Глава 1.
Я прыгала от восторга и предвкушения. Мне было 11 лет, и в наш город приехал на гастроли цирк "ДИВОН". Слава шла впереди него, выступления артистов обсуждали по телевизору и радио. Заголовки газет украшали фотографии артистов этого цирка. Месяц назад весь город запестрил афишами. Долго уговаривала родителей пойти на представление. Они же все это время стойко держали оборону, ссылаясь на занятость. И все же крепость пала! За две недели до премьеры в кассе уже не было билетов, но через знакомых папы всё-таки удалось достать пару штучек для нас с мамой.
И вот они у нас! На главной площади города организаторы развернули огромный шатер, а вокруг расположили головокружительные аттракционы. Всю ночь перед выступлением я не могла заснуть. Предвкушение сказки и картинки из рекламного ролика цирка "ДИВОН" полностью вытеснили сон из детской головы.
И вот мы с мамой здесь, среди этой атмосферы праздника и веселья, сладкой ваты и мороженого, смеха и капризов детей. Моя голова готова была поворачиваться на 360 градусов, а я сама хотела разорваться на десятки маленьких Алинок и оказаться в нескольких местах одновременно. Мы еще вчера решили сначала сходить на выступление, а уж потом на аттракционы, чтобы не потратить весь запал в самом начале. Поэтому во мне горело желание все попробовать, которое я старательно пыталась пригасить до начала программы.
Само выступление заставило меня сидеть первые 20 минут с открытым ртом. Мне артисты казались просто волшебниками... Даже вечно спокойная и уравновешенная мама смотрела выступление с широко открытыми глазами и попеременно вставляла удивленные комментарии, когда в очередной раз на сцене выполняли головокружительный трюк.
Вышли мы оттуда под большим впечатлением. Мне казалось, что за спиной выросли крылья. Про себя я уже продумывала план, как стать такой же великой артисткой цирка, как та девушка, что прыгала с одного вращающегося колеса на второе...
И вот, наконец, настала очередь аттракционов. Я каталась на всех, куда меня проскали по возрасту. Мама от моей активности уже порядком устала, и начала уговаривать заканчивать прогулку. У нее как всегда было какое-то суперсрочное неотложное дело. Договорились, что зайду только в "Комнату смеха" и мы пойдем домой.
Как и все аттракционы, "Комната смеха" поражала размерами - это был целый дом смеха. Ярко-желтого цвета, с фиолетовой крышей, он просто одним своим видом поднимал настроение. В одного конца дома входили люди и выходили уже с другого конца жутко довольные, с улыбками на пол-лица, стирая слезы смеха. Поэтому я просто не могла уйти домой, не побывав там.
Полная предвкушения я зашла в двери этого солнечного домика... И пропала...
Именно так я себя ощущала. Точнее, я себя не ощущала вообще. Ни рук, ни ног - ничего. Только сознание и темнота. Вдруг я в один миг почувствовала себя в своем теле и начала падать в темноту. За те несколько секунд, что продолжалось падение, я не успела толком испугаться. Плашмя отпружинила во что-то. На автомате встала и увидела тоненькую полоску света, которая как будто очерчивала дверь по контуру. Потянулась вперед, пытаясь нащупать ручку, но не нашла. От соприкосновения дверь подалась немного вперед. Я приложила больше усилий, навалилась на дверь уже двумя руками и вывалилась наружу...
Глава 2.
Свет от неоновых вывесок на несколько секунд ослепил глаза. Я стояла посреди огромного вечернего мегаполиса: серые стеклянные гиганты устремлялись ввысь на десятки этажей. Рекламные растяжки и световые вывески, казалось, занимали все свободное пространство. Я опустила взгляд на дорогу и сделала шаг назад: по дорогам с огромными скоростями проносились... Нет, не машины... Скорее "капельки", как я их назвала про себя из-за их формы. У них не было колес, они вплотную прилегали к поверхности дороги, полностью зеркальные. Как бы я не старалась разглядеть что-то внутри - ничего не вышло. И, что самое удивительное, по каждой дорожной полосе "капельки" двигались на одинаковом расстоянии и с одинаковой скоростью. Ближе ко мне был самый спокойный ряд. Средний ряд двигался быстро, а "капельки" с третьего, самого дальнего от меня ряда, примыкающего к встречным полосам движения, буквально мелькали у меня перед глазами, двигаясь с бешеной скоростью...
