— Ты не пойдешь к королю Фагмалии. Договор решил разорвать? Не выйдет. Ты мой, понял?
— Ваше Величество, этот парень не раз спасал вашу жизнь, и вы вот так на это закроете глаза? — вмешался в наш разговор Тавиан. — Ему очень надо поговорить с родственником. Дело жизни и смерти.
— Меня бывшая личная жизнь наложника не касается. Теперь у него есть я, и сам смогу его защитить. А остальные пусть сами о себе позаботятся.
— Тави, за что мне все это? — спросил я наставника, как будто он мог знать ответ на этот вопрос.
— Взять его, — повторил свой приказ король Радии. — Связать. Мы вернемся домой разовым порталом…
— Скажи деду, пусть посодействует моему освобождению, — это все, что я успел сказать Тавиану, и все перед глазами поплыло. Боль по телу, будто меня разобрали на миллиарды кусочков и собрали во дворце короля Радии.
— Запереть непослушного наложника в его комнате. Никого к нему не пускать и еды не давать. Только воду. Пусть поголодает и подумает над своим поведением, — дал указания евнухам Тимьяр и ушел.
Вот и спасай жизнь всяким извращенцам неблагодарным. На шею сядут, и погонять будут. Опять я без флейты, и не поговорил с дядей. Вернулся к тому, с чего начал. Да еще уставший, не выспавшийся и голодный. Ну и ладно. Сначала отосплюсь, потом буду думать, как отсюда выбраться и добраться снова до дяди. Так и сделал. Упал на кровать и заснул.
Плыву по реке. А вода в ней жуть, какая холодная, а я плыву. Ноги уже судорога стала сводить, а я все плыву. Тону… Воды нахлебался, воздух в легких закончился, иду ко дну. Вдруг впереди почти на самом дне вижу что-то блестит и светится. Овал светящийся, и течением несет меня прямо в него. Не за что зацепиться, ведь что там за тем овалом неизвестно, но и утонуть не хочу. Вынырнуть сил нет, тело совсем не слушается… Ничего не остается, мозг ищет решение… Меня уносит течением прямо в этот светящийся овал. Дальше тьма…
Я, что, умер? Утонул? Ведь всего-то хотел уйти от преследователей. Они хотели меня убить, а я, получается, умер сам? Помог им? Тогда почему думаю? Мертвецы ведь не думают. Значит, живой. Меня все также тянет ко дну, цепляюсь за какую-то мимо проплывающую корягу и о, чудо! Всплываю. В лесном озере. Собрав последние силы, выхожу из воды, в руках коряга, а на меня летит какой-то бугай с мечом. Рядом мелкого пацаненка избивает второй такой же бугай. Все что-то кричат, ругаются, я слышу лишь обрывки фраз. Тело интуитивно реагирует, и я бью бугая, летящего на меня с мечом, этой корягой по голове. Похоже, попал куда-то в висок, мужик падет и отключается. На второго сил не хватит, я и так еле стою на ногах, в горле першит, и вся проглоченная мною вода рвется наружу. Размахиваюсь и кидаю эту корягу в того, кто избивает пацаненка и падаю сам, отключаясь…
Проснулся. Это всего лишь сон, а все казалось таким настоящим. Может, это мои воспоминания? Тот пацаненок из сна очень похож на внука того дедка, что подарил мне флейту. Не похож, а точно он. Тогда откуда у меня шишка была на голове и кровь? Или дедок, спасая своего внука, приложил и мне заодно по голове той же самой корягой, не разбираясь, кто нападавший, кто спаситель? А потом, чтоб загладить свою вину, мне флейту-артефакт подарил, когда мальчонка рассказал ему, что я помогал, а не был бандитом. Скорее всего, так все и было.
