Глава 1
Луиза - 18 лет.
И зачем я забрела в этот богатый район города, хотя чем он лучше или хуже других? В данный момент я просто брожу по городу и пытаюсь придумать, где я буду ночевать? Сегодня утром я продала квартиру, где до самой смерти жила моя мама. Большая часть денег ушла на оплату медицинских услуг, благодаря которым мама прожила несколько лишних лет и не лежала как овощ, а в период ремиссии вполне нормально себя чувствовала, могла передвигаться на своих ногах, улыбаться и обманывать окружающих, говоря, что все у неё хорошо. Еще одну часть денег за проданную квартиру, я отдала целительнице, которая запечатала меня и теперь я не смогу забеременеть. Женщина что-то говорила про то, что эту печать можно будет со временем снять, но я прослушала, ребенка не хочу, я не знаю, где сегодня буду спать и что завтра есть, а уж о детях думать.... Самой бы выжить. В данный момент в моем маленьком рюкзаке лежат документы на вымышленную фамилию и место рождения, которые выписаны на подлинных бланках там написано, что я человек, пары не имею, ну так это и не скрыть, татуировки же на руке нет, значит я отвергнутая, стоят документы больших денег и за них я отдала остатки, полученных за квартиру денег. И сейчас у меня есть немного мелочи на ужин в недорогой забегаловке, ещё в рюкзаке лежит одна смена белья и ничего больше. В данный момент я открыта для мира, так же как и он открыт для меня, никому ничего не должна и мне никто не должен. Хотя тут я ошибаюсь, должники у меня есть и должны много, вот только долг с них мне взять не удастся. И не потому, что не хочу, а потому, что не смогу, не того полета птица. Сейчас я бездомная, безработная девушка, окончившая закрытую школу, имею магические способности, но стараюсь об этом не распространяться и если буду осторожна, то правительственные службы никогда не узнают, что я маг и никогда не установят за мной строгий надзор, отвергнутым людям без магических способностей живется тоже тяжело, но за ними нет строго надзора, а значит они свободные и я хочу быть как они, пусть нищей и отвергнутой, но свободной. А в данный момент я никто и от прежней жизни у меня осталось только имя, которое дали при рождении. Оставила я его только потому, что привыкла, а больше ничего и никого у меня нет. И опять я ошибаюсь, есть у меня родственник, но ему я не нужна и никогда не была нужна ни я, ни мама, а ещё говорят, что богиня никогда не ошибается. Я уже давно не верю в безошибочный выбор богини, а доказательство этому - жизнь моей мамы и моя.
Поворачиваю на перекрестке и оказываюсь напротив высотного здания из стекла и бетона. Красота, в районе, где мы жили в основном здания, не более пяти этажей, много закрытых учебных заведений и закрытых клиник, квартиры там стоили недорого, непрезентабельный район, имеющие деньги не согласятся жить в таком непонятном окружении. И тут к зданию подъезжает шикарный автомобиль и из него выходит мой первый должник. А это сюрприз, не ожидала я увидеть его в этом хоть и милом, но провинциальном городе, далеко же он забрался, от столицы далековато. Пока я пялюсь на молодого человека по имени Велимир, он выходит из машины, обходит её, открывает дверь с другой стороны и протягивает руку. Понятно, что старается не для друга, из машины грандиозно выбирается девушка, высокая, в коротком платье и на высоких каблуках. Вот и спутница, ради которой он отказался от меня, не принял выбор богини. Признаю, симпатичная, если судить по спине и ногам, волосы длинные, светлые, походка сексуальная, лица не вижу, но думаю и оно не подкачало, ну что могу сказать, желаю счастья. Они заходят в здание, а я смотрю на машину и улыбаюсь. Теперь я знаю, где сегодня буду ночевать, спасибо тебе несостоявшаяся пара, ты предложит мне просто шикарный вариант бесплатного ночлега, сейчас только найду крепкую палку, и все у меня будет: и ночлег и трехразовое питание, не отель конечно, но для меня нищей безработной и такое место подойдет. Я нашла не просто палку, а металлический прут, им охранники запирали дверь подвала, прекрасно, сейчас и повеселюсь, сниму