- Муэнто маэ! - обращался ко мне мужчина, когда я упала от столкновения с ним. Он подал мне руки и помог встать, - Юн тау нэй, муэнто маэ.
Я смотрела на него во все глаза и не могла понять, ругается ли он на меня или извиняется за то, что врезался. Я настолько была растеряна, что обратила внимание лишь на его странный синий комбинезон на молнии, закрывающий все тело. А так - человек как человек. А то я уже была готова увидеть зеленых человечков... Мужчина еще раз внимательно посмотрел на меня, сказал что-то еще и поторопился уйти.
Я стояла в полной растерянности, взгляд падал то на непонятный текст в рекламе, то на странную одежду у людей, то на эти зеркальные "капельки". Потихоньку, медленно, шаг за шагом, ко мне подбиралась паника. Я стала медленно отходить назад и уперлась спиной в дверь.
Вот! Вот та самая дверь, из которой, я вывалилась. Я не задумываясь потянула ее на себя за ручку и увидела, что внутри за столами сидят люди, играет медленная музыка, кто-то танцует посреди зала.
Хлопок, и я закрываю дверь, чтобы опять остаться стоять на том же месте, в этом непонятном городе совершенно одна... Одна... Руки начинают мелко дрожать, слезы текут по щекам из широко открытых зелено-желтых глаз, но я их не замечаю. В голове вертятся события сегодняшнего дня, образы родителей, дома, родного города. Им на смену приходят картинки событий последних минут здесь, происходящих в этом сумрачном мегаполисе. Губа начинает против моей воли дрожать... Но я всегда стыдилась плакать, поэтому прислонилась к стене ресторана, сползла по ней вниз и уткнулась лицом в колени, чтобы никто не видел моих слез.
Сколько я так просидела - не знаю. Я еще пару раз вставала, пыталась вернуться через эту ужасную дверь обратно домой, к маме, но каждый раз видела все тот же ресторан. Я не замечала, как прохожие косятся в мою сторону, как начался мелкий дождик. Я сидела в каком-то оцепенении, судорожно сжимая колени. Слез уже не было, я не могла осознать и поверить в происходящее. Возможно, я бы так еще долго просидела, но этому не суждено было случиться. .. Потому что я получила маленькой гайкой по голове.
Глава 3.
Сначала я даже не поняла что это. Просто потерла место дискомфорта, не поднимая головы. Потом все повторилось. Только я подняла голову, как получила прямо в лоб гайкой. В возмущении, потирая ушиб, посмотрела на своего обидчика. Увидела почти прозрачные голубые глаза, обрамленные сеткой глубоких морщин, всклоченные, торчащие в разные стороны седые волосы и удивленную, но гордую улыбку на лице. Ему был явно велик его серый плащ, который он носил нараспашку из-за отсутствия почти всех пуговиц. Из кармана плаща торчал блокнот, грозя вывалиться прямо на мокрую дорогу, а в руках был какой-то круглый предмет, напоминающий по форме будильник.
Он смотрел то на меня, то на круглый прибор. После минутной паузы он затараторил что-то на непонятном языке, а я просто смотрела на него и не могла издать ни звука. А он все говорил и говорил, активно жестикулирую руками. Он был весь в какой-то восторженной эйфории, но я не чувствовала от него угрозы, несмотря на его неадекватное поведение. Не добившись от меня ни слова минут за десять, он схватил меня за кисть руки и потащил за собой. Он вел меня по тротуару, потом мы поднялись по лестнице на небольшую платформу, на которой стоял столб с экраном. Мужчина нажал на сенсорные кнопки, провел картой где-то сбоку, и перед нами остановилась "капелька". В сторону отъехала дверь и этот странный человек с удивительной скоростью влетел внутрь и втянул туда же меня. Я села на мягкий диванчик, который как любимое одеяло обнял меня со всех сторон, и замерла, тревожно наблюдая за незнакомцем. Он сидел напротив на таком же диване и опять что-то говорил. Начала осматривать начинку "капельки": потолок с мелкими точечками-светодиодами красиво светился в темноте салона, черные диваны по двум сторонам напротив друг друга, небольшой столик у окна и ... никакого водителя. За окном проносились огни города, мелькали сотнями красок рекламные плакаты. Я же щипала себя за руку и зажмуривала глаза в надежде проснуться. Старик взял меня за плечи и немного встряхнул, тем самым добившись нужного эффекта - я обратила на него внимание.
