Valeda DarknessПосле Тьмы
Глава 1. Черное солнце
Скил очнулся в темной комнате. Попытка пошевелиться отдалась острой болью. Усиленные кандалы скрепляли его руки до локтей так, что ему приходилось прогибаться в неудобной позе: суставы нещадно ныли. Ноги фиксировались к ножкам металлического стула, приваренному к полу. Хорошо постаралисьполностью обездвижили.
Когда Скил попытался открыть рот, он отозвался сотнями жалящих проколов, а по подбородку полилась густая струйка крови. Побелевшие губы прочно сшили стальной проволокой, прошлись плотными стежками. Закрыть глаза не получалось: на голове крепился железный обруч с двумя крюками, которые острыми концами подцепили его веки.
Скил находился в черной комнате, напротивбольшой экран. Кинозал. Сеанс пока не начался. Он попадал в дерьмовые ситуации, не в первой. Но отсутствие видимого врага или явной опасности вызывало иррациональный страх. Скил готов был идти на риск, но этого и не требовалось. Только неизвестность. Он прислушивался, искал зацепки. Для вампира не существовало тишины: мир всегда гремел, двигался, отзывался биением сердец, дыханием, любым скрипом, постоянный сбор данных на несколько миль вокруг. Но стояла дикая тишина. И запахи, всегда окружавшие его, тоже исчезли. Этого просто не могло быть.
Захотелось выругаться, но для этого предстояло бы разорвать губы и потерять много крови. Значит, и силу, которую она давала. Это было бы глупым решением.
«Собираешься показывать мне фильмы?»мысленно обратился Скил к невидимому врагу. Враг появится, должентаков был непременный закон жанра. Оставалось только ждать, чтобы понять, насколько в дерьмовом положении он оказался на этот раз.
* * *
На криво вбитом столбе едва держалась потертая, в сколах и трещинах, табличка «Роудж-Хилл, население 0 человек». Первые цифры так стерлись, что прочитать число невозможно. Под порывами раскаленного сухого ветра табличка противно скрипела, действовала на и так воспаленные нервы. Я облизала пересушенные губы и хлебнула нагревшейся воды из бутылки, на зубах скрипнули песчинки. Все атрибуты удушающей жары в полном комплекте: синтетическая майка противно прилипла к спине, слой дорожной пыли на влажной коже, и горячий воздух высушивал горло при дыхании. Стоило бы снять джинсовку, но плечи тут же зажарятся, как мясо на гриле. Почему я согласилась встретиться в полдень у въезда в город? Да в моем положении я согласилась бы назначить место встречи и в аду. Мне нужна помощь. Выбирать и ставить условия не приходилось. Стрелки часов перевалили к часу. А я все вглядывалась в безжизненный горизонт. Задержка на часне так критична.
Я обошла столб уже несколько раз, прошлась по дороге, взвешивая клубы пыли с растрескивающейся земли, осмотрела сухие безжизненные поля с корявыми низкими кустарниками. По всему горизонту открывался унылый пейзаж в блекло-бежевых цветах. С холма виден весь Роудж-Хилл: несколько десяток улочек; больше всего выделялись здания школы, больницы и особняк мэра.
Опять раздался противный скрип, от злости я пнула столб, он покачнулся, но остался стоять на месте. Будто издеваясь надо мной, еще громче заскрипела табличка.
Наступали уже третьи сутки с пропажи Скила. Я ждала помощь с Базы. Отчаяние и безвыходность после того, как я пролазила весь город в его поисках, заставили набрать номер Базы с пометкой «SOS», хотя зарекалась не связываться с ними и решить все сама. Все контакты с Базой ограничивались заданиями, поступавшими на коммуникатор, которые мы со Скилом выполняли и получали деньги на счет.
«Я схожу за кровью, быстро, десять минут и снова твой», вслух произнесла я, пародийно копируя интонацию Скила. Опять выругалась, не смогла сдержать гнев: Вот какого черта?!
За прошедшие сутки я заглянула и к мяснику, который бухтел что-то невнятное, свиными глазками смотря на нож, приставленный к складкам его шеи. Изучила все темные углы тихого городка. Даже наведалась к шерифу этого сонного захолустья. Он, выслушав меня, лениво положил жирный пончик в рот и констатировал: «Апокалипсис. Люди исчезаютэто нормально». Дверь участка захлопнулась с грохотом.
В спокойном и утопающем в лучах солнца городе зацепок не было. Не мог Скил отлучиться на полчаса и пропасть. Мой парень мог найти выход из самых дерьмовых ситуаций. Если он пропалвсе хуже, чем можно даже предположить.