стресс лет на пять вперед. Подхожу к машине и опускаю металлический прут на лобовое стекло, как же приятен этот звук. Тут у меня отказывают тормоза, и я начинаю громить машину. Сначала стекла, потом капот, перед, крышу, фары, ну разве можно про них забыть, выбежавшие охранники смотрят на меня огромными глазами, но подходить не решаются, я же наслаждаюсь звуками покореженного железа и бьющегося стекла, методично превращаю шикарную машину в кусок металлолома. Меня обхватывают сзади, отнимают прут и, разворачивая, надевают наручники. Хорошо повеселилась. Смотрю на офицеров полиции и улыбаюсь, как полоумная. Они смотрят на меня напряженно, осторожно подталкивают к машине. Прекрасно, переночую в полицейском участке, там и поужинаю, и позавтракаю и так далее, за порчу такой дорогой машины меня могут послать на общественные работы на год, а может и на два, но сейчас я ни о чем не жалею, будет у меня в ближайшее время и ночлег и кормежка. Общественные работы, это не тюрьма и строго там не проверяют ни личность, ни документы, судья их прочитает и отложит, меня саму тоже никто ни осматривать, ни проверять на магические способности не будет, а значит я сохраню свою тайну, ну и жилье у меня будет казенное и кормежка в ближайшее время, пусть невкусная, но голодать не буду, а дальше придумаю, что делать и чем на жизнь зарабатывать.
Меня завели в небольшую камеру с единственной узкой лавкой, сняли наручники, потом рюкзак, вручили небольшую бутылку воды и оставили одну. Прекрасно, отдохну немного, подумаю о жизни. Почему-то вспомнилось лицо мамы именно в тот момент, когда на моем запястье появилась татуировка: так богиня отмечала тех, кому нашла пары. Теперь я понимаю, почему мама в тот момент не испытывала большой радости. Мама и папа тоже пара, отец маг-поисковик, а мама человек без магических способностей, но их брак не удался, родитель постоянно пропадал в экспедициях, ища древние артефакты, книги и другие магические вещи, очень нужные ученым магам, а мама была почти всегда одна, потом со мной, но отца у меня не было. Я тоже маг-поисковик, узкая специализация, не скажу, что редкая, но и не часто встречающаяся, так серединка на половинку. Сертификата мага у меня нет и я никогда его не получу, нужно учиться, а денег нет, хотя и без него я смогу найти и человека, и любой предмет. Каждый объект, будь он живой или неживой оставляет в пространстве свой след, а маги поисковики могут видеть эти следы, главное найти место, где последний раз видели объект, а ещё мы лучше всех магов владеем бытовой магией, ну, в общем-то и все. Мой отец всю свою жизнь чего-то искал, приезжал домой редко, а когда мама отказалась родить ему мальчика, он вообще перестал появляться. Вот после этого я и не верю, что богиня не может ошибаться. А потом от меня отказался Велимир, которого богиня выбрала мне в пару. В тот момент я не знала кто это, на татуировке нет ни имени, ни фамилии, есть просто набор каких-то закорючек, нужно зарисовать их и отнести эту бумагу в главный магический дом города, а у магов отработанная годами система и пару найдут в обязательном порядке. А через три месяца пришло письмо, где сухим, официальным языком говорилось, что меня отвергли и поэтому я должна срочно отправиться в этот южный городок в закрытую школу. Неофициально такие школы назывались - дома отвергнутых и таких как я, как оказалось, набиралось немало. Мама же переехала вместе со мной, но перед этим она взломала сейф отца, достала оттуда несколько ценных артефактов и куда-то ушла, пришла только утром и принесла мне записку с именем и фамилией моей несостоявшейся пары. Это оказался Велимир, в то время он учился в выпускном классе моей школы и мы иногда встречались в коридорах, понятно, что на меня мелкую ученицу средних классов он внимания не обращал, а я знала, как его зовут, уж больно популярным учеником был, его даже малышня знала. Ради кого он отказался, не знаю, да и какая теперь разница. Я не знаю, как мама смогла узнать имя моей пары, но, думаю, что за деньги или в её случае за ценные артефакты можно купить любую информацию.
