Женщина отключила визор и переключила полиграф на себя, теперь Алекс мог видеть, что консультант говорит правду:
— Это жестоко, Алекс, очень жестоко. Я… я ведь верила, верила в то, что Аукцион, Торги, что все это даст возможность сохранить независимость и человечество. Что люди-лоты — это наименьшее из зол. Что спустя пару тысячелетий наши потомки будут читать книги по истории и признавать гением того, кто придумал эту систему. Теперь уже не верю ни в систему, ни в Землю. Я ведь раньше осуждала девушек-чайлдфри, думала, продают всего лишь один тысячный процент людей, так чего бояться. А вот сейчас…
Консультант замолкла и начала складывать приборы, поясняя для Алекса официальным тоном:
— Ваш идентификационный номер на аукционе 145, пароль 83591630. Торги начнутся в полночь и будут длиться семь дней. У каждого покупателя есть короткое резюме, по которому вы можете хоть что-то о нем узнать. Пятерых вам разрешено заблокировать, но лучше это делать перед самым концом торгов. Учтите, покупатели указывают только то, что хотят, но все их слова тоже проверены полиграфом.
Алекс поймал консультанта за руку.
— Вам не стоило откровенничать, особенно подключив приборы. Устроителям плевать на вас и меня, на чувства каждого из нас, но вот то, что какой-то неизвестный Алекс Крей за двадцать минут спровоцировал на откровенность профессионального сотрудника, — Алекс закусил нижнюю губу, — это станет куда дороже всего, что мной было здесь сказано.
Алекс резко потянул на себя девушку, сжал ее в объятиях и коротко поцеловал в губы: «Прощай, красотка, когда-то верящая в величие нашей нации. Я никогда не верил, всегда хотел сбежать отсюда и не оглядываться. Мечты сбываются, я действительно уйду. Вот только не так, как думал раньше».
========== Глава 2 ==========
Я очень боюсь «виски с колой», потому
что после «виски с колой» я ничего не боюсь.
(с) Интернет
Консультант ушла, оставив Алекса в его маленькой убогой квартирке наедине со съедающими изнутри мыслями и тоской. Даже не отчаяньем, а именно глухой темной тоской, в которой нельзя утонуть, но и выбраться не получается.
Вспомнив, что ему перевели вчера зарплату за прошлую неделю, Алекс ругнулся и заказал по Сети выпивку.
Бутылку крепкой настойки доставил курьер с охранником.
За семьсот граммов алкоголя, привезенного из другой галактики, пришлось заплатить десять стандартных единиц, но терпкий напиток пился, как вода, не принося с собой ни облегчения, ни опьянения.
В полночь Алекс влез на Аукцион, зашел на свою анкету и медленно, лениво смотрел, как растут просмотры и цена за него с минимальных трех стандартов до сотни всего-то за жалкие семь минут.
Не выключая компьютера, Алекс оставил бутылку недопитой и повалился на кровать. Все же алкоголь сделал свое дело: мышцы расслабились, приятная легкость наполнила тело, но ум остался кристально чистым. Все шло так, как он и предвидел.
Запись интервью вышла полной, более того, организаторы даже оставили диалог между ним и консультантом. Тот шел за черным фоном выключенного визора и подогревал интерес еще сильней. Другие анкеты выглядели скучными и однообразными, ничего запоминающегося. За них почти не голосовали, так, всего несколько ставок на минимальном «шаге». Причем почти все из ставивших активно торговались и за самого Алекса.
Он улыбнулся. Очевидно, подстраховка. Если не удастся урвать самый лакомый кусочек, то остаться ни с чем тоже не придется. Провести все время за компьютером Алекс не собирался. Все равно основной отсев наименее платежеспособных состоится в первые четыре дня. К шестому дойдут наиболее упорные, вот тогда и имеет смысл посмотреть на них во все глаза. Терзать же себя страхами… Не такой уж Алекс садист.
Он перевернулся на бок, попутно заворачиваясь в одеяло, и провалился в тяжелый сон без сновидений.
***
Разбудил Алекса настойчивый стук в двери. Не ожидая ничего хорошего, парень распахнул двери и тяжело вдохнул: первое, что он увидел — это серые заплаканные глаза Даны, девушки, приятельницы, с которой он был знаком уже год.
