Я уже говорил, что в два часа ночи закончил обход в хирургическом отделении. Всё было спокойно. Где-то к четырем часа утра меня снова вызвали в хирургию и там я обнаружил и труп больного и беспорядок в палате. Сестры ничего не могут сказать. Говорят, что не спали, но момент, когда это всё произошло, они не могут вспомнить. Говорят, что прямо из памяти всё вышибло, какое-то затмение на них нашло, хотя утверждают, что на сон их даже не тянуло, а тут внезапно провалились куда-то и когда очнулись, то и увидели эту ужасающую картину. Меня сразу вызвали. Никого в отделении не было из посторонних. Двери были закрыты на засов и никто не мог проникнуть просто так в палату. Прямо мистика, какая-то.
Неужели они ничего не слышали, спросил главный врач и добавил, а да, они говорят, что затмение на них какое-то нашло.
Валерий Николаевич, сестры еще говорили, что незадолго до их затмения им показалось, что как будто из коридора чем-то подуло и запах необычный, как свежего ветерка, и они провалились в беспамятство, добавил заведующий отделением.
Сергей Иванович, а можно сюда пригласить дежуривших в эту ночь медсестер? Мы бы от них, может услышали какие-нибудь новости.
Я их отпустил домой, они и так столько пережили, что толку от них мало, а завтра, когда всё немного успокоится, они, как говорится на свежую голову и всё расскажут.
Да, так будет вернее, задумался главный врач. Сейчас разнесут по всему району, что у нас появились нечистые силы. Вы, говорите, что у вас и раньше случались удивительные вещи?
Да, швы кто-то снимал под повязкой, катетеры убирал, да и прочие мелочи происходили. А вот как только освятили отделение, да повесили икону Святого Пантелеймона, так всё и началось! Хотя всё должно быть наоборот, заведующий хирургией помолчал и добавил, может и не стоило освящать отделение? Не понравилось этим демонам или бесам, как там эту чертовщину кличут?
Так и кличут. Но не верю я в эту чертовщину. Здесь где-то кроется разгадка, но мы ее не видим. Не мог же больной сам разорвать все накожные швы и вытащить из себя все кишки, воскликнул анестезиолог Николай Иванович, мы же ему вкатили двойную порцию снотворного. Он до утра никак не мог проснуться. Кто же его сбросил с кровати?
Бросил, а может он сам проснулся и сорвал все повязки, Валерий Николаевич с недоверием посмотрел на анестезиолога, вот и вся разгадка. Ладно, подождем результаты судебно-медицинской экспертизы. Что они нам скажут. А сейчас не будем гадать. За работу, товарищи-доктора. И главное никакую нечистую силу сюда не приплетайте! Не наводите ужас на жителей нашего района. А вас, Иван Андреевич с Сергеем Ивановичем, попрошу задержаться на несколько минут. Остальные все свободны.
Врачи с шумом поднялись со своих мест, в кабинете остались сидеть трое человек. Главный проследил глазами, когда за последним врачом закрылась дверь в кабинет и обратился к Ивану Андреевичу.
Ну, теперь рассказывай, что необычного ты увидел в палате. Я понял, что вы не договариваете при всех. Ну, а мне можете рассказать всё.
Да, особенного ничего и не было. Дежурство, как дежурство. Сколько уж на моем веку было. Но одно, хочу заметить, что было всё, как-то не спокойно. Не знаю, как и объяснить.
Ну, так и объясняй.
Я этого больного посмотрел за два часа до этих событий, Лежал спокойно, спал, как младенец. Повязка сухая, живот мягкий, я не удержался, пропальпировал его немного. Ну, все спокойно. А вот какая-то чертовщина засела у меня в голове, а не могу объяснить.
Какая еще чертовщина? спросил главный врач, вы случайно не пили в этот вечер? Я не осуждаю, просто для интереса.
Да, ничего мы не пили, хотели, признаюсь, но тут всё так завертелось, больные пошли в приемный покой, просто не того было, то в одно отделение вызовут, то в другое.
Ладно, ладно, не обижайся, проворчал главный врач, это уж я для проформы, знаю, что не пьешь. Я уже подумал, что не приснилось тебе, что либо, а тут вижу, что всё в порядке. Давай, дальше рассказывай!
Иван Андреевич, посидел, размышляя, не решаясь, сказать, что-то важное, потом решительно засунул руку в халат своего халата и вытащил оттуда небольшой полиэтиленовый пакет, где сразу было не понять, что и лежало, что-то краснело, неясных очертаний. Потом видно решился.
Вот, смотрите, и вывалил прямо на стол главного окровавленный тампон, рядом с трупом нашел, среди кишок валялся.
Вот, смотрите, и вывалил прямо на стол главного окровавленный тампон, рядом с трупом нашел, среди кишок валялся.