А потом была закрытая школа для отвергнутых, обучение раздельное, крыло девочек, крыло мальчиков и от них нередко отказываются, прогулки с мамой по выходным, каникулы, проведенные вместе, а потом больницы и редкие недели ремиссии. Отца после переезда я не видела, писем от него ни я, ни мама не получали. Мы забрали из столичного дома, где жили с отцом, все ценные вещи, деньги и артефакты из его сейфа, все продали, и мама купила себе небольшую квартиру прямо напротив моей новой школы. Жили прекрасно, училась я хорошо и, несмотря на то, что школа была закрытой, никто над нами не издевался, преподаватели сильные и сдержанные к нам относились с уважением, знания мы получали отличные, весь день расписан по часам, на проказы и шалости времени не было. Одно удручало: на нас смотрели с жалостью. Хотя словесно никто не жалел, но мы чувствовали, нас считали неполноценными, раз отвергли, значит в нас есть изъян. Может и есть, только Велимир меня не знал, не видел и даже ни разу не разговаривал. Откуда ему знать, есть во мне изъян или нет? Нет, тут дело в другом, от меня отказались потому, что я родилась от женщины без магических способностей. О моем магическом даре никому не говорили ни я, ни мама, а отцу вообще было неинтересно, есть у меня дар или нет. Семья у нас небогатая, магический дом у родителя не древний, может и ещё какие причины были, а изъянов у меня нет. Ещё неизвестно сам-то Велимир идеальный? Что касается татуировки, то через год она померкла, а потом совсем исчезла. Может богиня признала свою ошибку и избавила нас от своего знака, а может у магов есть какой ритуал, избавляющий от ненужного нательного рисунка, знать об этом не хочу, нет татуировки и хорошо, нас с Велимиром ничто не связывает, но что-то мне подсказывает, что мы ещё встретимся. Перед самой смертью мама проговорилась, что маг, продавший ей имя моей пары, сказал, что богиня наказывает за своеволие, всегда по-разному, кто-то раньше времени умирает, у кого-то умирает его избранница или избранник, ради которых те отказались от пары, а может случиться и что-то похуже, богиня придумает, как наказать. Но, несмотря на это от выбора богини все равно отказываются, граждане мира не хотят, чтобы им указывали с кем жить и кого любить. Мама присутствовала на моем выпускном вечере, мы радовались хорошему аттестату, а потом была больница, из которой она больше не вышла, после похорон, я продала квартиру, расплатилась с долгами, сделала себе новые документы, магически запечатала себя и сейчас отдыхаю на лавочке в камере полицейского участка, но ни о чем не жалею. Полежу, подумаю о будущем: как жить, чем заниматься и куда ехать, я свободна как птица, не в данный момент конечно, но когда-то эта свобода наступит, и я обязательно ей воспользуюсь.
Глава 2
Некоторое время спустя. Луиза.
