Любовь БелыхДракон под ёлкой
Часть первая
Глава 1
Как я рада, что этот год закончился! Ну, почти… До Нового года остаётся восемь часов. Я, наконец-то, смогла вздохнуть спокойно. Даже успела опомниться и пробежаться по магазинам. Включая ёлочный базар, где меня облапошил продавец, впарив громаднейшую красавицу ель.
К ёлке претензий нет, она замечательная. А вот её цена запредельно высока. Мой двухнедельный оклад.
Как я на это повелась? Младшего лейтенанта Ласточкину Алину Геннадьевну тупо развели на бабки.
На кой мне такая ёлка? Ни гостей, ни подруг, ни родных… Для кого я её тащила две улицы? А ещё мент…
Да, не этого я ожидала от родного городка, конечно. Говорят, в провинции люди добрее. Да сейчас же!
Ещё и майонез к салатам забыла в супермаркете. Пришлось, кряхтя и чертыхаясь, втащить ель в зал и тут же мчаться устранять оплошность. Салаты я купила готовые, уже нарезанные, но не заправленные.
Как чувствовала, что ничего не успею, затарившись готовой едой и шампанским с фруктами на праздники.
Отстояв очередь на кассе, я уныло поплелась к дому с двумя ведёрками майонеза и детским Новогодним подарком в красивой, красной коробочке.
Уже в подъезде, поднимаясь на третий этаж пятиэтажки, я столкнулась с соседкой – баб Нюрой. Приятным отголоском своего детства.
– Алиночка? А как… Когда ты приехала?– пожилая женщина поспешила заключить меня в объятия, сбив мою шапку набок. Голубой бубон упал на правый глаз.
– Здравствуйте, баб Нюр. Три дня как.
– То то я тебя на похоронах не видела.– сочувствующие произнесла женщина, заботливо выровняв шапку.– Ты как? Держишься?
– Конечно.– пожала плечами.
Не знаю, что говорят в таких случаях. Моя бабушка – Татьяна Андреевна, не дожила до Нового года всего неделю, отдав богу душу в собственной постели. В восемьдесят восемь лет.
На похороны я не успела. Приехала на следующий день, а на столе в кухне лежали бумаги – свидетельство о смерти, корешок заключения о смерти и завещание. На стикере, зажатом магнитиком на холодильнике, были данные кладбища и места захоронения.
Всё прошло без моего участия. Наверное, поэтому я не могу скорбеть в должной мере. Не знаю, как реагировать на соболезнования…
– А мать-то твоя, кукушка, с тобой? Не видела её после похорон…
Эх, баб Нюра, вы её хотя бы видели!
Я её вообще никогда не видела. Растила меня бабуля. Своеобразно. Мать, вроде как мать, присылала нам деньги, ни разу не явившись за мои девятнадцать лет. По крайней мере, так говорила бабуля. А раньше… раньше я и не помню. Мне было пять, по рассказам бабушки, когда мать перевели за границу. Не думаю, что на её пенсию, я посещала многочисленные кружки и секции, могла себе позволить репетитора по математике и одеваться в качественную одежду.
В те годы-то?
Лишь вырвавшись из этого города, я смогла дышать. Но важно не это. Важно, что с моим скорым отъездом, попросту побегом из-под бабушкиного крыла, я стала получать денежные переводы и смс сообщения с неизвестных номеров. Я была уверена, что это мать.
Никогда не понимала и не пойму этой логики. Раз уж бросила дочь, даже на глаза ей не появляешься, то зачем выделять ей какие-то финансы, слать сообщения?
Логичнее было бы меня забыть. Вычеркнуть из своей жизни не только физически, но и материально.
– Нет, я её не застала.
– Ой-ой,– запричитала соседка.– Бедная девочка. Не повезло Таньке с дочерью. Зато внучка у неё замечательная.– старушка тепло улыбнулась.– Она очень гордилась тобой, Алиночка. И очень тебя любила.
Горло запершило. Стало совестно и грустно.
– А вы куда, баб Нюр?– поспешила отделаться от женщины.– Не в магазин? А то я могу сбегать, если вам что-то нужно.
– Нет-нет, девонька. Меня там такси ждёт. К детям и внукам еду! Позвали старую на Новый год.– весело докладывает она.
– Ну какая же вы старая…– растерялась я.– Вы ещё правнуков нянчить будете!– улыбнулась.– Вас проводить к машине?– скосив взгляд на трость в её руке, предложила я.– Простой там, счётчик крутится. Под Новый год и так цены ломят…
– Спасибо, милая, я сама. Побегу я тогда, побегу. А то дорого своим обойдусь.
