Снайпер - Поселягин Владимир Геннадьевич 3 стр.


А меня это наоборот порадовало. Теперь нет проблем на ком оставить дом, тот тут и пусть живёт, следит за хозяйством. А если переведут, его сменщик тут поселится. Это я сержанту после знакомства и озвучил. Машину я всё же загонять не стал, тот меня и так узнал, но документы проверил. Ну и уточнил, вставал ли я на учёт в местной комендатуре, что разместилась в здании военкомата. Признался, что не успел. Нужно было исправить эту проблему. Так что оставив дом, там бывшие хозяева на хозяйстве были, мы покатили в сторону комендатуры. Сержант со мной поехал, здание милиции рядом было, вроде как подвозил его. Однако я видел, тот меня ни в чём не подозревал, более того был в восторге от знакомства с тем, о ком так писали газеты.

– Товарищ майор, разрешите спросить? – нарушил тот тишину.

Хотя нет, как раз тишины тут не было, тот не замолкал ни на минуту. Помимо того что показывал дорогу, так ещё описывал местные достопримечательности.

– Спрашивайте, – разрешил я.

Раз я был в полной форме, при фуражке, то и обращался ко мне как и положено. По уставу. На ты мы не переходили, слишком мало знакомы.

– У вас одна награда повреждена. Как это случилось?

– Ранили меня, серьёзно. Думал убили, пуля в сантиметре от сердца остановилась, орден спас. Поэтому сейчас и нахожусь на излечении. А награду я не прячу, не смотря на то как она выглядит. Заслуженная, да и спасла меня. Сейчас встану на учёт в комендатуре, аннулирую направление в санаторий, и буду дома лечится, да в какой из местных госпиталей ходить.

– У нас их тут три, плюс лечебницы и санатории. Выбор есть. Там в комендатуре подскажут. Кстати, вон она, то дальнее здание. А мне здесь остановите, если можно.

– Это можно.

Тот выбрался из машины, благодаря, а я напомнил ему о вечере, мол, надо отметить покупку, да и новоселье справить. Чтобы не опаздывал. Дальше, доехав до нужного здания, тут военных было куда больше чем встречалось в самом посёлке, и захлопнув дверцу, двигаясь осторожно, мол, грудь болит, да и вообще ранен я, вон даже езда на машине очень влияет, больно двигать руками, прошёл в здание. Дежурный принял у меня документы, внёс в журнал учёта и направил в один из кабинетов. Там сотрудник как раз и работает по таким как я, что находятся на излечении. Встретили меня в кабинете хорошо, конечно не как дорого гостя, но узнали, вполне благоприятное впечатление произвёл. Тот быстро решил все вопросы. В санаторий не направил, раз уж имею свой дом, но дал направление в один из госпиталей. Ближайший от моего дома, там один из врачей и будет вести моё лечение. До конца, скажем так.

Сразу уходить из комендатуры я не стал, вернулся к дежурному, когда закончил все дела на медицинские темы. Тем более дежурный свободен был, и повернулся ко мне, когда я подошёл:

– Лейтенант, как я уже сообщил, я удачно приобрёл дом.

– Поздравляю с покупкой, товарищ майор.

– Спасибо, лейтенант. Вопрос в другом. Я буду отсутствовать и не хотелось бы оставлять имущество без пригляда. Дом просторный, его можно использовать, временно, до конца войны, как служебную гостиницу для командиров. Не хотел бы я вернутся и застать там развалины.

– То есть, вы хотите временно передать дом на баланс комендатуры? Чтобы там проживал ответственный работник?

– Вы правильно меня поняли. Чтобы я передал дом ответственному лицу, и также принял его в полном порядке уже после войны.

– Такие вопросы решаются через начальника комендатуры, однако он пока отсутствует, будет к двум часам дня.

– Постараюсь быть. Надеюсь вы введёте его в курс дела?

– Конечно, товарищ майор. Для вас будет занята очередь к коменданту.

– Хорошо, устраивает.