Видимо я задремала, офицер осторожно потрогал меня за плечо, чтобы обратила на него внимание. Пришлось вставать и следовать за ним. Привели меня в столовую, как хорошо, сейчас поем. Задержанных в участке немного, я и пара молодых парней с разбитыми лицами. С ними все ясно, задержали за драку, если сильного ущерба не причинили, то к вечеру отпустят, а со мной ещё не ясно, но мне торопиться некуда, свободная жизнь только началась. Обед был вполне сносный, в нашем мирном мире к заключенным относятся лучше, чем к отвергнутым. Хотя мне жаловаться не на что - будь у меня родители, я бы сейчас ехала к ним. После закрытой школы, всех передают на попечение родственников, но есть ограничения: нам нельзя заниматься публичными профессиями. Можно окончить ВУЗ для людей без магических способностей, но профессия должна быть тихой, мирной и не требующей общения с множеством людей, например бухгалтер или реставратор, или архивариус. Можно мыть полы или быть рабочим на заводе, или рисовать, если талант имеется, но нельзя работать учителем, журналистом, продавцом, различными консультантами и даже секретарем. Считается, что отвергнутые люди неадекватны и в любой момент могут выкинуть что-нибудь общественно опасное, мол, психика у нас неустойчивая. Значит, у тех, кто нас отверг, психика устойчивая, а мы все потенциальные психи и общественно опасны, такая вот интересная справедливость. Ещё предписывается не работать в городе, где родился, но это можно обойти, если родители за тебя поручатся. А вот об обучении магии, даже если ты маг в седьмом поколении, не может быть и речи. Считается, что маги должны быть счастливы в личной жизни и тогда они не превратятся в страшных убийц или полоумных мстителей. Потому о своих магических способностях, я не распространяюсь, отвергнутых магов ставят на специальный учет и за ними тщательно присматривают. Моя магия мирная, но тупым чиновникам, пишущим инструкции, этого не объяснишь, а значит нужно просто промолчать и тебя примут за простого человека. Обед закончился, я отнесла грязные тарелки в мойку и стала ждать офицера, который отведет меня в камеру, теперь можно не просто подремать, можно поспать, а что ещё делать после почти вкусного и сытного обеда.
Но мои мечты о сне пришлось отложить. Меня привели не в камеру, а в допросную комнату, указали на довольно комфортный стул за столом и даже поставили передо мной стакан с горячим напитком. Рядом со мной сел пожилой полицейский, а напротив молодой человек в строгом костюме. Положив перед собой пачку бумаг, он сначала оглядел меня, и только когда убедился, что я вроде как адекватна, заговорил:
- Меня зовут Ждан, я адвокат Велимира Мотойли, - он подождал пару минут, пока я переварю информацию, и продолжил, - мой наниматель хочет знать, что послужило причиной вашей выходки?
А дальше я поставила себе в уши магические заглушки и теперь могла только наблюдать за мимикой адвоката, по губам я читать не умела, а слушать его бред не хотелось, как и отвечать на поставленный вопрос. Магический дом Мотойли один из самых древних и самых известных. Глава этого дома и несколько приближенных к нему семей проживают в столице, все отпрыски получают прекрасное образование и часть денег семьи для открытия своего дела и у каждого есть адвокат, последних нанимают из людей без магических способностей, почему не знаю, но думаю, что у семьи на то имеются веские причины. А учились мы вместе в школе только потому, что мама настояла на этой элитной школе, она хотела, чтобы я получила хорошее многостороннее образование. В итоге я его получила, но только в закрытой школе для отвергнутых. Вот только сейчас я не уверена, пригодится ли мне это образование: писать и читать меня бы и в простой школе научили, ВУЗ мне не светит - на него деньги нужны и перед поступлением обязательно проверят на наличие магического дара и поставят на учет, а вот это мне совсем не нужно. Пока я по документам обыкновенный человек и за мной не будут так пристально приглядывать. Я могу чувствовать себя относительно свободно, а при моем положении это просто прекрасно, не всегда придется зарабатывать деньги честным путем, это я хорошо понимаю, а значит, когда-то придется обойти закон и под слабым контролем это сделать будет намного проще. А адвокат начал злиться, о чем он говорил не знаю, но отвечать ни на один вопрос не собираюсь, пусть отрабатывает свой гонорар в одиночку, ему заплатят, независимо от того отвечу я или нет. И тут он не выдерживает, схватив бумаги, ударяет ими по столу и, поджав губы, внимательно смотрит на меня. Убираю магические заглушки и, поворачиваясь к офицеру, тихо спрашиваю:
- Я могу идти в камеру, или он ещё не закончил выступление?
Офицер ухмыляется, глядя на пышущего жаром адвоката, и поднимается.
- Он хотел предложить тебе отработать ущерб в доме семьи, им нужны работники на ферме и половину срока, - сказал офицер.
- Я работы не боюсь, но убирать грязь за животными этих богатеев не хочу, пусть нанимают работников и платят им, как положено. Сэкономить решили богатеи?