— Ты… Ты! — Дана, всхлипнув, ударила его кулаком по груди. — Ты! Почему ты? Почему? Алекс, зачем ты сделал такое резюме? Я уже не могу больше перебить ставку в триста стандартов. Я торговалась до последнего, но даже продав квартиру, я не соберу больше! Ты! — вновь ударила девушка по плечу Алекса и, окончательно расплакавшись, уткнулась носом в грудь, шепча что-то о том, что если Алекса продадут, то она этого не переживет.
Только когда Дана притихла, захлебываясь в рыданиях, Алекс увидел и их общего приятеля — Макса. Тот стоял молча, даже не улыбался, что ему не свойственно.
Алекс приобнял девушку, а когда смог взять себя в руки, стал неловко успокаивать, объясняя, что ему просто не повезло.
Макс же молча вошел в квартиру и, сев на единственный стул, устало признал:
— Мы с Даной и ее родители собрали почти восемьсот стандартов, вернее не собрали, но можем собрать за семь дней, но это в лучшем случае. Алекс, сколько есть у тебя? Судя по торгам, этих денег не хватит, ты уже стоишь четыреста стандартов, и цена растет, правда, пока не очень быстро.
Алекс поцеловал Дану в макушку и отошел к стене, встав напротив знакомых, скрестил руки на груди:
— Идиоты. Во-первых, денег не хватит, я слишком охуенен, сам себе не по карману; во-вторых, нехрен хоронить меня заживо, — Алекс развел руки в стороны, словно крылья. — Жизнь прекрасна, давайте выпьем. Кстати, бутылка за компом. И, в-третьих, я себя люблю, потому и заинтересован в здоровье собственной шкурки. А вам-то что с меня?
Алекс прищурился. Да, Макс и Дана были самыми лучшими из всех его знакомых, возможно, считали его своим другом. Или себя его друзьями, вот только Алекс давно привык избегать личных привязанностей. Так жить проще и спокойней.
— Я люблю тебя, — выпалила Дана.
— Ты наш друг, — одновременно с ней сказал Макс.
Оба замолкли, растерянно смотря на Алекса. Сейчас все было по-другому: привычный, иногда даже чуть занудный Алекс засиял, словно весь мир, вся эта проклятая Земля вертелась только вокруг него.
Дана скривилась. В принципе, Алекс говорил правду, вот только… люди любят себя обманывать, стараясь, делая все возможное, особенно в безвыходных ситуациях, чтобы потом сказать: «Я сделал все, что мог». Это дарует какое-то успокоение. Алекс же предлагал им сдаться, так и не попытавшись, сложить руки и ждать.
Алекс кашлянул,и, прочистив горло, вернул голосу былую уверенность:
— Я-таки тронут до глубины души, — улыбнулся он. — Но это мои последние дни свободы, и я не собираюсь тратить их на беготню. Вы видели шоу, устроенное мной, его могли выпустить урезанным, но организаторы Аукциона плевали на своих граждан. Вода и пища, им ведь тоже они нужны, и все равно, кто оплатит их. Привлекший на свою голову извращенцев несмышленый парень? Да забирайте. Когда-нибудь все сложат два и два, свергнут правительство и заключат контракты с другими планетами. Нам все еще есть что предложить.
Алекс потер переносицу:
— Я в душ, и чистить зубы. Хотите быть друзьями — согрейте пару тюбиков еды и больше не говорите о деньгах. И не плачьте, — Алекс строго посмотрел на Дану, но, выходя из комнаты, легко чмокнул девушку в щеку.
Дана замерла, прикоснувшись пальцами к месту поцелуя. Щека пылала. Девушке даже показалось, что губы Алекса слишком горячие и обожгли кожу. Дана никогда не признавалась парням в любви первой по двум причинам. Во-первых, будучи красивой и эффектной девушкой, она ни разу не сталкивалась с такой необходимостью. Во-вторых, ее родители были более чем обеспеченны, она даже зачастую ела блюда из настоящих продуктов и давно заметила, что часть тех, кто бегал за ней, делали это из меркантильных соображений.
Макс отправился разогревать завтрак для Алекса, затем включил свой комм и влез в Сеть, на сайт Аукциона. Все лоты шли в порядке уменьшения суммы, которую за них предлагали. Напротив имени и небольшой голограммы с изображением лота шло резюме в пару предложений, и светилась цена. Если еще ночью на первом месте с приличным отрывом висел Алекс, то сейчас там с неимоверно высокой ценой для первого дня Аукциона — в тысячу стандартов — висел новый лидер по имени Амин. Алекс шел следом с ценником в четыреста шестьдесят два стандарта, за ним красивая блондинка, цена на которую еще не достигла и сотни.
