Лопе де Вега
Перевод Ф. Кельина
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Король дон Энрике III Кастильский.
Королева.
Периваньес - крестьянин.
Касильда - его жена.
Командор Оканьи.
Коннетабль.
Гомес Манрике.
Инес |
} Двоюродные сестры Касильды.
Костанса |
Лухан - лакей.
Священник.
Леонардо - слуга.
Марин - лакей.
Бартоло |
Беляpдо |
Бенито |
Антон |
Бляс } крестьяне.
Льоренте |
Мендо |
Чапарро |
Элипе |
Художник.
Секретарь.
Два рехидора.
Крестьяне и крестьянки.
Музыканты.
Пажи.
Идальго.
Свита.
Стража.
Народ.
Действие происходит в Оканье, в Толедо
и в деревне.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
ГОРНИЦА В ДОМЕ ПЕРИВАНЬЕСА В ОКАНЬЕ
ЯВЛЕНИЕ I
Периваньес и Касильда - новобрачные; Инес - посаженная
мать; священник, Костанса, музыканты, крестьяне и
крестьянки.
Инес
Живите в счастье много лет!
Костанса
А я вам столько их желаю,
Что с ними вам и смерти нет!
Касильда
Своей приязнью к вам, я знаю,
Я заслужила ваш привет.
Священник
Хоть речи эти и уместны,
Но я скажу без лишних слов:
На свадьбе - это вам известно
Всего важнее часослов.
Благословил, как пастырь честный,
Я вас. Слуга ваш искони,
Как друг и на правах родни,
Я вам молитв прочел немало...
Инес
Я что ж... я только пожелала,
Чтоб были счастливы они.
Священник
Им бог поможет: справедливы,
Честны, добры, к тому ж умна
Моя племянница на диво.
Да, в тяжбе победит она,
Не нужно только быть ревнивой.
Касильда
Не подавайте мне предлог,
А мне, - мне ревности не надо.
Излишним станет ваш упрек.
Инес
Что ревность! В ней небес награда,
Она любви дана в залог.
Священник
Возвеселите ж день... Друг к другу
Садитесь ближе... Ныне плоть
Одна вы стали...
За подругу
Благодарю тебя, господь!
Уж как я рад!
Священник
Ты за супругу
Хвалу творцу теперь воздай:
Где сыщешь ты красу такую?
Весь обойди Толедский край.
Касильда
Супруг, когда воздать смогу я
Любовью за любовь, то знай:
Ты не расплатишься с долгами
Такую ты любовь найдешь.
Касильда, знай: пока делами
Меня в любви не превзойдешь,
Не победишь меня словами.
Когда б я мог, к ногам твоим
Я положил бы всю Оканью,
Весь край, где Тахо, став чужим,
Став Португальским, вновь в Испанью
Течет к морям ему родным.
Пригнутый долу урожаем,
Не так мне мил масличный сад,
Ни луг в цвету, разубран маем,
Зарею утренней примят,
Еще никем не навещаем.
Какое яблочко с тобой
Румянцем гладких щек сравнится?
В каком бочонке сок живой
Оливок лучше золотится,
Чтоб усладить меня собой?
Вино простому люду то же,
Что роза для дворян, и все же...
Сыщу ль где белое вино,
Хоть сорок лет хранись оно,
Я слаще губ твоих пригожих?
Ни сушь на лозах в октябре,
Ни майский дождь, ни ток душистый
Моих давилен в декабре,
Ни то зерно, что август мглистый
Мне в горы веет на дворе,
Ничто, клянусь, не стоит клада,
Что дом теперь вмещает мой:
Он знойным летом даст прохладу,
Согреет сердце мне зимой.
Ему недаром сердце радо.
Касильда, мне с тобой дано,
О чем душа мечтать лишь смела,
И сердцу я твержу одно:
"Ты заслужить ее сумело,
В тебе ей царство суждено".
Живи же в нем! Коль пахарь честный
Душой не ниже короля,
Ты королева, всем известно,
В том божий суд, и вся земля
Считает власть твою уместной.
Цари! Пусть небеса светло
Венчают милое чело,
Пусть все твердят, молве на диво:
"К Касильде той, что так красива,
Дурнушки счастье перешло!"
Касильда
Найду ль слова себе в подмогу?
Черта малейшая твоя
Сулит душе моей так много!
И музыки не знаю я,
Что так влекла бы к танцам ногу,
Как голос твой. Мне ни один
Не мил так звонкий тамбурин,
Хоть рассыпайся он трещоткой,
Хоть выводи рулады глоткой
Его бродячий господин.
