Буйабес по-русски - Кицунэ Миято 3 стр.


Я привыкла, что у нас как-то женщины и девочки следят за собой, расчёсываются хотя бы. И я уже не говорю про макияж, маникюр или какие-то красивые бантики-ленточки-причёски-серёжки. При наличии чёрной школьной формы и «уравниловки» всё равно можно немного себя приукрасить. Тут прямо процветала серость и безликость, помноженная на общую страхолюдность. Даже я в прошлом сюда бы спокойно вписалась и была бы в принципе «выше среднего» точно.

Впрочем, были и пара-тройка симпатичных. Рядом с компанией «воображал» сидела миниатюрная азиатка с парой подружек, ещё я заметила очень красивую большеглазую девочку с явно индийскими корнями, а рядом с Габриель сидела тоже блондинка с длинными волосами, лет тринадцати. У неё были серёжки причём в виде редисок, которые смотрелись очень натурально. Интересно, это магия или из чего-то вроде полимерной глины сделано? У меня были серёжки в виде ягод клубники, купила на ярмарке рукоделия как-то, летом мне их нравилось носить. Но не на работу, конечно, у нас там дресс-код, а просто на прогулку. В прошлом году поехала в отпуск в Турцию и утопила их в море… Так жалко было! Очень хотела снова такие же найти или заказать где-то…

В общем, волшебницы меня несколько разочаровали и оказались примерно такими же, каких я видела американцев и англичан в путешествиях за рубеж. Я-то думала, что тут все будут такими же красавицами, как мы с Габриель, раз уж я в сказку попала. Но нет.

«Батонки» в сравнении с местными казались посимпатичней, да и о красоте француженок как бы идёт слава, но по мне они всё же серьёзно уступают русским девушкам, в средней массе у нас девчонки лучше. Или я уже начала придираться? Более-менее из них была та брюнетка с накрашенными губами. Явно лидер «могучей французской кучки».

Это как всегда, желания вроде сбылись, но странно. Красавицей я стала, но к красоте прибавилась толпа «обыкновенных», которые этой моей красоте завидуют. Если бы я сидела в той толпе, то, наверное, тоже бы завидовала такой «Мальвине», которой неземная красота ни за что ни про что досталась. Впору вспомнить присказку, о том, что «не родись красивой, а родись счастливой».

Впрочем, смысла расстраиваться по этому поводу нет никакого. Всё это наоборот мне на руку! Что поделать. Се ля ви, блин.

О, ещё что-то французское вспомнила!

— Мисс Делакур, — когда мы с Габриель пошли «в нашу комнату», нам преградила дорогу женщина средних лет. Наверное, учительница. Только выглядит крайне странно, классическая «злая ведьма» в остроконечной шляпе, только очки в толстой квадратной оправе явно лишние и метлы не хватает. По крайней мере, обратилась она ко мне по-английски, и то хлеб.

— Уи, мадам? — я ловко избежала необходимости как-то её назвать.

— Я профессор Минерва МакГонагалл, а не «мадам», — с лёгким раздражением ответила ведьма. — Ваш директор рассказала о вашей проблеме профессору Дамблдору. Так что сегодня вместо похода в Хогсмид я сопровожу вас на Диагон-аллею, чтобы вы купили себе новую палочку. Директор Дамблдор разрешил воспользоваться камином в его кабинете. Жду вас там к одиннадцати часам, — с этими словами ведьма резко развернулась и почесала в боковой коридор.

Я только и успела сказать «А?..», но мои возражения по поводу того, что я без понятия, где вообще какая-то башня Хогвартского директора, она не выслушала. Могла бы и проводить иностранную студентку! Тем более я поняла со слов Габриель, что мы живём где-то не в замке, а рядом. Зараза!

Кроме всего прочего, я не знаю, как выбирать «волшебную палочку», не имею представления, кто будет платить за банкет и есть ли у меня вообще деньги!

Кажется, начался мой первый квест: «Найди того не знаю кого, купи то не знаю что».

Спокойно, спокойно, Женька, ты же квартиру себе без риелтора нашла и документы смогла оформить, так что и с волшебной палочкой должна справиться. Не знаю, кто заварил эту кашу, но я её обязательно расхлебаю!

