Дождь. Бремя наемника
Бремя наемника
— Так что со мной? Раздражённо спросил лысый толстяк, сидевший в большом кресле, обтянутом пятнистой кожей серого цвета. Комната, в которой он сидел была истинным обиталищем богача. Стены, обклеенные красивыми обоями со множеством узоров. Высокие потолки, украшенные по углам лепниной из глины. Пол, покрытый мореным дубом, старинная мебель и древние картины ясно показывали, что хозяин всего этого не простой фермер.
— Костоломка. Ответил сидевший на стуле перед толстяком сорокалетний мужик, в старом халате, с лысой головой и густыми усами. — Вам осталось максимум недели две.
— Что?! Разразился толстяк и встав с кресла подошёл к столу с бутылками. — Что ты несешь, что за костоломка?! Какие две недели!?! Злобно и непонимающе говорил Гаман, наливая себе в стакан мутную жидкость.
— Костоломка это редкая болезнь, по каким-то причинам поражающая только богатых людей. Первые ее симптомы это жуткая ломота в костях. Как будто и не слыша грозного голоса хозяина отвечал врач.
— Да мало ли почему кости болят! Прокричал толстяк, опрокинув стакан. Зажмурившись, он взял дольку фрукта, синего цвета и закинул его в свой огромный рот. — С чего ты взял что это именно она?
— Я в этом уверен, потому что появились другие симптомы. Синие волдыри, слабость и озноб. Потом у вас появятся невыносимые головные боли, сильнейшая ломота в костях и в конце смерть. Сожалею хозяин. Тихо проговорил врач.
— Твою мать! Выругался Гаман и налив себе еще напитка по самые края стакана, после чего сел обратно в кресло. Одним глотком опустошив наполовину тару, он, гоняя жидкость по стенкам стакана обдумывал ситуацию. Его, самого Гамана, хозяина большого куска малой пустоши. Его, богатевшего человека убьет простая болезнь?! Нет, не может быть такого! Вдруг Пинцет ошибся? Может дурак старый из ума выжил? Хотя кого я обманываю! Пинцет лучший доктор, стоящий тысячу золотых. Нет, он не мог ошибиться.
— Но должно же быть какое-то лекарство! С твёрдой уверенностью и толькой надежды произнес Гаман, допив наконец свое пойло.
— Оно есть но только его составляющие вас не обрадуют. С тревогой проговорил Пинцет, ерзая на стуле.
— Да плевать на деньги, главное, чтоб жив остался! Так что нужно? Вмиг оживился толстяк, приободрившись в лице, почувствовав, что жизнь может не уйти из его рук.
— В принципе у нас либо все есть, либо это не сложно купить. Но есть еще один ингредиент, не заменимый для лекарства. Тянул врач.
— Пинцет, мне осталось две недели. Говори, а то быстрей меня сдохнешь! Пригрозил тому Гаман, теряя свое и так не большое терпение.
— Керченит. Тихо произнес врач. От услышанного глаза Гамана выкатились и стали похожи на два куриных яйца.
— Керченит. Проговорил еще раз толстяк, будто смакуя слово. — И его не чем не заменить?
— Ничем. С грустью ответил врач.
— Сука! Зарычал Гаман и зашагал по комнате. — Вот сука! Сука! Сука! Ебаный керченит! Ох, ладно, надо прошерстить рынки, может где всплывет.
— Бесполезно. Я постоянно слежу за рынками и базарами в поисках керченита. Последний раз он появлялся в Москве года три назад и больше никто о нем ничего не слышал. Огорчил хозяина Пинцет.
— Вот сука! Да чтоб его! Ох, ладно. Времени на нытье у меня нет. Но Пинцет, ты хоть представляешь, что это за камень? Ты представляешь?! Орал Гаман.
— Очень хорошо представляю и если мне не изменяет память, то найти его можно только в..
— Крыму. Закончил за врача Гаман. — В гребаном Крыму, Пинцет. В Крыму! Ты меня слышишь?! Орал толстяк.
— Слышу. Слышу. Затараторил Пинцет, страшась гнева своего хозяина, от чего сильнее вжался в спинку стула.
— Тогда ты знаешь, что никто туда не отправится, ни за какие деньги! Гаман было хотел продолжать орать, как вдруг его осенило. — Кроме Ложки.
— Простите хозяин, но такой опытный человек, как Ложка наверняка наслышан о зловещей славе Крыма. Спохватился врач.
— Уговорит его мое дело. Твое это собрать все нужные ингредиенты, да побыстрее. Кстати, а как Ложка узнает Керченит, его же никто в глаза не видел? Начал работать головой Гаман.
— На счет этого не беспокойтесь. У меня есть один ученик. Он как раз изучает камни и недавно изучил керченит. Возможно, вы его помните. Его зовут Рома. Рыжий такой.