Если память возвращается, то почему так медленно и по чуть-чуть? Стресс. Может, он дал толчок? Чокнутый маг со своими пытками, и Тимьяр со своими извращенными капризами. Но я до сих пор не верю, что я тот самый младший сын короля Фагмалии, не помню. Да, мне рассказал Филипп третий, Тави добавил подробностей, сон был, и я видел пытки вроде как брата. Но, может, они все ошибаются? Пусть дедок ударил меня по голове, и я забыл, кто я и откуда, но прошло столько лет, а воспоминания пришли только сейчас? И мои ли это воспоминания? Может, это просто сны — кошмары, а не мое прошлое? Мстительный маг говорил, что проверил мою кровь на артефакте истинных королей и был уверен, что я нынешний король — монстр. Вроде все сходится, и я действительно настоящий король Фагмалии. Но разве принцев не готовят как-то иначе с детства? А я ни читать, ни писать не умел, когда Тави нашел меня в лесу после встречи с дедком и его внуком. Или принцев учат читать в двадцать один год по совершеннолетию? Вряд ли. Забыл всё о своей жизни до этого? Или тот овал в реке был необычным? Магическим и стер мне всю-всю память? Ведь тонул я в реке, а выплыл в лесном озере. Портал? Он ведь не перенес меня в другую часть нашего мира, а перекинул на небольшое расстояние. Кто его сделал и зачем? Может, прав был Тави, и это портал на реке забвения? Эльфийская магия может и не такое.
Я, кстати, возвращался туда с Тавианом позже и ничего подобного там не нашел. И Тави был искренне удивлен, что я увидел и прошел через странный водный портал, который исчез сразу после того, как я всплыл.
— Возможно это древняя эльфийская магия, — сказал он тогда. — Теперь ее не практикуют. А раньше преступников пропускали через портал в реке забвения, стирая его личность полностью с момента рождения до настоящего момента. Он становился чистым перед обществом и начинал жить, как новая личность. Теперь такая магия под запретом. Даже если это и так, как он сохранился за столько тысяч лет?
— Ты меня спрашиваешь? У меня вместо памяти чистый лист, помню только последние несколько лет, — ответил я ему тогда.
— Скорее всего, тут что-то другое. И вовсе не портал стер твою память. После него память не возвращается, а стирается навсегда. Так что, скорее всего, тот удар по голове, сотрясение и, как результат, потеря памяти. Не переживай ты все вспомнишь со временем, — утешал меня тогда Тавиан.
И он оказался прав. Память возвращается. Только остается странный осадок …Ну, не чувствую я себя королем Фагмалии и все тут. Может, это последствия потери памяти, а может что-то другое.
Сколько бы я не думал об этом, так ничего больше и не вспомнил. Кроме того, бессонная прошлая ночь давала о себе знать и я сам не заметил как опять заснул. И мне опять приснился странный сон.
Я стою где-то во дворце, а со мной разговаривает какой-то человек. Понимаю во сне, что это мой родной дед.
— Не удивляйся, мальчик, нам давно нужно было поговорить. Ты стал драконом, значит, моя сущность и мой зверь прижился в тебе. Вы стали одним целым — неразделимым. Твой отец не смог им стать, так как не нашел своего всадника и умер слишком быстро, не прожив и тысячи лет. Его больше заботил трон, и власть в Фагмалии, чем та сила, которую он мог бы получить, став драконом. Так и прожил свою жизнь лишь носителем моего зверя.
— Не нашел своего всадника? — заинтересовался я.
— Да. Главное условие пробуждения зверя — найти всадника. Второе, как ты уже, наверное, и сам знаешь — установить с ним духовную связь. Третье условие — соединиться с ним физически. Секс с всадником дает силы и укрепляет духовную связь, без которой ты будешь лишь зверем, но не будешь человеком. И четвертое: признать своего всадника парой.
— Мне один помешанный на мести маг сказал, что ты иномирянин. Это правда?
— Да. Меня призвали в ваш мир шесть тысяч лет тому назад четверо самых сильных магов. Одного из них ты убил, спалив драконьим огнем. Другой сам умер от старости, а вот двое все еще живут где-то в этом мире и знают нашу с тобой тайну.
— А остальные жители Фагмалии и всего остального мира разве не знают, что ты был драконом? — интересуюсь я у деда.
— Кто знал, тот уже давно умер, ну кроме тех самых магов, которые и призвали меня сюда.
— А зачем они призвали тебя? Что им от тебя нужно было?
— В своем мире я был богом для простых смертных. Защищал, помогал и следил за порядком. Белый дракон. Так вот. В этом мире тоже был бог-дракон. Но он был богом войны и кровопролития, и чуть не довел этот мир и его жителей до полного уничтожения бесконечными войнами и реками крови жителей. И самым сильным магам ничего не оставалось, как убить его. Для этого им и понадобился я. Кто-то равный по силе их дракону. Но ты скажешь, что боги бессмертны, и их нельзя убить, и будешь прав.
