Солнце встает - Просто Полночь "Просто Полночь" 3 стр.


   - Уж ты помолчал бы, - не остался в долгу Гошка. - Писатель сладких снов.

   - Так дело не пойдет, - Мишка тоже охрип за ночь. - Нужно сделать зарядку. Кровь разгоним - сразу тепло станет.

   - Издеваешься? - возмутился Санек. - Тут что, есть где заряжаться?

   - Гляньте ребят, а Крендель-то спит! - пробасил Колобок.

   Кренделькова тут же потыкали, чтобы убедиться, что он спит, и, конечно же, разбудили.

   - Раз все проснулись, - предложил Коля шепотом, - нужно придумать, как бежать. Смотрите, если Колобок встанет у той стены, а кто-нибудь высокий заберется ему на плечи, достанет до того корня, сможет выбраться и...

   -...И все кроме Колобка смогут убежать, - продолжил Гоша. - Отличный план.

   Коля поддал ему локтем:

   - Сперва дослушай. Тот, кто выберется, должен найти веревку, привязать к какому-нибудь дереву и спустить сюда конец.

   - Так и сделаем. - кивнул Миша.

   Ничего у них не вышло. Только измазались в грязи по уши, и Крендель в говно вляпался. Корень находился слишком высоко и, к тому же, обломился, как только Санек за него все же схватился. Упав, "писатель" едва не сломал ногу и чуть не свернул шею Колобку.

   - Хватит, - выдохнул Сашка. - Так мы все только покалечимся. Не вечность же они будут нас тут держать?

   Словно в ответ на его слова, наверху зашуршала земля.

   Бревно с поперечинами сползало вниз. Рядом стояли три хмурых дикаря, у одного было копье.

   Коля снова подумал о том, как просто быть отважным героем, когда ты не чувствуешь боли. Он первый попробовал бы бежать. А сейчас все сдулись и дадут себя покорно связать, потому что все боятся. И он тоже даст. Наверняка, будут другие возможности дать деру.

   Их вытащили из ямы и привязали к деревьям. И Коле очень не понравилось, как стоят эти деревья - по кругу. В центре круга был вкопан деревянный столб, наверху которого было вырублено что-то вроде лица.

   Очень просто - Коля сперва подумал, что это изображение гриба. Потом присмотрелся - шляпка и ножка изображали выпуклый лоб и продолжающий его нос. Остальное лицо было плоским. Вместо рта - щель.

   Чем дольше Коля смотрел на этот столб, тем сильнее его начинало трясти. Немного помогало постоянное напоминание о том, что это просто игра.

   Откуда-то притащили девочек, привязали рядом. Поговорить с ними ребята не успели.

   Бабку, которая подошла к пленникам, тянуло назвать "шаманкой". Сморщенная, как печеное яблоко, на шее и запястьях бусы из какого-то лесного мусора, лицо в татуировках. Рядом с ней шел мужик, такой же бледный и нечесаный как все тут, только одежда почище. И на одежду походит больше.

   - Развяжите нас пожалуйста, - безнадежно попросил Мишка. - Мы герои, которые должны вернуть солнце.

   - Один из вас попробует его вернуть, - вдруг сказал пришедший и его улыбка напомнила Коле рубленый рот идола.

   - Они говорят! - громко поразился Гошка.

   - Вы нас развяжете?

   - Нет, - покачал головой мужчина. - Сперва умрет тот, на кого падет жребий. Только потом мы отпустим остальных.

   - Как умрет? - выпучил глаза Гоша. - Зачем умрет?!

   - Чтобы солнце взошло над лесом.

   Лопатки Кольке колола шершавая кора. Она казалась горячей, как батарея зимой.

   Смерть здесь не настоящая, но боль...

   Что чувствует человек, когда его тело вспарывают стрелы? Даже иголкой уколешься- больно. А тут целая стрела. И совсем не в палец. А, например, в живот. Или в лицо. В глаз.

   Холодное утро больше не казалось холодным - Коля весь взмок. Бабка-шаманка шла по кругу. За ней шли две девушки с тлеющими ветвями можжевельника. Они обмахивали ими каждого пленника - а затем, бабка доставала из мешка вытянутый белый камешек и бросала под ноги привязанному.

   Процессия дошла и до него - Коля, как мог, старался отвернуться от едкого дыма.

   - Жребий пал. - внезапно, утробным голосом, произнесла бабка.

   Коля повернул голову.

   В руках старухи был такой же вытянутый камень, как и те, что она бросала ребятам под ноги. Только те были белые, а этот - красный.

   Из тела Кольки словно вынули все кости. Ноги стали ватными, в желудке поселилась пустота, а кишечник... Захотелось в туалет. Почему он? Их восемь человек, почему же убивать будут именно его? Это нечестно!

   - Я не хочу! - завопил он.

   - Неважно, - ответил вождь. - Жребий выбрал тебя. Никто не хочет.

   - Но я совсем не хочу! - Коля попытался рвануться, но веревки держали крепко. - Пожалуйста!

   - А кто тогда? - вдруг спросила бабка. - Укажи - кто вместо тебя?

   Коля почувствовал, что его трясет. Кто? Кто вместо него? Он начал обводить ребят очумелым взглядом.