Быстро, из любопытства, промотав вниз, Макс увидел с десяток лотов, на которых цена так и осталась минимальной — три стандарта. Потом вернулся к лидеру, посмотрел его резюме вместе с Даной.
— Алекс, — Макс нахмурился и повернул комм вернувшемуся из ванной другу, — кто-то обогнал тебя. И ему повезло. Смотри, что за послание оставил его покупатель, тот, кто дает больше всех на данный момент!
Макс ткнул в иконку покупателя, и в комнате возникла голограмма, на которой существо, больше похожее на рептилию, чем на теплокровного, сообщало: «Амин, здравствуйте, не волнуйтесь, я представитель правительства Сиринити. Один из наших известных музыкантов увидел ваши ноты, прикрепленные файлом к резюме Аукциона, и обратился к нам с требованием выкупить вас. После короткого обсуждения и доводов нашего одаренного собрата правительство решило, что требование обоснованное. Вы будете выкуплены нами и сразу получите свободу. Вам всего восемнадцать, но наш советник по культуре уверен, что за вами великое музыкальное будущее, и вы обогатите нашу культуру, став ее частью. Мы бы очень хотели видеть вас и вашу семью в числе наших граждан, но это не значит, что мы ставим вам условия: мы в любом случае выкупим вас и вернем свободу. Поэтому не волнуйтесь, творите дальше и знайте, что у вас все обязательно будет хорошо».
Изображение исчезло. Макс повинно склонил голову:
— Прости, я не знаю, зачем вообще тебе это показал… Прости.
Не говоря ни слова, Алекс туже затянул на бедрах полотенце и развернул голограмму с анкетой Амина. Лицо Алекса ничего не выражало: непонятно, злится ли он или завидует более удачному лоту. Раньше мысль о свободе, о тех единицах, что нашли дом на других планетах и вернулись за семьей, разбивалась о сухие цифры статданных, теперь же он своими глазами видел счастливчика.
Алекс пробежал глазами анкету, запустил приложение с нотами, бегло просмотрел их и запустил аудиофайл. По маленькой, такой же пустынной, как и вся квартира, кухне, словно лунное серебро растекалась удивительно-прекрасная мелодия.
Алекс улыбнулся:
— Отлично, — и в упор посмотрел на Макса. — Ты так и будешь обниматься с тюбиками или дашь мне поесть? Кто хочет, может присоединиться. К концу торгов за меня предложат больше, этот представитель Сиринити переусердствовал, мог и сэкономить. Вряд ли ценителей музыки найдется так же много, как похотливых извращенцев. А вечером вы идете со мной в клуб, — без перехода заключил Алекс.
— Хорошо, — наконец отдал тюбики Макс. — В принципе, ты прав, вторая ставка за музыканта гораздо меньше: в районе двух сотен.
Дана отмерла, подошла, уткнулась носом в спину Алекса и прошептала:
— Ты ведь вернешься? Ты должен вернуться, ну, пожалуйста, Алекс, вернись…
Боль. Странная, отчаянная, непередаваемая боль заполнила всю девушку, не давая думать, не позволяя дышать, даже слез уже не было — только боль.
— Я не верю в сказки, Дана, — безжалостно отрезал Алекс, не собираясь давать девушке лишней надежды. Он исчезнет, она забудет, и чем короче этот промежуток, тем лучше. — Но я верю в судьбу, в ту, что мы сами творим. Что бы меня не ждало впереди, это будет весело. За потрахаться и сломать игрушку переплачивать не станут, на меня будут планы и помимо таких.
Алекс выбрался из объятий Даны и положил тюбики в печь на подогрев.
Девушка замерла, загнанно посмотрела на Макса, но тот только молча покачал головой.
========== Глава 3 ==========
Смотришь одним людям в глаза и видишь только цвет.
А некоторым заглянешь — душу видно.
(с) Интернет
Клуб встретил оглушающей музыкой, от которой казалось, что все вокруг, весь мир дышит в едином с ней ритме. Алекса заметили сразу, люди салютовали напитками, оборачивались, кто-то даже пытался что-то спросить. Высокий, стройный официант с легкостью лавируя между посетителями, тут же оказался рядом и, протягивая поднос с рюмкой коньяка, перекрикивая музыку, сообщил:
— Это вам, мистер Крей, за счет заведения. Надеюсь, вы будете частым гостем нашего клуба, пока сможете.