Врачи нагнулись к столу, долго всматривались в окровавленную находку и стали переглядываться между собой, а главный врач спросил.
Где это ты, подобрал?
Это, я в кишках нашел, еще до приезда милиции. Подумал, что не надо раньше времени им это показывать. Я думаю, что эту салфетку забыли во время операции. Не правда ли Сергей Иванович?
Этого просто не может быть! заведующий прямо подскочил со стула, бригада операционная была опытной. Все инструменты и салфетки к концу операции все подсчитали. Этого просто не может быть. При мне всё пересчитывали. Я не оперировал, но зашел в этот момент в операционную. Никак не могли оставить.
А, вот же оставили, возмутился главный врач, это же ЧП районного масштаба. Я уж не говорю о непонятном явлении в вашем хирургическом отделении. От чего это вдруг больной себе сам весь живот разворотил? Да, и как он смог? Он же спал, и просто теоретически не мог проснуться и сорвать с себя все повязки! Мистика, какая-то! Мне кто-нибудь сможет объяснить?
Да, что тут объяснять? Сергей Иванович, заведующий отделением, решил высказать свое мнение, чертовщина какая-то получается! Всё вдруг внезапно заснули, а как только проснулись, ничего не помнят, а главное больной мертв и никто ничего не знает! Тут надо разбираться. Может опять попа пригласим?
Хватит нам попов, доосвящались! Я вот думаю, вернее, вспоминаю, мне еще в молодости говорили, что такие явления иногда происходят в больнице, если в каком-либо отделении происходит самоубийство одного из врачей! У нас в больнице никто добровольно из жизни не уходил? Вспоминайте. Коллеги. Я здесь главенствую уже почти десять лет, Иван Андреевич, чуть больше, а вы Сергей Иванович уже почти двадцать лет заведуете отделением. Может, припомните какой-нибудь суицид? А!
Да, вроде ничего не было в мою бытность, хотя постойте, когда я приехал в эту больницу, еще совсем молодым врачом, мне рассказывали, что работал до меня хирург, так он вроде бы от несчастной любви повесился, но подробностей я не знаю, по молодости мне и неинтересно было. Ну, не может же быть, чтобы через столько лет его дух стал куролесить в хирургии. Хотя я уже ничему не удивлюсь. У меня работает в хирургии старая операционная сестра, она может, что расскажет
Так позови ее сюда. Только тихо, чтобы не поднимать панику среди персонала. Скажи, что надо посоветоваться насчет приобретения, э, нового инвентаря в операционную, вот главный врач и просит небольшой консультации, как у опытной медсестры.
Сейчас схожу в отделение, заведующий хирургией поднялся и ушел в отделение.
Главный продолжал вертеть в руках полиэтиленовый пакет со злополучной салфеткой и молчал, потом опять спросил у Ивана Андреевича:
Вы, это точно нашли возле трупа? Может в палате завалялась?
Точнее не бывает, развел руками дежурный врач и добавил, какая-то здесь кроется тайна, нам не понятная. Никто ничего не видел, а труп с развороченным животом посередине палаты.
В дверь тихо постучали. На пороге появилась операционная сестра. Она толком не могла понять, с какой это вдруг целью ее пригласил к себе главный врач, да еще просил, чтобы она его проконсультировала. За ней в дверях показался Сергей Иванович.
Проходите, Мария Ивановна, присаживайтесь, главный жестом указал на один из стульев, мы вас пригласили с одной целью, чтобы вы рассказали, про тот случай с хирургом, повесившимся у себя дома. Вы, кажется, были невольным свидетелем его самоубийства.
Да, пришлось, Валерий Николаевич. Как же это давно было! Я и была той самой подругой убиенного хирурга. Молодая была. Только с училища приехала и распределили меня в хирургическое отделение, а Иван Иванович, уже лет десять там работал и был вообще неплохим хирургом. Больные его очень сильно уважали, ну и я поддалась его обаянию, молодая, незамужняя, да и он был холостой. Вот у нас любовь и закрутилась, дело к свадьбе шло, а потом так быстро всё и закончилось. Повесился он, можно считать на моих глазах. Ни с того, ни с сего. Был человек и нет!
А никаких странностей, вы за ним не замечали, Мария Ивановна?
Как не замечали, еще как замечали. Был он никак все врачи в больнице. Делает обход в отделении, заходит в палату, а я рядом с ним с листками назначений ковыляю, и обращается к больным: «Ну, что агонируете, ребята?» Больные ему: «Агонируем, Иван Иванович, агонируем!» Это его дежурная шутка была. А то еще скажет: «Ну, что лечить будем или сам помрешь?» Это он считай на каждом обходе говорил и к нему больные давно уже привыкли.