   Кто? Вот Мишка, классный парень, только зануда немножко. Рядом Крендель - он Коле не друг, даже не одноклассник, беззащитно моргает глазами из россыпи веснушек... Коля поспешно перевел взгляд. А вот Колобок - смешной пацан, которого никто не воспринимает на равных... Гошка. Вообще-то Коле он никогда особо не нравился, но...

   Коля вдруг опомнился. И ему самому от себя стало противно.

   Ах ты ж, слизь, размазня! А кто взахлеб читал истории про отважных моряков, про ковбоев, храброго капитана Сорви-Голову и прочих смельчаков? Кто представлял себя юным партизаном, не выдавшим тайны врагу? Вот ты теперь как заговорил? А ведь тебя, даже не по взаправде убивают.

   - Никто, - произнес Коля, но так тихо, что сам себя не услышал. - Никто! - сказал он уже громче.

   - Хорошо, - кивнул вождь. - Отвяжите.

   Двое, дикарей, стоявших за его спиной, подошли к дереву. Колю освободили от веревок, но удерживали очень крепко. Только благодаря этому он не споткнулся, пока его вели к столбу.

   Все было как-то нереально, при всей достоверности деталей. Желтая песчаная пыль на ногах. Запах соснового леса. Колючая хвоя под стопой и врезающиеся в тело веревки. Сейчас должна выплыть большая надпись "Game Over". Или что- нибудь еще должно случиться. Не может же быть, что его действительно расстреляют.

   Его привязали к идолу.

   "Закрыть глаза или нет?" - подумал Коля.

   И представил себе. Как летят стрелы. И как втыкаются - или как он стоит, в черной неизвестности, каждую секунду ожидая...

   Мишка пытался бесполезно спорить с дикарями. Остальные просто смотрели - круг бледных лиц - испуг и постыдная, тайная радость: "не меня!".

   - Стойте! - вдруг выкрикнул Колобок. - Я... я тоже.

   - Пашка, ты с ума сошел?!- беззащитно выкрикнул Миша. - Зачем?!

   - А... а что он там один?

   "Скорей бы это кончилось", - подумал Коля, - "Не могу больше".

   Словно в ответ на его мысли, вождь резко взмахнул рукой.

   Коля зажмурился.

   - Игра окончена, - зазвучал в ушах привычный голос автовыхода. - Причина окончания: выполнение игровой задачи и смерть игровой аватары. Длина сеанса - семь часов, восемнадцать минут, пятьдесят семь секунд...

   Коля чувствовал, как бьется где-то у горла сердце. Он ждал боли, но все прошло как обычно - тупой толчок и провал в темноту. А затем - гулкий голос диктора, шершавая пластмасса игрового кресла под пальцами, медленно поднимающая тело в сидячее положение спинка...

   По инструкции, стоило подождать пару минут, прежде чем снимать шлем, но Коле сейчас было плевать на инструкцию. Непослушными пальцами он поднял щиток, зажмурившись от света, отсоединил височные датчики и осторожно сполз с сиденья.

   Из рядом стоящего кресла кулем вывалился Пашка и беспомощно завозился на полу.

   Вот поэтому-то многие ребята предпочитали сильно тело не менять - потом, к родному, обратно еще привыкни.

   Коля помог ему подняться, сам едва не упав:

   - Ты чего там... тогда?

   Пашка засопел:

   - А чего ты там один стоя... - заговорил он, привычно сглатывая окончания. - Знаш, а я рад был что не меня... Тольк это как-т нечестно. Что ты один, - он несмело улыбнулся.

   Улыбка у него была такая же забавная, как и он сам, но хорошая.

   Ответить Коля не успел. Из соседних кресел принялись вылезать ребята. Встретившись взглядом с ним, они отводили глаза.

   "Я бы тоже такой сейчас был, если бы жребий выпал не мне", - понял Коля.

   Нет ничьей вины, что получилось так, как получилось. За что им стыдно, за ту самую мысль: "хорошо, что не меня!"?

   Сашка упорно старался не смотреть на остальных. На душе было тяжело. Лучше бы это его выбрали - не то чтобы Сашка этого хотел, но смотреть, как Коля там стоит, готовясь принять залп... Правильно и честно бы было выйти и сказать: "Я вместо него". Очень благородно. И кажется, что легче самому встать к столбу, чем смотреть, как расстреливают другого.

   А какая- то другая часть разума шепчет: "А почему именно ты? Почему не выйти кому-то другому? Почему Кумушкина вообще кто-то должен заменять?"

   Пока Сашка над этим всем думал, все уже случилось. Он не успел сделать выбор, теперь его можно не делать вовсе.

   И вовсе он не трус. Просто не хватило времени.

   Только теперь почему-то на душе погано. А еще этот Колобок! Ну кто его просил вылезать? Вот дурак, кому бы стало легче, если бы их обоих прострелили? Наверное потому и вылез, что полудурошный. Он же даже не понимал, что его ждет.

   Почему-то, Сашке ужасно хотелось врезать по этому круглому, пухлощекому лицу, до крови из носа и разбитых очков. И было очень стыдно за это желание.

   - Больно было? - негромко спросил Мишка, смотря в сторону.

   - Нет, - покачал головой Коля. - Как обычно - темнота-выход. Ни капельки не больно.

   На него наконец-то посмотрели.

   - Блин! Блин! Блин! - с одного из кресел свесилась разъяренная Анька. - Да гори он синим пламенем, ваш случайный выбор!

Назад Дальше