В Иванов день благоуханье
Вербен и миртов на заре
Не так влечет меня, ни ржанье
Коня на утренней поре,
Как речь твоя, твое дыханье.
Что перед ними, пред тобой
Псалтирь и бубен расписной,
Будь это бубен мавританский?
С твоею шляпой кордуанской
Хоругвь сравнится ль бахромой?
Твоя любовь ноги дороже,
Обутой в новый башмачок.
В толпе других парней ты то же,
Что в дни пасхальные пирог
Румяный, пышный и пригожий
Ты для меня, что свежий луг,
Могучий бык, вбежавший в круг,
Обнова ты на дне корзины
Позолоченной, - в ней жасмины
Везде разложены вокруг.
Свечи пасхальной ты стройнее,
С крестильным пряником ты схож,
Церковной ризы ты светлее,
Ты - это ты, и так хорош,
Что в мире нет тебя милее!
Священник
Пора гостям плясать да пить.
Довольно! Бросьте разговоры
Вы про любовь...
Прошу простить!
Вы мастера в любви, сеньоры,
А я...
Крестьянин
Учись сильней любить.
Музыканты играют и поют, крестьяне
и крестьянки танцуют.
Музыканты
Пусть тебя поздравят
Май счастливый,
Ручьи и реки,
Радостные нивы!
У ольхи зеленой
Ствол пусть станет выше,
Даст миндаль цветущий
Плоды другие!
Расцветут на диво
На заре росистой
На зеленых шпагах
Рукоятки лилий.
Пусть стада уходят
За зеленым тмином,
По горе, недавно
Снегами покрытой!
Танцуют фолию.
Пошли своим молодоженам
Благословенье, о господь!
Вам поздравлять, лугам зеленым:
Одна теперь в них кровь и плоть.
Снова танцуют.
Вы - льдистые горы,
Вы - гордые пики,
Вы - древние дубы,
Вы - сосны седые,
О дайте дорогу
Воде, чтобы чистым
Ручьем низвергалась
С утесов в долину!
Соловьи пусть звонким
Щекотом и свистом
Про любовь расскажут
Зеленым миртам,
Чтоб с искусством новым
И новым пылом
Для птенчиков гнезда
Свивали птицы.
Танцуют фолию.
Подали своим молодоженам
Благословенье, о господь!
Вам поздравлять, лугам зеленым:
Одна теперь в них кровь и плоть.
За сценой сильный шум и крики.
ЯВЛЕНИЕ II
Те же и Бартоло.
Священник
Из-за чего переполох?
Бартоло
А вы по шуму не признали?
Священник
Наверно, в круг быка пригнали?
Бартоло
Быка? Скажите, целых трех!
Но этот пегий - просто чудо,
В нем от испанца кровь и плоть!
Клянусь я солнцем, приколоть
Он не дал лент себе покуда.
Два раза кувыркнулся Бляс.
Ну, бык, скажу вам! Иностранец,
Плясун канатный, итальянец
В такой бы не пустился пляс!
Антона Хиля он кобыле
Все брюхо распорол; у ней
(Ее пригнали с зеленей)
Торчит трава... Да что о Хиле!..
Плохие шутки с ним... Штаны
Томасу он спустил в забаву
Не изживет дурную славу
Бедняк до самой седины.
Но вот, в быка нацелив пику,
Наш смелый скачет командор,
Оканьи и страны сеньор.
Отважней он, чем сокол дикий.
Клянусь собою, вот когда
Быку с веревки бы сорваться
И налететь...
Священник
А он забраться
Не сможет к нам?
Бартоло
Боюсь, что да.
Священник (Периваньесу)
Послушай, Педро, от скотины
Залезу я на крышу, брат.
Костанса
Зачем, сеньор лиценциат?
Для бегства нет у нас причины.
Скажите вы быку: "Аминь".
Священник
К чему?
Костанса
К чему? Молитвы эти
Помогут вам...
Священник
Ах, нет на свете
Быка, что понял бы латынь!
(Уходит.)
Костанса
Полез на крышу он, возможно.
За сценой шум.
А шум сильней! Что там за крик?
Инес
Бежим туда! Привязан бык
К столбу веревкою надежно.
Бартоло
Размах короткий у нее.
Нас не достать быку, я знаю.
(Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ III
Периваньес, Касильда, Инес, Костанс, крестьяне,
крестьянки, музыканты.
Периваньес
Позволь, я счастье попытаю!
Касильда
Ах нет, сокровище мое!
Он страшен...
Периваньес
Будь страшней, ни шагу
Я перед ним не отступлю,
Я за рога его свалю
Пусть видят все мою отвагу.
Касильда
Но честь твоя мне дорога.
