Жизни стыдно за тех, кто сидит и скорбит,
Кто не помнит утех, не прощает обид...
Как нужна для жемчужины полная тьма-
Так страдания нужны для души и ума.
(Омар Хаям)
Глава 1
Наташа, аккуратно отодвинула штору, следом откатила в сторону французское окно и боком протиснулась наружу.
Усевшись в плетённое садовое кресло, небрежно кинула на деревянную столешницу сигареты с зажигалкой, возле пепельницы уже полной окурков.
Длинные пальцы привычными быстрыми движениями вскрыли новую пачку "Парламента", несколько нервных щелчков зажигалки и сизый табачный дымок кольцами поплыл к небу.
Сделав две жадные затяжки, прищуренными от дыма глазами, оглядела маленький уютный дворик - широкая бетонная дорожка опоясывала фасад дома, на таком же покрытии стоял столик с креслами, на одном из которых сидела Наташа.
Привыкла она к этому особняку, участку, к размеренной жизни почти без всяких забот и проблем, а теперь всё придётся менять в этой грёбанной жизни.
Конечно, Верка заверяла, что будет очень рада жить вместе с ней на одних квадратных метрах, разделяя на двоих быт и общение, которого у них за последние годы так не хватало.
Наивная!
Не понимает, одно дело приезжать друг к другу в гости, бакланить по телефону - делиться накипевшим, давать часто ненужные советы и постоянно укорять друг друга в охладевающем с годами внимании. Совсем другой коленкор маячить каждый день на виду и подлаживаться под определённое настроение.
Эх, Верка, Верка!
Откуда у неё может быть хорошим настроение, когда безвозвратно пропала основа основ, - надёжная опора, которая на протяжении стольких лет давала ей чувствовать себя уверенной, нужной и главное, любимой...Да, прошло уже пять лет, когда они с Офером в срочном порядке, вынуждены были покинуть Чили и перебраться в Израиль, надеясь на чудо-медицину, которая спасёт от страшной коварной болезни её сильного телом и духом, такого необходимого ей несравненного мужа.
Ну, куда там... и двух месяцев не прошло со дня возвращения на Родину - Офер истаял и его не стало.
Рак уже находился в такой стадии, что ни одна медицина не могла уже помочь.
Наташа тыльной стороной ладони вытерла набежавшую слезу и, затушив в переполненной пепельнице сигарету, вытащила из пачки следующую:
- Мам, ты опять смалишь, как паровоз?
Наташа от неожиданности вздрогнула.
- Патрисия, ты можешь так сделать меня заикой!
Что за привычка возникать без предупреждения?
- Мамочка, может мне надо было послать факс, чтобы сообщить тебе о возвращении из школы?
- А, вот, язвить не обязательно.
- А, вот, курить столько, точно не обязательно!
Девушка, быстро подойдя к матери, решительно вырвала из её пальцев едва начатую сигарету и брезгливо морщась, раздавила её в переполненной окурками пепельнице.
- Мама, это ты сейчас столько накурила?
- Нет, моя девочка, я вчера вечером забыла навести здесь порядок, только чашки от кофе унесла.
- Мам, а кто этот симпатичный мужчина, с которым ты так долго разговаривала, мне показалось, что вы с ним давно знакомы?
Девушка увидела, как по лицу женщины пробежали тени, одна сменяя другую и ей трудно было понять, чего в них было больше - хорошего или плохого...
Она бесцеремонно уселась к матери на колени и обняла её за шею:
- Мам, он тебе нравится?
Наташа засмеялась и начала тискать свою повзрослевшую дочь, которая захихикала от щекотки.
- Мам, ну, мам, перестань!
Ты, прямо делаешь так, как папа, когда я была маленькой!
- Патрик, моя Патрусенька, это Галь - бывший муж тёти Веры, отец Гевера и самый лучший друг в юности твоего отца.