- Мой наниматель хотел, чтобы ты отработала половину срока! - Восклицает адвокат.
- А мне некуда торопится и откуда твой наниматель знает, сколько мне дадут отработки? Или вы уже и с судьей договорились?
- Я знаю, сколько стоит машина! - Отвечает адвокат, - это новая дорогая машина...
- Очень дорогая? - Интересуюсь я.
- Очень, - отвечает офицер, глядя на меня.
- Прекрасно, вы подняли мне настроение на все время заключения.
Адвокат чуть ли не пускает пар из ушей, офицер ухмыляется и идет к выходу, ему понравилось это представление, он за свою службу на стольких богатеев насмотрелся, что уже наверное тошнит, а их лощеные адвокаты вызывают у него изжогу. Мы выходим за дверь, и офицер поворачивает в другую сторону.
- Тебя переведут в другую камеру до суда, там есть кровать и умывальник с туалетом и ты будешь одна, женщины к нам в полицейский участок попадают редко, - говорит офицер, - спокойно подумаешь над своим поведением, отдохнешь, а после суда сразу переведут в специальное охраняемое общежитие, оттуда и будут вывозить на работу.
- А суд когда?
- Дней через пять не раньше, у судей работы много, тебе общественного адвоката представят заранее, только ты его не игнорируй, может, удастся срок уменьшить.
- А вы в это верите? Вы же читали мои документы, кто будет заботиться о такой как я?
- Не верю, но всегда нужно надеяться на лучшее, - тихо говорит офицер.
- И я не верю.
В камере светло от большого окна, правда, оно зарешечено, но солнце светит и через решетку, кровать застелена свежим бельем, на ней лежат мои вещи из рюкзака, мыло и шампунь с полотенцем, а ещё комбинезон, когда будут на прогулку выводить нужно одевать обязательно, в него маячки вшиты, небольшой стол у окна, несколько потрепанных книг, бумага и карандаш, чашка, кружка, ложка и бутылка воды, просто пятизвёздочный отель и тихо как, прекрасно отдохну.
Семь дней спустя. Луиза.
Общественный адвокат появился в моей камере только за час до заседания суда. А мне понравилось: в этом отеле, кормят три раза в сутки, выводят на прогулку, книги меняют через день, душ раз в два дня и много свободного времени для сна, прямо райское место.
- Нужно собрать все личные вещи, - сказал адвокат, протягивая мне рюкзак, после суда тебя сразу отвезут в общежитие.
Вот он совсем не надеялся на лучшее и не считал нужным это скрывать. А зачем давать ложные надежды? Правда, пусть и горькая, в моем случае предпочтительнее. Опытный адвокат с усталыми глазами, он мало верил в жалость судей по отношению к таким как я, нас считали потенциальными преступниками. А какая есть альтернатива? Нет, можно найти работу, снять маленькую комнату и жить так до конца жизни, а можно пойти против закона, некоторое время прожить в свое удовольствие, а потом тебя обязательно поймают и отправят в тюрьму, но там тебе будет что вспомнить. А проживи жизнь тихо, мирно и законно, умирая, тебе и вспомнить будет не о чем, и глаза закрыть некому. Перспектива не радужная, что так, что так. В жизни ты проигравший, но я ещё не поставила на себе крест, нет, я подумаю над тем, как скрасить мои перспективы и обязательно это сделаю, унынию всегда успею поддаться.
Здание суда располагалось в административном квартале города и мне пришлось трястись на некомфортной машине с решетками, адвокат, сидя по другую сторону решетки, часто вздыхал и смотрел в окно мы не говорили о поведении на суде, он не давал мне никаких советов, единственное, что он сказал, что если я не хочу отвечать, то ответит он и чтобы я потом не обижалась, потому как врать он будет много и в основном вызывать у судьи жалость. Правда он сам не верил, что это сработает, но работу выполнит, а дальше будь, что будет. Ну хорошо, пусть врет, его вранье никому не повредит, мамы уже нет, а отца не было никогда и я ему ничего не должна.