Алекс кивнул, подхватив рюмку, и подмигнул симпатичному официанту.
— Твое здоровье, — и осушил ее залпом.
Обстановка располагала к веселью, но Алекс держался, словно в стороне от суматохи, хотя Дана пару раз вытащила его на танцпол, и они вместе заводили зал. Все-таки Дана очень красивая девушка, элегантная и пластичная. Огненно-рыжие волосы лежат упругими локонами, облегающее черное платье с блестками по подолу и декольте придают ей шарма и стройнят.
Алекс слышал, как им улюлюкала толпа, кричал диджей, и они отдавались танцу, словно занимались любовью. Алекс и сам не мог понять, что же не так, почему он не влюбился в нее? Но ничего, кроме уважения, к Дане он не испытывал. Даже тот же Макс ему ближе по духу.
Улучив момент, Алекс пробрался к стойке с угостившим его официантом.
— Хорошо у вас тут, — сказал Алекс, желая как-то завязать разговор.
— Ну да, неплохо, — с готовностью отозвался парень. — Только сегодня очень людно. На мой вкус лучше, если людей чуть меньше, а места на танцполе чуть больше. Я, кстати, Том. Твое имя мне сказали, когда отправили к тебе с выпивкой.
Официант замолк и спокойно что-то объяснил девушке, пришедшей ему на замену, и, выйдя из-за стойки, сообщил Алексу:
— Моя смена закончилась. Не хочешь выйти на свежий воздух?
Алекс красноречивым взглядом ощупал тело парня. Том подтянул джинсы, но они все равно сползли на бедра, открывая полоску кожи между поясом и футболкой.
— Пошли, — не оглядываясь и не проверяя идет ли за ним новый знакомый, Алекс пробивался к выходу.
Ночь встретила прохладой, ветер освежал разгоряченную танцем кожу и выветривал алкоголь из головы. Том встал рядом.
— Я думал, тебя впечатлила моя анкета, отсюда и выпивка, — ухмыльнулся Алекс и продолжил: — Или та ее часть про позы, в которых я люблю брать симпатичных длинноногих юношей.
Улыбка Алекса стала шире, сейчас в свете уличных фонарей он не отводил взгляда от зеленых глаз Тома.
— Как трава на лугу, — озвучил он мысль.
— Все как всегда прошло мимо меня, так что про позы, в которых ты любишь брать «симпатичных длинноногих юношей», я не знаю, — парень фыркнул чуть насмешливо. — Ты хоть раз видел траву? Настоящую? В большом количестве?
Дождавшись, когда Алекс отрицательно мотнет головой, Том рассмеялся:
— И я не видел. Хочешь, можешь зайти ко мне в гости, я тут недалеко живу.
— У меня богатое воображение, — многозначительно подвигал бровями Алекс. — Конечно хочу, на чашку настоящего кофе и все такое.
Том присвистнул, а Алекс уже тащил его в дорогой супермаркет с редкими продуктами, который заметил еще по дороге в клуб. Кофе с искренними пожеланиями прекрасного вечера самолично доставал из-за бронированного стекла витрины непосредственный директор.
Том и правда жил недалеко, каких-то двадцать минут шагом. Небольшая квартирка встретила тишиной и удивила идеальным порядком.
— А ты хозяйственный, — похвалил Алекс. — Не любишь бардак?
— Не люблю, в бардаке я постоянно что-то теряю, — пожал плечами Том и принялся изучать пачку с кофе, внимательно вчитываясь в инструкцию по приготовлению. — А если уж совсем честно, днем в гости приходила моя мама, и я просто все запихнул в ячейки шкафа. Только не вздумай его открывать! Завалит нафиг с головой! — парень рассмеялся и принялся готовить кофе, периодически сверяя свои действия с инструкцией на упаковке.
На узком подоконнике стоял горшок, в котором рос одинокий помидорчик, и Алекс мог даже видеть маленькие зеленые плоды, которые еще и не начали созревать.
— Мне нужно в душ, я весь пропах клубом, не люблю этот запах, — заметив взгляд Алекса, прикованный к растению, Том весело пояснил. — Я учусь в универе Восстановления Земли. Это мой дипломный проект растет. Мне и моему куратору удалось восстановить генетику томата, овоща, который был на Земле еще до… В принципе, он не столько воды требует, сколько я боялся, так что я один из помидорчиков спер из лаборатории. Хотелось что-то живое в квартире, хоть что-то, к чему можно возвращаться. Раз в два дня его поливаю, без меня он не выживет.