой девушки. По крайней мере, должен быть. Как он мог видеть меня, но не мог слышать?
— Беги обратно и попроси бармена послать за помощью, — продолжил он. — Скажи ему, что это не человек, а один из дьявольских ангелов, который пришел, чтобы получить мое тело и уничтожить мою душу. Попроси его послать за священником, святой водой и розами.
Волосы у меня на руках встали дыбом при упоминании о дьявольских ангелах.
Он повернулся в сторону леса и вдруг напрягся.
— Ангел, — в панике прошептал он. — Ангел близко!
Его рот исказился, мужчина выглядел так, словно пытался сохранить контроль над своим телом. Он сильно прогнул спину, из-за чего капюшон окончательно открыл его лицо.
Я по-прежнему держала его плащ, но рефлекторно стала ослабевать хватку. Я уставилась на мужчину со вздохом удивления, который, правда, я удержала в горле, и он не успел вырваться наружу. Это был вовсе не Барнабаш Андервуд, а Хэнк Миллар. Папа Марси.
Я разомкнула веки и проснулась.
Солнечные лучи освещали мою комнату. Оконное стекло было разбито, и легкий ветерок ласкающим дуновением прошелся по моей коже. Сердце по-прежнему билось вдвое быстрее обычного из-за недавнего кошмара.
Я сделала глубокий вздох, пытаясь убедить себя, что все это было лишь сном. По правде говоря, сейчас, когда я совершенно точно находилась в своем реальном мире, меня больше беспокоил тот факт, почему мне приснился именно отец Марси, а не кто-то другой. Чтобы поскорее забыть этот сон, я решила больше не думать о нем.
Достав телефон из-под подушки, я проверила, есть ли сообщения. Патч не звонил.
Накрыв голову подушкой, я пыталась игнорировать нарастающее внутри чувство пустоты.
Как много часов прошло с тех пор, как Патч ушел от меня?
Двенадцать.
Сколько еще пройдет, прежде, чем я увижу его снова?
Не знаю.
Это очень беспокоило меня. Чем больше времени проходило, тем сильнее я ощущала ледяную стену, вырастающую между нами.
— Главное — выдержать сегодняшний день, — сказала я сама себе, пытаясь проглотить ком в горле.
Странная дистанция между нами не сможет быть вечной. И ничего не решится само собой, если я просто так проваляюсь целый день в постели. Я снова увижусь с Патчем. Возможно, он даже заглянет ко мне после школы. Либо я могу позвонить ему.
Я пыталась занять себя этими мыслями, чтобы не думать про архангелов. И про ад. И про то, что ужасно боялась за Патча, и себя, боялась того, что мы столкнулись с проблемой, для решения которой у нас недостаточно сил.
Я вылезла из кровати и заметила на зеркале в ванной желтый стиккер.
"Хорошие новости: Я убедила Линн не посылать Скотта за тобой этим утром.
Плохие новости: Линн настаивает на поездке по городу.
Не думаю, что отказ сработает в этот раз. Постарайся управиться побыстрее. Как можно быстрее. Я оставила его номер на кухонном столе.
Целую, обнимаю. Мама.
P.S. Я позвоню тебе вечером из отеля".
Я застонала и опустила голову на кухонный стол. Мне и десяти минут не хотелось провести в обществе Скотта, не говоря уже о нескольких часах.
Сорок минут спустя, приняв душ и одевшись, я съела миску овсянки с клубникой. В дверь постучали и, открыв ее, я увидела улыбающуюся Ви.
— Готова к очередному веселому деньку в летней школе? — спросила она.
Я схватила рюкзак из шкафа для пальто. — Пусть этот день поскорее закончится.
— Эй. Кто испортил тебе настроение?
— Скотт Парнелл.
"Патч".
— Как я вижу, по истечении времени проблема не исчезла?
— Я должна буду после школы показать ему город.
— Один на один с парнем? Что в этом плохого?
— Ты бы видела, что было здесь вчера вечером. Ужин был очень странным. Мама Скотта начала рассказывать о его темном прошлом, но он резко оборвал ее. Более того, мне показалось, что он угрожал ей. Затем он извинился и отправился в ванную, но на самом деле остался в холле подслушивать наш разговор. А после он забрался в мысли своей матери. Кажется…
— Похоже, он что-то скрывает. Думаю, нам пора это изменить.
Я шла на пару шагов впереди Ви. Вдруг меня осенило.