Я подождала у лестничного пролёта, пока баб Нюра "сбегала" по ступенькам вниз, медленно переставляя ноги и опираясь на трость и перила одновременно.
Грустно всё это. Почему мы стареем?
Меня старость пугает больше, чем смерть…
Квартира встретила тишиной и долгожданным теплом. Сгрузив покупки на кухонный стол, я переоделась в тёплую домашнюю пижаму и принялась чистить картошку.
Для кого, непонятно. Мне салатов с головой хватит. Ещё колбаска, сырок и фрукты. Запеку картошечку на гарнир, пусть будет. Много времени это не займёт.
Быстро управившись, я отправила противень с картофелем и мясом в духовку, щедро посыпав всё тёртым сыром и накрыв фольгой.
Пришёл черёд и ёлки. Зря, что ли, я разорилась на ней?
На поиски ёлочных игрушек ушло времени больше, чем на то, чтобы её нарядить. Бабуля была редким Плюшкиным, редко выбрасывая из дому одежду, макулатуру и прочие не совсем нужные вещи. Пришлось перебрать множество коробок, прежде чем найти-таки необходимое.
Коробка была пыльной и объёмной. Игрушек было очень много. Самых разных, от стеклянных до пластиковых, всех форм и цветов. Дождик, серпантин, коробка бенгальских огней, три хлопушки и странный шар. Я не нашла на чёрной поверхности никакого механизма, или крючочка, который бы позволил как-то зацепить его за веточку, или хотя бы продеть ниточку в какое-то отверстие.
Тиснение крылатого создания интриговало.
Занимательная вещица. То ли дракон вытеснен там, то ли ещё какая-то мифическая животинка. И всё. Больше ничего не было. Только дракошка.
Поковыряла ногтем материал, сдув с пальцев чёрную пыль. Кажется, моя бабуля ошиблась коробкой. Это не ёлочный шар, а шар для ванны.
Скорее всего.
Тоже нужная вещица, кстати. Я планировала хорошенько отмокнуть в ванной до того, как этот год закончится.
Проверила шар под струёй воды над раковиной. Поберегла тиснение крылатого, проверив на гладкой стороне. Вода тут же зашипела и запенилась.
Одним вопросом меньше.
Как раз пока картошка в духовке, я успею понежиться в тёплой водичке.
На кухню всё-таки сбегать пришлось.
Вооружившись маской для сна и двумя кружочками огурца, я вернулась к приятному релаксу.
Выждав, пока ванна наполнится наполовину, я, быстро раздевшись, забралась в неё, потянувшись за шаром. Не задумываясь, бросила его в воду, поджав под себя ноги.
Главное, чтоб он не обладал хорошим пигментом, иначе я выберусь отсюда цветом хорошо латиноса. Могу и вообще чёрными пятнами пойти.
Вода забурлила, окрашиваясь в чёрный цвет.
Я высунула ножку, пошевелив пальчиками. Пока ещё не окрасилась. Будем надеяться, что так и будет продолжаться.
Положив огурчики на глаза, я натянула сверху маску для сна и откинулась на бортик, наконец-то расслабившись.
Пузырьки приятно щекотали кожу. Вода успокаивала и уносила в зыбкое небытие.
Опомнилась, учуяв запах гари.
– Копанный – штопанный!– выкрикнула я, срывая маску и роняя огурцы в хлещущую через края ванны воду.
На бегу завернулась в полотенце, скользя по ламинату мокрыми ногами.
Из духовки валил чёрный дым, въедливый до одури. И горло, и нос мгновенно запершило. Глаза заслезились.
– Блин!– яростно распахнула старенькие деревянные окна, беспрестанно махая перед собой кухонным полотенцем.
Открыв духовку, стало только хуже. Дым повалил гуще.
– Капец! Вода!!!
Бросилась обратно, плотно прикрыв дверь на кухню. Пусть выветрится хоть немного. Займусь пока потопом.
Спустя час я сидела на кухне с дёргающимся правым глазом, кутаясь в махровый халат и неотрывно смотрела на настенные часы. Без десяти полночь. Вот-вот этот год закончится. Вся страна поднимет бокалы с шампанским, собравшись в кругу родных и близких. А я с горелым противнем и тазиками с тряпками.
Хотя… Пожалуй, шампанское я всё-таки тоже открою.
***
– Какая отвратительная рожа…– я смотрела на себя в зеркало, привстав на локтях с постели.
На бабушкином комоде до сих пор белели вязанные крючком салфетки, а на самом зеркале несколько приклеенных фотографий. Я на них совсем маленькая. Лет восемь, девять, наверное.
К фотографиям претензий нет. Нормальные фотографии, а вот моё отражение…
Мда, бомж Валера, что время от времени ночует в нашем райотделе симпатичнее бывает.