Козырнув, я осторожно двигаясь, направился к дверям, а там и к машине. Играть на публику так играть, раз уж состояние у меня не ахти. Я вон даже когда сержанта вёз, делал вид что испытываю муки от болей в груди, тот на меня всё с сочувствием косился. Отъехав от комендатуры, я достал пару медицинских амулетов и восстановил рану в груди, даже создал видимость повреждений рёбер. Чтобы на ощупь можно было их определить. Перелом так точно, не трещину. Потом доехал до госпиталя, предъявив направление, пообщался с главврачом и тот отправил меня к моему лечащему врачу. К счастью, это мужчина оказался, тому лет сорок было, из местных призывных, вполне опытный. Тот осторожно размотал бинты, оторвав от раны, кровь потекла. После осмотра обрадовал, что заживлении идёт хорошо, скорее даже отлично, пропальпировал грудь, видя мои стоны и как я морщусь, а потом обругал меня, а с такими повреждениями нужно на койке в госпитале лежать. Еле уговорил его что буду у себя дома. Тут пару минут ходьбы, а он будет лечить. Всё же уломал, станционер мне теперь не грозил. Однако адрес тот записал, ну и личное дело завёл. Погнал на разные анализы и на рентген. Последний удалось обмануть. Одно ребро сломано, второе с трещиной, и между ними след от пули. Её я в кармане носил, врачу своему подарил. Тот хмыкнул и убрал в мою историю болезни. Ну а когда всё закончил, тот меня отпустил. Грудь снова забинтована, мазь вокруг раны, так что всё в норме. А я поехал в комендатуру. Время как раз подходило, после всей этой беготни по кабинетам в госпитале. Кстати, при возвращении в машине я всё вернул в норму, врачам показался, серьёзность ранения тоже предъявил, так что доказательства если что есть. Я предпочитаю детально прорабатывать подобные свои операции. Тем более чую что тут всё как под микроскопом изучать будут.

Общение с комендантом прошло гладко, его заинтересовало моё предложение, тем более я ничего не требовал, только присмотр за домом. Мы и договор заключили, а как же. Единственный пункт, который заинтересовал коменданта, тот его долго изучал, что если дом будет повреждён или уничтожен, война всё же, то мне выдают замену, причём только ту которая меня устроит. То есть, я мог выбирать. Дальше тот меня удивил, я думал он как-то дом под себя подгребёт, под своих работников, семьи их, но видимо жилищный вопрос у него остро не стоят, не смотря на то что беженцев тут хватало, включая тех, что из Крыма были или из Новороссийска. Он этот дом отдал в введенье того главврача, в госпитале которого я встал на учёт несколько часов назад. Тот в охотку дал добро, дом рядом, а поселить есть кого. Мы расстались с комендантом посёлка, скрепив сделку рукопожатием, и я покатил к дому. А туда уже прибыл интендант что в госпитале работал. Именно он и принял имущество. Мы до самого вечера проводили инвентаризацию, и в свободные спальни расселили прибывших постояльцев. Три врача было, плюс сам интендант с женой. Именно его жена и будет отвечать за дом, чистоту и порядок, пока муж на работе. Про участкового тот курсе, я сообщил что гнать его не буду, пусть живёт. Пока конечно тесно, когда ещё я уеду и бывшие хозяева, так что пока уплотнились, врачи по двое селились в комнаты, раскладушки были, ну и справили новоселье. Я планировал тут прожить до того момента пока за мной не приедут, но утечь раньше. Сканер предупредит. Вот такой задел оставлю, а пока отдыхаю и лечусь. Да, и рынки Сочи посетить нужно. Я тут абрикосовое варенье попробовал, очень понравилось, нужно вареньем запастись, и побольше.

Неделя прошла, пока я не заметил некоторое движение вокруг моего дома. А я думал у меня меньше времени будет. Видимо нужная информация не сразу дошла до кого нужно, а когда дошла, долго не могли поверить, что я жив. Однако, видимо всё же поверили. Тем более я вчера успел красочно описать как получил ранение, это произошло в госпитале, в очереди в процедурную с ранеными разговорился, и моя запущенная информация сразу разошлась, причём, как я отметил, не только по госпиталю, но и по посёлку. Я специально это сделал, сам собрался сегодня уезжать, а тут такое движение, поэтому и решил, что пора сваливать. А по поводу моего ранения, то выдал свою историю. Мол, воевал, ничего такого, боевые вылеты совершал, включая над территорией противника, а возвращаюсь, ко мне сотрудники НКВД рванули, ну и сразу застрелили, ни слова не говоря. Очнулся в машине накрытый плащ-палаткой, видимо за мёртвого приняли. А тут налёт. Ну я ноги в руки и бежать, раз меня командование решило ликвидировать. Знакомые сюда помогли добраться. Моя история вызвала волну негодования, что покатилась по госпиталю, но главное, подать информацию в нужном мне ключе я смог. Поэтому и собирался покинуть посёлок сегодня же, пока до местных не дошло, что я вроде как в бегах получается.

