1632
частично перевел с английского Vakloch
(апрель-сентябрь 2015)
От переводчика: Я перевел 35 глав книги, и только потом обнаружил, что на Самиздате перевод уже есть.
Так что, начиная с главы 36 здесь представлен перевод с СИ, правда в моей интерпретации.
Моей маме,
Мэри Джейн МакКормик Флинт,
и Западной Вирджинии,
откуда она родом.
Безумные игры продвинутой космической цивилизации выбросили солидную часть современной Западной Вирджинии в позднее европейское средневековье, в самый разгар чудовищной Тридцатилетней войны. Куда только не несли американцы свою 'демократию.' Теперь понесли и сюда...
Пролог
Эта тайна никогда не будет раскрыта. Она просто встанет в ряд с другими такими же, как Тунгусский метеорит или огромный кратер на Каллисто в каталоге необъяснимых явлений. Первоначальный ажиотаж по всему миру спал в течение нескольких месяцев, как только стало ясно, что никаких быстрых ответов найдено не будет. Несколько лет скорбящие родственники с переменным успехом заставляли власти продолжать исследования и расследования. Юридические схватки разгореться не успели. Суды достаточно быстро вынесли решение, что Грантвилльская Катастрофа была стихийным бедствием, за которое страховые компании не несут никакой ответственности. За десять лет эта катастрофа перешла в разряд событий, интересующих лишь фанатиков и энтузиастов, таких, как убийство Кеннеди. После этого, конечно, уже мало кто вспоминал об этом событии. Немного авторитетных ученых в мире еще сохраняли хоть какую-то надежду на окончательное объяснение.
Теории, конечно, имелись в большом количестве. Результаты инструментальных исследований невозможно было расшифровать ясно.
Маленькая черная дыра, прошедшая сквозь Землю. Это была одна теория.
Другая, популярная какое-то время, пока не была отклонена фундаментальной математикой и теоретической физикой в свете более поздних открытий, состояла в том, что фрагмент суперструн ударил по планете скользящим ударом.
Единственный человек, который когда-либо был близок к пониманию новой загадки Вселенной, был биологом. Молодой биолог по имени Хэнк Таппер попал почти случайно в одну из геологических команд, отправленную исследовать катастрофу. Эта команда провела несколько месяцев, изучая местность, которая образовалась на территории того, что когда-то было частью Западной Вирджинии. Они не пришли ни к каким другим выводам, кроме того очевидного факта, что эта местность хоть и не была характерной для данного района, но явно была обычного земного типа, что укоротило жадное любопытство обывателей к проблеме внеземных цивилизаций.
Контуры изменившейся местности были нанесены на карту предельно точно. Углубление представляло из себя совершенно круглое полушарие шести миль в диаметре и примерно половину его до дна в самом центре. После того как команда уехала, Таппер остался еще на несколько месяцев. В конце концов он определил, что остатки сохранившейся фауны и флоры почти идентичны тем, что существовали в некоторых частях Центральной Европы. Он пришел в восторг. Затем подготовил археологический доклад, в котором очень-очень робко высказал предположение, что разрушенные постройки на новой местности напоминают таковые же в позднесредневековое / раннегерманское время. Кроме того в одном из сельских домов были найдены семь человеческих останков. Двое мужчин, две женщины и трое детей. Останки были полуобугленными, но следы на костях показали, что по крайней мере двое из людей были убиты какими-то крупными режущими орудиями.
Стоматологические данные свидетельствовали о том, что мертвые люди не были цивилизованными. По крайней мере не было никаких признаков лечения зубов. Но медицинская экспертиза установила, что убийства были совершены совсем недавно. И развалины их хижин еще дымились, когда они были найдены.
Таппер балансировал на краю истины. Затем, после еще несколько месяцев работы, когда ему удалось соотнести еще несколько фрагментов обломков с археологическими находками в центральной Европе, он отказался от дальнейших исследований. У него были свои соображения, но...
Единственным возможным объяснением было перемещение во времени, а также на расстоянии. Таппер был молодым начинающим биологом. Его подающая надежды карьера была бы разрушена, если бы он выдвинул свои догадки без серьезных доказательств. Да и не могло быть никаких доказательств, если он был прав. Исчезнувшая часть Западной Вирджинии должна была быть где-то в далеком прошлом.
Таким образом, Таппер смирился с потерей года работы и отправился на поиски лучшей жизни. Он опубликовал свои результаты, но только в виде сухих цифр. Он не предпринял никакой попытки сделать определенные выводы, или сформировать теорию, или еще что-нибудь для привлечения внимания общественности.
Ему казалось, что так будет лучше. В противном случае его карьера была бы разрушена, и будущее было бы под вопросом. Никто не поверил бы ему. Даже самые тщательные археологические исследования в Центральной Европе никогда бы ничего не нашли. Часть современной Вирджинии оказалась в той области Германии, что нынче называют Тюрингией. Но почти на четыре столетия раньше. В тот момент, когда эти полушария были переставлены, новая вселенная отделились от старой.