========== 4. Паштет ==========

Я вовремя вспомнила о том, что теперь супер-милая «блонди», и, как в фильме с Депардье «Красотки», мужчина любого возраста будет просто счастлив оказаться мне полезным. Всего-то и было необходимо притормозить первого попавшегося пробегающего мальчишку, улыбнуться и сказать, что я не знаю, где башня директора. Через пару минут я уже была возле трёх горгулий — двух каменных и одной живой и в остроконечной шляпе.

Фраза «воспользоваться камином» меня насторожила ещё в Большом зале, я подумала, что что-то неправильно поняла, мало ли, сленг какой-то. Но нет. Мы прошли прямо до реального камина, который весело потрескивал дровишками, и остановились напротив него.

Стерва-Минерва поджала губки в утиную попку, посмотрев на меня, процедила наставление «ничего не перепутать и чётко назвать адрес», а потом зачерпнула из горшка на каминной полке порошок, бросила в огонь, сказав «Диагон аллея» и… пропала. А, ещё её обдало зелёным пламенем с ног до головы, отчего я еле сдержала вопль ужаса. Впрочем, совсем остаться безучастной я не смогла, и ладно ещё, что в кабинете никого не было, если не считать нарисованных дедков на портретах. Но они с интересом рассматривали меня, и, надеюсь, не обратили внимания на русский мат сквозь зубы.

В общем, повторяя как мантру «это сказка, здесь это нормально», я проделала всё те же манипуляции и была поглощена зелёным огнём. Потом было очень странное ощущение некоего «движения», как будто в аквапарке по трубе с поворотами едешь, а потом я очутилась где-то, каким-то чудом удержавшись на ногах.

— Добро пожаловать в магазин котлов Потаж, мисс, — поприветствовал меня кто-то и, оглянувшись, я увидела невысокого старичка с пышными баками.

Вокруг на самом деле имелось огромное количество котлов от мала до велика. И, кажется, из всего подряд — даже позолоченные были. Да, что-то же было связано с зельями в этой сказке! Волшебник какой-то или урок такой был.

— Здравствуйте… — поздоровалась я. — Простите…

— О, а я вас узнал! — перебил меня обрадованный старичок. — Вы мисс Делакур. Чемпион французской школы.

— Да, это я. Простите, мне нужно туда, где продают волшебные палочки.

— Нет проблем, — закивал старик, хитро ухмыльнувшись, — выходите из моей лавки, напротив будет банк «Гринготтс», его ни с чем не перепутать. На стороне банка, чуть в глубине будет лавка Джимми Кидделла, он и продаёт палочки.

— Спасибо, — я поспешила выйти из этих мрачных «Котлов», к тому же, меня сильно заинтересовал банк, и хотелось поскорей его увидеть.

«Гринготтс» навевал воспоминания о головном офисе родного «Сбера» — здание отстроили лет пять назад «с нуля» по «индивидуальному проекту», и наши конкретно выпендрились с «классическим монументализмом». Там тоже имелись колонны, лепнина и массивные высоченные двери, в которых были врезаны двери поменьше.

Возле дверей, кстати, стоял кто-то типа швейцара-карлика в ливрее, так я думала, пока не увидела его лица…

Мне сразу вспомнилась любимая история из любимой книжки «сказок Гауфа» — «Карлик Нос». В общем, карлик в ливрее напоминал именно героя этой сказки — симпатичного мальчика, жутко обезображенного злой ведьмой: коротышка с огромным длинным носом, маленькими глазками и крючковатыми пальцами. Через минуту к нему вышел почти такой же карлик, и я поняла, что таких «заколдованных», вероятно, много. Может быть, какие-то волшебные существа вроде гномов.

Вообще из всех детских историй сказки Гауфа мне казались какими-то более «реалистичными», что ли. В то, что ведьма заколдовывала людей и уродовала их до неузнаваемости, чтобы ей служили, верилось куда больше, чем во внезапное «осчастливливание» Золушки некой крёстной феей, которой до этого было совершенно плевать, что там с её крестницей происходило.

У Гауфа только стечением обстоятельств и личными качествами героям удавалось вырваться из этой «сказки», у них и до этого в принципе всё было относительно неплохо. Да даже в теле карлика Носа парень смог стать шеф-поваром и готовить изысканные деликатесы. Вершиной искусства, кажется, стал особый паштет из гусиной печёнки. Мрачный Гауф готовил детей к тому, что легко в жизни не будет, а вот всякие волшебные «сказки-хотелки», на мой взгляд, только развращали. Потом дети вырастали и сидели сиднем, в ожидании чуда: «вот приплывёт щука или золотая рыбка и исполнят мои мечты», или «прилетит вдруг волшебник вместе с крёстной феей и дадут мне всего и много».

