Елена Ивановна НиколаеваКак и почему лгут дети? Психология детской лжи
Вместо предисловия
Ложьтипичная проблема детства. Любой взрослый может окунуться в мир своих воспоминаний и обязательно найдет там что-то, связанное с обманом. Часто разрешение таких ситуаций способствует личностному росту человека. Существует много причин, по которым дети лгут. И не всегда они связаны с желанием ребенка обмануть.
Взрослый гость спрашивает ласковым вкрадчивым голосом у двухлетней девочки: «Настенька, а тебя мама бьет?»
Девочка смотрит на большого дядю небесно-голубыми чистыми глазами и кивает головой в знак согласия. Гости замирают. Мама девочки с ужасом смотрит на дочь.
А тебя мама ремнем бьет? Да? продолжает уже более уверенно допрос взрослый.
Ребенок вновь кивает.
А часто? и снова положительный ответ.
Тут мама не выдерживает и обращается к дочери: «Настя, да кто же тебя бьет?» Девочка ласково прижимается к матери и удивленно смотрит вокруг. Она привыкла доверять миру взрослых и соглашаться с ними. Эта ложьзнак доверия взрослым, которые для ребенка ее возраста обладают всеми положительными характеристиками идеальных объектов. Она еще не знает, что некоторые из этих взрослых получают удовольствие от провокаций. Дядя спрашивает, ему нужно отвечать, даже если не знаешь, что такое «бить» и, тем более, «бить ремнем».
Но в какой-то момент ложь становится признаком возросшего интеллекта ребенка. Внезапно малыш, ранее уверенный в том, что мама знает все и всегда, вдруг догадывается, что она не знает того, что происходит в ее отсутствие. И если ребенок предполагает, что мама может его наказать, узнав, что происходило, пока ее не было в комнате, то он попробует соврать. Первая ложь слишком наивна и очевидна. Интеллекта хватило, чтобы соврать, но не хватило, чтобы соврать умело.
У подростков больше причин для лжи, и она более искусная, чем в другие возрастные периоды. Часто подростки лгут, чтобы охранить свой мир, в который постоянно вторгаются взрослые и разрушают его нетактичными действиями. И тогда это ложь личностного роста. Но подростки могут лгать, чтобы избежать наказания и получить поощрение, чтобы уйти от ответственности или сохранить положительное представление о себе.
Это означает, что на разных этапах становления человек будет лгать, причем ложь не всегда будет связана с формирующимися негативными чертами характера ребенка. Однако будет ли это случайным эпизодом его жизни или станет личностной чертой, зависит от реакции взрослых на детскую ложь. Именно поэтому одни дети перестают лгать, а другие начинают делать это часто и с каждым днем все искуснее и искуснее.
В данной книге проанализированы причины лживого поведения на разных этапах становления личности ребенка.
Первая глава посвящена причинам, которые заставляют родителей беспокоиться о лживом поведении ребенка. Это не праздная проблема, поскольку культура, в которой живут и дети и родители, включает в себя ложь как необходимый феномен. Более того, родители сами вынуждены порой говорить неправду, в том числе детям. К тому же общество не принимает правдоборцев. Существует сложная дилемма. Закон позволяет гражданам на суде не свидетельствовать против себя. Но в каждой семье наступает момент, когда перед судом родителей от ребенка требуют свидетельствовать против самого себя и часто жестоко наказывают в случае непослушания.
Все факты говорят о том, что родители хотят, чтобы дети им не лгали, не потому, что они требуют от них правды, а потому, что ложь разрушает само основание семьидоверие в ней.
Вторая глава описывает основные причины лжи дошкольника. Первые случаи лжи даже не воспринимаются ребенком как нечто плохое, но соответствуют его уровню понимания правил взаимоотношений между людьми. Чем старше становится ребенок, тем изощреннее становится его ложь. Он вдруг догадывается, что ложь может защитить его от неизбежного наказания или, напротив, позволить получить поощрение, она помогает привлечь внимание окружающих или продемонстрировать собственное превосходство над другими людьми. Поведение взрослых является значимым ориентиром для ребенка, как поступить в той или иной ситуации. Если родители смогут сформировать доверительные отношения с ребенком, а ложь будет угрожать этому доверию, ребенок предпочтет правду, даже если это потребует от него достаточных усилий.