Огромный лимузин, блестящий, словно только что с конвейера, показался на горизонте, сверкая в лучах солнца. К нему будто не липла пыль дорог: на черных боках отражались блики солнца, оставляя на сетчатке синие разводы.
Из машины вышла незнакомка средних лет в строгом бежевом деловом костюме, с забранными волосами и с легким макияжем. С трудом я признала Эмму. Сердце пропустило удар, я стиснула зубы и четко процедила:
Я звонила Полу.
Звонила Полу, а приехала я. Пока ты тут, сука, не наделала очередных глупостей, с той же интонацией отчеканила она. Где мотель?
Он один в центре, напротив кафе «Дядя Эдди» по главной улице.
Там и встретимся, Эмма Колфилд изящно села в машину. Лимузин обдал меня столбом пыли.
Н-да, если ситуация хуже некуда, я с легкостью могу ее усугубить. Талант. Обращайтесь в любое время, работаю круглосуточно, и прежняя жизнь покажется вам раем. Эмма, мой персональный кошмар, явилась при всем параде. Шрамы на моем теле, оставленные ею, еще отчетливо видны. И мне нужна была ее помощь.
* * *
Раскаленный асфальт чувствовался даже через подошву кед. Я с удовольствием нырнула под спасительную тень козырька здания отеля. Отдышалась, вытерла влагу с лица и открыла дверь. В холле едва работал кондиционер, но и этого хватило, чтобы ощутить облегчение. Эмма приветливо и мило разговаривала с администратором и владельцем отеля в одном лице, стоявшей за дубовой стойкой. Миссис Джейконс передала Эмме паспорт и договор о заселении, подала ручку. После подписи на документах закрыла ручку колпачком и положила её строго параллельно краю стойки. Миссис Джейконс являлась образцом чопорной дамы: в строгом черном платье и завитыми волосами, локоны лежали всегда идеально, для каждой волосинки было отведено определенное место.
Еще раз, благодарю, вы так внимательны, расплывалась в благодарностях Эмма.
Ну вы что! Нашему городу за честь встречать таких уважаемых гостей. Вы очень много сделали для Америки, боритесь с этими тварями.
Ну что вы, дорогая, на мне только документы, а управляются со всем наши бравые солдаты.
Да свершится благое дело! Не преуменьшайте себя, я вами восхищаюсь.
Меня чуть ли не стошнило. Сцена, открывшаяся передо мной, походила на передачу для домохозяек по кабельному. Если бы они затем начали вместе готовить и давать ценные советы по консервированию помидоров, я бы не удивилась. Мой приход не остался незамеченным:
Кэт, дочка, как я рада, что тебя нашла! с придыханием театрально воскликнула Эмма и раскинула для меня объятья.
Что тут происходит? Возможно, на неё жара плохо подействовала? Совсем тронулась Эмма? Когда я медленно подошла к ней, она обняла меня, сжала сильной рукой плечи, впилась крепкими пальцами.
Дочкиони такие! Встретила крутого парня и свалила с ним из города. Ишь ты, чего придумала, в наемники пойти! Потом он её бросил, а она сразу кому звонить? задала она риторический вопрос миссис Джейконс, та только одобряюще покачала головой. Правильно! Маме и позвонила.
Что она несла? Но не успела я возразить, как почувствовала, что Эмма к моим ребрам приставила заточку, острие неприятно царапало кожу, предупреждая, чтобы я держала язык за зубами. К чему весь этот цирк? Ну, теперь хотя бы все встало на свои места: старая добрая Эмма предстала во всей красе, а то я уже переживать начала.
Как скажешь, мама, натянула я улыбку и указала взглядом на электрошокер в моих руках, приставленный к ней.
Как приятно, когда в семье примирение, расплылась в улыбке мисс Джейконс. Мисс Колфилд, мы действительно рады вашему приезду в город, и не забудьте о приглашении. Приходите вместе с дочкой.
Спасибо еще раз, чинно улыбнулась Эмма, наконец, разомкнула свои «нежные объятия» и, взяв небольшой саквояж, обратилась ко мне: Дочка, помоги маме с багажом.
Я тебе не носильщик.
Ты сама меня позвала, Эмма вложила ключи от машины мне в руку, хотела помощи, я приехала.
