- Интересно? - спросил я, подойдя сзади.
Яна подпрыгнула, повернулась ко мне и пожала плечами. Еще раз прогулялась по боксу и села в уголочке. А мне вдруг стало так легко и спокойно словно именно так все и должно быть. Раньше я всегда работал в одиночестве, было не комфортно, если кто-то смотрел, а тут...в этой девчонке определенно что-то есть, что заставляет меня вести себя нетипично и мне это нравится.
Надел респиратор и приступил к делу. Любимое дело, как всегда, захватило меня целиком. Обратил внимание на тишину, только когда закончил квадроцикл. Яна сидела перед байком и осторожно водила по нему пальчиком, будто что-то рисуя. Осторожно приблизился и понял, что она не обводит мой рисунок, а дополняет его. Вложил ей в руку карандаш по металлу.
- Попробуй этим, так хоть видно будет, что нарисовала.
- А я не испорчу? - испуганно спросила она. - Вдруг хозяину не понравится?
- Вряд ли. Хуже, чем сейчас, точно не станет. Дерзай. Можно посмотреть или ты любишь работать без зрителей?
- Мне легче когда никто не смотрит.
Кивнул и ушел в другой угол. Там уже пару недель стоит BMV пятой модели, к которому я даже не подходил, просто не знал, что с ним делать. Уже почти закончил, когда над головой раздался тихий голос малышки:
- Здесь лучше вверх линию направить, а не в сторону.
Улыбнулся и сделал, как она предложила. Удовлетворенно кивнул и взглянул на свой байк. Он стал похож на агрессивного пса прямо перед броском.
- Хорошо рисуешь, - похвалил я. - отлично получилось. Пойдем красить.
Красили вместе. Я руководил, Яна делала. Поначалу она возмущалась, что не умеет и вообще это детский труд, но я настоял.
- Ты нанесла рисунок, тебе его и оживлять. Нельзя бросать дело на полпути.
- Ты же бросил, - пожала она плечами.
- Меня это не красит, вот я и хочу уберечь тебя от своих ошибок.
После моего красавца мы принялись за бэху, потом сделали еще пару машин...короче домой вернулись ближе к пяти утра, уставшие как собаки, но очень довольные. Думал сразу вырублюсь, но не тут-то было. Мысли о Яне не давали покоя.
- Где ты научилась рисовать? - спросил я, услышав что она вышла из ванной и крадется в свою комнату.
- Я думала, что ты уже спишь, - подпрыгнула девчонка и прижала руки к груди.
- Как видишь, нет. Напугал?
- Немного.
- Так где ты научилась рисовать? - вернулся я к интересующей меня теме.
- Нигде. Наверное, это врожденное. Сколько себя помню, столько рисую.
- Талант, значит. И много у тебя их?
- Кого? - насторожилась малышка.
- Талантов, - хмыкнул я.
- Не знаю, не считала.
- Врешь. Еще как считала. Ладно, иди спать. Сладких снов.
- И тебе, - кивнула малышка и ушла к себе.
Повернулся на другой бок и мгновенно уснул.
Разбудил меня аромат кофе, желание чихнуть и ласковый голосок Яны:
- Ярус, там к тебе кто-то пришел. Просыпайся.
Открыл глаза и понял, что желание чихнуть вызвано норкой, обнюхивающей мой нос. Аромат кофе стал сильнее и заманчивей, а слова девочки обрели смысл. И кто заявился ко мне домой в такую рань? Кстати, а в какую рань? Нормальную такую. Час дня - самое время испортить мне настроение неожиданным визитом.
Осторожно переместив зверька на пол, сел на кровати, потер лицо руками, прогоняя остатки сна, и сделал глоток крепкого кофе.
- Яна, я тебя люблю, - высказал я первое, что пришло в голову, а девочка покраснела и вышла из спальни. - А где гость?
- За дверью.
Она что не открыла дверь? Почему? Не хотела впускать постороннего? Странно. Натянув шорты, пошел открывать дверь. Теперь понятно почему Яна не открыла, только зря она это сделала.
- Ненавижу! - рявкнула Оля и пошла на кухню. - Я хочу кофе.
- Свари, - пожала плечами девочка и удалилась в свою комнату.
- Странная у тебя любовница... - Оля даже успокоилась слегка от такой наглости.