В жизни младшего школьника (третья глава) открывается новая большая сфера, в которой он также может экспериментировать с ложью и правдой, устанавливая отношения со сверстниками, школа. Наиболее типичная ложь этого периодаимитация психосоматических симптомов, которая обнаруживается практически у всех детей этого возраста. Симптомы (боль в животе, головная боль, рвотный рефлекс, повышение температуры и т. д.) появляются в случае чрезмерных (с точки зрения ребенка) требований, формируются на неосознанном уровне, но могут привести к реальным заболеваниям и приобретению статуса профессионального больного, если родители будут неадекватно реагировать на них.
У младшего школьника появляется возможность соотнести собственные достижения и возможности с теми, которые есть у его сверстников. Это вызывает новые причины лживого поведения, в частности, желание выглядеть лучше перед одноклассниками. Сверстники могут обучать новым полезным навыкам, но могут и негативно влиять на ребенка, заставляя лгать и воровать. Именно поэтому в книге говорится о необходимости родителей быть внимательными к кругу общения ребенка.
Четвертая глава посвящена причинам лжи подростка. Подчеркивается, что нерешенные проблемы более ранних возрастных периодов не исчезают сами собой, а содействуют появлению новых причин не придерживаться правды. В главе анализируются психологические особенности подросткового возраста, способствующие лживому поведению. Ложь в этом возрасте может иметь не только отрицательные, но и положительные стороны. Подросток пробует себя, проверяет разные роли, на этом пути он не может не ошибаться. И тогда, при чрезмерной опеке со стороны родителей и стремлении контролировать все аспекты его жизни он вынужден защищаться от них ложью. Родители не должны создавать условия для лжи и вынуждать подростка лгать.
В пятой главе делается вывод о том, что говорить правду и быть честнымразные вещи. Подчеркивается зависимость понятия «правда» от контекста. Любой факт интерпретируется, и это создает условия для лжи. Также рассматривается необходимость лжи для существования культуры. Если учитывать, что сокрытие правдыэто ложь, то вежливое поведение и есть эта ложь. Мы не говорим начальнику, что у него пахнет изо рта, мы не указываем подруге на то, что она сильно поправилась, вернувшись из отпуска. Мы вообще многого не говорим. Как научить ребенка быть вежливым, одновременно не становясь лжецом? Честность берет начало от слова «честь». Если правда направлена вовне, то честность отражает внутреннюю искренность и доверительность.
Наконец, шестая глава посвящена некоторым наиболее типичным сторонам поведения взрослых, которые способствуют формированию доверия и искренности между ними и их детьми и, как следствие, зарождению у ребенка желания быть откровенными и правдивым.
Основная мысль книги состоит в том, что развитие детей не может не сопровождаться ложью. Но будет это поведение закреплено или нетопределяется реакцией родителей. Более того, автор пытается доказать, что столкновение с ложью ребенкане трагедия, а условие становления сплоченной семьи, и разрешение проблемы детской лжи ведет к личностному росту не только ребенка, но и его родителей.
1 ГлаваПочему родители хотят, чтобы дети говорили правду?
Прежде чем начать разговор о том, что скрывает детская ложь, стоит ответить на вопросы:
Почему взрослых так задевает обман ребенка?
Почему они прощают обман всем вокруг, начиная с газет и кончая собственными родителями и близкими друзьями?
Почему они прощают его своим возлюбленным, наконец, себе, но не готовы сделать это допущение в отношении ребенка?
Даже закон позволяет взрослым не свидетельствовать против себя в суде, если это ухудшит их положение. Но ребенку «на суде» перед родителями такого права не дается, и он должен свидетельствовать против себя, в противном случае ему обычно грозит наказание. И многие родители считают правильным, чтобы, солгав, ребенок повинился. Некоторые, зачастую самые совестливые дети готовы стоять в углу часами, как партизаны, чтобы только не выдавить из себя слова самообвинения.