- Мам, ну, почему ты всё время зовёшь Габриэля Гевером, ещё понимаю Габи. а, то Гевер, чёрт знает, что за имя?!
- Так, коровка, слазь с колен, раздавишь, вон какая вымахала.
- В тебя и в папу - что, мне не в кого?!
Наташа вздохнула:
- Есть в кого, есть!
И, без промедления:
- Послушай, моя девочка, ты у меня уже достаточно взрослая, а поделиться мне больше не с кем, поэтому давай решать вместе - через неделю тётя Вера возвращается домой её контракт с Нью-йоркским университетом заканчивается, поэтому в срочном порядке мы должны определиться в вопросе о месте проживания...
- Мам, но ведь годик мы спокойно можем пожить здесь, ведь мне надо окончить школу, а потом, когда пойду в армию, тогда и будем решать этот жилищный вопрос.
- Нет, двум стареющим одиноким бабам, вроде нас с Веркой, не следует жить под одной крышей, тем более, нам с тобой придётся здесь находиться в роли бедных родственников.
Сама знаешь, что у нас есть отличная квартира в Ришоне, только надо турнуть оттуда жильцов.
- Но, мамочка, ведь мне остался только один двенадцатый класс, давай хоть годик перекантуемся здесь, ведь места хоть отбавляй.
- Вера тоже такого же мнения, а у меня почему-то к этому душа не лежит и всё!
- Мамуль, но ведь вы с тётей Верой такие закадычные подружки с огромным стажем - ты ведь столько много хорошего про неё рассказывала...
- Патрусик, мы тогда были молодыми, горячими, готовыми на всевозможные перемены и маленькие девичьи подвиги...
- А, что теперь старые?
- Золотая моя дурушка!
Мы не старые - мы потасканные и замордованные подлючей жизнью, обе без мужей и с взрослеющими детьми, от которых с каждым годом проблем не становится меньше...
Девушка вскочила на ноги и подбоченись стала напротив матери:
- Какие у тебя со мной проблемы - что учусь плохо, на наркотики подсела, с пацанами тягаюсь?...
Наташа вслед за дочерью встала на ноги и прижала к себе тоненькую стройную фигурку уже вполне развитой девушки с достаточно объёмной грудью и оформившимися не широкими, но округлыми бёдрами.
Мать вгляделась в её лицо - глаза напоминали два горящих костерка, переливаясь от темно коричневого до жгуче чёрного цвета, тонкий небольшой носик, чуть раскосые глаза под пушистыми махровыми ресницами, стрелки бровей взлетали кверху и густые смолистого оттенка волосы вьющимися прядями спадали на плечи, лопатки и почти до самой поясницы.
- Мама, почему ты так смотришь на меня?
- Как смотрю?
- Как будто изучаешь или сравниваешь с кем-то...
- Нет, что ты, моя хорошая, я любуюсь тобой!
- Вот, не пойму, почему вы с папой не завели ещё одного малыша?
Я бы так хотела иметь братика или сестричку, а то всё одна и одна, и ты трясёшься надо мной, как над хрустальной посудой...
- Глупенькая, зато, всё достаётся тебе - любовь, внимание, наряды...
- Мам, плевать я хотела на эти наряды и измучившее меня внимание, а любви у тебя бы хватило ещё ни на одного ребёночка!
Наташа не весело рассмеялась:
- Вот, выдаёшь, может мне сейчас расстараться?
- А почему нет, в наше время сорок лет - это ещё далеко не предел.
У нас в классе есть девочка - у неё только что родилась сестричка.
Мама Ронит вышла второй раз замуж и осчастливила нового мужа доченькой!
- Пат, ты хочешь, чтобы я второй раз вышла замуж?
В больших голубых глазах матери дочь увидела такое удивление, что впору было рассмеяться, что она и сделала.
- Мам, мам, а почему и нет - вот бы тебе такого дяденьку, как этот Галь, у меня бы получился очень даже красивенький братик...