Солнце еще только позолотило кроны высоченных сосен, а во Дворце уже вовсю кипела и бурлила жизнь. Старейшины заседали в Зале Советов, молодежь бодро нарезала круги по плацу, а Алексей и Артем вовсю гоняли по двору Романа, постоянно заставляя его уходить от атак.
Маленькая Ника смотрела на их игрища, сидя на перилах балкона. Остывший за ночь камень холодил даже через покрывало и джинсовую ткань порванных на коленках штанишек. Нике везло - брат и жених еще не заметили девочку, увлеченно болевшую поочередно за всех, и сжимавшую кулаки каждый раз, когда Ромка чудом уворачивался от какой-нибудь особо удачной атаки близнецов.
- Ром, да ты знатный свинтус, - весело подначивал друга Артем. - Ты ж зачем мне вчера всю малину испортил, когда сказал при девчонках, что им меньше надо зариться на чужих парней? Да пока эта твоя пигалица еще вырастет, у меня успеет все отсохнуть и отвалиться.
- Дурак ты, Тема, и отвалится у тебя все как раз, если будешь спать со всеми подряд. - Не поддержал брата Алекс. - И даже я приживить обратно не смогу.
Ника растерла по щекам злые слезы, негоже наследнице рода реветь из-за недостойного поведения будущего мужа, даже если наследнице всего лишь десять лет. Девочка спрыгнула с перил обратно на балкон и тихонько прикрыла балконную дверь. Точнее - попыталась сделать это тихонько, но раздавшийся скрип и мертвого бы поднял. Ника вспыхнула и вжалась в нишу рядом с балконом, повторяя про себя, что в нише пусто, совсем-совсем пусто.
Меньше десяти секунд понадобилось Теме, чтобы вычислить балкон, с которого, оказывается, за ними наблюдали, и оказаться по ту сторону двери. Парень появился рядом с балконной дверью, словно соткавшись из предрассветных теней. Никого. Не слышно ни дыхания, ни шороха, нет посторонних запахов, да и поисковый импульс ничего не дал.
- Вот чертовка! Я знаю, что ты еще тут. Никто больше не сможет так хорошо скрыться от меня. Вечером выпорю прилюдно. - Угрожающе прошептал он и растворился в тенях.
Ника выждала еще пару минут для верности, а потом покинула ставшую вдруг такой уютной нишу. Она не думала, что он действительно может ее так наказать, ведь для исполнения такой угрозы нужна более веская причина, чем наблюдение за чужими тренировками и случайно подслушанные несколько фраз. Да и не докажет он, что это была именно она. И вообще, это она должна обижаться.
Девочка поковыряла ногтем раствор, скреплявший каменные блоки старой части замка. Ей эта часть нравилась намного больше новой, сверкающей хромированными поверхностями, стеклом и пластиком. Каменные стены, казалось, помнили всех своих прежних владельцев, даря иллюзорную видимость надежности и налета тайны. Возможно, именно в этой зале с растрескавшимся паркетом, в некоторых местах даже лишившимся нескольких плашек, раньше вальсировали прекрасные юные девушки с очаровательными кавалерами. Ника прикрыла глаза, представляя себе, что кружится в танце под красивую музыку, а ведет ее Артем, с не свойственной ему ныне нежностью смотрящий ей в глаза.
Забывшись, девочка сделала несколько шагов под слышимую только ею музыку по поскрипывающему под ногами паркету. Раз-два-три, раз-два-три, считала она про себя такты, и кружилась по залу, освещенному в ее воображении колеблющимся светом тысячи свечей. Где-то хлопнула дверь, разрушив сказку. Вместо приветливого и галантного Темы перед ней оказался он же, но насмешливо улыбающийся.
- Так-так-так, вылезла-таки из своего угла. Заседание Совета окончилось, я как раз успел к его окончанию, чтобы узнать очень приятную для меня новость. Тебя отсылают в девчачью школу, которой заведует Касси. И ты оттуда не вернешься, пока не придет время нашего замужества. - Он окинул ее изучающим взглядом. - Как раз появятся выпуклости на месте вогнутостей.