Первое, что вспоминается при попытке ответить на эти вопросы, ощущение родителя, понявшего, что ребенок лжет, возможно, близкое к тому, что чувствовал Юлий Цезарь, узнавший, что его приемный сын участвует в заговоре против него: «И ты, Брут?» Дальше каждый родитель формулирует что-то более простое, но уже свое: «Я тебя поил-кормил, а ты».
Родителей, как и знаменитого Юлия Цезаря, задевает не ложь сама по себе, а ощущение предательства, нарушение искренних подлинных отношений. Ложьпривычный компонент нашей культуры, а искренностьнеобходимая составляющая любви, без которой не может быть семьи. Как задолго до нас выяснил Александр Сергеевич Пушкин, «в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань» (в данном случаеложь и искренность).
Взрослые давно знают, когда впрягать коня, а когдалань. Именно поэтому так различается их поведение в обществе и дома. Дети этого еще не умеют, а потому регулярно попадают впросак.
Любой воспитанный человек вынужден или просто лгать, или говорить полуправду исключительно из чувства такта, хорошего тона. Мы не говорим нашим тяжело больным близким, что они выглядят, как покойники, и не сообщаем приехавшей из отпуска подруге, что от загара морщины на ее лице стали более глубокими. Мы не произносим того, что, как нам кажется, может обидеть или задеть других. И мы не считаем себя при этом неисправимыми лгунами, которым в будущем не светит ничего, кроме тюремной камеры. Но мы можем легко нарисовать подобную перспективу нашему ребенку, если он сказал, что съел всю кашу, а мы обнаружили ее в тарелке у кошки.
Да и детям на самые насущные их вопросы в случае собственного затруднения мы разве не говорим, что «нашли их в капусте», «купили в магазине», причем «купили девочку, потому что на мальчика денег не хватило»?
Русский язык весьма четко передает это внутреннее ощущение от правды, поскольку мы ее не говорим, но режемне сообщаем, не произносим, а «режем по живому». Правда при этомматка, тогда как леньи та матушка. С точки зрения языка правдатяжелое оружие, и им нужно пользоваться осторожно. Именно поэтому ребенок с рождения окутан мягкой и теплой ложью. Взрослые рассказывают ему сказки, в которых герои постоянно обманывают друг друга. Возможно, не лжет лишь один Колобок, честно признающийся первому встречному в том, что он надолго не задержится и уйдет. Более того, мы все знаем, чем закончилась эта его приверженность открытости и честности. Может быть, Курочка Ряба действительно будет нести только простые яйца, но нам известно лишь ее обещание и никаких фактов о его реализации мы не имеем.
Другие сказочные персонажи, чтобы совершить свой геройский поступок, нагло врут. Маша, разломавшая у медведей все, что могла, просто сбежала, оставив хозяев один на один с разоренным ею жилищем. Другая Маша, чтобы вернуться домой, сделала короб с двойным дном и всю дорогу до дому лгала Медведю о том, что она «высоко сидит, далеко глядит». Дюймовочка обманула Крота и мышь, которые добродушно позволили ей перезимовать. Золушка, безусловно, обманула принца, представившись принцессой. И она никогда бы не обрела своего счастья честным путем. Русалочка притворилась женщиной и вышла замуж ценой обмана. Перечитайте другие сказки, и эта книга покажется вам бессмысленной.
Почему, предлагая в качестве образца для подражания таких героев, мы надеемся, что в этой вакханалии лжи наши дети останутся уникальными субъектами предельной честности? Зачем, нежно любя ребенка, только его наделять добродетелью правдоискателя, прекрасно зная, что мир больно бьет таких людей?
Существует явное противоречие. Если бы родители хотели воспитать честных людей, они не рассказывали бы детям сказки, которые лживы просто потому, что в них всегда добро побеждает зло и справедливость торжествует. Они рассказывали бы правдивые истории о том, как Джордано Бруно, не отказавшегося от своих идей, после долгих пыток сожгли на костре. А Галилео Галилей, увидев «испанский сапог», тут же согласился с тем, что Земляцентр Вселенной, а человеквенец творения. И остался жив. Более того, они бы могли припомнить, что все великие утопии о счастливой жизни честных людей и Томмазо Кампанеллой, и Николаем Гавриловичем Чернышевским были написаны в тюрьме. Люди много лет читают эти произведения о честных людях, живущих в честных городах, и радуются, что им не посчастливилось там побывать.