— Это ли не тот Рома, что неделю назад хотел пробраться ко мне в библиотеку, да его потом плетью побили? С подозрением спросил Гаман, садясь в кресло.
— Суть не в этом, а в том, что он сможет найти керченит. К тому же в одной из книг он вычитал примерное его расположение. Парировал хозяину Пинцет
— Ладно, хрен с ним! Времени мало. Махнул рукой Гаман. — Ты иди и готовь лекарство. И позови Седло. Живо!
— Да мой господин. Сказал на прощанье врач и поклонившись вышел из комнаты, через красивую резную деревянную дверь. В комнате повисла тишина, которую разорвал вошедший в комнату здоровенный мужик, лет двадцати семи с суровым лицом, немного жилистой бородой и невероятно острым взглядом.
— Седло, вызывай Ложку. Приказал толстяк.
— Да, хозяин. Ответил Седло и поклонившись вышел.
— Эх, ну вот за что мне это? За что?! Поорал Гаман и со всего размаху запустил стакан в стену.
— Господин Ложка! Господин Ложка! Кричал кто-то и параллельно этому стучал в деревянную дверь. В небольшой комнате с голыми стенами, крохотной ванной, парой тумб и шкафом посередь стояла большая деревянная кровать. Сделана она была грубо, но могла спокойно выдержать огромный вес. Сейчас же на ней храпел здоровенный и грозный тридцатилетний мужик с недельной щетиной, крупным носом и темными волосами.
— Господин Ложка! В который раз с криком кто-то постучал в дверь. Мужик стал неохотно открывать глаза, но почти сразу зажмурил их. Свет, падавший из окна, пусть даже и приглушенный тем, что в место стекла была высушенный желудок праговаза сильно резал глаза. Но он все же приподнялся. Окинув взглядом комнату, он, вздохнув встал с кровати. Тут же заерзала все это время лежащая рядом с ним гостиничная девка, которую он снял за день до этого. Но Ложке было на нее плевать. Пройдя мимо пары пустых бутылок из-под самогона он вошел в ванную. Открыв кран из него полилась вода. Набрав чуть мутноватой жидкости в ладони, наемник умыл лицо. Взбодрившись, он достал из стоящего рядом рюкзака зубную щетку и насыпав прилично зубного порошка стал начищать зубы. Закончив с умыванием, он пошел к уже порядком надоевшей двери, в которую все не переставал стучать какой-то паренек.
— Чего тебе!? Больше рыкнул, чем спросил высунувший лишь голову Ложка, дыхнув наружу жутким перегаром. Паренек, что все это время не давал покоя наемнику сразу исчез и появился только в конце коридора. Из себя он представлял типичного работника гостишки. Горбатый, с грязными волосами и гнилыми зубами. Уродец вызывал отвращение у Ложки, даже несмотря на тяжелое утро.
— Вас господин Седло вызывает. Дрожащим голосом проговорил паренек.
— А не пойти бы ему на хер! Передай ему, что мы только с задания и у нас еще два дня выходных. Проговорил Ложка и было хотел закрыть подгнившую дверь, но следующие слова остановили его.
— Хозяин говорил, что дело очень срочное! И господин Седло просил передать, что хозяин будет готов простить часть долга. Сказал все еще скривившийся работник.
— Простит говоришь. Протянул Ложка и задумался. — Ладно, сейчас приедем. А теперь пшел вон! Пока я тебя не застрелил. И он погрозил ему своим многозарядным пистолетом. Черный, с плавными скосами и обоймой на восемнадцать девятимиллиметровых патрон являлся неплохой угрозой, пускай и довольно дорогой. Горбатый парень, на секунду засмотрелся на дорогое оружие, но почти сразу став бледнее смерти унесся к лестничному пролету и скрылся на нижних этажах.
— Вот сука этот Седло! У нас ещё пара дней отгулов. Яростно проговорил Ложка. Хлопнув дверью, он стал быстро одеваться. Сначала в ход пошли серые штаны, обшитые пластинами самих чупакабр. Большая редкость для местных краев. Дальше настала очередь простой майки, следом одел серую рубаху. Накинув желто серую куртку, усиленную стальными вставками Ложка, взял рюкзак и с пистолетов в кобуре вышел из комнаты, бросив перед этим на кровать к девке четыре серебряных монеты. Закрыв дверь, наемник, немного пошатываясь вышел в коридор. Проходя по пованивающему проходу, мимо обшарпанных дверей и старых стен, покрытых краской, а теперь глубокими трещинами он думал, что понадобилось Седлу. Задание вроде бы чисто сделали. Весь конвой положили, да и никто скрыться не смог бы. Ладно, приедем узнаю, решил он, спускаясь по лестнице на первый этаж. Выйдя наконец из двухэтажного здания, при этом кивнув тамошней охране, Ложка оказавшись на улице. Он тут же зажмурил глаза от яркого солнечного света. Поморгав, он дождался, когда глаза привыкнут к улице и бегло оглядел все вокруг.