- Это не любовница, а дочь моего друга. Она у меня живет пока папа за границей, - пояснил я. С этой стервы сталось бы позвонить в полицию и сообщить что я совращаю малолетних, хотя с точки зрения закона это не так - Яне ведь уже есть шестнадцать.
- Не важно. Ты нарисовал?
- Конечно. Только не забудь, что на теле будет выглядеть иначе.
- Не забуду. У меня шесть часов сводных. Хватит?
Я кивнул и пошел за инструментами. Эта женщина уже полгода пытается сделать татуировку, только никак не могла найти времени. Я не работаю в два приема, а у нее мало выходных. Чем занимается Оля мне не интересно, а вот то, что она умеет терпеть боль и не станет орать на всю квартиру я уже проверил.
Через пять с половиной часов Оля могла похвастать точной копией крылышек главной героини второго фильма "Ворон". Ну, почти точной. Моя клиентка пожелала чтобы ее крылышки были черными с красными прожилками. Смотрелось красиво.
- Ну как? - повернулась она спиной к Яне, сидящей на кухне и играющей с Лиской.
Девочка подошла поближе, пару минут разглядывала рисунок и повернулась ко мне:
- Хорошая работа. Не знала что ты тату-мастер.
- Я не тату-мастер, я художник умеющий не только красить машины, но и набивать татуировки.
- Я спросила понравился ли рисунок! - неожиданно рявкнула Оля.
- Я думаю, что имея под рукой такого художника, можно было придумать что-нибудь более оригинальное, а не тупо перерисовывать. Потому и оценила только работу мастера, - спокойно проговорила девочка и вновь обратилась ко мне: - Мы в мастерскую поедем или ты устал?
- А школа?
- Завтра воскресенье.
Тут до меня дошло, что она и сегодня ничего не прогуляла. У девочки просто выходные.
- Хорошо. Давай поедим и поедем. Хочу показать тебе мою мастерскую на воде.
Пока мы беседовали Оля молча оделась и ушла, демонстративно оставив деньги на тумбочке. Обычно мне платят по безналу и женщина знает номер моего счета. Ну и черт с ней. Лучше сосредоточится на Яне.
- Я ничего не готовила, но могу быстренько...
- Не стоит, - перебил я. - поехали. По дороге заглянем в кафе и перекусим.
Ехали в молчании. Я не знал что сказать, а Яна о чем-то задумалась и до самого кафе смотрела на дорогу остекленевшим взглядом. Не сказать, что тишина меня напрягала, но задумчивость девочки все же слегка беспокоила. Вот о чем она думает?
В кафе я не только узнал о чем, но и понял что беспокоился не зря.
- Сделай мне татушку, - сказала она это очень тихо и вроде бы даже не просила, а просто подумала вслух.
Я поперхнулся кофе. Слегка отдышавшись, посмотрел на девочку внимательно и твердо ответил:
- Нет.
Она не стала уговаривать или спрашивать почему, просто пожала плечами и встала из-за стола.
Уже в мастерской, набегавшись и осмотрев все закоулки дока, Яна подошла ко мне и спросила:
- Решение окончательное?
Я задумался. По поведению девочки было понятно, что если я сейчас отвечу положительно, уговаривать она не станет как бы сильно ни хотела тату. Мне же хочется узнать насколько обдуманно и взвешенно это решение и на что она готова пойти ради достижения поставленной цели. Потому просто пожал плечами и пошел работать.
Остаток вечера и часть ночи мы говорили только о том, что делали. Уже дома Яна сварила нам кофе и спросила:
- Чем обоснован твой отказ?
- А разве отказ требует обоснования? - удивился я.
- Обычно нет, но в данном случае мне интересно - ты отказался из-за своих правил или отказался делать татушку именно мне, - пояснила девочка.
Та-ак, а она умнее, чем я думал.
- И то и другое.
- А подробней?
- Я вообще редко этим занимаюсь. Еще реже делаю татуировки девушкам. А в твоем случае я не знаю насколько хорошо ты терпишь боль, а когда кто-то под иголкой кричит и громко стонет я работать не могу. И вообще ты еще молодая и красивая, зачем портить кожу? Это ведь на всю жизнь. Ты готова к этому? Я видел людей, которые несколько лет мечтали сделать тату, а потом материли себя за глупость. Хотя меня всегда поражало, что на вопрос "А если отмотать время назад, ты бы отказался?" все уверенно говорили, что все равно бы это сделали. Только один сказал, что не стал бы и через год свел татуировку.