Нехорошо, чтоб в утро свадьбы
Ты сам среди своей усадьбы
К быку забрался на рога.
Периваньес
Из всех пословиц две тревогу
Внушают сердцу моему:
"За светом не ходи в тюрьму",
"Из-за чернил не суйся к рогу".
Я повинуюсь.
Шум за сценой.
Касильда
Бог ты мой,
Что там еще?
ЯВЛЕНИЕ IV
Те же и Бартоло, народ за сценой.
Народ (за сценой)
Беда, несчастье!
Касильда
Бык натворил там бед, по счастью.
Периваньес
Как счастье сочетать с бедой?
Входит Бартоло.
Бартоло
О небеса! Увы, зачем
Сюда из рощи заповедной
Его пригнать вы разрешили?
Клянусь, нельзя вам будет, парни,
Веселым этим днем похвастать!
Будь проклят ты, злосчастный бык!
Пускай в апрельский день дождливый
Не сыщешь на лугу зеленом
Ты для себя травы, как будто
Уж знойный август наступил!
Пускай соперник побеждает
Тебя в час ревности! Пускай
Ты огласишь протяжным ревом
Леса у высохших ручьев!
Умри от рук презренной черни,
Удавленный в глухом лесу!
Пусть рыцарь не сразит тебя
Копьем иль золотым кинжалом,
Но пусть клинок из ржавой стали
Тебе слуга загонит в спину,
Насильно сесть тебя заставив,
Чтоб кровью ты багрил песок!
Периваньес
Умерь, Бартоло, красноречье
И расскажи нам, что случилось.
Предателя Бельидо Дольфос
Сильней Самора не кляла!
Бартоло
Случайно командор Оканьи,
Наш господин великодушный,
Дорогой этой проезжал.
Под ним был конь буланой масти,
И грудь и шея в черных мушках,
На лбу серебряный налобник,
Из-под него виднелась морда,
Разгоряченная от бега.
Конь омывал своею пеной
Зелено-красную тафту.
Едва седок быка заметил,
Надвинул шапку он на брови,
Из-под плаща освободил
Он руку ловкую свою,
Взмахнул хлыстом, коня пришпорил,
И взвился конь его буланый,
Как серна... Но, почуяв шпоры,
Среди толпы оторопелой
От страха о канат ногою
Он зацепился и упал
На землю со всего размаха.
Его седок расшибся насмерть,
Он уцелеть не мог никак...
Да что рассказывать? Вы сами
Взгляните. На плечах сюда
Его безжизненное тело
Несут встревоженные люди.
Крестьяне вносят командора; он в глубоком обмороке. За крестьянами
идут слуги командора - Mapин и Лухан.
ЯВЛЕНИЕ V
Те же, крестьяне, командор, Марин и Лухан.
Марин
Здесь был лиценциат, - я рясу
Его заметил, - пусть прочтет
Ему отходную.
Инес
Да вот
Куда-то скрылся...
Периваньес
На террасу,
Бартоло!
Бартоло
Мигом!
(Уходит.)
Командора сажают на стул.
Лухан
Мы пойдем...
Носилки нужны... Он не дышит,
Но, может, нас господь услышит
Его живым мы донесем.
Марин
Идем, Лухан! Хоть мне сдается,
Что умер командор... Гляди!
Лухан
Ах, сердце у меня в груди
То вдруг замрет, то вдруг забьется!
Лухан и Марин уходят.
Касильда
Скорей идите! Педро, взор
Блеснул как будто!.. Он в истоме...
Воды!..
Периваньес
О, если в этом доме
Умрет наш бедный командор,
Будь проклят праздник наш! В Оканье
Не жить мне больше никогда!
Слуги кладут командора на скамью. Все уходят, кроме Касильды.
ЯВЛЕНИЕ VI
Командор без чувств, Касильда.
Касильда
Как зло безумствует беда
Над вами, лучший цвет Испаньи!
О рыцарь доблестный, в боях
Храбрец, никем не побежденный!
Не вы ли шпагой обнаженной
На мавров нагоняли страх
Средь скал Гранады? Что ж убило
Того, пред кем склонялся меч?
Канат смог жизнь ему пресечь,
Канатом смерть его сразила?
Ах, верно, потому, что ей,
Воровке злой, всегда по нраву
Так отнимать земную славу
У гордых мужеством вождей!
Ах, командор! Еще мгновенье...
Командор
Кто звал меня?
Касильда
Он жив!
Командор
Увы!
Кто здесь?
Касильда
Сеньор, со мною вы,
Смирите же свое волненье.
Хочу я успокоить вас:
Вы - там, где счастья вам желают
Не меньше вас самих, хоть знают,