Глава 2. Исчезнувший
Эмма путешествовала явно не налегке. Семь тяжелых сумок я занесла в номер, быстро закинула на порог, желая лишний раз не контактировать с ней. Осталась последняя. Из-за жары таскать тяжести еще сложнее. Руки дрожали, дыхание сбилось, а майку можно было выжимать. Может, Эмма специально наложила туда кирпичей?
Нужно успокоиться, чтобы попытаться сотрудничать с ней и не всадить в неё нож. Укрывшись под тенью здания мотеля, я оперлась на раскаленную стену и прикурила сигарету. Горький дым обжег глотку. Если Эмма поможет найти Скила, я и с чудовищем заночую. Хотя Эмма и была чудовищем. Моим. Шрамы от кнута навсегда останутся на моей спине. К черту, у нас перемирие. Время постапокалипсиса заставило всех расставить приоритеты. А страх перед этой женщиной я однажды переборола, возвращаться к нему не собираюсь. Выкинув бычок, я подняла ношу. Разберусь.
Кровати в нашем со Скилом номере были уже предусмотрительно раздвинуты, между ними стоял стол, на котором Эмма установила ноутбук и несколько приборов.
Докладывай, сухо процедила она сквозь зубы.
В задании говорилось: у городка высокая демонская степень активности, требуется проверка и устранение этой самой активности. Несколько охотников, приезжавших сюда, также пропали. Городок тихий, датчики мелких монстров в округе не показывают. Даже валом обитающие в этом штате псины не заглядывали. Зацепок нет, она и так все это знала, но для заведенного ею же порядка я отчиталась. Скил пропал трое суток назад, пошел к мяснику, тут рядом через квартал. Я обшарила весь город. Пусто.
Она резко сорвалась с места, крепко схватила меня за руку и грубо подтащила к окну. Эмма делала все с каменным лицом, сложно разгадать, что на уме у этой шальной женщины.
Что видишь? процедила она.
Улица и дома.
Точный удар поддых выбил из меня кислород, наполнил болью, но согнуться она мне не дала, припечатав к косяку подоконника. Я ударилась затылком о стену. Виски сковало острой болью, и на секунду очертания Эммы смазались. Сквозь шум в голове раздался вопрос ещё раз.
Включай мозги, что видишь?
Чертовые, мать вашу, дома и улицу, я оттолкнула её и попыталась нанести удар, она ловко меня перехватила и заломила руку за спину, опять повернула к окну. Суставы заныли, боль от удара еще пульсировала, я сцепила зубы.
Кэт, ты тупая сучка, которая бегала тут по городу в поисках своего ебаря. Говори.
Вижу, продуктовый магазинчик, чувствуя себя пятилеткой, я терпеливо исполнила её «просьбу». В окнах закусочной люди обедают Вон там мальчишки идут толпой видимо, закончились занятия в школе я замолчала. Ошиблась. Зацепка находилась прямо перед глазами!
Можно я сама стукнусь головой об стену? Полностью поглощенная мыслями о Скиле, я не обратила внимание на то, что этот городок слишком спокойный, отличный от других. Весь мир захлебнулся в постапокалипсисе, боролся с вырвавшимися тварями из другого мира. РоуджПорт с легкостью обошел все эти события. Слишком нормальный город в этом, ставшем ненормальным, мире.
Дошло? рявкнула Эмма и отпустила меня.
Да, мэм, признала я. Слишком спокойно и размеренно, как раньше. События сразу сложились в одну цепочку: Все наемники, приезжающие в город, останавливались в этом отеле, и все они пропали. Администратор может быть в курсе или еще кто. Вот поэтому была нужна легенда, которую ты устроила.
Вот до тебя только так доходит? Эмма усмехнулась и дополнила: И, конечно, ты как ненормальная обыскала весь город. Протрубила всем, кто ты и кого ищешь.
Здесь нет тварей, потому что они боятся и обходят этот городишко. Тут притаилось нечто опаснее. Найдем это, найдем и Скила.
Может, тебе еще раз врезать? Соображать начинаешь, усмехнулась она. Я взяла с собой все необходимое оружие на любой вкус и цвет. Но, что за тварь, понятия не имею. Сейчас много всякого дерьма лезет изо всех дыр, о котором мы даже не слышали.
Тыбольная на всю голову, едко и хрипло посмеялась я, приложила руку к месту удара, пытаясь унять пульсирующую боль. Присела на кровать и неожиданно, даже для себя, дополнила: Спасибо, что приехала.
Скил один из сильных наемников. Если и он влип, значит, это мое дело. Посылать сюда бойцов и губить их я не собираюсь.
