— А где ж ему быть, товарищ начальник? В комендантской отсиживается.
— Кто-нибудь в поселке его видел?
— Да навряд ли. Береглись, как могли.
— Попроси его зайти.
Саттар стоял в дверях.
— Знакомьтесь, — предложил ему и Хамиту Круминь.
Человеку, которого должны были арестовать, чаще всего не нравится тот, кто отдал приказ об аресте. Без любви смотрел Саттар на Хамита. И Хамиту человек, оскорбивший Советскую власть, тоже был не слишком приятен.
Тогда Хамит вкрадчиво и недобро спросил:
— Тебе не нравится Советская власть, Саттар?
— Когда Советская власть — это непогрешимый ты и твои непогрешимые приказы, она — не моя власть, она власть недоступных моему пониманию начальников.
— Не любишь начальников?
— Я люблю настоящую Советскую власть. Моя Советская власть — это ты, это он, — Саттар кивнул на Круминя, — это я, это Иван. Мы вместе за народное дело — это и есть Советская власть.
Чрезвычайно довольный Круминь наконец прервал их диалог:
— Как я понял, вы оба за Советскую власть. Значит, воевать за нее нам придется вместе, Я просил вас, товарищ Саттар, еще раз все обдумать серьезно, прежде чем дать окончательный ответ. Вы все обдумали?
— Да.
— Вы согласны?
— Да.
Круминь подошел к Саттару, положил руку на плечо.
— Ночью наряд придет арестовывать вас. Только Иван будет в курсе дела. Остальные будут преследовать вас всерьез. Я, конечно, постараюсь, чтобы это были не самые лучшие стрелки, но случайности могут произойти всякие.
— Я уйду, товарищ Круминь.
— Надеюсь. Сколько вам нужно времени?
— Думаю, дня два.
— А где ж ему быть, товарищ начальник? В комендантской отсиживается.
— Кто-нибудь в поселке его видел?
— Да навряд ли. Береглись, как могли.
— Попроси его зайти.
Саттар стоял в дверях.
— Знакомьтесь, — предложил ему и Хамиту Круминь.
Человеку, которого должны были арестовать, чаще всего не нравится тот, кто отдал приказ об аресте. Без любви смотрел Саттар на Хамита. И Хамиту человек, оскорбивший Советскую власть, тоже был не слишком приятен.
Тогда Хамит вкрадчиво и недобро спросил:
— Тебе не нравится Советская власть, Саттар?
— Когда Советская власть — это непогрешимый ты и твои непогрешимые приказы, она — не моя власть, она власть недоступных моему пониманию начальников.
— Не любишь начальников?
— Я люблю настоящую Советскую власть. Моя Советская власть — это ты, это он, — Саттар кивнул на Круминя, — это я, это Иван. Мы вместе за народное дело — это и есть Советская власть.
Чрезвычайно довольный Круминь наконец прервал их диалог:
— Как я понял, вы оба за Советскую власть. Значит, воевать за нее нам придется вместе, Я просил вас, товарищ Саттар, еще раз все обдумать серьезно, прежде чем дать окончательный ответ. Вы все обдумали?
— Да.
— Вы согласны?
— Да.
Круминь подошел к Саттару, положил руку на плечо.
— Ночью наряд придет арестовывать вас. Только Иван будет в курсе дела. Остальные будут преследовать вас всерьез. Я, конечно, постараюсь, чтобы это были не самые лучшие стрелки, но случайности могут произойти всякие.
— Я уйду, товарищ Круминь.
— Надеюсь. Сколько вам нужно времени?
— Думаю, дня два.