Люди не вчитывались в то, что было до: старик тридцать три года что-то ловил, Золушка пахала, нет, людям нужна была халява. Да и сказки с каждым годом всё больше походили на какой-то «список желаний» — детскую литературу нещадно «обрезали» и редактировали, оставляя лишь что-то «по мотивам».

Волк не ел бабушку и Красную Шапочку; Гензель и Гретель благополучно возвращались из леса, нахапав куски пряничного домика; а злая мачеха всего лишь запихивала в хрустальную туфельку ногу своей дочери, тогда как в оригинале сказки она без зазрения совести оттяпала дочурке пятку, чтобы впихнуть в обувку. Дочурка, кстати, померла.

Галка вот всё ждала своего «сказочного принца». С первым мужем, Толиком, красавцем, по которому у неё в институте девки сохли, сошлась по залёту, да не сошлась характером. Всё он простить ей не мог, что «окрутили его», бедного, обженили, когда он хотел ещё гулять да девок трахать. Изменял ей по-чёрному чуть ли не в соседней комнате их общаги. В итоге дошло до того, что какую-то шалавень припёр к ним, Галка и сиганула из замужества «босиком в мороз». Я потом когда за её вещами заезжала, у Толика уже другая была на ПМЖ.

Аристарх этот, который второй, уже больше на «сказочного принца» походил. Хоть и мелким был, ростиком только с Галку, да говнистый, зато при деньгах. На машине разъезжал, ухаживал красиво, айфоны дарил. Бизнесмен типа, хотя там у него всё от родителей было, папа — депутат, мама — сетью аптек владела. В общем, почти и прынц на белой мазде. Галка свадьбу выпросила, что все фигели. Чуть ли не омаров ели. И что? Галка-то, оказывается, Сашку от мужа прятала до поры до времени, да потом всё открылось. Вот не дура ли? Как узнал Аристарх и мамашка его про Сашку, так и красивой сказочке конец настал. Свекровь и так нос воротила, что сестра моя «пролетарий», из простой семьи, а тут Галка переквалифицировалась в «женщину с ребёнком, обманом окрутившую её сыночка». В общем, разбежались при серьёзной инициативе родителей.

Игорь вроде был нормальным парнем, как у Филатова «не красавец, не урод, ни богат, ни беден», да и Сашку принял, они вообще, кажется, из-за него и познакомились. Игорь что-то там в садике у них чинил. Казалось бы, живи да радуйся с надёжным человеком, у которого голова и руки на местах, но нет. Галке всё сказки покоя не давали. Считала она, что Игорёк это так, синичка, а как подвернётся «журавлик», так и можно будет и четвёртый раз в ЗАГС по хорошему поводу намылиться. Читала какие-то «фанфики» и всё о чём-то «где-то там, с кем-то другим» мечтала. В этом вопросе я сестру совсем не понимала.

Вот стала я по щучьему, не иначе, велению, такой, как когда-то воображала «ах если бы», и что? Сплошные проблемы и радости ни на грош. Я бы с удовольствием вернулась домой, вышла бы замуж за Мишку и родила ему ребёночка, пока совсем не поздно. Там у меня мама и папа, куча родственников, Сашка, Галка, подружки, друзья, работа, своя квартира и машина, и ни у кого и тени мысли не возникнет, что я их «насосала».

Я побыла «сказочной красавицей» всего-то сутки и уже сделала несколько выводов, о которых попросту не могла и догадаться, когда была самой обыкновенной. Оказалось, что с красавицами никто не дружит. У меня всегда было много друзей, приятелей, подруг, большой круг общения. Все мы были «обыкновенными», обсуждали «Анджелин Джоли», как кинозвёзд, так и местных разливов, парни смотрели мне в глаза, а не на грудь, не теряли связных мыслей и не хотели затащить меня в койку. А ведь я когда-то считала это сильным минусом. Но когда в тебе видят лишь внешность, не вникая, что ты вообще за человек, и судят по этой внешности, это несколько раздражает. Это как в фильме «Блондинка в законе», когда героиня сдала экзамены, чтобы учиться в Гарварде, а её все считали «недалёкой красивой пустышкой». Вообще этот фильм открылся для меня как-то с новой стороны.