Ника застыла в ужасе на месте. Она, конечно, подозревала, что он ее не любит из-за этой навязанной ему помолвки, но не думала, что настолько. Словно и не было того веселого и симпатичного мальчишки, который учил ее, катал на плечах и рассказывал на ночь сказки. Словно не было пережитых вместе минут, из-за которых она в него и влюбилась. Это уже нельзя было назвать детской фантазией о прекрасном принце, скорее, это были воспоминания о том периоде, пока он еще не знал, что она - его нареченная. Каким жестоким он теперь был, какими нелестными эпитетами он ее награждал, когда хотя бы подозревал, что она может услышать его слова. Если раньше она была маленькой сестрой лучшего друга, которая запросто могла в любое время дня и ночи прийти к нему за советом или помощью, то теперь он изводил ее своими словами и поступками.
Ей нестерпимо хотелось вернуть время, когда он мазал зеленкой ее ободранные коленки и дул на все царапины, приговаривая, что так они лучше заживут, когда читал ей сказки, а она лежала, положив голову ему на коленки, когда он, не стесняясь, играл с ней в куклы, в карты, в города, в войну... Теперь у них была настоящая война, в которой нет места даже мимолетной похвале за успехи, хотя она училась лучше всех, а сложные техники, которые не у всех вообще получались, у нее выходили правильно. Если не с первой попытки, так со второй или третьей.
И, вот, сейчас он стоит и усмехается. Ей вдруг впервые захотелось ударить его, встряхнуть, спросить, за что он отыгрывается именно на ней.
Ника испугалась своих мыслей и телепортировалась в свою комнату, движением руки навесив запрет на вторжение, и упала прямо в обуви на покрывало. Позорные слезы уже который раз за утро навернулись на глаза. Она не сдерживала их больше, и плотину прорвало. Сначала она рыдала, потом перешла на всхлипывания, перемежающиеся икотой.
Позволив себе двадцать минут истерики, девочка села на кровати, чувствуя себя опустошенной. Она отстраненно порадовалась такому состоянию - теперь будет легче пережить и такое отношение к себе Артема, и расставание с братом, о котором, в чем она себе со стыдом призналась, она думала намного реже, чем о своем женихе.
В дверь постучались. Не получив ответа, постучались еще раз. Проигнорировав настойчивого посетителя, Ника прошла в свою ванную комнатушку и умылась холодной водой, чтобы никому не выдавать своей слабости. Отец всегда настаивал именно на том, что слезы - непозволительная роскошь. Как и мечты, большей части которых она уже лишилась.
Глава рода воспитывал наследника и дочь в строгости. Возможно, он винил Нику в смерти жены - та погибла, давая девочке жизнь. У врачей был выбор - спасать мать или ребенка. Женщина велела спасать дочь.
И теперь, возможно, отец мстил своему ребенку, отбирая у нее друзей и привязанности. Сначала это был брат, вдруг отдалившийся от нее, ставший "слишком взрослым" для игр. Следом ей запретили даже изредка бывать в гостях у друзей и приглашать кого-то во Дворец. Потом был рыжий кот Александр Первый, которого она обоснованно считала своим питомцем, вдруг в одночасье пропавший. Теперь ее лишили и Артема. Пусть, даже такого, мрачного и испытывавшего отвращение к ней.
Стук в дверь повторился. На этот раз, судя по звукам, в дверь уже стучали ногой.
- Головой еще постучи, - буркнула Ника и заперлась в ванной, решив разглядеть получше пресловутые "вогнутости". Как она ни крутилась перед зеркалом, зрелище было неутешительным, формами ей суждено обзавестись еще не скоро. Зеркало упрямо показывало ей худого нескладного недокормыша. - Модель скелета. - Подвела итог девочка и показала себе в зеркале язык.
Дверь в комнату громыхала, почти слетая с петель. Ника махнула рукой, снимая запрет, и дверь просто свалилась, подняв из пушистого коврика маленькое облачко пыли.
В дверном проеме стоял Артем и яростно сверлил взглядом свою невесту.
- Сам дурак. - Кивнула девочка и пошла к шкафу, из которого начала доставать одежду и сортировать ее на кучки. Артем глубоко вздохнул и зашел в комнату, пройдя по двери. - Чего хотел?
- Хотел добиться расторжения помолвки с твоей стороны. - Он упал на ее кровать и положил ноги на раскладываемое по покрывалу нижнее белье. - Видимо, не добьюсь.