Местные виды оставляли желать лучшего. Пара тройка домов многоэтажек, собранных из старого кирпича и каменных блоков, притащенных из соседней шахты. И куча простых, собранных считай из мусора перекошенных хижин, явно желающих ремонта. Пара баров, один магазинчик со всем чем можно и бордель в конце улицы. Вот и все что можно было найти в этой деревеньке. Всюду сновали повозки и самые разнообразные люди. От подозрительных татар, вечно напяливающих на ноги всякие длинные сапоги, до опасливых украинцев и осторожных киргизов, завёрнутых полностью в свои свободные светлые накидки, в которых и лицо то толком не видно. Кое-где лежали мусорные кучи, около которых валялись бродяги. Рядом же с гостиницей, Пасть тритона, в которой и ночевал Ложка располагался небольшой пустырь, с пару десятков метров в длину и ширину. Именно на нем и стояли машины его группы. Проходить сквозь пусть и жиденькую, но все же толпу людей для Ложки было невыносимо тяжело, особенно с дикого бодуна. Пусть и некоторых отпугивал достаточно грозный вид наемника под два метра ростом, да только не на всех он действовал.
— Смотри куда идешь. Сказал какой-то мужик, толкнув плечом наемника.
— Заткнись ушлепок. Ответил Ложка, даже не посмотрев в сторону обидчика.
— Ты че сказал урод! Обернулся мужик, вытаскивая широкий нож, которым явно резали не овощи.
— Ну не надо. Проговорил Ложка и демонстративно посмотрел на свою руку со взведённым пистолетом. Вид надежного и редкого в здешних краях оружия удивил противника и его руку одолела мелкая дрожь. Вокруг двух громил столпилось пару зевак. Все ждали, кто сделает первый удар, но большинство понимало, что скорее всего никто никого не тронет. Все знали, что по правилам Карзана, кровь лить запрещено, кроме специальных мест. А наказание будет очень сурово. Но это не отменяло частые стычки одного бугая с другим, которые в основном оканчивались стрельбой. Пусть и за границей поселения. В игре в гляделки, в которой оппонент Ложки, смотрящий то на свой нож, то на пистолет врага, стал заметно нервничать, от чего выигрывал наемник. К том уже ситуацию осложняло ледяное спокойствие Ложки.
— Арх, черт с тобой! С досадой проговорил мужик и спрятав нож за пазуху пошел проч. Толпа стала понемногу рассасываться. Кто-то причитал о потраченном времени. Кто-то уже получал деньги со своей ставки на то, кто первый уйдет, а кто, просто хмыкнув пошел дальше. Ложка же продолжил свой путь к стоянке. К счастью окружающих, на его пути больше не возникало желающих лезть к нему. И он спокойно дошел до пустыря. Быстро кинув на входе охраннику железный квадрат с номером места он прошел дальше.
Проходя мимо тяжелых самоходов и легких внедорожников, обвешанных железными пластинами и ржавой арматурой, он добрался до своих машин. Два хороших вездехода, не раз побывавших в битве и доказавших свою надёжность не смотрелись средь кривых и проржавевших колымаг. Сами внедорожники были не очень большие, с не самой толстой броней. Но зато за счет мощных движков и небольшого веса были очень быстрые и могли соревноваться со многими багги. По бокам же находились пару бойниц для автоматов, оружия большой редкости за счет своей дороговизны, хотя автоматы команды Ложки отличались от других своей стрельбой на сто метров и весом чуть меньше других на один килограмм. Местные же в основном расхаживали с самопалами, или грубыми нарезными ружьями, которые и в подметки не годились вооружению наемников. И вот около внедорожников, к его удивлению, уже стояла вся комната, состоящая из четырех человек.
Как всегда бодрый Вилка. Черт такой, пьет сколько хочет и ничего. Рядом с ним суровый Круг. Ну и, конечно, Карта с Веткой, мучающиеся от жуткого бодуна, хотя он сам сейчас не в лучшей форме, подумал медленно ступавший Ложка.
— Здорова больной! Сказал Вилка и хлопнул друга по плечу.
— Здорово. Выдавил из себя Ложка.
— Чет ты хиленький какой-то. Такое после вчерашнего позор! Рассмеялся Вилка.
— Не ори, пожалуйста. Тихо попросил Карта.
— Вы, кстати, слышали, что этот жирдяй обещал? Проговорил Круг.