— У меня есть идея, — сказала я и повернулась к Ви. — Почему бы тебе не устроить экскурсию Скотту? Нет, ну серьезно, Ви. Он как раз в твоем вкусе, эдакий плохой парень, вечно нарушающий правила. Он даже спросил вчера, есть ли у нас пиво. Довольно вызывающе, правда? Я думаю, тебе он понравится.
— Нет, я не могу. Сегодня за ланчем я встречаюсь с Риксоном.
Я почувствовала неожиданную боль там, где сердце.
Мы с Патчем тоже хотели пообедать сегодня, но я почему-то сомневалась, что это состоится. Что я наделала? Мне нужно позвонить ему, попытаться поговорить с ним. Не хочу, чтобы у нас все так закончилось. Это же абсурдно. Но тоненький голосок глубоко внутри меня спрашивал, почему Патч не звонит первым. Ему так же, как и мне, было за что извиниться.
— Я заплачу тебе восемь долларов и тридцать два цента за встречу со Скоттом. Последний раз спрашиваю.
— Заманчиво, но нет. И есть еще кое-что. Не думаю, что Патчу понравится то, что ты будешь проводить время наединет со Скоттом. Может, я и не права. Хотя мне нет до Патча никакого дела, и если ты собираешься свести его с ума, то все в твоих руках.
Я уже почти спустилась с лестницы, а при упоминании имени Патча поскользнулась. Я собиралась рассказать Ви о том, что беспокоило меня, но не готова была произнести все это вслух. В своем кармане я чувствовала телефон, с сохраненной в нем фотографией Патча. Часть меня хотела зашвырнуть телефон подальше в деревья на противоположной стороне дороги. Другая же часть меня не могла так легко сдаться и потерять его.
Кроме того, если я скажу Ви, то она непременно заявит, что наш разрыв позволит нам обоим встречаться с другими людьми, а это неверный вывод. Я не искала этого, да и Патч тоже. Я надеюсь, что это просто размолвка. Наша первая серьезная ссора. И наш разрыв вовсе не был окончательным. Просто в какой-то момент мы оба сказали то, что совсем не имели в виду.
— Я бы на твоем месте согласилась, — сказала Ви, спускаясь следом за мной и цокая своими четырехсантиметровыми каблуками по лестнице. — Я всегда так поступаю, когда мне плохо. Позвони Скотту и скажи, что твоя кошка подхватила какой-то вирус и ее нужно срочно отвезти в ветеринарную клинику после школы.
— Он был у меня вчера и знает, что никакой кошки нет.
— Пока у него будет пища для мозгов, он не поймет, что тебе это все неинтересно.
Я обдумала этот вариант. Если я откажусь от экскурсии по городу со Скоттом, может, я смогу одолжить машину Ви и проследить за ним. Пытаясь осмыслить все, что я услышала вчера, я не могла игнорировать тот факт, что Скотт мысленно говорил со своей матерью. Год назад я бы отмела эту бредовую мысль, но не сейчас.
Патч мысленно говорил со мной сотню раз, так же как и Чонси (он же Джулс) — Нефилим из моего прошлого. Падшие ангелы не стареют, а я знала Скотта с пяти лет, и собрала все воедино. Если Скотт не был падшим ангелом, значит, он Нефилим.
Но, с другой стороны, если он Нефилим, то что он делает в Колдуотере? Чем он занимается, ведя обычную жизнь подростка? Знает ли, что он Нефилим? Знает ли об этом Линн? Принес ли Скотт клятву верности падшим ангелам? Если еще нет, то вправе ли я предупредить его о том, что ждет впереди? Пусть мы не нашли со Скоттом общий язык, но не думаю, что он заслуживает того, чтобы каждый год на две недели отдавать свое тело.
Конечно, может быть, он вовсе и не был Нефилимом. Может, тот факт, что он мысленно говорил со своей матерью, был плодом моего воображения.
После химии я направилась к своему шкафчику, выложила учебник из рюкзака и устремилась прямиком на стоянку. Скотт сидел на капоте своего серебристо-голубого Мустанга. Он по-прежнему носил Гавайскую шляпу, и до меня вдруг дошло, что если он ее снимет, я с трудом узнаю его без нее. Надо заметить, что я даже не знаю, какого цвета его волосы. Я достала мамину записку и набрала номер Скотта.
— Это, должно быть, Нора Грей, — ответил он. — Надеюсь, ты не решила бросить меня?
— Плохие новости. Моя кошка заболела, и ветеринар назначил нам прием на 12:30. Думаю, нам придется отложить поездку по городу. Прости, — я закончила, даже не почувствовав укола совести.