- Теперь - точно, - подтвердила Ника. - Вот стану взрослой и красивой девушкой, тогда и разорву помолвку. К тому моменту ты станешь старым и некрасивым, а зачем ты мне такой нужен?
Артем хмыкнул и помахал рукой. Ника взлетела в воздух, перевернулась верх ногами и, скрестив руки на груди, плюхнулась всем своим недовольным существом рядом с ним, прямо в пятно на покрывале, мокрое от ее слез.
- Поверь мне, если ты станешь красивой и взрослой, разрывать помолвку не потребуется. - Артем протянул руку, чтобы взъерошить ей волосы, но девочка увернулась.
- Вернемся к этому вопросу через восемь лет. И не надо делать вид, что я тебе небезразлична. Я в это больше не поверю. - Ника встала с кровати, опять подошла к шкафу и задумчиво оглядела маленькую горку вещей, образовавшуюся на покрывале благодаря возне Артема. - Ты просто извращенец.
Артем сел, сгреб кучку белья и поднял первую вещь, которой оказались маленькие трусики с рюшами и Винни-Пухом.
- Эти - на выход в свет, - он отложил трусики в сторону и взял следующие, с сердечком. - Эти - на свидание с молодым человеком.
Девочка сердито отобрала их, случайно коснувшись его руки. Ее щеки вспыхнули.
- Когда я начну ходить на свидания, эти трусики уже на меня не налезут. Наверное. - Она критически окинула его взглядом. - Но ты можешь мне купить точно такие же, на несколько размеров больше, и я, так и быть, одену их на свидание с кем-нибудь.
Артем откинулся назад и довольно закрыл глаза.
- Я, значит, буду покупать тебе нижнее белье, а ты будешь ходить на свидания с другими? - Он явно наслаждался словесной дуэлью с девочкой.
- Ну, не факт, что они увидят это нижнее белье на мне. - Ника вспыхнула опять, поняв, что фраза получилась двусмысленной.
- Если тебе попадется хоть один педофил, дай знать. Я лично возложу венок на его могилку.
- Тем, а почему ты пришел? - перевела тему Ника. Артем сел на кровати и стал похлопывать себя по карманам.
- Да где же они? А, нашел. Вот, эти ключи - тебе. - Он протянул кольцо с двумя маленькими ключиками. - В школе для девочек много запретов. Это очень приличное заведение, да и учатся там девочки из очень хороших семей. Светлый ключ - от калитки в саду, она ведет на частную территорию. Конкретнее - к особняку Кассандры. Темный ключ - от двери в твоей комнате. Касси сказала, что не всем может понравиться твое пребывание там. Поэтому тебе нужно будет закрывать дверь, когда выходишь из комнаты. Сестренка о тебе беспокоится.
Ника взяла ключи, опять коснувшись его ладони и улыбнулась.
- Спасибо.
- Я это делаю не для тебя, не воображай. Просто сестра попросила передать. Сама она сейчас зайти не может, занята бумагами о твоем переводе. Не разочаруй ее.
Артем встал с кровати и вышел. Ника зачарованно смотрела ему вслед, гадая, не показалась ли ей его улыбка, мягкая, совсем как прежняя.
Рома разложил в мастерской инструменты и ковырялся в очередном механизме, когда зашел Артем.
- Ты не хочешь с ней попрощаться? - Друг мотнул головой.
- Она приедет на каникулы.
- Не перегибаешь палку? Все-таки сестра.
- На себя посмотри. И чего ты хотел добиться, изводя ее? - Рома повернулся к другу лицом и внимательно посмотрел тому в лицо.
- Просто думал, что у нее это несерьезно. Первая влюбленность и все такое.
- Даже если и просто первая влюбленность, ты ее не боялся испортить? Девчонки обычно свою первую любовь запоминают навсегда. И все последующие ровняют на ту самую. А если она теперь будет искать моральных уродов и садистов?
- Эй, я все-таки твой друг. - Артем выставил вперед открытые ладони, как жест защиты от нападок Ромы. - Неужели, со стороны все выглядело именно так паршиво?
- У брата своего спроси, если мне не веришь. - Рома отвернулся и продолжил ковыряться в механизме. - Ей еще только десять лет, а все с нее спрашивают, как со взрослой. Пытался я оградить ее от этих ваших игр.