Габриель кое-что мне пояснила, потому что первая начала разговор про тех девочек. Что-то они сказали обо мне такого, что она завелась и, к счастью, решила это обсудить. Ту брюнетку звали «Валери Марсо», и она была как те богатенькие стервы из фильмов про школу, то есть и стерва, и богатая, и внучка какого-то графа. А я была её «заклятым врагом». Со всей подростковой серьёзностью этого «титула». При этом у Валери свора подружек, а мы с Габриель противостоим им в одиночестве. Габриель волновалась, что они узнают, что у меня нет палочки, и что-нибудь устроят. Я волновалась, что и с палочкой всё равно не смогу ничего сделать. Не зря же они колдовать семь лет учатся, значит, это тебе не «трах тибидох» и не «ахалай махалай».

Большинство «батонок» ко мне испытывали чуть ли не чистую ненависть. Я уже вроде взрослый человек, но всё равно это задевало. И всем им было плевать какая я, или какая Флёр, они видели только кукольную внешность. Перед походом на Диагон-аллею мы с Габриель добрались до здоровенной кареты, внутри она оказалась куда больше, чем снаружи, у нас там была комната на двоих, тесноватая, но всё равно отдельная. Я даже не удивилась, наверное, из-за того, что уже видела сумку, только порадовалась. Не знаю, что бы делала, если бы там оказалась одна общая спальня как в пионерском лагере или типа того. Жить с ненавидящими тебя девочками, способными подгадить ещё и с помощью волшебства, границы и возможности которого я даже не представляла, было бы сущим кошмаром.

Вид банка «Гринготтс» внезапно дал мне в этом иллюзорно-сказочном мире точку опоры. Хоть что-то знакомое. Если я выгребу с этим «Турниром», то смогу устроиться на работу в знакомую сферу. Не думаю, что цифры, подсчёты или выдача наличности требуют сильного волшебства…

— Вот вы где! — я вздрогнула от обвиняющего тона, прозвучавшего над ухом и, обернувшись, увидела Стерву-Минерву.

Зачем же так пугать?! Я только обрела какую-то почву под ногами!

— У меня мало времени, мисс Делакур, поторопитесь.

— Старик из того магазина котлов сказал, что где-то возле банка продают палочки… Кажется, магазин какого-то Джимми Кадела.

— Магазин Кидделла? — снова сложила утиную жопку из губ Стерва-Минерва и посмотрела на меня из-под своих очков, как на идиотку. — Тогда вам туда. Постарайтесь не задерживаться, мисс Делакур. Я буду ждать вас на этом же месте через полчаса, — с этими словами она резко развернулась и куда-то почесала в глубину товарных рядов, похожих на китайский рынок.

У меня было какое-то неуловимое ощущение, что меня в чём-то накалывают, но кто их, этих сказочников, разберёт. Я поспешила в указанном направлении, пообещав себе, что куплю палочку как можно быстрей, чтобы успеть зайти в банк и спросить, что требуется для того, чтобы у них работать.

*

— Спасибо, — поблагодарила я продавца, забирая купленную палочку и расплачиваясь настоящими золотыми монетами.

Я успела сделать покупку в лавке Кидделла всего за десять минут. К тому же, со слов Габриель я знала, какой до этого была палочка Флёр — из розового дерева и с волосом вейлы причём родной бабули. Так из контекста я поняла, что вейла это какое-то волшебное существо, очень похожее на человека, типа нимфы или русалки, — они тут тоже существовали. Габриель именно русалки удерживали на дне озера.

Джимми предложил мне попробовать палочку из розового дерева, но с волоском единорога, при взмахе получились золотистые искры, а в руке и груди потеплело, так что, подержав ещё несколько палочек, я остановилась на той, что мне показали первой. Стоил этот артефакт четыре золотых «галлеона» и три «сикля». С пяти золотых я получила четырнадцать серебряных монет, тем самым определив, которое тут сикль и что в одном галлеоне их семнадцать.

«Бездонная сумочка» среди вещей Флёр тоже была, так что я сложила купленную палочку туда. Перед походом на Диагон аллею, расположенную как оказалось в Лондоне, я сказала Габриель, что не помню, куда положила деньги, и она научила меня пользоваться сумкой. Оказалось, требовалось пожелать, и предмет из неё появлялся в руках. Проблема была лишь в том, что я была без понятия, что у Флёр вообще там хранилось и в каких количествах, но разбираться с этим стоило после. Теперь я знала о кошельке и палочке, которой, впрочем, не умела пользоваться.

Назад Дальше