Вместо век, два таких смачных и красных вареника, открывающие узкие щели глаз, необычного, светло-зелёного цвета. Длинные тёмные волосы торчат во все стороны. Лохмы, самые настоящие. Медуза горгона проигрывает этот батл зрительских симпатий. Я выхожу победителем по всем фронтам, не решаясь пощупать ни своё лицо, ни волосы.
Что вчера вообще было?
Тазики, тряпки, гарь, чёрный противень, который проще выбросить, чем отчистить. Кажется, я пила шампанское с фруктами… Кажется, плакала, вспоминая бабулю…
Да что ж мне плохо так, как будто я ящик этого шампанского выпила?!
Быть такого не может, конечно, у меня столько и не было, но…
Как же плохо.
Медленно встала с кровати. Поправила запутавшийся халат, перевязав пояс потуже. И пошла.
Прошаркала вязанными следами, в которых и завалилась спать, на кухню, бросив мимолётный взгляд на красавицу ель.
Гирлянда.
Когда я её успела повесить и подключить? М?
Кухня была идеально чиста. Ну, кроме горелого противня, стоящего в раковине. Со стола убрано. В мусорном ведре бутылка шампанского и очистки от бананов и мандаринов.
Та-а-а-ак. Ладно.
Ванная.
В ванной на меня опять уставилось страшилище из зеркала. Погрозив ему зубной щёткой, я с наслаждением почистила зубки мятной пастой, обильно прополоскав рот. Умылась холодной водой, зябко ёжась.
Зато взбодрилась.
Воссела на белый трон, задумчиво подперев рукой голову, и задумалась.
Как так-то? Бутылку шампанского в одно лицо?
… ещё и без минералочки на утро.
– Отвратительное поведение, Ласточкина. Аморальное.– бурча себе под нос, я отправилась опустошать холодильник. Хоть о минералке я не подумала заранее, а сок какой-то должен быть.
Победно подняв тетрапак с вишнёвым соком, я усмехнулась. Этот раунд за мной.
Выглушила оставшиеся пол-литра и довольно зажмурилась. Полегчало. Прямо чувствую, что жизнь налаживается.
Возвращалась в спальню бодрее. Я решила, что лучше лечь поспать ещё. Во всяком случае попытаться это сделать. На ногах мне похмелье переносить не доводилось, а вот некоторые мои сотрудники утверждают, что его можно переспать. Вот и проверим.
– Копанный – штопанный!– в глазах двоилось.
Ёлочка озарилась красным светом маленьких лампочек, выхватив силуэт на полу.
Опасливо попятилась к выключателю, резко включив свет в комнате.
– Мужчина!– громко рявкнула, поморщившись от головной боли, прострелившей виски.– Мужчи-ина!!!– уже тише, но не менее грозно повторила я.
Тоже мне "Ирония судьбы или С лёгким паром"! Что за мужик у меня дрыхнет под ёлкой?! Ещё и укрытый бабушкиным лоскутным одеялом!
– Мужик, блин! Ты там сдох?– нахмурившись, медленно приблизилась к неподвижной голове. Короткостриженному затылку в частности.– Нечего помирать под моей ёлкой!
Резко сбросила одеяло, тут же вернув его на место.
Голый!
Шумно сглотнула, озираясь по сторонам.
Что голый мужик делает в моём доме? Не было же его.
– Му-ужчина…– растерянно моргнула, ткнув незнакомца оттопыренным указательным пальцем в плечо.
– Мммм…– донеслось глухое мычание.
Живой, значит?
Ну это ненадолго, если он мне не объяснит, как попал в мою квартиру…
Бросилась к входной двери, проверяя следы взлома.
Ничего.
Как я вчера закрыла замок на два оборота ключа и цепочку, так всё и было.
Лучше бы так же хорошо помнила, откуда у меня мужик голый взялся!
Глава 2
Вооружившись шваброй, служившей верой и правдой моей бабуле всю её жизнь, я перехватила древко и решительно вошла в гостиную. Рваться в бой не спешила. Для начала отключила гирлянду. Цветные лампочки раздражали. Создавали совсем не боевое настроение.
– Уважаемый!– громко произнесла я, ткнув незнакомца шваброй в область спины. Не подействовало.– Мужик, блин!– ткнула пониже, метя в задницу.
Кажется, попала.
– Аллина-ааа…– странно протянул незнакомец, резко повернувшись ко мне лицом.– Что это?
– Кто? А-а-а-а…– это он так моё имя исковеркал? Откуда он его вообще узнал?– Это швабра! Ты кто такой?