В конце концов, это была всего лишь небольшая ложь. И даже самая крохотная часть меня не считала, что Скотт и в самом деле хотел экскурсию по Колдуотеру. Я убедила себя в том, что поступаю правильно.
— Хорошо, — ответил Скотт и положил трубку.
Я только закрыла свой телефон, как ко мне подскочила Ви. — Так его, моя девочка!
— Не возражаешь, если я одолжу твой Неон после обеда? — спросила я, наблюдая, как Скотт спрыгивает с капота Мустанга и начинает набирать номер в мобильном.
— С какой целью?
— Я хочу проследить за Скоттом.
— Зачем? Этим утром ты достаточно ясно поведала мне, что не хочешь иметь с ним ничего общего.
— Есть кое-что…
— О да, его солнечные очки. Халк Хоган? Короче говоря, нет, не можешь. За ланчем я должна встретиться с Риксоном.
— Да, но Риксон может подвезти тебя, а я возьму твой Неон, — наблюдая сквозь стекло за Скоттом, ответила я Ви.
Мне не хотелось, чтобы он уехал прежде, чем я уговорю Ви одолжить мне машину.
— Конечно, он может. Но тогда я буду выглядеть попрошайкой. А ребятам теперь нравятся сильные и независимые женщины.
— Если дашь мне ключи, я залью полный бак.
Выражение лица Ви изменилось совсем немного. — Полный-полный бак?
— Полный-полный, — или сколько там получится на восемь долларов и тридцать два цента?..
Ви закусила губу. — Хорошо, — медленно ответила она. — Но, может, мне стоит поехать с тобой за компанию, чтобы быть уверенной, что ничего не случится?
— А как же Риксон?
— Ничего страшного. Я поговорю с ним. Он ничего не узнает, — и я ценила ее предложение.
Последние несколько месяцев изменили меня. Я больше не была наивной и беспечной, как когда-то, и теперь общалась с Ви на одном уровне. Особенно теперь, если Скотт, и в самом деле, Нефилим. Один из Нефилимов пытался меня убить.
После того, как Ви позвонила Риксону и отменила встречу, мы ждали пока Скотт сядет за руль и уедет со стоянки. Он повернул за угол, и мы помчались к фиолетовому Дожд Неону 1995 года. — Ты ведешь! — крикнула Ви и кинула мне ключи.
Пару минут спустя мы догнали Мустанг, и я пристроилась на три машины позади него. Скотт свернул на шоссе, направляясь на восток в сторону побережья, и я поехала следом. Полчаса спустя, он подъехал к пирсу и направился на стоянку перед магазинами, расположенных недалеко от океана. Я поехала медленнее, чтобы дать ему время закрыть машину и уйти, а затем припарковалась на два ряда дальше.
— Похоже, Скотти-Ночной горшок решил устроить шопинг, — сказала Ви. — Кстати, ты не возражаешь, если я прошвырнусь здесь, пока ты ведешь наружное наблюдение? Риксон говорил, что ему нравятся девушки с шарфиками. А в моем гардеробе нет ни единого шарфа.
— Иди.
Держась поодаль от Скотта, я видела, как он сначала зашел в один модный магазин и вышел из его через пятнадцать минут с небольшим пакетом. Затем через десять минут он вышел из второго магазина. Ничего необычного, и ничего, что заставило бы меня думать, что он может быть Нефилимом. После третьего магазина Скотт обратил внимание на группу девушек школьного возраста, обедающих на противоположной стороне дороги. Они сидели за столом под зонтиком, на открытой терассе ресторана. Все были одеты в купальники и короткие шортики. Скотт вытащил телефон и сделал несколько снимков.
Я обернулась на витрину одного из кафе рядом с собой. И увидела его.
Он был одет в брюки-хаки, в голубой блейзер с полосками цвета слоновой кости. Его светлые волнистые волосы стали немного длиннее и были собраны в хвост. Он читал газету.
Мой отец.
Свернув газету, он направился ко входу в магазин.
Я перебежала через дорогу, и, толкнув дверь, заскочила внутрь. Мой отец уже исчез в толпе. Я бросилась дальше, вглубь магазина, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Коридор из черного и белого напольного кафеля вел к туалетам: женскому — справа, и мужскому — слева. Других дверей тут не было, а значит, мой отец направился в мужской туалет.
— Что ты делаешь? — раздался голос Скотта прямо у меня за плечом.
Я повернулась к нему. — Как… Что… Что ты здесь делаешь?
— Я бы тоже хотел задать тебе этот вопрос. Я знаю, что ты следила за мной, не нужно делать вид, что ты не понимаешь, о чем я. Это называется "зеркало заднего вида". Ты преследуешь меня по какой-то определенной причине?