— Ага, часть долга простит. Интересно сколько? Спросил Ветка.
— Наверняка пару золотых, эта тварь жадная. Плюнув, предположил Ложка.
— Давайте поедем что ли. На месте узнаем, что и как. Слабым голосом проговорил Карта.
— И то верно. Согласился Ложка. — Хватит базарить. Поехали уже. С этими словами команда стала садиться в машины. Разделились наемники как обычно. В головной машине сидели Ложка с Картой, а во второй Круг, Вилка и Ветка. Сев на сиденье, обтянутое дешёвой тканью, Ложка мельком оглядел кабину. Внутреннее убранство машины не впечатляло. Во многих местах виднелась ржавчина, грязь и пыль. Сзади же располагались пара сидений, объединённых в небольшое хранилище для всего что только может потребоваться в пустошах. Ну и, конечно, багажник, представлявший из себя полноценный склад патрон, лекарств и прочего. За руль, как всегда, сел Карта. Но перед этим он достал из-под сиденья хорошие зеркала и вкрутил их в двери. Когда с этим было покончено он, сев, повернув ключ зажигания. Двигатель машины сразу затарахтел. Через пару мгновений он взревел и выплюнул из выхлопной трубы клубы черного дыма был готов работать. Выехав со стоянки, команда направилась по дороге к выходу из Карзана.
— Ложка, ты знаешь, что там от нас хочет Седло? Спросил Карта.
— Нет. Самому интересно, но, если это хрень какая-то тоя его сразу застрелю. Проговорил Ложка и уставился в окно, осматривая окружение. Проезжая мимо однообразных хибар и хижин, командир наемников быстро заскучал. Через пару минут впереди показался выход из деревни. Втиснутый в сплошную стену из частокола он представлял собой толстые, деревянные ворота, обшитые ржавыми железными листами. Открывались они по времени, в основном с семи утра до восьми вечера. Если же поток приезжающих был слишком высок, то ворота превращались в приемные и движение из деревни полностью прекращалось, угождая приезжающим.
При виде них Ложка сразу вспомнил, как им иногда проходилось чуть ли не с боем прорываться на выход, часто после чего уплачивая нехилые штрафы. Но в этот раз им повезло и ворота работали в обе стороны. Быстро проехав за них внедорожники прибавили скорость и зашумев покрышками по каменистой земле понеслись в пустынные земли. Карта же после этого, как и Ложка стал более внимателен к окружению. И не мудрено. В пустошах законов нет, твори что хочешь. В большинстве случав. Объехав несколько путников, закутанных в одежку светло желтого цвета, под стать окружению машины чуть прибавили в скорости. Путники при виде внедорожников сразу бросались прочь, боясь, что те могут на низ напасть. Наемники же направились в сторону Гзаса, личной деревни Гамана.
Пустоши были, как и обычно бесплодны, сухие, мертвые, опаливаемые жарким солнцем. Но видимое безжизние было лишь хитрой уловкой местной живности, отлично сумевшей приспособиться к таким условиям. Все, от мала до велика скрываются в песках и земле, нападая в самый неожиданный момент. И вот, команда преодолевала один песчаных холм за другим, казалось, пустых. Но на самом деле кишащих жизнью. Вид полной безжизненности ко всему еще дополняло палящее солнце, которое в это время года жарило с самого утра то позднего вечера. Переставая следить за временем, Ложка просто смотрел в даль, следя и одновременно любуясь так привычным песчаными барханами и чистым полям, где лишь изредка можно было заметить высохшую траву с парой колючих кустов. Эх, а я ведь мог сейчас попивая самогон в баре в карты поигрывать, мечтательно подумал Ложка. На его лице же в тот момент нельзя было увидеть и капли эмоций. Он просто смотрел вперед, в пустынную даль. И вот, следя и смотря вперед, наемники, преодолев два десятка километров песка добрались до нужной им деревни. Когда на горизонте появилась стена, собранная из каменных блоков и древесных стволов Ложка, приказал сбавить скорость. Проезжая пустынную землю, на которой не могло вырасти и травинки, Ложка решал, что сделает с Седлом, если их вызвали зря. Может застрелить сразу? Хотя нет, тут же завалят. Но со мной вся команда. Нда, можно и так, прикидывал в голове командир, смотря в желтый горизонт с редкими темными пятнами серого леса. Когда же они подъехали поближе, то им представился внешний вид стены. Обшарпанная, со множеством царапин и глубоких порезов, занесенных песком. Но тем не менее невероятно крепкая, она смогла бы выстоять против почти любой стаи. Нечего говорить о всяких бандах и уж тем более о пустынниках, которые тут вообще не появлялись. На верхушке стены находись простенькие пулеметы, способные вести огонь по кому угодно.