При желании взрослые могли бы безыскусно повествовать о том, как Жанна д'Арк, узнав, что будет сожжена на костре, сначала в ужасе солгала, отказавшись от своих слов, что слышит божественные голоса. И тогда голоса покинули ее. Собрав все свое мужество, она предпочла вернуть себе общение с ними, вновь надела мужскую одежду и честно призналась в том, что именно голоса направляли ее в походах. И ее сожгли. И такими правдивыми жизнеописаниями полна история человечества.
Если бы мы рассказывали детям только правдивые истории, захотелось бы им жить в этом мире? И если бы каждое утро, просыпаясь, мы помнили только правду об этой жизни, то, возможно, даже не вставали бы с постели.
Институт семьи потому столь уникален, что он постепенно вводит ребенка в мир реальности. Безопасная семья не обрушивает на малыша все жестокости мира вместе с глотком молока, охраняя до поры слабую детскую психику от проблем, которые пока не подвластны его разуму. Такая семья предлагает ребенку задачи соответственно возрасту и возможностям психики понять происходящее. Получая знания таким образом, ребенок учится преодолевать проблемы, а не избегает их, как зачастую бывает, когда он встречается с обстоятельствами, для борьбы с которыми у него нет ни сил, ни возможностей.
Ведь взрослые сами принимают этот мир не потому, что помнят про Джордано Бруно, а потому, что в детстве получили ориентировку на чудо благодаря Золушке, Дюймовочке и многим другим героиням и героям, возможно, не очень правдивым, но так похожим на нас. Они тем и привлекательны, что вселяют надежду на успех, счастье и долгую жизнь.
И каждый раз, когда нам совсем тяжело, мы не вспоминаем Жанну д'Арк, последние дни ее жизни и реабилитацию после смерти, а, неосознанно опираясь на факты из жизни Золушки, убеждаем себя, что впереди нас почти со стопроцентной вероятностью ждет чудо. И это заставляет напрягать силы, преодолевать трудности и, в конечном счете, побеждать. Нам помогает вера в чудо, которую бесхитростно вложили в нас наши близкие еще тогда, когда в дошкольном возрасте у нас не было критического мышления, позволяющего сопоставить реальность с тем, что сообщают родители. Очевидно, что сила, позволяющая нам преодолевать себя и достигать результата, опирается на ложь.
Я помню, как мне, очень маленькой (возможно, мне было 34 года), папа рассказывал сказку про волка и семерых козлят. Когда дело доходило до того, что «волк съел всех козлят, кроме черненького», мне становилось так жалко козлят, что я поправляла папу:
И беленького.
Хорошо, говорил он.
И серенького, настаивала я.
Затем я перебирала все известные мне на тот момент цвета. Папа смиренно соглашался и выходил из положения следующей фразой:
Хорошо, эти остались, а всех остальных он съел.
Помню это чувство удовлетворения, позволявшее мне дождаться того момента, когда волку распарывали живот и козлята появлялись на свет «живыми и невредимыми». Я благодарна папе, который не придерживался правды и не указывал, что благодаря моему вмешательству в повествование спрятавшихся за печкой козлят и съеденных существенно больше, чем семь. Нам просто было вместе спокойно и тепло. И я не столько знала, сколько чувствовала, что папана моей стороне и может защитить меня и моих козлят. А значит, все в жизни сложится хорошо. Я благодарна ему за то, что он не рассказывал мне сказку про Мальчика-с-пальчиксказку, которую я никогда не читала своим детям, возможно, потому, что никак не могла обойти причину, по которой дети оказались у людоеда: родителям нечем было кормить детей и они отправили их в лес, чтобы не видеть, как те умирают с голоду.
Существует предположение, что такие страшные сказки появились тогда, когда в семьях было много детей и их смертность была крайне высока. Тогда не возникало личных, интимных отношений между детьми и родителями. И было удобно укладывать спать ораву, рассказывая страшную сказку. Ребенок предпочитал поскорее уснуть, чем слышать, почему родители увели детей в лес.