— Но ты убил его, раз остался здесь и прожил пять тысяч лет, — предположил я.
— Не совсем. Убить бога невозможно, но можно поглотить его и его силу, став частично им. Вот я и поглотил, став коричневым драконом. Маги поздравили меня с победой и предложили занять его место. Я отказался. Решив прожить свою жизнь, как обычный человек, раз вернуться домой не смог. Да, у меня была сила, инородная магия и много других способностей, но я ими почти не пользовался. Пришел в эти земли, что теперь называются Фагмалией, построил дом и стал жить. Тогда это еще были ничейные земли. Со мной вместе пришли и те четверо магов. Они впоследствии стали моими советниками, хотя называли себя моими жрецами. Позже к ним присоединились другие люди. Так основалось новое королевство, и я был магами — жрецами коронован как король.
— Но ты умер? Как? Ведь ты говорил, что бессмертен.
— Не совсем. Этот мир был другим, магия другая, и мое человеческое тело поизносилось за пять тысяч лет. Тогда я нашел способ, как и в этом мире не умереть насовсем. Моя сущность дракона и сила возрождалась в моих детях, а после их смерти, во внуках. Получается, что ты и есть я. Но для того, чтобы наши с тобой сущности слились, тебе нужно было умереть и снова возродиться уже одним целым со мной.
— Значит тогда в реке я все-таки умер? — догадался я. — И тот портал, что я увидел во сне, был вовсе не порталом, а способом возродиться одним целым с тобой? А тебе не кажется, что это не совсем честный способ жить? Ты ведь используешь тела своих родственников, чтобы не умереть окончательно самому. И заставляешь их искать себе всадника, причем мужчину. Насколько я понимаю, женщина всадником быть не может лишь потому, что слабая и женщина?
— Я это понимаю, и мне все равно, ведь в первую очередь я дракон — зверь. И мне нет ни до кого дела, кроме всадника. И кроме всего прочего не забывай, что я поглотил очень нехорошего черного дракона этого мира. Так что ты теперь, получается, три в одном, и тебе придется с этим жить. Бороться с самим собой, если ты считаешь, что так будет правильно и во благо всем. И единственный, кто тебе поможет остаться эльфом, это твой всадник. Ну, ты ведь эльф плюс дракон, поэтому эльфом, а не человеком, как был твой отец.
— А можно как-то отказаться от твоей драконьей сущности? — спрашиваю я. Мне это необходимо знать, жизненно важно знать. Я не хочу быть драконом и тем более не хочу иметь всадника-извращенца.
— Нет. Ты и дракон — одно целое неразделимое.
— Жуть. Ты использовал меня и мое тело, даже не спросив, хочу ли я этого или нет, — возмутился я таким произволом.
— Попробуй объяснить это волку, который жрет беззащитного ягненка. Он зверь и поступает так, как подсказывают ему животные инстинкты. И ты без всадника тоже зверь неразумный и выживающий, как можешь. Ты хочешь такой судьбы?
— Я не знаю. Честно не знаю. Но спать с мужиком не собираюсь, — начинаю злиться я. На покойного деда, на несправедливость и на весь мир разом.
— Не злись на меня, так было нужно…
— Кому нужно? Мне? Тебе! Я-то тут причем? И вообще ответь мне на один вопрос о всадниках.
— Спрашивай.
— В Фагмалии однополый секс и браки под запретом. Как ты умудрялся прятать от всех свою связь с всадником? — спрашиваю я, еще больше закипая.
— Пять тысяч лет назад они не были под запретом. Но, сам понимаешь, на мои земли в мое королевство приходили разные люди. И большинство из них были против подобных пар. Так появился запрет и новый закон. Кого такой закон не устраивал тот, уходил в Радию или другие людские королевства, где таких ограничений не было. Все просто.
— Но ты был королем и примером для всех. Как тогда ты мог быть примером, если сам трахался с мужиком?
— Мы скрывали свою связь с Эзикелем. Встречались тайно ночью в потайных коридорах дворца и комнат.
— Пять тысяч лет?
— Две тысячи лет Эзикель был единственным человеческим всадником, которого я любил… Было еще четверо, но я с ними просто спал, чтобы не разорвать связь и не превратиться в монстра.