-Райвенс, - положив себе ладонь на грудь, представился он. И показал на меня, вопросительно изогнув бровь.
- Алина, - хрипло от слез и пережитых эмоций произнесла я, решив все-таки представиться.
Он достал блокнот из кармана и начал что-то рисовать, постоянно говоря на непонятном языке. Я же, вжавшись в теплый диван, одним глазом с опаской поглядывала на получившийся рисунок.
Как он мне не пытался всё подробней и подробней донести с помощью рисунка свои мысли, я ничего не могла понять из нарисованных кружочков, петелек и стрелочек. Он выдернул уже половину листов, когда "капелька" остановилась. К тому времени его энтузиазм немного поутих, он тяжело вздохнул и нажал что-то на стене. Дверь отъехала в сторону, и мы вышли на улицу. Здесь уже не было такого количества рекламы и света, а вот каких-то маленьких магазинчиков и заведений было в изобилии. Я успела заметить через стекла людей в ресторане, магазин одежды и еще несколько магазинов непонятного назначения. Мы остановились между двумя из них, и я даже не сразу заметила еле заметную дверь. Райвенс что-то там вставлял, нажимал, отодвигал и, наконец, открыв дверь, зашел внутрь.
Я оглянулась по сторонам. Люди, проходящие мимо по дороге, воспринимались мной как опасные иностранцы. Меня посетила мысль сбежать от этого сумасшедшего, но я была настолько истощена физически и морально, что еще раз окинув улицу взглядом, зашла вслед за Райвенсом. Мы поднялись на еще один этаж. Мужчина опять долго "колдовал" над дверью, прежде чем войти внутрь.
Я вошла и остановилась в недоумении. Везде, куда не падал взгляд, валялись, громоздились стопкой, подпирали друг друга какие-то железки, колбы, сосуды. Множество неизвестных вещей заполняли почти все пространство квартиры. Райвенс повел меня по дому, махая рукой в разные стороны - знакомил с домом. Железки были везде: в ванной, в коридоре, на кухне. Одинокий черный диван, очень похожий на диван в "капельке", был буквально окружен всякой всячиной. Одна большая комната напоминала лабораторию. В ней стояли столы с какими-то приборами, кнопками и панелями. Аппараты у стены пугали размерами и формами. Я чувствовала себя так, как будто нахожусь в музее современной электроники и свалки научных экспериментов одновременно.
Райвенс оказался ученым, самоучкой, преданный своим идеям до фанатизма. Как любой гений, он не думал ни о последствиях, ни о чьих-то чувствах и интересах. Окрыленный идеей, он мог идти по головам. Как объяснил он намного позднее, когда я уже понимала язык, он загорелся идеей о переносе человека из параллельного мира еще 7 лет назад. Все это время он проводил один неудачный эксперимент за другим. Промахивался в расчете петель времени, иногда рассчитывал все правильно, но переносил всего лишь какой-нибудь предмет. Рассказы о его первых попытках переноса людей навевали ужас. Пару раз он по своему прибору, благодаря которому обнаружил меня, находил одно сплошное мясо, вместо человека. После этого рассказа меня полдня рвало. Еще неделю я с ним вообще не разговаривала. Но за это время я уже тогда поняла, что он гений, но как все гении - сумасшедший. С совершенно другим мышлением, нежели у нас, простых смертных.
-Что значит две жизни, когда свершилось великое научное открытие!- говорил он, когда мы в очередной раз спорили с ним о его экспериментах.
Райверс рассказывал, что поначалу не знал, что со мной делать. Эксперимент удался... а дальше? Но тут, он подумал о выгоде данных о параллельном мире, которые он сможет от меня получить и решил поселить у себя. Он не сразу сообразил, что необходимо время для изучения их языка, письма, традиций и жизненного уклада, чтобы вообще существовать в его мире. Потому что огласки эксперимента, Райвенс, по каким-то только ему известным причинам, не хотел.