Кроме того, правда было не совсем той, что представлял себе Таппер. Он предполагал, что причиной был какой-то естественный космический катаклизм.
***
На самом деле, Грантвилльская Катастрофа была результатом того, что обычно называют преступной халатностью. Она была вызвана осколком космического мусора - выброшенным фрагментом того, что из-за отсутствия лучшего термина, можно назвать произведением искусства. Так сказать, осколок от скульптуры. Космическая цивилизация Ассити бесшабашно порезвилась в ткани пространства-времени. Им было плевать на последствия их "искусства" на остальную Вселенную.
Цивилизация Ассити была уничтожена восемьдесят пять миллионов лет спустя цивилизацией Фта Тей. Как ни странно, Фта Тей была одной из множества ветвей потомков человеческой расы. Но месть не была их мотивом. Фта Тей ничего не знала о своем происхождении с далекой планеты, когда-то называвшейся Землей, и уж тем более не знала о незначительной катастрофе, когда-то произошедшей там. Фта Тей истребила Ассити просто потому, что несмотря на многие грозные предостережения, те упорно продолжали заниматься своим опасным и безответственным искусством.
Часть первая
Tiger! Tiger! burning bright
In the forests of the night
Уильям Блейк, "Тигр"
Тигр, о тигр, светло горящий
В глубине полночной чащи
перевод Маршака
Тигр, тигр, жгучий страх,
Ты горишь в ночных лесах.
перевод Бальмонта
Тигр! Тигр! Жар костров
Ты в тиши ночных лесов
перевод Vakloch
Глава 1
- Мне стыдно за моих родителей, Майк.
Том прекрасно видел на их лицах оскорбленное недоумение.
- Я надеялся...
Он замолчал и тихо вздохнул.
- Мне действительно очень жаль. Ты потратил столько денег на все это.
Майк Стирнс проследил за его взглядом. Мать и отец Тома Симпсона стояли возле дальней стены зала кафе, в пятидесяти футах от них. Напряженные позы, лица в смятении. Безумно дорогая одежда, казалась, отделяла их броней от всех остальных присутствующих. Они подчеркнуто держали чашки с пуншем лишь большим и указательным пальцем, как бы отстраняясь от окружающего их торжества.
Майк подавил улыбку. О да. Представители цивилизации среди каннибалов. Они возьмут протянутую им чашку крови, но будь я проклят, если они отхлебнут хоть глоток.
- Не волнуйся ты так, Том, - тихо сказал он. Майк отвел глаза от надменной пару у стены и оглядел толпу. Его взгляд наполнился удовлетворением.
Зал кафе был очень большим. Обычные серого и кремового цвета стены были обильно увешаны украшениями, что создавало атмосферу яркого праздника, хотя и не могло похвастаться хорошим вкусом. Большинство из пластиковых стульев кафетерия было перенесено к стенам, обеспечивая яркий оранжевый контраст с ними. Длинные столы у кухни ломились едой и напитками.
Там не было ни икры, ни шампанского. Но в основном толпа, набившаяся в зал вряд ли была знакома со вкусом - тьфу! - рыбьих яиц. А второе было запрещено правилами средней школы. Майк был спокоен. Он знал этот народец. Они будут уплетать эту недорогостоящую пищу, который были завалены столы, с удовольствием, даже под презрительными взглядами искушенных городских богатеев. Это было одинаково верно как для взрослых, так и тем более для орды детей, так и шнырявших повсюду.
Майк похлопал по плечу молодого человека, стоявшего рядом с ним. С таким же успехом он мог похлопать по массивной говяжьей туше. Том был центральным защитником футбольной команды Университета Западной Вирджинии и имел впечатляющую фигуру.
- Моя сестра вышла замуж за тебя, а не за твоих родителей.
Том нахмурился.
- Не имеет значения. Они могли бы по крайней мере... Почему они даже на моей свадьбе ведут себя так?
Майк посмотрел на него. Несмотря на внушительные габариты Тома, Майку не нужно было задирать голову вверх. Том был чуть более шести футов ростом - точно так же как и сам Майк, хоть и тяжелее его на добрую сотню фунтов.
Том опять уставился на своих родителей. Его собственное лицо стало таким же жестким, как и у них. Майк незаметно изучал своего нового зятя.
Свежеиспеченного зятя. Венчание состоялось двумя часами раньше, в маленькой церкви менее чем в миле от средней школы. Родители Тома были такими же вызывающе высокомерными как в церкви, так и сейчас. Их сын должен был венчаться по идеально строгой церемонии в большом епископальной соборе, но не этим задрипанным священником! И не в этой задрипанной лачуге!