— Скажи, а ты можешь воскресать только в родственниках? Ну, я имею в виду в тех, в ком течет твоя драконья кровь? Маг говорил, что проверял мою кровь на каком-то артефакте, — спрашиваю я у деда главное. Нужно же узнать, как прервать цепь его воскрешения. Ведь даже могущественного противника можно победить, найдя его самое слабое место.
— Зачем ты спрашиваешь? Ты ведь не боишься остаться бездетным, раз тебя мужчины не привлекают в плане секса.
— Просто ответь. Я должен знать!
— Хочешь перехитрить меня, мальчишка? Не выйдет! Я это тоже предусмотрел, но, как и что, тебе не скажу. Не забывай, мы одно целое. Я слышу все твои мысли и могут предотвратить любые поступки и последствия, — обломал мои планы дракон. — Ты будешь трахать короля Радии, хочешь ты этого или нет! Я лично проконтролирую.
— Уж лучше сдохнуть, тем более король спит и видит, как будет трахать меня, а не я его. Такого я уж точно терпеть даже из-за человечности не буду.
— Все зависит от тебя, мальчик. Покажи свою силу, свой характер, стань лидером не только в постели с королем людей, но и в моей стране. Пусть тебя боятся и уважают, прислушиваются к твоим советам и безоговорочно выполняют твои приказы. Меняй законы, меняй традиции, бунтуй, не соглашайся с советом аристократии, делай так, как считаешь нужным. Убивай несогласных, разгони совет и правь страной единолично, как истинный монарх. Всегда иди впереди всех, анализируй и просчитывай любой поступок на два шага вперед. Имей под рукой запасной план и план отступления. Веди за собой, а не будь ведомым. Помни — ты ДРАКОН.
— Легко сказать, да трудно сделать. Я правильно понял? Чтобы стать тобой — драконом, мне только нужно разозлиться? Впасть в ярость? — спрашиваю у деда я то, что хотел узнать сразу, как стал драконом. А обратно как? Успокоится?
— Да, почти. Подавить усилием воли желание убивать и все подряд жечь. Ты сильный мальчик, справишься, если постараешься. Ты не сломался, когда тебя отдали наложником королю Радии, не сломался даже, когда тебя насиловали трое. Я тобой горжусь.
— Засунь свою гордость знаешь, куда? Знаешь ведь. Не сможешь, у тебя ведь нет теперь собственного тела, значит, и собственной задницы нет. Ты всего лишь трахающая мой мозг говорящая надоедливая сущность, которой вроде как уже шесть тысяч лет. Заткнись и дай поспать спокойно. А то скоро явиться извращенец с одной единственной целью — трахнуть меня. Мне силы нужны, что бы дать ему в морду и не озвереть, не убить единственный свой шанс на человечность.
Дед убрался с моего сна и дал поспать еще немного без сновидений. И так слишком много информации за один день, который я проспал.
Проснулся я ночью. За окном было темно. Зато выспался и отдохнул. Извращенец так и не пришел. Видно, дел скопилось много за то время, что он отсутствовал при дворе. Пора подумать, как выбраться отсюда и наконец поговорить с дядей и отправить к праотцам, где ему самое место после того, что он сделал.
Только моим планам не суждено было сбыться…
Где-то там во дворце я услышал шум боя. Опять все не слава Богам. Они-то тут чего воюют? Что не поделили…?
========== 7 ==========
На всякий случай потрогал запертую дверь. Да, Тимьяр не дурак, и дверь не оставит открытой, даже если за ней стоит охрана. Боится, что я опять сбегу. Интересно, кто там сражается и зачем? Как бы меня самого не пришибли за одно, причислив к королю Радии и его собственности.
Зря боялся. Через несколько мгновений в мою комнату ворвались эльфы и Тавиан.
— Тави, я просил посодействовать своему освобождению мирно, а не устраивать захват дворца короля Радии. Как ты меня нашел, да еще так быстро?
— Так у тебя магический маячок стоит. Это не моя блажь. Твоя мать вживила тебе его еще в детстве. Вот, ориентируясь на него, эльфы и открыли портал, — объяснил мне свое странное появление наставник. — Чуток промахнулись и попали в соседнюю с твоей комнату. Там началась суматоха, крики, визги, просьбы о помощи. На нас напали, и пришлось защищаться.