Эммабольная садистка, но то, что было у неё, не отнять: она умна, опытна и хороший боец. Особенно, часть с бойцом я ощутила на собственной шкуре. Но, чтобы что-то добиться, нужно идти на компромиссы. Эмма, посчитав, что разговор закончен, устроилась за ноутбук, вкратце дополнив:
Приведи себя в порядок. Сегодня вечером у нас бал, принцесса. Идем туда, где ты еще не искала. К мэру.
* * *
Жажда
Кровь
Голод
Сознание Скила исчезло, ушло в безднуне существовало, как и его самого. Тьма поглотила разум, но он вынырнул. Пришел давящий страхопять соскользнуть обратно в ад. В чистилище. Скил не думал, что заслужил небеса. Если еще раз потеряет нить с реальностью, то он не очнется. Точно знал.
Ничего не изменилось: оковы крепко удерживали его.
Кровь
Голод
Послышался лязг цепей.
Хотелось крикнуть невидимому врагу «Покажись!», но губы все еще были прошиты проволокой.
Ни запахов, ни звуков. Такое могло быть только во сне. Но Скил не мог проснуться. Можно же управлять кошмаром? Где же чертов Фредди Крюгер? Скил сосредоточился на хриплом и шипящем голосеслова полны желания и муки. Чем больше прислушивался, тем отчетливей становились призывы. Они скандировали и оглушали, чеканились, как барабанная дробь.
Голод. Смерть. Смертьтвой дар. Ночь. Охота. Жертва, её крик. Кровьсладкая и пленительная в жилах, селезёнке, кишках, горячая, упоительная. Биение сердца. Последний крик. Сладко.
Он знал этот призыв, эту жажду, понимал и умел заглушать, но сейчас его вампирская сущность, кричавшая о голоде, разбудила и спасла. Скил заперт в собственном сознании. Все происходящееиллюзия. Он дернулся. Кандалы от внезапной догадки не пропали.
У героев фантастических фильмов все получалось сразу. Стоило им сделать задумчивый взгляд и свести брови к переносицеони с легкостью управляли сном. Чертовое вранье. Для всего этого нужна тренировка. Скила заперли в самый темный уголок сознания: похищение в собственной голове. Что за сущность управляла его телом? Нет, лучше сейчас не строить догадок, а начать с малого. Освободиться. Как учили фильмы: другой базы знаний, к сожалению, не имелосьнужно не пытаться вырваться, а понять, что оков нет. В теории все просто. На практике же оказалось сложно обрести контроль над кошмаром.
Голод.
Кровь.
Скил пытался освободиться, как привык: от напряжения мышцы задрожали, вены на руках вздулись. Оковы не поддавались, он далеко не буддийский монах, чтобы уйти в нирвану или еще куда. Попробовать управлять сознанием, запертым в нем же? Ведь все это в голове, верно? Или он спятил. Других вариантов нет.
Кто-то пользовался его тушкой.
Скил отчетливо вспомнил, как гнал машину по ночной дороге: мотор сладко урчал, ощущалась вибрация двигателя, механизм работал слаженно и послушно отзывался водителю. Они с Кэт направляли в РоуджПорт на задание. Вот
Он оказался в своем воспоминании, избавился от оков. Красочное воспоминание перенесло в прошлое. Скил сидел на водительском месте, бросив взгляд на дорожную карту, прикинул: должны добраться до рассвета. На соседнем сиденье свернулась калачиком Кэт, дремала, как котенок. Ночной ветер через открытое окно приносил прохладу с ароматами горькой полыни и луговых цветов. Скил достал с заднего сидения легкий плед и укрыл им Кэт. Она улыбнулась во сне. Скил интуитивно повторял недавние события.
Он помнил эту ночь: накануне они решили взять крупное дело, получить больше денег на счет, закупиться провиантом и остановиться в более-менее спокойном районе. «Устроить отпуск»так говорила Кэт и строила планы: домик у озера, рыбалка и спокойствие. Она с радостью колесила по штатам вместе с ним, но для разнообразия захотела недельку размеренной жизни. Скил полностью поддержал, только вот тащить на опасное задание Кэт не хотел, но ее нельзя было переспорить. Она знала много способов убеждений, но самым любимым для Скила все еще оставался секс. Его девочка умела сделать так, чтобы он слетел с катушек и согласился на все. Получив желаемое и даже больше, она сладко дремала, сплошная невинность. Скил еще был покрыт ее вкусным запахом, сладкая нега удовольствия расплылась по телу после того, как пару сотен миль назад они остановились под тенью дерева. Это была чудесная ночь.