Майк и его сестра отказались от суровой веры своих предков в пользу скромного агностицизма. Много лет назад, как сам Майк лично. Но ни один из них ни разу рассматривал возможность венчания Риты в другом месте. Пастор был другом их семьи, так же, как и его отец и дед перед тем. Простая кальвинистская церемония пришлась не по нраву отцу и матери зятя. Майк подавил смех. Стоило посмотреть на то, как напыщенным родителям Тома, так и хотелось отправить пастора прямо в адский огонь и серу.
Его юмор быстро улетучился. Майк чувствовал затаившуюся боль в глазах Тома. Старую боль, подумал он. Привычную, никогда не заканчивающуюся боль человека, отец которого практически никогда не одобрял его поступков с самого раннего возраста.
Том родился в одной из самых богатых семей Питтсбурга. Его мать была из семьи старых Восточных магнатов. Его отец, Джон Чандлер Симпсон, был главным исполнительным директором крупной нефтехимической корпорации. Джон Симпсон любил хвастаться, что
прошел весь свой путь из низов. Хвастовство было характерно для этого человека. Да, он проработал в общей сложности шесть месяцев в цеху в должности мастера, после того как уволился из офицерского корпуса военно-морского флота. Но все дело было в том, что владельцем компании был его отец, так что не приходилось удивляться его быстрой карьере. Поэтому и Джон Чандлер Симпсон в свою очередь ожидал, что его собственный сын традиционно последует по его стопам.
Но Том вовсе не собирался следовать согласно ожиданиям своей семьи. Ни тогда, когда он был мальчиком, ни сейчас, когда он повзрослел. Майк знал, что Джон Чандлер был в ярости, когда его сын предпочел Университет Западной Вирджинии элитному Карнеги-Меллон, особенно учитывая причину. Футбол? Да еще защитник! А уж когда он сам выбрал себе жену, его родителя были на грани апоплексического удара.
Глаза Майка оглядели зал и остановились на сестре в свадебном платье, которая, смеясь, что-то говорила молодой женщине рядом с ней. Его сестренка Рита весело шутила с одной их своих подружек.
Контраст между двумя девушками бросался в глаза. Подруга невесты, Шэрон, была весьма привлекательна, хотя и несколько полновата, с тяжелыми грудями. Кожа была слишком темной, даже для негритянки. Сестра Майка тоже была симпатичной девушкой, но очень тоненькой, почти на грани худобы. И ее лицо с очень бледной кожей, с веснушками, голубыми глазами и почти черными волосами - как и у брата - казалось, предало свои собственные этнические корни. Типичная дворняжка из Аппалачи. Дочь и сестра шахтеров. Отбросы белой расы. Ага. Вот мы кто такие.
В мыслях Майка не было никакого гнева. Только презрение к родителям Тома и жалость к самому Тому. Отец Майка получил среднее образование. Джек Стирнс работал в угольной шахте с тех пор, как ему исполнилось восемнадцать лет, и всех его усилий хватило лишь скопить на скромный домик. Он надеялся, что сможет обеспечить своим детям образование в колледже. Но обвал в шахте привел к инвалидности и последовавшей скорой смерти, что поставило крест на этих планах.
Это был жестокий и неожиданный удар. В день, когда отец умер, Майк был похож на ошеломленного ударом по голове бычка. Годы спустя, он все еще чувствовал ноющую боль в сердце, там, где когда-то жил добрый великан - его отец.
- Это пройдет, Том, - тихо сказал он. - Просто не принимай близко к сердцу. Если для тебя это что-то значит, то твой новый родственник поддержит тебя во всем.
Том глубоко вздохнул и медленно выдохнул.
- Ты прав. Что-то я совсем уж захандрил...
Он встряхнул головой, как будто очищая свой разум. И повернулся к Майку.
- Скажи мне откровенно, Майк. Я заканчиваю учебу через нескольких месяцев. И должен принять решение. Как ты думаешь, я достаточно хорош для профессионального бокса?
Ответ Майка был быстрым, и это был ответ специалиста.
- Нет. - Он с сожалением покачал головой. - Вот возьми пример с меня, дружище. Пожалуй, ты можешь достичь моего уровня. Почти достаточно хорошего. Достаточно хорошего, чтобы держаться какое-то время, надеясь на лучшее, но...
Том нахмурился, все еще надеясь.
- Но у тебя же получалось. Ну, почти всегда. Черт, ты же ушел непобежденным.
Майк усмехнулся.
- Конечно. Восемь профессиональных боев в тяжелом весе.
Он поднял руку и погладил шрам на левой брови. - В своем последнем бою я даже победил серебряного призера Олимпийских игр. Бой был очень длинным.
Он засмеялся грустным смехом.
- Слишком длинным! Я выиграл с минимальным перевесом по очкам. И этот молодой парнишка потребовал реванша. Вот тогда мне, наконец, хватило здравого смысла, чтобы уйти. Я тогда понял, что у любого человека есть свой предел.
Том все еще хмурился. И все еще надеялся. Майк притронулся к его внушительному бицепсу.