- Эту татуировку набивал ты?
- Нет, но я ее рисовал и мне было очень неприятно, что мой шедевр стерли.
- Что это было?
- Фурия на плече.
- Я бы не свела. А у тебя есть татуировки?
- Нет. Сам себе я набить не могу, а к другому мастеру не пойду.
Яна задумалась. Сидела, выводя пальчиком узоры на крышке стола, будто в астрал выпала. Я не стал ее отвлекать и ушел спать.
Проснулся сам и довольно рано. Выйдя из душа, сразу пошел на кухню и обнаружил там Яну. Судя по накрытому столу, влажным волосам и блеску в глазах девочка либо вообще не ложилась, либо просто мало спит.
- Доброе утро, - бодро поприветствовала она меня и жестом пригласила за стол.
Пока я жевал и наслаждался хорошим кофе она ерзала и выжидательно на меня поглядывала. Помучив малышку из вредности еще несколько минут, я махнул рукой:
- Выкладывай.
- Я хочу татуировку...
- Это я уже слышал.
- Нет, ты не понял. Я давно хочу татуировку. Мне мама рассказывала, что маленькой я терпеть не могла рисовать на бумаге и все время разукрашивала себя. Если удавалось дорваться до зеленки и разукрасить себя ею, счастью моему не было предела - эта дрянь держалась почти неделю. В школе постоянно рисовала браслеты на руках и ногах и постоянно обновляла, чтобы создавалось впечатление татуировки. У меня не вызывает отторжения рисунок на теле и я спокойно воспринимаю мысль о том, что это навсегда. А боль...пару часов потерпеть я способна не пикнув.
- Ручкой рисовала? - она кивнула. - Так вот, это ерунда. Подсознательно ты всегда понимала, что стоит только захотеть и всю эту красоту можно стереть и нарисовать новую, если того захочется. Можно таким образом все время оставаться модной и знать, что в старости не будет стыдно за свою молодость. Яна, сводить татушки еще больнее, чем их наносить и дольше, кстати. Ты уверенна, что когда тебе будет тридцать и ты поедешь на пляж с бикини, тебе не станет стыдно за свою глупую импульсивную юность?
- Зато я смогу сказать, что мне есть что вспомнить и похвастаться, что уже тогда я была тверда в своих решениях. Не гналась за модой и не боялась быть белой вороной.
- А чего тебе боятся? Ты и так кучерявый ежик, потому что до вороны еще не доросла и вообще, эта вакансия занята Линдой, - хмыкнул я. - У тебя неделя, если не передумаешь, сделаю тебе тату.
Девочка кивнула, но я по глазам видел, что она все равно настоит на своем и чем больше я буду сопротивляться, тем сильнее она будет настаивать, а если откажу окончательно, просто уйдет к другому мастеру и...про опасности нечистых инструментов и паршивых чернил все и без меня знают.
- Мы сегодня поедем в мастерскую?
- Позже, - отмахнулся я. - скоро человек придет. Раз уж достал машинку, надо уже отвязаться от всех желающих. Вся неделя расписана. А тебе лучше остаться дома - в понедельник на учебу.
- Яр, у меня каникулы весенние, - покачала головой девочка.
- Отличный повод позаниматься и подготовиться к выпускным экзаменам. Прогульщица.
- Я все сдам и так. Не прогуливать и не учить это разные вещи. Программу я знаю, - отмахнулась малышка.
- Не завалят?
- Не смогут. Сейчас же ЕГЭ ввели. Оценки в любом случае будут адекватными.
- Давай так. Я делаю тебе тату хоть завтра вечером, но ты даешь мне слово, что больше не будешь прогуливать и перестанешь тусоваться в той дикой компании, где тебя якобы замечают.
- А ты будешь со мной общаться и брать в мастерскую иногда? - прищурилась она.
- Это само собой, - улыбнулся я. - кто же откажется от такого предложения.
Яна подскочила и обняла меня. Я сидел истуканом и не знал куда деть руки. Вроде бы надо обнять ее в ответ и именно этого хочется больше всего, но...а вдруг? Что там было бы "вдруг" я додумать не успел и девочку так не обнял, потому что в дверь позвонили и Яна убежала открывать. Чертыхнувшись, тоже вышел к прихожую и застал покрасневшую Яну и довольно улыбающегося Глеба, который галантно целовал ей ручку.