– Драгар, свет очей моих. Забыла?– лениво подперев голову рукой, непринуждённо отозвался мужчина.– Красавица моя…– как-то мужик замялся, блуждая по моему лицу странным взглядом.
Кажется, я понимаю, о чём он думает.
На красавицу я сегодня мало похожа. Да и не сегодня тоже. Не уродина, конечно, но и до титулов всяких мисс мне далеко.
– Забыла!– решительно кивнула и вновь нацелилась шваброй на жутко спокойного типа:– Давай-ка, кто бы ты там ни был, ноги в руки и на выход!
– Ноги в руки…– задумчиво протянул он.– Это как?
– Как хочешь! Одеяло можешь себе оставить. Подъём, уважаемый. Окажите любезность, освободите мою квартиру немедленно!
– Мы же вчера решили, что пока артефакт вызова не накопит силу, я могу у тебя остаться?! Как это на выход? В незнакомый мир?
Ч-чего?! Вот только шизоида мне не хватало для полного счастья.
Принюхалась, пытаясь оценить степень опьянения незнакомца, но так ничего не поняла.
От мужчины пахло сладостями. Чем-то пряным и сливочным. А вот остальные запахи как-то терялись, что ли.
– Значит, познакомишься с незнакомым миром.– улыбалась, понятливо кивая.
Где-то я слышала, что с такими людьми лучше не спорить, не провоцировать.
– Но…как же…А артефакт?– мужчина резко встал на ноги, выпрямившись в полный, впечатляющий рост. Я, опешив, задрала голову вверх, глядя на него, как муравьишка на подошву чьих-то ботинок. Немного погодя, до меня дошло, что одеяло-то, одеяло – вот оно! На полу лежит!
Глаза бессовестно косили вниз, но я старалась не отвлекаться от операции по освобождению своих квадратных метров от громилы-мужика.
– Одеяло!– рявкнула так, что у самой уши заложило.
– Почему ты такая, Аллиночка?– грустно вздохнул он, всё же наклонившись за одеялом, оставленном на полу.
– Нормальная я.– гордо вскинув подбородок и швабру, я подождала, пока мужчина обернётся тканью, и грозно указала на дверь.– Двигай давай ногами отсюда.
– Могу я хотя бы взять с собой артефакт?!– грозно прорычал мужчина, зыркнув на меня устрашающе.– Как я без него домой попаду?! Ни крыльев, ни пламени…
Дышим, Алина, дышим…
– А он здесь?– сглотнув, интересовалась я нахмурившись.
Пусть забирает что хочет, лишь бы убрался отсюда. С его комплекцией… В общем, открытый конфликт с данным индивидуумом не принесёт мне ничего хорошего.
– Там!– махнув рукой в сторону батареи, мужчина грозно свёл густые тёмные брови.
– Иди и бери.– кивнув, разрешила я, внимательно наблюдая за каждым его движением.
Подхватив края одеяла, мужчина шагнул к батарее под окном и отодвинул штору в сторону. Пошарил рукой поверху, очевидно, собирая пыль, и резко обернулся:
– Хорошо подумала? Второго такого больше не найти.– ухмыльнувшись, спросил шизоид, подбросив в руке шар.
Мой шар для ванны.
– Э-э-э-э… Да.– не особо уверенно произнесла я, растерянно глядя на абсолютно целый чёрный шар, подпрыгивающий на его ладони.– Иди уже с…миром.
Я решила не заморачиваться сейчас вопросами: как шар для ванны остался целым, почему именно он для мужчины является каким-то артефактом, почему он на батарее. Может это вообще другой шар? Проверять и копаться в этом абсолютно не хотелось.
– Если ты так решила, пусть так и будет.– вздыхает он.– Очень жаль, Аллиночка, что пророчество Сай-Драккара не о тебе. Ты мне очень понравилась. Я не отказался бы от такой истинной. В любом случае, если нам суждено быть вместе, мы всё равно встретимся…
– Иди уже отсюда!– тихо рыкнула я.
Кошмар какой-то. Нормальный же мужик с виду. Высокий, сильный, с красивым рельефным телом в нужных местах. И лицо, хоть сейчас на обложку мужского журнала. Лоб открытый. Глаза низко посажены, огромные, насыщенного кофейного цвета. А может и не глаза вовсе, а цветные линзы? Красивые скулы. По-мужски привлекательный подбородок с едва заметной щетиной.
…и кукухой поехавший.
Артефакты какие-то… Тоже мне сталкер недоделанный.
Не моего это ума дело. Пусть специалисты с этим разбираются. Главное, чтоб небуйный был и ушёл спокойненько.
Направив на незнакомца швабру, провела его к входной двери. Под конвоем он остановился у двери и непонимающе оглянулся:
– Не передумала?
– Нет. Открывай дверь.