Мои мысли были в таком смятении, что я не могла понять ни единого его слова.
— Зайди в мужской туалет и посмотри, есть ли там мужчина в голубой кофте.
Скотт коснулся моего лба. — Наркотики? Расстройство поведения? Ты ведешь себя как шизофреничка.
— Просто сделай это.
Скотт пнул дверь и вошел. Я слышала звук открывающихся металлических дверей, а затем Скотт вышел ко мне. — Пусто.
— Я видела, как мужчина в голубой кофте заходил сюда. И он никуда не мог отсюда деться.
Вдруг мое внимание привлекла другая дверь в противоположной стене. Я вошла в женский туалет и начала открывать двери кабинок, одну за другой. Все три оказались пустыми.
Я вдруг поняла, что все это время не дышала, поэтому сейчас глубоко вздохнула.
Изнутри меня переполняло множество эмоций, но самыми сильными среди них были разочарование и страх. Мне показалось, что я видела своего отца живым. Но это оказалось всего лишь жестокой игрой моего воображения.
Мой отец мертв.
Он никогда не вернется, и мне нужно смириться с этим.
Я прислонилась спиной к стене, сползая на пол. Все мое тело сотрясалось от подступивших слез.
Глава пятая
Скотт стоял у входа, скрестив руки на груди. — Так вот, значит, как выглядит женский туалет. Не могу не отметить: тут очень чисто.
Я подняла голову и вытерла нос тыльной стороной запястья. — Имеешь что-то против?
— Я не уйду, пока не расскажешь, почему ты следила за мной. Я знаю, что чертовски привлекателен, но малоприятно быть чьей-то навязчивой идеей.
Я все же заставила себя подняться и плеснула себе в лицо холодной водой. Избегая смотреть на Скотта, наблюдающего за мной через зеркало, я взяла бумажное полотенце и вытерлась.
— А еще ты расскажешь мне, кого пыталась найти в мужском туалете, — заявил Скотт.
— Мне показалось, что я увидела папу, — огрызнулась я, собрав весь свой гнев, чтобы скрыть разрывающую меня изнутри острую боль. — Ты удовлетворен? — скомкав полотенце, я бросила его в мусорку.
Мне почти удалось приблизиться к двери, когда Скотт навалился на нее и заблокировал выход.
— Как только они найдут парня, который это сделал, и отошлют его отсюда навсегда, тебе станет лучше.
— Премного благодарна за самый худший совет, который мне когда-либо давали, — с горечью пробормотала я, подумав, что единственный способ справиться со всем этим, это вновь увидеть отца.
— Поверь мне. Мой отец — коп. Он всю жизнь сообщает семьям жертв преступлений о том, что поймал убийцу. И они найдут того парня, который разрушил твою семью и заставят его заплатить. Жизнь ради жизни. Вот тогда-то твой мир станет прежним. Давай выбираться отсюда. Чувствую себя так, словно пробыл здесь слишком долго, — он выжидал. — Предполагалось, что это должно тебя рассмешить.
— Не то настроение.
Он сцепил пальцы в замок на макушке головы и просто пожал плечами. Было заметно, как неуютно ему было в этой ситуации, как ненавидел он подобные неловкие моменты, и не знал, как выбраться из всего этого.
— Слушай, я сегодня вечером играю в пул в Спрингвейле. Хочешь со мной?
— Нет, я пас, — я действительно была не в настроении.
Все, чего я смогла бы добиться этим — вызвать нежелательные воспоминания о Патче. Я очень хорошо помнила, что в самый первый вечер, когда искала его для того, чтобы закончить наше совместное задание по биологии, нашла именно за игрой в пул в подвале у Бо. Я помнила, что он учил меня играть. И помнила, как от его близости по моему телу пробегали электрические разряды.
И что еще более важно, я помнила, что он появлялся всегда, когда был нужен мне. Но он и сейчас мне нужен. Тогда где он? Думает ли он обо мне?
Я стояла на крыльце и рылась в сумочке в поисках своих ключей. Насквозь промокшие туфли издавали странные хлюпающие звуки, а от мокрых джинсов на бедрах наверняка выступит сыпь. После того, как я попрощалась со Скоттом, Ви затащила меня в несколько магазинчиков, чтобы узнать мое мнение о шарфиках, и пока я высказывалась о фиолетовом шелке и ручной вышивке, с моря пришел настоящий шторм. К тому времени, как мы добрались до стоянки, с нас текло ручьем.