- Привет, - еще шире улыбнулся парень. - я вовремя?
- Привет, - буркнул я. - пойдем.
Глеб подмигнул Яне и пошел в мой кабинет, а девочка помчалась в свою комнату, чуть не сбив меня с ног. И что это было? Искра симпатии или Глеб опять пустил в ход все свое обаяние, чтобы поставить очередную галочку в честь легкой победы? Настроение стремительно покатилось вниз.
- Как зовут это небесное создание? А то я как-то не успел познакомиться... - стоило только мне войти в кабинет спросил парень.
Глеб парень видный и я никогда не удивлялся что за ним девушки косяками ходят. Еще бы! Голубоглазый блондин с идеальным телом и улыбкой голливудской звезды! Но одна мысль о Яне в его объятиях и ее разбитом сердце причинила мне почти физическую боль, а паршивое настроение сменило траекторию, решив что гневаться эффективней.
- Даже не думай! - рявкнул я.
- А что? Красивая девочка. Сам развлекся - дай другим порадоваться.
- Придурок, - буркнул я, поняв что он издевается. - это дочь моего друга.
- Ага. А у тебя она живет потому что... - он нахмурился. - теряюсь в догадках.
- Потому что папочка в командировке, а ей нет восемнадцати.
- А. Ну, это все объясняет! Папа укатил, а ты присматриваешь за деточкой. Многому научить успел?
- Точно, придурок. Что там у тебя? Цербер? - перешел я к делу, не желая развивать неприятную тему. - Размер какой?
- Пол спины, шея и плечо.
- Раздевайся и давай подробней. Цвет, стиль, настроение, где что, примерно, должно быть.
Парень скинул футболку и начал объяснять:
- Так, значит собачка, - Глеб хмыкнул, обозначив новую шутку. - должна лежать у меня на спине. Одна голова на шее смотрит вперед, вторая на плече смотрит вниз и чуть в сторону, а третья лежит на левой лопатке с закрытыми газами. Тело наискосок по спине, хвост желательно расположить поперек поясницы чтобы кончик выглядывал спереди. Справа или слева не имеет значения. Глаза желтые, остальное черное. Стиль... - он задумался. - лучше без готики. Чем натуральней будет выглядеть зверушка, тем лучше.
- А как же крылья? - ухмыльнулся я.
- Я тут покопался в мифах и выяснил, что у Цербера крыльев не было, а у грифона всего одна голова и скорпионье жало на хвосте.
Еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Опять он все перепутал. Ну и ладно, главное, что Цербера крыльями не изуродует, остальное мелочи.
Поставил парня спиной к окну и принялся за работу. Пока рисовал только контуры, определяя размер и примерное положение на теле. Глеб одобрил и я стал прорисовывать детали. Потом надо будет сфотографировать и набивать. Просто в процессе набивки обеззараживающая жидкость стирает рисунок и пропорции теряются, так что если нет картинки под рукой работать трудно.
- Уши сделай поменьше и острее - так смотреться будет лучше, - раздался позади меня голос Яны.
Я чуть не подпрыгнул. Так увлекся, что не услышал, как она вошла, но последовал ее совету. Девочка взяла вторую ручку и дорисовала хвост, потом чуть подправила лапы и добавила пару штрихов на спину. Я одобрительно кивнул и стал фотографировать. Выгонять Яну из комнаты не стал. Пусть посмотрит на мучения этого придурка, может передумает делать татуировку.
- Надо бы еще ошейник медный нарисовать на шее. С шипами, - посоветовала она.
- Лучше золотой. Глаза ведь желтые, - внес свою лепту Глеб.
Я фыркнул, а Яна возразила:
- Ярус прав. Золотой ошейник у Цербера - это бред. Аид и золото несовместимы. Для существа обитающего в Царстве Мертвых логичней медь. Можно сделать ошейник слегка ржавым, тогда желтого будет больше, чем красного.
Дорисовали ошейник и заменили несколько фотографий.
Я принялся за работу. Поначалу Яна просто сидела рядом и наблюдала, потом стала тихонько переговариваться с Глебом. К разговору я не прислушивался. Вряд ли он станет заигрывать с девушкой, когда ему делают больно, а чем меньше я буду отвлекаться, тем быстрее закончу и выпровожу этого придурка из своего дома. Ревную? Еще бы!