- Наука официально доказала существование параллельных миров. Но никто не мог точно сказать хоть что-то конкретное о каждом из них. Отличаются ли он от нашего мира? Какая там флора и фауна? А тут ты! Такой источник знаний! - сидя в преображенной гостиной, говорил Райвенс. - Именно поэтому, пока из твоей речи полностью не пропадет акцент, говорить о выходе в город рано. Если что-то заподозрят, тебя просто разберут на эксперименты!
Райвенс сам меня учил всему, являясь всесторонне развитой личностью. Рассказывал историю этого мира, расспрашивал меня о моём и проводил параллели. Оказывается, в этом современном мире совершенно не было понятия религии. Техника стояла во главе всего. Возможно, именно поэтому они уже совершали полеты на другие, заселенные жизнью планеты и принимали у себя делегации других цивилизаций. Город Сарон, в котором мы жили, являлся столицей их континента. Здесь были самые лучшие ступени обучения, жили сильные мира сего и именно сюда прилетали все инопланетные гости. Не было типичного понимания стран - было лишь деление на континенты.
Постепенно он привязался ко мне. Даже признавался, что считает меня своей дочерью. Как только ученый официально удочерил меня по поддельным документам, стал строить планы о моем будущем.
Я восхищалась Райвенсом... и боялась его гения. Несмотря на его искреннюю привязанность ко мне, не могла простить, что он не отправил меня обратно в мой мир, к моим родным и близким... Миллион раз я просила вернуть меня. С того самого момента, как узнала, что это он был виновником моих страданий. Я просила стоя на коленях, просила вся в слезах, угрожала уничтожением лаборатории и даже пару раз все же разгромила ее. Но он был неумолим:
- Алиночка, прости, но теперь и я тебя люблю ничуть не меньше родного отца. Он уже пережил боль потери, а я не готов рвать себе сердце. В своей жизни я ни к кому не привязывался, у меня даже домашнего животного никогда не было. Просто прости и пойми, я не могу.
В ту же ночь я пробралась в лабораторию и попыталась сама активировать аппарат переноса. За этим делом и застал меня Райвенс. Тут впервые в жизни Райвенс сделал выбор между прибором и человеком в пользу последнего и разрушил аппарат переноса. Конечно, у него остались чертежи, но вот возможности самой отправиться обратно у меня уже не было.
Сбежать на вылазку в город я пыталась не раз. Но гений он на то и гений, что сделал дом непроникновенным, настроенным только на себя. Позднее, он потратил еще целых две недели, добавляя во все защитные системы дома мои данные для того, чтобы я могла спокойно выходить и входить.
Я научилась готовить, так как сам Райвенс совершенно забывал о еде , погружаясь в очередной эксперимент. А вот я обладала хорошим аппетитом. Именно поэтому начала постигать кулинарию и использовать кухню по назначению. Техника на ней отличалась от нашей, но я быстро освоилась и готовила с удовольствием.
Глава 4.
Первый мой выход на улицу запомнился мне надолго. Впервые за 2 года я, наконец, увижу город не только из окна дома.
Когда мы вышли наружу, я остановилась в нерешительности, оглядываясь. С двух сторон дороги располагались магазины и рестораны. С нами соседствовали магазин бытовой техники и кафе. Райвенс взял меня под руку и повел вдоль улицы, показывая город, кратко рассказывая о каждом заведении. Я крутила головой во все стороны, просила зайти в некоторые магазины и заваливала ученого горой вопросов.
Наибольшее впечатление на меня произвела голографическая реклама. Мы как раз свернули на одну из главных улиц города, когда на меня выскочил полупрозрачный синий комок размером с баскетбольный мяч и начал кружиться вокруг нас.
- Ох! Райвенс, кто это? - удивленно воскликнула я.
- А это голографическая проекция савока, местного излюбленного домашнего животного. К слову сказать, очень дружелюбное создание, - убрав руки за спину в замок, ответил мне Райвенс. В его взгляде проскальзывало легкое пренебрежение, направленное на голографическую проекцию, - Примитив! Элементарная вещь! Этот Мердок просто запатентовал права на изобретение, который любой ученый сделает за пару дней. Теперь продает повсеместно.