- Зато я теперь точно могу встречаться с девушками. Ее мнение о себе я уже не испорчу.
- А оно тебе было важно, когда ты вел себя, как идиот? Тебя действительно так пугает ваша будущая помолвка?
- Да не в этом дело. - Артем передернул плечами, зная, что друг ощутит каждый жест. - Просто я думал, что она разочаруется во мне, встретит потом подходящего парня, выскочит замуж, дети у них появятся... Да, что я тебе рассказываю? Сам все знаешь. Что она тут видит? Постоянные тренировки, совершенствование. Да она даже в куклы только до пяти лет играла. Нормальные девчонки, вон, в ее возрасте, не знают, с какой стороны за меч браться, а она полосу препятствий за десять минут проходит. Что ей тут светит? Она у своих сверстников-мальчишек зависть вызывает своими способностями. - Артем нервно расхаживал по мастерской, периодически останавливаясь, и заглядывая другу через плечо.
- Я вот одного не понимаю, ты ведь ее любишь? - Рома повернулся к другу и вытер перепачканные в масле руки о тряпку. Артем отмахнулся от друга и продолжил забег по мастерской.
- Я уже ничего не знаю. Раньше мне казалось, что она слишком быстро взрослеет. А теперь она уже даже не человека мне напоминает. Ты не представляешь, сколько раз я пытался ее вывести из себя, чтобы она на меня наорала, кинула чем-нибудь, да хоть голыми руками побила. А она только посмотрит так. Затравленно. Таким взрослым взглядом. Сам начинаю себя капризным ребенком ощущать. Наверное, я должен перед ней извиниться, но не могу. Каждый раз, когда иду просить прощения, она меня этим своим взглядом опять провоцирует. - Рома склонил голову набок и прислушался к чему-то.
- Там опять что-то случилось. А ты говоришь, взрослеет. - Перед двумя друзьями, спешно выбежавшими из мастерской, открылась картина побоища - по всему внутреннему двору были разбросаны вещи, вылетевшие из выкинутого из окна чемодана. Как Артем ни всматривался, трусиков с сердечком он там не увидел, что его почему-то обрадовало. Из открытого окна третьего этажа раздавалась ругань. Детский голосок сыпал отборными матами, взрослый мужской голос напряженно грохотал, вздрагивали стекла. Следом да чемоданом в окно полетели подушки и покрывало.
- И чтобы ноги твоей в этом доме до каникул не было! Если не сможешь вести себя, как приличная девушка, и тебя выгонят, делай что хочешь, но дома не появляйся! - Ника вылетела в окно, приземлившись на четыре конечности, как кошка.
- Старый пердун. - Буркнула она, окинув взглядом валяющиеся вещи.
- Я все слышу! - Окно захлопнулось.
Девочка присела на корточки и поводила руками. Одежда начала наполнять чемодан, фланируя по воздуху. Мимо Артема пролетела футболка с черепом, кокетливо помахивая рукавами. Рома увернулся от шортов.
- Тебе помочь? - Ника недоброжелательно покосилась на брата.
- Сама справлюсь. Лучше отца подготовь к тому, что меня уже на следующей неделе отчислят.
- Вот ты где, малышка. А я столкнулась с твоим очень недовольным отцом. Он сказал, чтобы я тебя оставила себе, даже если ты вылетишь из моей школы. - Ника ухмыльнулась. - Ты скоро поменяешь свое представление об этой школе, может быть, тебе даже понравится.
- Касси, а вальс танцевать меня там научат?
- Конечно. А еще мы устраиваем раз в месяц бал, на который приглашаем мальчиков из кадетов военного училища. Они так хорошо смотрятся в своей парадной форме. Когда-то Ромка с моими братьями там учились, у меня даже фотографии остались.
- О, искусительница. - Ника отряхнула руки и обняла Кассандру. - Ты всегда знаешь, чем поднять настроение.
Девочка шепотом спросила:
- А Артем как в парадной форме смотрелся? - Кассандра погладила Нику по голове и улыбнулась.
- Понравившиеся фотографии сможешь взять себе. Он там такой серьезный. За ним и за Ромкой девчонки толпами бегали, потому что Лешка предпочитал учиться.