Промокнув платком губы, завтрак был отличный, что я и сообщил жене интенданта из госпиталя, поблагодарив её, после чего сообщил практически всем постояльцам что собрались в столовой, одного не было, на дежурстве находился:

– Товарищи, пора нам прощаться. Я наконец нашёл того старичка-травника что мне ногу лечил, куда он переехал, и отправляюсь к нему. Сюда я уже не вернусь.

– Травники, знахари, ведьмы, и вы во всё это верите? – спросил интендант, тоже сыто отваливаясь от стола, и вытирая платком лоб.

Бывших хозяев тут не было, я их ещё четыре дня назад отвёз на вокзал и помог сесть на поезд что на Москву уходил, так что все были расселены. Ещё я уеду, и последний постоялец получит свою комнату.

– Зря вы так, – сказал я. – Я сюда и приехал только из-за него. Он и будет меня лечить. Не знаю сколько, месяц, полгода, год, но пока не вылечусь, я его не покину.

– Сейчас уезжаете? – спросил участковый, с благодарностью кивнув хозяйке, принимая стакан с чаем.

– Да. Немедленно. Вещи уже в машине, можно выезжать. Триста километров ехать. Под Поти тот находится.

– Ясно.

Дальше больше общались на разные темы. После этого меня проводили. Я выгнал машину со двора наружу, стараясь не смотреть как двое неизвестных направляются в мою сторону. Не дошли, я вырубил их дистанционно, так что помахав рукой постояльцам, я покатил к выезду. Видимо приказа на мой арест не было, за мной прибыла специальная группа, она и была направлена на захват. Дом уже остался позади, меня никто не видит, так что подъехав к машине неизвестных, я перекинул старшего в свою машину, и покатил дальше. Причина прихватить его, была довольно важной. Я жалел, что тогда, когда готовил своё исчезновение, не пообщался с теми кто меня брать приехал, а надо было. Я желал узнать, кто же решил повесить на стену такой трофей, как моя голова. И вот сейчас я решил узнать это.

Посёлок покидать я не стал, на выездах у постовых была дурная привычка и в машину заглядывать. Не хватало ещё чтобы этого капитана нашли. Так что нашёл тихий тупичок, привёл в чувство этого капитана, а он связан был, и хорошенько допросил. Да тот особо и не отпирался, легко на контакт пошёл. В общем, осечка вышла. В том смысле, что он особо ничего и не знал. Сам тот из особого отдела местного фронта, пришёл приказ из столицы, задержать меня и доставить адресату, отправив транспортным самолётом в Москву, там встретят. Это всё что он смог узнать. Я его снова вырубил, снял верёвки и оставил тут же тупичке, очнётся через час, а сам покатил к выезду, так и покинув посёлок. В Сочи не поехал, убрал машину в браслет и с тростью в руке стал уходить за местные холмы, которые приезжие почему-то называли горами.

Чуть позже я достал мотоцикл-одиночку, и покатил на нём, объезжая разные посты, в основном наблюдения. Нашёл подходящий участок, на «У-2» взлететь смогу, и стал готовиться к ночным приключениям. Я хорошо отдохнул, бодр и полон сил. Пора навестить немцев что до сих пор штурмуют Новороссийск, и погулять по их тылам. Может что удастся прихватить? Насколько я в курсе, турки позволили немцам провести несколько боевых кораблей в Чёрное море, может что удастся найти и захватить? Очень на это надеюсь. Пара эсминцев мне бы не помешали, да и против подводных лодок ничего я не имею. Хотя вроде у немцев не было тут серьёзных боевых кораблей, торпедные катера да тральщики, тут у них в основном война авиацией ведётся на море, да минными постановками. Вот с Румынии можно что поиметь, вроде что-то и интересное найти можно. Поищем. Да и хвост прищемим, нечего было в эту войну лезть, да так чтобы вспоминали и вздрагивали от моих действий. Да, решено, поработаем против румын. Тем более как я слышал, их не очень хвалят, как солдаты они так себе, а как каратели, вполне себя проявили. Напомним, что не только они карать умеют. У меня рука вполне себе тоже набита. Вон немцы и англичане легко подтвердят.

Ночью, когда уже стемнело, я достал биплан, и устроившись в нём, взлетев, направился в сторону Новороссийска. Только ушёл подальше от берега в море, где «слухачей» не так много как на берегу. Вроде не засекли, удалось пройти так чтобы не услышали, да и летел приглушив мотор. То есть, сбавив обороты, не так и громко тот тарахтел. Где-то к полуночи добрался до места, но посадку совершал с пустыми баками. Чудом мотор не заглох. Пришлось постараться чтобы найти свободное место и подходящее для посадки. Правда, пока крутился, искал её, всё же засекли меня, даже «ночников» подняли, пару румынских истребителей, но я уже был на земле и готовился к боям. А именно, вызвал «тройку», и покатил к городу, который превратился в арену для сражений. Кстати, судя по накопленным резервам, наши и сами готовились к наступлению, да только я решил помочь. Действуя миномётами и используя гаубицы, фактически лишил немцев и румын какой-либо артиллерии, да и миномётные батареи проредил так, что оставшиеся на ход местного сражения повлиять уже не могли. После артиллерии уже наступил черёд складов, штабов, резервов и личного состава частей. Наши не могли не слышать канонады у противника в тылу, и то что там имеются пожары и взрывы тоже слышали, так что к утру, когда я изрядно потратил боезапаса, тут же его пополняя, те до наступления рассвета смяв слабое сопротивление, перешли в наступление, и к своему явно большому удивлению легко вышибли противника из города и пошли дальше. А некому их было остановить.

К утру я и фронтовые аэродромы посетил, перелетая от одного к другому на «Шторьхе». Звук его мотора был знаком местным авиаторам, так что те сильной тревоги не поднимали. Тем более с той паникой и прорывом русских, сейчас уже не обращали внимания на пролёт неизвестного самолёта. Однако шесть аэродромов я посетил, и уничтожил. Трофеи были, но брал я в основном продовольствие и боеприпасы к тому оружию что у меня и так было, бомбы для самолётов, ну и немного техникой запасы пополнил. Немцы с утра начали бомбардировщики засылать, они с полуострова летали, а у меня руки пока до Крыма не дошли. Я тут румын гонять начал с рассветом, тылы их уничтожать. Как я делал. Обычно катил на своей «тройке» по дорогам, если замечал какую часть, стаявшую или отходящую, а румыны уже побежали, это немецкие части ещё держались, то доставал миномёты, и плотным убийственным огнём рассеивал часть, дальше доставал десять «БТ-7», и нагоняя, уничтожал эти части окончательно. Румын в плен я не брал. Пока тут в тылу работал, за эту ночь я такого насмотрелся что они творили… Нет, никакого плена и жалости, только уничтожение. Да и вообще, я решил задержатся и в Румынии побывать, нужно показать, что такое месть от русских.

Эта ночь прошла, я на дорогах безобразничал ещё до обеда, а когда меня пыталось атаковать звено «Илов», я понял, что пора закругляться, а то на самом деле так и свои достать могут. Убрал всё по хранилищам, и на мотоцикле укатив подальше, поужинал и отправился на боковую. Убежище сделал с помощью магии Земли, так что не найдут.

Этим же днём, как стемнело, я достал «мессер», тут удобное поле для взлёта было, и поднявшись в небо направился в сторону границ Румынии. Тут я сделал всё что мог, наши в прорыв кидали все силы, и тот развивался. Конечно я не говорю, что тут только мои заслуги были, однако глупо отрицать что этот порыв обошёлся нашим малой кровью, и благодарить за это нужно меня. Ну а так как никого информировать я не собирался, как и сообщать о своих действиях, то пусть это останется тайной.

Полёт к границам Румынии занял у меня две ночи. А были причины. Летал я над автодорогами, или железной, и где видел мосты, любые, то совершал посадку и долбил по ним снарядами из тяжёлых гаубиц, нанося повреждения. Это чтобы поменьше резервов и припасов подкинуть успели. Поэтому пришлось сменить «мессер» на «Шторьх». Зато двенадцать мостов, из которых семь авто, были серьёзно повреждены или вообще разрушены. Потом я изучил места стоянок румынского флота, и он на меня не произвёл впечатления, ну совершенно никакого. Старьё времён Первой Мировой войны, пусть и прошедшее модернизацию. Правда один речной монитор Дунайской флотилии прихватил, «Бессарабия» назывался. Он один из самых крупных у румын был. Запчастей побольше набрал, боеприпасов, если где на реке придётся бой вести, хотя и не желательно, хорошая штука будет. Да и авиация или танки мне привычнее и надёжнее будут, но запас карман не тянет. И да, три дня я облётывал порты и вообще стоянки у румын и теперь можно с уверенностью сказать, флота у Румынии больше нет. От слова совсем. Утонул. Я даже гражданские лоханки в портах потопил артиллерийским огнём, не обращая внимания на флаги. Были и нейтралы. А не хрен в зону боевых действий лезть.

Назад Дальше